Гарри Поттер и Лица Замешательства

      Альбус тихо пробирался по лестничной площадке туда, где под дверью виднелось слабое свечение. Он проверил другие комнаты, пока проходил мимо них, и убедился, что все в доме спят. Остальные члены семьи были явно довольны жизнью: его отец был счастлив с тётей Гермионой, Джеймс, вероятно, всё ещё не отошëл от поцелуя, которым его наградила Эмили, а Лили, как обычно, чуть ли не на голове стояла, чтобы достаточно устать к вечеру. Оставался только один человек. Альбус постучал в дверь, подождал мгновение, затем осторожно толкнул её. Хьюго лежал на боку в постели и читал учебник по гербологии. Альбус оглядел спальню, рассматривая квиддичные постеры, старые семейные снимки Хьюго с сестрой и родителями и довольно большую фотографию популярной группы ведьм, увидев которую, Гермиона вряд ли была бы в восторге от кумиров её сына. — Не можешь уснуть? — негромко спросил Альбус. Хьюго пожал плечами. — Говорят, так бывает, когда ты не привык к кровати. — Ты был здесь на Новый год, — напомнил ему Альбус. Хьюго лишь пожал плечами в ответ. — По крайней мере, сейчас тебе не приходится делить со мной комнату. Хьюго выдавил из себя слабую улыбку. — Да, это правда. Альбус сел на чемодан Хьюго и с беспокойством посмотрел на кузена. — Думаю, нелегко быть здесь без Розы. Хьюго перестал притворяться, что читает. — Тебе хорошо, у тебя здесь вся твоя семья. — Твоя мама здесь, — напомнил ему Альбус. — Но папы нет! Тебе не поня… — Хьюго внезапно осёкся, осознав, с кем разговаривает. На мгновение они погрузились в молчание. — Ты скучаешь по своей маме? — спросил он наконец. Альбус кивнул. — Всё время. Мы все скучаем. Я думаю, у нас всё иначе, мы не можем больше с ней увидеться. Так что иметь новую семью не так уж плохо. Хьюго задумался над этим. — Мама и папа не собираются снова быть вместе, не так ли? — Не хотелось бы тебя расстраивать, но я не думаю, что это возможно. Я думаю… — Ты думаешь, она любит дядю Гарри, — Хьюго слегка прикусил губу. — Я тоже. — С другой стороны, это значит, что я стану тебе старшим братом, — отметил Альбус. Хьюго улыбнулся. Альбус поднялся на ноги. — На твоëм месте я бы немного поспал. Тебе может понадобиться энергия на завтра. *** Роза проснулась, возможно, в самой большой кровати, которую она когда-либо видела. Она ещё не совсем оправилась от шока, вызванного прибытием в Малфой-Мэнор. Роза невольно посетила дом семьи Реддлов в прошлом году, когда она и её друзья были захвачены пожирателями смерти Родольфуса Лестрейнджа, но этот особняк был даже больше. Шок усугублялся ещё и присутствием полудюжины слуг и служанок, одна из которых беззастенчиво предложила ей помочь переодеться. Роза вежливо отказала молодой женщине, прежде чем надеть одно из платьев, которые привезла с собой, и спуститься вниз. Один из слуг направил девушку в столовую, где еë ждал Скорпиус. Казалось, дома он одевался гораздо элегантнее, чем в Хогвартсе, из-за чего она почувствовала себя неопрятной рядом с ним. Он стоял возле одного из трёх стульев, установленных на одном конце длинного стола. — Мы ждём маму, — объяснил он. Роза кивнула. — Она готовит завтрак? Скорпиус попытался скрыть своё удивление этим вопросом, но потерпел неудачу. — Нет, это делает Марта. Одна из служанок, — добавил он, заметив любопытный взгляд Розы. — Она родственница Булстроудов, примерно четыре поколения назад. Казалось, всё, что Роза узнавала об этом мире, удивляло её. — Вся прислуга — ведьмы и волшебники? Скорпиус кивнул. — Большинство слуг в настоящее время происходят из семей, которые прислуживали чистокровным на протяжении многих поколений. Если копнуть достаточно глубоко, можно выяснить, что они все из чистокровных семей, но их предки женились на полукровках, и переход в прислугу был единственным способом, которым более строгие дома позволяли им оставаться в семьях. Управляющий конюшней — мой дальний кузен, у нас одни и те же пра-пра-пра-прабабушки и дедушки. Роза выглядела неловко. — Они же не заставят меня мыть полы? Все знают, что моя мама магглорождённая… Скорпиус ободряюще улыбнулся. — Не волнуйся, в это больше никто не верит, — он поколебался. — По крайней мере, большинство людей. Их прервало появление Астории, которая с улыбкой приветствовала гостью. — Доброе утро, Роза. Ты хорошо спала? — Да, спасибо, миссис Малфой, — при первой встрече Роза слегка испугалась Астории, но женщина была очень добра к ней и ко всем остальным в доме, что помогло гостье немного расслабиться. — У вас хороший дом. — Ну, он не совсем мой, но когда-нибудь всё здесь будет принадлежать Скорпиусу, — Астория жестом пригласила их сесть, когда вошли двое слуг, левитируя их блюда, которые аккуратно приземлились перед ними. Она взглянула на Скорпиуса. — Кстати, я снова разговаривала с твоим дедушкой о расторжении брачных уз между мной и твоим отцом. Он поговорил со старейшинами, и они уверены, что использование твоим отцом Непростительного проклятия позволит ускорить процесс. Скорпиус бросил тот же неловкий, удручённый взгляд, который бросала Роза каждый раз, когда кто-то упоминал о расставании её собственных родителей. — Да, мама, — тихо сказал он. — Чем скорее мы избавимся от этой партии, тем лучше для нас, — заключила Астория. Еë тон был лёгким, но Роза всё равно была потрясена. Её родители никогда так не говорили друг о друге в её присутствии, и, глядя на обиженное выражение лица Скорпиуса, на которое его мать, казалось, не обращала внимания, Роза вдруг почувствовала себя очень благодарной за это. Потому что, как и Скорпиус, она поняла, что несмотря ни на что, по-прежнему любит их обоих. *** Альбус и Хьюго заливали молоком хлопья на кухне, когда туда вбежала Лили. — Хьюго, Хьюго! Папа говорит, что мы можем сегодня поиграть в квиддич на поле! Он даже сказал, что полетает с нами. У тебя не было шанса на Рождество, так что смотри, не упусти ещë один, — казалось, она только сейчас заметила, что и её брат был там. — Эм, ты тоже можешь поиграть, Альбус. — А как насчёт Джеймса? — спросил Альбус. Лили скорчила гримасу. — Он в гостиной, болтает с Эмили по каминной сети. Альбус закатил глаза. — Они виделись только вчера. — Так ты идëшь, Хьюго? — продолжила Лили. Хьюго никогда не был таким энергичным, как его кузина, но он находил её энтузиазм заразительным. — Когда начинаем? — Как только вы переоденетесь. Хьюго торопливо доел завтрак и побежал к лестнице. Через пять минут он спустился вниз, где столкнулся с Гарри и Гермионой. — Я слышал, ты присоединяешься к нам, — заметил Гарри. Хьюго кивнул, прежде чем повернуться к Гермионе. — Ты играешь, мама? Гермиона поморщилась. — Я всё ещё ходячий синяк с прошлого раза, — лицо Хьюго слегка вытянулось, и Гермиона улыбнулась. — Но, может быть, ты покажешь мне несколько приëмов? Хьюго ухмыльнулся и взял мать за руку. — Такими темпами мы купим тебе собственную метлу, — сказал ей Гарри. *** Роза привыкла к большому саду. Дом её бабушки и дедушки был довольно уединённым, как и тот, где она жила со своими родителями и где до сих пор жил её отец. И за то короткое время, что она провела там на Новый год, Роза поняла, что её мать и дядя Гарри, похоже, обзавелись не менее уединённым местом. Но ни один из этих домов не шёл ни в какое сравнение с обширной территорией резиденции Малфоев. Она шла уже пять минут, когда наткнулась на Скорпиуса, сидевшего на ступеньках. Он выглядел странно несчастным, и на мгновение она подумала о том, чтобы притвориться, что не заметила его, и оставить друга в покое. В конце концов она разгладила платье и села рядом с ним. — Это из-за того, что твои родители разводятся? — спросила она. Он слегка пожал плечами. — Понимаю, я имею в виду, тяжело слышать, как мои родители так разговаривают… — Ты хотя бы видишься с обоими из них, — отметил Скорпиус. — Да, — признала она. Скорпиус на мгновение замолчал. — Я скучаю по папе, — сказал он наконец. — Я знаю, что он сделал кое-что плохое, но всё же… Я по нему скучаю. — Ты же можешь навестить его? Скорпиус кивнул в сторону дома. — Мама не разрешит. — Ты когда-нибудь спрашивал её? Я могу поддержать тебя, если хочешь, — она глубоко вздохнула. — Я могла бы даже пойти с тобой, если тебе так будет легче. Скорпиус удивлëнно посмотрел на неё. — Ты правда пойдëшь? Честно говоря, мысль о поездке в Азкабан (тюрьму, название которой до сих пор внушало дикий трепет, несмотря на то, что за последние двадцать лет условия содержания были значительно улучшены), вселяла в сердце Розы сильный страх. Но она не сказала об этом Скорпиусу. Она просто кивнула.