Гарри Поттер и Лица Замешательства

      — Гермиона, ты не спишь? Гермиона Уизли застонала от этого звука и натянула одеяло на голову. Голос принадлежал Гарри Поттеру, её вот уже как двадцать восемь лет другу и шесть месяцев — партнёру. И он знал её достаточно хорошо, чтобы понять, что она определённо не проснулась. И знал причину. Очевидно, решив проигнорировать её желание уединиться, Гарри вошёл в спальню, которую они делили на площади Гриммо, с кружкой горячего напитка в руке. — Тебе придётся скоро встать, если ты хочешь пойти с нами, — предупредил он её. Смирившись с тем, что он не отстанет, Гермиона вылезла из-под одеяла, села в постели и приняла кружку из его рук. — Иди один, — предложила она. — Я останусь здесь. Это был первый день нового учебного года в Хогвартсе, когда все студенты отправлялись в школу на «Хогвартс-Экспрессе». Гарри и Гермиона должны были отвезти его детей на станцию, пройти традиционный ритуал и помахать им всем рукой, прежде чем отправиться на работу в Министерство магии. Такая перспектива показалась ей более чем странной. Гарри нежно посмотрел на неё глазами, полными понимания. — Разве ты не хочешь увидеть Розу и Хьюго? Гермиона действительно хотела увидеть своих детей, сейчас больше, чем когда-либо. Она не видела их почти месяц, с тех пор как они уехали на вторую половину летних каникул с Роном, их отцом и её отчуждëнным мужем. И вряд ли ей выпадет возможность увидеть их снова до следующих каникул. Но она с болью осознавала, что еë расставание с Роном и новые отношения с Гарри привели к тому, что отношение её детей к ней изменилось. — Они не захотят меня видеть, — тихо сказала она. — Да ну, брось, — ответил Гарри. — Они любят тебя, — он нежно поцеловал её в губы, и она почувствовала тёплое сияние внутри себя. — Точно так же, как и я. Гермиона не смогла удержаться от улыбки, глядя на него. Именно такие моменты напоминали ей, почему она сделала этот выбор, и давали ей надежду, что когда-нибудь её дети смирятся с тем фактом, что он — еë любимый мужчина. Она кивнула. — Я оденусь. *** Гермионе казалось странным ехать на Кингс-Кросс вместе с Гарри и его детьми. Она не могла не вспомнить, как год назад Джинни поехала с Гарри, чтобы проводить Джеймса, Альбуса и Лили, в то время как Гермиона была там с Роном и своими собственными детьми. Теперь Джинни была мертва, став жертвой безумных попыток пожирателей смерти вернуть Волдеморта к жизни, и Гермионе до сих пор было слегка не по себе от того, что она заняла еë место в семье Поттеров. У неё было ощущение, что и другие члены семьи чувствуют то же самое. Впрочем, сегодня это было не так очевидно. Какие бы мысли ни были у Альбуса и Лили по поводу того, что их фактически сопровождает мачеха, не было и следа дискомфорта, когда они с ликованием пробежали через барьер на платформу 9¾. Гарри и Гермиона последовали за Джеймсом. Гермиона воспользовалась моментом, чтобы оглядеть большую толпу родителей, усаживающих своих детей в поезд. Её внимание быстро привлёк их старый друг Невилл Лонгботтом, ныне декан Гриффиндора и профессор гербологии в Хогвартсе. Он, казалось, очень долго целовал свою жену на прощание, прежде чем сесть в поезд. Двое их детей, Мартин и Эмили, стояли неподалёку, изо всех сил стараясь сделать вид, что их нет рядом. — Вам обязательно это делать? — пожаловался Мартин. Луна Лавгуд оторвалась от мужа и посмотрела на сына с лёгким замешательством. — Мы целуемся, потому что любим друг друга. А если бы не любили, тебя бы здесь не было. Так что ты должен быть доволен. Как и многие до него, Мартин был поставлен в тупик логикой Луны. — Просто, если вы не поторопитесь, поезд отправится без нас, — попытался придумать оправдание он. Трое детей Поттеров подошли к двум своим друзьям. — Привет, Мартин, — поприветствовал Джеймс своего лучшего друга, а затем взглянул на Эмили. — Привет, Эмили, — добавил он, словно его настигла запоздалая мысль. Эмили застенчиво улыбнулась ему. — Привет, Джеймс. Гарри улыбнулся, вспомнив, как Джеймс признался ему в своих чувствах к сестре своего друга после их встречи с призраком Волдеморта. Он молча гадал, сколько времени им понадобится, чтобы признаться в этом друг другу. Мартин не обратил внимания на взгляд, которым только что обменялись его друг и сестра. — Ты не слышал, кого выбрали префектами? — спросил он у Джеймса. Джеймс знал, что теперь, когда они были на пятом курсе, двое из их факультета будут избраны старостами, но, учитывая его репутацию нарушителя спокойствия, он не был удивлён, что не попал в число кандидатов. — Они, случаем, не выбрали тебя? — спросил он в шутку. — Вряд ли, — ответил Мартин. — Я видел, как Анжела Барнс носила значок раньше. Джеймс мог понять, почему был выбран их тиммейт по квиддичной сборной. Она была склонна соперничать с Деймоном Уиллисом, капитаном команды, в плане трудовой этики. — Тебе не кажется, что вторым будет Брайан Хиггс? Учителям он нравится. — Эй, смотрите! — прервала его Лили, указывая назад на платформу. — Это Роза и Хьюго. Гермиона быстро проследила за пальцем Лили и увидела двух своих детей с Роном. Она общалась с ним лишь мельком, когда оставляла ему детей, и, хотя они оба по-прежнему работали в Министерстве, им успешно удавалось избегать друг друга. Единственный раз, когда они провели много времени в одной компании, был на свадьбе Тедди и Виктуар. Тедди настоял на том, чтобы Гарри был его шафером, а Гарри в равной степени настаивал, чтобы Гермиона была его парой и сидела с ним за главным столом. Поскольку оба родителя Виктуар погибли во время битвы в особняке Реддла, их роли заменили её бабушка и дедушка, Молли и Артур. Делить с ними главный стол, в то время как Рон сидел как с его собственными детьми, так и с детьми Гарри и своей сестры, за столом с тремя братьями, Чарльзом, Перси и Джорджем, и старательно избегал смотреть на них, было, мягко говоря, интересным опытом. Гермиона обняла Розу и Хьюго, на что они не очень-то отреагировали, но ни один из них не возразил. — Как у вас дела? — спросила она. — Всё отлично, — отстранённо ответила Роза. — Папа хорошо о нас заботился, — она посмотрела на Альбуса. — У тебя есть расписание на этот год? Альбус кивнул. — Снова зелья со Слизерином. Сколько предметов у нас с ними в этом году? — Пять, — автоматически ответила Роза, а потом слегка покраснела, обеспокоенная тем, что она что-то выдала. — Мы думали, что увидим вас в Косом переулке, — обратилась Лили к Хьюго. — Мы были там на прошлой неделе. — Мы получили наши вещи только в четверг, — объяснил Хьюго. — Папа и Парвати водили нас, — Роза толкнула его локтём, и он замолчал, поняв, что сболтнул лишнего. — Парвати? — повторила Гермиона. Она знала, что Парвати Патил, её бывшая соседка по гриффиндорскому общежитию, тоже работала в Министерстве, но никогда не была близка с их семьёй. — Что Парвати делала с вами? — Она заметила смущённые выражения Розы и Хьюго и вызывающий взгляд Рона, и пазл сложился. Она в шоке посмотрела на Рона. — Она твоя девушка? Невилл многозначительно прочистил горло. — Давайте поспешим, ребята, иначе поезд уйдёт без нас. Пока Невилл уводил детей, Гермиона продолжала расспрашивать своего бывшего мужа. — Ты спишь с ней? — спросила она, удивляясь, почему эта мысль так беспокоила её. — Ты спишь с Гарри? — парировал Рон, кивая в сторону бывшего лучшего друга. Гермиона прикусила губу, понимая, что переступила черту. Рон отвёл взгляд. Она почувствовала, как Гарри взял её за руку, и тоже отвернулась, снова обратив внимание на уходящий поезд. Она сумела изобразить улыбку на лице, когда махала детям на прощание. Ни она, ни Гарри ни на мгновение не пожалели о сделанном выборе. Но именно такие моменты напоминали ей, насколько сложной стала её жизнь.