Рёв. Навеки вечные

Поход через лес длился в общей сумме около пяти часов. Ничего интересного не произошло, пару шавок и лис пробегало мимо, или немного останавливаясь неподалеку от отряда, но напасть не отважились, отряд был довольно велик для атаки, силы хищников проигрывали просто количеству. И то они прошли только основную часть, остался так званый "эпилог", полеподобный участок земли, с кустами и не такими густыми деревьями, лес стал просвечиваться и уже на горизонте было видно небо и просто траву. Все просто валились с ног, кроме Нотра и Командора. Нотра переполняли силы наоборот, он был готов столько же пройти несколько раз, попутно сражаясь с армиями. Командор же не был таким уставшим как остальным потому что он был уже готовым, он такие походы сопровождает много лет, знает что да как. А все остальные стражи и храмовники не привыкли к таким "прогулкам", поэтому и валятся с ног. -Лады, здесь осядем до утра, вы все устали, тут уже не так опасно как в глубине леса, поэтому заночевать здесь вполне безопасно, но дозор все равно будет, а сейчас достаем все из рюкзаков, готовим пищу и ко сну! Все облегченно вздохнули , и практически сразу взялись за дело. Пара Стражей начали извлекать содержимое своих рюкзаков, доставая все необходимое, другая пара пошли ломать и искать дрова для костра. Храмовники разделились по тому же принципу что и Стражи. Нотр же пошел за дровами, но отдельно от других. Солнце уже шло на спад, но еще достаточно озаряло эти земли что б свободно по ним ходить. Нотр шел и собирал сухие ветки для костра, собирал , складывал в одну кучку, потом по завершению дела, завязал в две связки поленьев и взял обе в одну руку, в правую. Оставляя левую под тканью капюшона. К тому времени как он все собрал и отправился обратно к лагерю, солнце уже практически село, он уже шел на видимый огонек костра. По приходу в лагерь, кинул связки к остальным дровам, которые были неподалеку от костра, сам же сел у бревна. Практически все были чем-то заняты, один страж с монашкой сидел у костра, разговаривая о чем то своем, попутно следив за костром и повышая жар. Некоторые стражи просто стояли в сторонке и разговаривали , храмовники готовили еду. Нотр просто сидел, он не хотел ни разговаривать , ни есть, ни спать, ничего. Так он и просидел несколько часов, до тех пор, пока не было команды: - Отбой! Всем спать, один или два Стража на ночной дозор по смене! Решить кому! Спокойной ночи! Стражи недовольно заворчали и начали спорить кто будет стоять на ночном дозоре и сколько, когда командир и остальные уже ложились спать. В итоге стражи поставили молодого стража, явно недовольного таким решением, Нотр в этом решении не брал участия, но когда все разошлись уже и улеглись спать, кроме дозорного, он бесшумно встал и подошел к нему , положил руку на плече и промолвил - Мне что-то не спится, а ты с ног валишься, иди спать, я постою на дозоре Дозорный страж подпрыгнул на месте от такой неожиданности, выпучив глаза и выслушав Нотра, думая сопротивляться, но понимая что спать он хочет - Эаа... - Спокойных Снооов В голосе Нотра было что-то, что заставляет поддаться его воле. Страж пошел спать, снял снарягу и улегся спать Нотр же только ухмыльнулся и смотрел во тьму, костер мягко потрескивал, так же как и сверчки вдали, звезды воссияли в небе, и проглядывали белым светом через мягкий шум листьев деревьев. Нотр простоял около часа вглядываясь во мрак, без какого либо движения, словно сова, будто чего то ожидая... Храмовники и Стражи сладко спали, укутавшись в спальных мешках и в тепле костра, и уснули с мыслью о безопасности, ибо Страж стоит на дозоре, мало что может произойти, причин беспокоится нету... Ноттр сделал разминочные движения кистей и шеи, будто готовясь к битве. Но вокруг никого, никакого шума кроме легкого храпа отряда... Нотр решительно двинулся ко спящим храмовникам. Ступая бесшумно и гладко, словно хищник, он подошел к храмовнику, присел на корточки, из по капюшона торчали женские губы и подбородок, дева лежала на боку, не издавая звука, кроме легенького дыхания , сопенья носом. Нот нежно положил большой и средний с указательным пальцы на сонную артерию девушки, она ничего не заметила сквозь пелену сна, продолжила свой сон. Ноттр начинает легко надавливать на артерию и его ритм сердца начинает учащаться, а кровеносные сосуды издавать мягкую дрожь, с еле заметным красным свечением. Девушка начинает корчится, будто от кошмара, но проснуться никак не может... Закричать и издать какого либо звука тоже не может, глотка будто парализована... По истечению пары минут мучений, девушка больше не дышит... Нотр встает с корточек, и чувствует. Чувствует вкус жизни, вкус крови, прилив бодрости, зрачки расширились от эндорфина, от этой жизненной энергии , от жизненного сока, похищенный у жертвы... Нотр на одной лишь деве не хотел останавливаться, и не планировал... Храмовник за храмовником , страж за стражем, никто не проснулся... Кроме командора. Командир, как только почувствовал пальцы Нотра на шее, сразу схватил за руку , выламывая запястье и вставая, чтоб держать в контроле наглого стража: - Что ты делаешь мать твою? --раздраженно прошептал командир на ухо, чтоб не будить отряд, но отряд уже ничего не слышал... И тут он увидел бледные лица отряда, спящие вечным сном, которые уже ничего не видят и не слышат. Он впал в оцепенение когда увидел безжизненные тела, немного ослабив хват от шока, буквально на две секунды. В первую он увидел бардово-красный глаз, во тьме капюшона Нотра, во вторую увидел как в его живот влетел локоть с бешенной скоростью и силой, заставившийся его отойти и согнуться, Нотр продолжил наступление, хотел повалить на землю командира, замахнувшись правой рукой в надежде попасть в челюсть, но командир бывалый вояка, и резко отошел от удара и от того оцепенения, сразу нанося удары по туловищу Нотра, с левой , справой, апперкот, старая добрая техника, но Нотр был очень ловок и силен, с легкость ушев от ударов, блокируя и маневрируя, нанося контратаки, спустя пару минут жестокого рукопашного спарринга, практически валясь с ног от усталости и ударов, командор вспоминает про мечи которые на земле, которые сняли стражи и он сам. После очередной атаки Нотра, командир попятился назад, к своему мечу, стремительно взяв ножны с мечем , обнажил лезвие меча, откидывая ножны в сторону. Пытаясь нанести хоть какие-то увечья Нотру, нанося рубящие и колющие удары с самых разных направлений, командир устает только еще больше, А Нотр уходя от всех ударов как перышко, которое хотят схватить на ветру. Командир заносит меч для рубящего удара сверху вниз с правой стороны, Нотр ныряет под правую сторону, изящно уходя от клинка, клинок ,не застигнув цель, входит в землю, Нотр выпрямившись , хватает командира за горло, сжимая и поднимая в вверх, силы чтоб сопротивляться в нем погасли, хватка ослабла и меч вывалился из рук. Пальцы на шее впускают когти в жилы на шее, чтоб напиться кровью, сильнее стискивая , чтоб текло обильнее. Командор заходится предсмертным хрипом, настолько громким насколько может себе позволить, но никто его не услышал... Тяжким грузом упало тело на землю. Струйка крови медленно текла по рукам Нотра, капая на землю, орашая ее в бордово-красный цвет. Взяв бинт из рюкзаков покойных стражей и обмотав ими руки, Нотр взял факел и пошел в путь, обратно в город. На утро , он вышел из лесу, не встретив ни одной твари, все боялись его и обходили. Наближаясь к деревне он увидел люд, который его боялся. На нем были капли крови, мало заметные но были , мешки под глазами, и безжизненный взгляд не красили картину...