предновогоднее чудо

казалось, весь дом трещал по швам от громкой музыки, доносящейся из колонок. именно так школьники, которые делили место обучения с наён — главной спортсменкой школы и капитаном школьной волейбольной команды, праздновали канун нового года. банальная, но такая веселая вечеринка с кучей алкоголя, шумной музыки и беззаботности, впутала в себя и наён, которая совсем не хотела идти туда. она устала от школьных экзаменов и волейбольных региональных матчей, но одна из её сокомандниц — ким дахён, все равно привела её прямо в центр этой алкогольной эпопеи, в её же заслуженный выходной. после того, как они пришли на вечеринку, ким сразу же убежала к другим своим друзьям, оставив наён одну. та, обреченно вздохнув, лишь взяла банку какого-то безалкогольного напитка из холодильника и удалилась в маленькую комнату, куда остальные скинули свою одежду и сумки, а после благополучно о ней забыли. для наён так было даже лучше. она так бы и пролежала весь вечер на кровати, закиданной чужой верхней одеждой, медленно попивая свой приторный напиток и разглядывая потолок под тихую музыку, доносящуюся из глуби дома, если бы через некоторое время в эту комнату смеющиеся парни не затолкали хмельную хираи момо, ненавистную наён. им не любила откровенный образ момо, ее лишнюю развратность и пошлость, которую она постоянно выставляла напоказ. наён сразу закатила глаза, зная, что те парни сделали это специально, чтобы столкнуть её и момо лбами в комнате один на один. дверь позади хираи сразу захлопнулась, та сразу начала беспомощно колотить своими маленькими кулаками по ней, что-то ворча о том, чтобы её выпустили. но после этого послышался лишь щелчок дверной скважины, оповещающей момо о том, что так просто она отсюда не выберется. хираи безнадежно вздохнула, наконец обернувшись и осмотрев комнату. теперь очередь закатывать глаза перешла к ней: — неужели обязательно было запирать меня с тобой? — огорченно простонала она, сползая спиной по стене. — ты думаешь, я рада такому подарку? — смеется наён, отпивая последние капли напитка из жестяной баночки. момо лишь в ответ сымитировала смех, закрывая лицо двумя руками от безвыходности этой ситуации. последующий десяток минут они просидели в абсолютной тишине, не считая выкриков и музыки с нижних этажей. наён листала свой телефон, порой зевая и поглядывая на обречённую момо, смотрящую в одну точку. — так и будешь сидеть здесь до конца вечеринки? может попросишь кого-то открыть тебе дверь? — я оставила телефон в другой комнате… да и никто не услышит телефонных звонков и тем более не прибежит спасать меня. после вновь повисла минутная тишина. момо, закусив губу, о чем-то задумалась, но все же решилась спросить: — наен, почему ты меня так ненавидишь? им прокашлялась и немного повременила с ответом, обдумывая, что ей сказать, а после всё же ответила: — не люблю я тебя из-за твоего открытого поведения. слишком открытого. и не люблю тебя за то, что ты продаешь свое тело. это низко. момо понимающе кивнула и почесала затылок, обдумывая её слова: — я понимаю тебя… до недавнего времени я считала это нормальным, но теперь я тоже пришла к тому, что ненавижу этот образ, ненавижу свое поведение. теперь я пытаюсь всё это исправить, но выходит тяжело, — язык ее заплетался, она спотыкалась на полуслове, путала буквы. было понятно, что она уже достаточно пьяна. наён вздохнула: — ты молодец, что стараешься все это исправить. все мы рано или поздно осознаем свои ошибки. момо вновь кивнула, соглашаясь со словами наён. она подняла взгляд на девушку, и в тот миг хираи так захотелось расскрыться ей, рассказать всю свою историю. возможно на нее так подействовал алкоголь, возможно она просто захотела, чтобы им наконец поняла и приняла её нелегкую судьбу. и она все же решилась начать свой рассказ: — вообще, всё началось еще давно… моя мама ушла из семьи, когда я была маленькой. тогда, еще не нагулявшийся папа подумал, что вызывать проституток на дом — отличная идея. он это и делал, практически каждую неделю. я росла в достатке, он покупал для меня все, что я захочу, но это его еженедельное развлечение… поначалу я ничего не понимала, после, когда осознала, мне стало обидно и неприятно от своего отца. но под конец я всё приняла и решила для себя, что продавать свое тело таким же одиноким мужчинам — это что-то хорошее, что если и я буду делать так, то смогу осчастливить еще не одного мужчину, похожего на моего отца. сейчас я говорю это и понимаю, насколько это странная и глупая мотивация. кажись, я начинаю всё осознавать. оно и к лучшему. наён встала с кровати и медленно подошла к хираи, присаживаясь рядом и обнимая её за плечо. момо немного дернулась от касания холодной руки им и перевела такой мутно-нежный взгляд на девушку. — ты пошла в проституцию не из-за недостатка денег или недостатка родительской любви, так что есть большой шанс исправить всё это. ты взяла пример с тех, кого видела в детстве. просто стоит перестроить свои принципы и взять в пример кого-то авторитетнее проститутки. но я правда уважаю тебя за то, что ты начинаешь потихоньку это осознавать, пускай так поздно. — спасибо за то, что поняла меня. ты говоришь правильные вещи, я ведь пошла в проституцию не из-за отсутствия выбора. еще есть шанс всё исправить. знаешь, пускай ты меня и не особо любишь, я всегда восхищалась тобой. я всегда смотрела на тебя и хотела быть такой же — спортивной, умной, имеющей популярность не из-за своей груди. я даже когда-то хотела заниматься волейболом, но я слишком неспортивная для такого, меня бы в нашу команду точно не взяли бы, — тихо усмехается момо, опуская голову на руку наён, всё еще покрывающую ее голое худое плечо. — знаешь, ты можешь стать нашей чирлидершей. конечно это не сам волейбол, но приближено к нему. будешь ездить с нами на соревнования и поддерживать нас. у тебя достаточно красивое лицо, фигура и, вероятно, хорошая пластика, судя по тому, как ты танцевала на одной из прошлых вечеринок. я могу попросить девочек включить тебя в их группу, они научат тебя всему. может, после, ты сможешь попасть и в основной состав. затуманенные глаза момо резко сверкнули в тусклом свете настольной лампы, а уголки губ приподнялись в пьяной улыбке. — я буду рада… спасибо тебе наён, еще раз, — вздыхает та. сразу после окончания разговора по ту сторону двери послышалось шуршание, замочная скважина зазвенела и дверь резко открылась. один из парней громко прокричал: — смотрите! наша момо уже лобызается с наён!