Тридцать причин Жану Моро оставаться в живых | Jean Moreau's thirty reasons to stay alive

— Не могу больше шевелиться, — Джереми рухнул на диван. Жан упал рядом, устало смеясь. Они только вышли после душа, но ложиться в постель было еще рано. Они закончили особенно жесткую игру, увенчавшуюся победой и, видимо, гибелью их мышц. Жан не мог припомнить, чтобы когда-нибудь так напрягался. — Ты сегодня хорошо отыграл, — Жан погладил Джереми по бедру. — Спасибо, — Джереми поморщился в попытке пошевелиться. — Не думал, что мы выиграем. — Для этого ты и нужен, капитан, — напомнил ему Жан. — Ты подстегнул их своим духом. Мы выиграли благодаря тебе. — Мы выиграли благодаря команде. — Которую ты воодушевил. Джереми усмехнулся, подняв руки вверх в знак капитуляции. — Ладно, ладно, твоя взяла, — простонал он, услышав звонок домофона. Он посмотрел на Жана, который покачал головой и рассмеялся. — Тебе повезло, что я тебя люблю. — Разве я не в курсе? Джереми бросил в него подушкой и встал, медленно подошел к двери, чтобы отпереть ее, нажав на кнопку. В ожидании он оглянулся на Жана. — Что? — Даже не спросишь, кто это? Джереми беспечно пожал плечами, а Жан негромко рассмеялся. Когда раздался стук в дверь, Джереми открыл ее, и в унисон его с Жаном рты распахнулись. — Кевин? — спросил Джереми, обняв его. — Что ты здесь делаешь? Жан вдруг ощутил себя не таким уж и уставшим. — Как ты? — он встал с дивана и подошел к Кевину, обняв его. Кевин кивнул. Он не выглядел так, будто с ним что-то случилось. На самом деле, он выглядел немного взвинченным, подергивал руками и криво улыбался. — Мне нужно с тобой поговорить, — сказал Кевин Жану, глядя прямо на него. Жан кивнул. — Хочешь зайти? — он не мог взять в толк, какое срочное дело вынудило Кевина прилететь в Калифорнию без Мэтта, но скоро он это выяснит. Кевин покачал головой. — Давай прокатимся.

***

Так они и оказались у приюта для животных. Жан не хотел заходить внутрь, но Кевин и не просил; они просто сидели в машине на стоянке и смотрели на него. Тишина не давала Жану покоя. — Кевин… — Мэтт хочет собаку, — тихо поделился Кевин. — Ну, мы оба хотим. Но Мэтт и сам как пес. — Я передам ему, что ты так сказал. Кевин мягко улыбнулся, издав небольшой смешок. Затем снова умолк. Жан нахмурился. — Кевин, где Мэтт? — спросил он. — В Германии. — В Германии? Почему ты здесь, а он там? — Он вернется домой завтра, просто мне пришлось сбежать, когда кое-что произошло. Мне нужно было увидеться с тобой. — О чем ты, Кевин? Кевин мягко посмотрел на него; его глаза заблестели от слез. Но лицо не выглядело грустным, напротив — счастливым. Он достал из кармана простое, тонкое серебряное кольцо и надел его на левую руку. — Мэтт сделал мне предложение. Жан сидел, ошеломленный. Его не столько удивило согласие Мэтта, сколько осознание, что после стольких месяцев Кевин все еще сбивается с толку, когда с ним происходит что-то хорошее. Жан расплылся в улыбке, озарив ею Кевина. Он радостно рассмеялся, и они неловко обнялись над коробкой передач. — Я очень рад за тебя, брат, — по-французски сказал Жан, чтобы слова приобрели больший вес для Кевина. Кевин отстранился и ответил на том же языке: — Спасибо, — он откинулся на спинку кресла и вытер глаза. — Я хотел, я чувствовал, что должен сказать тебе лично. — Ты мог бы и позвонить. — Нет, это не то. Я хотел посмотреть на твое лицо, вспомнить, что мы живы, и что у нас все получилось. Что у нас есть все это. Жан улыбнулся и взял его за руку. — Да, Кевин, и ты этого заслуживаешь. — И ты тоже, — он бросил на него многозначительный взгляд. — Когда планируете? — Мы с Джереми? — он мягко рассмеялся. — Даже не знаю. Джереми ждет, когда я сам предложу, и, похоже, тогда это и произойдет. Не хочу запариваться над этим; я просто надеюсь, что… однажды соберусь. — Тебе лучше прилететь в Нью-Йорк ко мне, когда наконец созреешь. Жан рассмеялся и спросил: — А что насчет тебя? Я про Германию. Почему ты решил приехать именно сейчас? Мог бы приехать с Мэттом. Кевин взглянул на Жана с такой непередаваемой любовью, что у Жана чуть не защемило сердце. Но в странно хорошем смысле. — Ники переехал в Германию, и Мэтт хотел сделать предложение там. Мы с Ники очень близки, и он хотел сделать его по-особенному. Но что тут скажешь; без моего брата все было бы не то. Жан слегка улыбнулся, ласково сжав руку Кевина. — Вот ты и прилетел в Калифорнию. — Да. Мэтт меня понял, Ники тоже. Просто мне нужно было увидеться с тобой, потому что ты знаешь меня, знаешь целую вечность. Мне показалось правильным так поступить. К тому же я хотел, чтобы ты услышал это от меня, а не от прессы. — Я рад, что ты сделал именно так, — поспешно сказал Жан. — Нужно отправить сообщение Джереми; уверен, он скоро волосы на голове рвать начнет от переживаний. — Пока не надо, — остановил Жана Кевин. — Но… Но Кевин сверлил взглядом приют. — Мэтт хочет собаку, — напомнил он ему. Жан засмеялся.

***

В итоге Жан приютил четырех кошек. Ничего не смог с собой поделать, да и немецкая овчарка, похоже, очень жаловала кошек. Джереми был на седьмом небе от счастья и отправил Мэтту миллион и одно сообщение с поздравлениями. Пока Джереми готовил ужин, Кевин с Жаном снова поехали за едой для животных; помимо этого Кевин позвонил в авиакомпанию, чтобы договориться о перелете домой со своим новым другом Бандитом. Джереми нисколько не рассердился из-за кошек. Напротив, уже начал вести себя как гордая кошкомама. Глядя на то, как Кевин и Джереми смеются бог знает над чем, Жан понял, что они снова стали такими, как раньше. Они с Кевином, можно сказать, снова стали такими, какими были раньше. Нет, лучше сказать, они стали теми, кем должны были быть всегда. Пока они сидели вместе, Жан протягивал руку, чтобы погладить по голове одну из кошек (их звали: Флауэр, Дасти, Каддлс и Коко), и размышлял над своей следующей причиной. На самом деле она будет не совсем о нем. Но от этого станет только лучше. «28. Мы с Кевином постоянно общаемся, и он счастлив. Это достойная причина».