Вампир х Вампир

Стан ловко перепрыгнул через высоченный забор и тихо приземлился на землю, чуть не обрызгав грязной водой из лужи приземлившуюся рядом волшебницу. Широко улыбнувшись, он повел ее к старому особняку на берегу зачарованной реки. Гермионе сразу бросились в глаза бегающие у здания дети разных возрастов с клыками, хвостами, крыльями, перьями… Некоторые даже дышали огнем и имели на голове пару рожек. Взрослых почти не было. Самым старшим выглядел Стан. Особняк представлял собой трехэтажное здание из светло-серого камня с наклонной крышей, на которой как раз восседала еще парочка детишек с крыльями. В реке плескались некоторые представители семейства русалок-королевских. Большие окна особняка были настеж открыты, и из них доносились громкие детские крики и голоса. -Это все представители чистых различных подклассов. – пояснил Стан, когда девушка нагнала его у крыльца. – Они на тебя не нападут, если только не посчитают опасной или весьма вкусной. Так что кусать себя я бы им не позволял. Грейнджер как раз успела отдернуть руку от подошедшей к ней маленькой пятилетней девочке с маленькими рожками и крылышками за спиной. Та лишь широко улыбнулась и со смехом побежала играть с друзьями. Внутри особняк выглядел скорее как детский приют с многочисленными комнатами, поворотами и носящимися под ногами малышами. Волшебница и мальчик-оборотень только и успевали отскакивать в сторону, чтобы их не задели острые когти, длинные хвосты и крылья, или горячее пламя различных цветов, начиная от стандартного красного и заканчивая почти черным. Некоторые детишки, заметив новую игрушку в лице гриффиндорки, пытались даже вырвать у нее хвост или попрыгать на ее крыльях, но Стан быстро успокаивал мелких, зарычав или чуть припугнув. В конце концов им удалось без особых происшествий добраться до третьего этажа – до чердака. -Старик! Эй! Старик! Старый маразматик! Совсем оглох?! – приставив ко рту ладони, кричал Хеллсинг, пока девушка испуганно оглядывалась в темном чердаке. Не будь у нее острого зрения вампира, она бы споткнулась и свалилась при первом же шаге в эту темень, но в данной ситуации она с любопытством позволила себе посмотреть на хранящиеся в углах старые сундуки, ящики, одежду и прочее. Поэтому даже не заметила, как Стан вышел вперед и начал орать еще громче, прежде чем откуда-то снизу донесся довольно приятный баритон с легкой хрипотцой в голосе. -Эй, сопляк… Слезь с моей руки, если не хочешь лишиться ноги. Стан ойкнул и поднял ногу с ладони лежащего на полу пожилого мужчины. Тот в этот момент как раз пытался дотянуться до отвертки, чтобы подкрутить ножки шкафа. Выкарабкавшись из-под шкафа, мужчина поднялся на ноги и выпрямился во весь свой немалый рост. Гермиона даже непроизвольно сглотнула и вздрогнула. Этот великан был не ниже Хагрида, а то и на пару сантиметров выше. Длинные темно-каштановые волосы были завязаны в конский хвост и свисали на плечо. Густая бровь была изогнута, а карие глаза с каким-то весельем смотрели на парнишку, пока тонкие губы мужчины изгибались в улыбке. -Пацан… Ты наглеешь… - процедил мужчина и с легкостью поднял Стана над землей одной рукой, удерживая за пояс шорт. -Старый маразматик, поставь меня на землю! -А где волшебное слово? -Бегом! -Не то… -Пусти, скот! -Нет… -Западлос! -Вообще не то… -Пусти! Я кровника привел! Твоего, между прочим, дубина волосатая! -Уж чей бы оборотень выл… Стоп! Что?! – мужчина удивленно распахнул глаза и только сейчас заметил стоящую в стороне молодую девушку со сложенными крыльями и подрагивающим хвостом. Гермиона вздрогнула, когда карие глаза мужчины впились в ее собственные, а он сам, забросив парнишку на шкаф, чтоб не мешался, начал медленно подходить к ней, абсолютно не обращая внимания на орущего в его адрес проклятья Стана. -З…Здравствуйте… - пробормотала Грейнджер, когда мужчина уже нависал над ней подобно грозовой туче. Почему-то именно сейчас ей пришло сравнение с профессором Снейпом, воспоминание о котором болью отозвалось в сердце, заставив сжать зубы. Шатен заметил это и нахмурился, прежде чем еще шире открыть удивленные глаза, если это вообще возможно, и схватил волшебницу за плечи, притягивая к себе и крепко обнимая. -Гермиона! Девочка моя! Милая! Ты так выросла! Я помню тебя еще маленькой девочкой! – начал громче того же Стана кричать мужчина. – Стоп! У тебя крылья?! И… хвост?! Гермиона! Ты связала себя кровью с другим чистым?! Кто он?! Я его знаю?! -Де… дедушка… - глаза волшебницы наполнились слезами, и в следующий момент она расплакалась, уткнувшись в плечо своего деда. – Он… Я здесь из-за этого… Он… Его убил Воландеморт! Этот… Этот ублюдок убил уже многих и убьет еще больших, если не остановить его! Поэтому я здесь! Я хотела заручиться поддержкой среди других чистых, чтобы увеличить наши шансы на победу над этим змееподобным гадом! -Гермиона! – остановил ее Алукард и нахмурился. – Ты ругаешься?! Волшебница удивленно изогнула бровь. Из всего ею сказанного его взволновал лишь тот факт, что она ругается? Да как тут не ругаться?! Когда… Когда эта сволочь безносая убила ее возлюбленного! Да еще и Хогвартс хочет по камешкам разнести вместе со всем магическим миром! Мужчина отошел от девушки на шаг и сложил на груди руки. Глубоко вздохнув, он сказал: -Мне кажется, ты немного не в себе, милая… Умер?.. Разве тебе не сказали, что после прохождения обряда единения крови чистые не могут умереть, даже если им пробьют колом сердце или отрубят голову. -Я ей об этом говорил! – крикнул еще со шкафа Стан и еще раз выругался. Гермиона непонимающе посмотрела на деда. -Но… Я… Я видела, как он умер… Я чувствовала! Словно сама была на его месте, когда Воландеморт произнес непростительное заклинание и все заволокла тьма! Я… Он умер! Он не мог выжить! После Авады… Не… -На помощь! Чей-то громкий вопль донесся с улицы, заставив Стана свалиться со шкафа, а Алукарда и Гермиону броситься вниз. Мужчина выскочил первым и, высвободив свои гигантские темно-коричневого цвета крылья и уже намеревался задушить длинным хвостом напавшего, как замер на крыльце и уставился на развернувшуюся перед ним картину. Грейнджер, не успев затормозить, врезалась в спину своего деда и только потом выглянула из-за его большого крыла. Ее рот раскрылся, и девушка уже начала беспокоиться о том, что не сможет закрыть его, так как развернувшейся картине не то что удивиться, но и ненароком помереть от шока можно. Около сорока детей чистых набросились на кого-то, чьи руки и ноги лишь изредка мелькали в куче-мале, а сам человек, наверное, надрывно орал и молился о помощи, чтобы кто-нибудь вытащил его оттуда, так как дети пускали в ход все, начиная с когтей и заканчивая огнем. Алукард согнулся пополам и начал надрывно смеяться, когда из окна выпрыгнул Стан и тоже ввязался в «драку», но пара малышей быстро выкинула его к стене. -Ну, все! – немного успокоившись, крикнул Алукард, и дети, замерев и уставившись на своего как бы родителя, виновато улыбнулись, прежде чем разбежаться по разным углам и деревьям, оставив лежащего в полубессознательном состоянии мужчину кряхтеть и кашлять, так как дети все же умудрились ему что-то сломать. – Эй! Хватит мне газон мять! Поднимайся, черт! Или я тебя к нему пошлю! -Без него останешься, старый маразматик! – отозвался мужчина и со стоном сел, вытирая с губы выступившую кровь, запах которой резко ударил в нос ошарашенной Гермионе. Сладкий… С горчинкой… Но все же… Сладкий! Мужчина не успел подняться, как его вновь уложили на лопатки и прибили к земле, после чего обхватили за шею и практически начали душить, пока ворот основательно порванной рубашки заливался слезами.