Сила гор

Герцогиня системы Стоундж Мэрит Ди стояла у огромного окна. Замок «Повелителей камней», как его владельцев называли в прессе и неофициальных разговорах, вырастал из массива скал планеты высоко и далеко над столицей. Через прозрачное силовое поле окна Мэрит смотрела на разноцветные переливы света города внизу. Башни домов, линии воздушных трамваев, трассы каров и болидов, росчерки двигателей садящихся и взлетающих космолетов, анимация реклам и новостных каналов, а на горизонте две луны, третья взойдет попозже. Там была суета жизни, здесь - покой и тишина. Несколько столетий, как она была герцогиней этого мира – трех десятков планет и сотни астероидов вокруг гигантской красной звезды. Она пробуждала камни, а рудокопы вырубали их из массива гор, заполняя транспортные платформы. Ценный груз разлетался по всей Галактике. Энергетические камни были универсальным топливом для космолетов, станций снабжения жилых секторов, оборудования, техники. Кровавое солнце через одаренного человека наполняло обычную горную породу силой, а та отдавала энергию с давних времен сначала нуждам и комфорту обитателей планеты, потом всей системы, потом Империи, включившей анклав в свою территорию, а теперь и торговцам со всей Вселенной. Обогащая Стоундж и его жителей. Дар мог сделать любого жителя системы ее Правителем. Он не передавался по наследству, не прослеживался в геноме, не мог быть запрограммирован в «колыбели жизни», он проявлялся, когда предыдущий одаренный слабел или погибал. Так и становились повелителем Стоунджа. С 13 лет жители системы могли пройти ритуал, и горная порода в их руках либо оставалась мертвой, либо, вдруг, наливалась кровавыми жилами, пробуждалась и зажигала тонны камня вокруг, давая рудокопам новый ареал для работы, а одаренному, кем бы он ни был ранее, титул и власть. Дар или проклятие? Для Мэрит он стал обузой, потому и начал слабеть, покидая ее. Скорее бы уже. Она оглянулась на огромную постель, где, устав ждать ее, трое жен занялись друг другом сами. Камни выпивали одаренного, и восстановиться можно было только выпивая других, конечно, не буквально, слава Вселенной, а через любовное соитие, секс – безудержный, жаркий, многократный, неутолимый одним или одной. Чем сильнее был одаренный, тем больше партнеров ему требовалось. Мэрит прошла все это - оргии, гаремы, калейдоскоп не запоминаемых лиц в постели, голод и нестерпимый жар, эгоизм, презрение к чужим чувствам. И вот есть три сердца, с которыми она хочет быть всегда, не размениваясь на других. Камни это чуют, она не восстанавливается, они не пробуждаются. Скоро дар ее отпустит. Быстрее бы. Так хочется уже сбросить с себя герцогские регалии и уехать с женами в приобретенное поместье, на далекой планете, став просто счастливой. Скоро! Огладив огромный член, пробужденный возней девчонок на кровати, герцогиня нырнула в их жаркие объятия. *** У госпожи Танаки был прекрасный генотип, но совсем мало денег. Потому у нее было уже трое дочерей, но никаких накоплений в казначействе. Они не бедствовали, упаси Вселенная, пособие на девочек позволяло хорошо питаться, скромно одеваться, учиться, а крышу над головой семье обеспечивала госпрограмма. Госпожа Танака была сержантом войск внутренней безопасности и ее зарплаты хватало на покрытие кредита на семейный кар, ее собственные скромные нужды, приятные подарки детям и раз в пару лет поездки на развлекательные курорты. Но ни на что больше - ни на мечты, ни на перспективы. Девочки росли крупными, мощными, сильными, а пособия хватало только на техникум, так что будущее их обещало быть скромным – рудокопы, военные или самые низшие техники. Не плохо, конечно, будет кусок хлеба, бедствовать не станут. Но так хотелось бы другого. Вместо государственной небольшой квартирки – свой дом. Оплатить дочкам обучение в университете. Сменить старенький кар на современный. Обзавестись модными гаджетами и получить вип-страховку, вытаскивающую с того света даже самых безнадежных больных и включающую операции омоложения и продления жизни. Зачем госпожа Танака сдала генетический материал в четвертый раз? Так она была законопослушной гражданкой системы Стоундж, и раз ее генотип был признан годным, то она патриотично участвовала в программе воспроизводства. Дети ее не тяготили, обузой не были - пособие не вешало их ей на шею грузом бедности. Главное, всегда оставалась надежда – а вдруг «колыбель жизни» в этот раз вырастит из ее генов что-то экстраординарное, то, что позволит вырваться из обыденного круга. В родильном покое городского центра здоровья, уже привычно для нее, дежурили акушерка и три медсестры-техника. Блестящая будто расплавленным металлом машина – цилиндр в человеческий рост, в два обхвата рук толщиной – «колыбель жизни», сыто гудела и чуть вибрировала, приближались роды. Показатели приборов контролировали акушер и техники, опасностей и проблем не наблюдалось. Госпожа Танака проходила это уже в четвертый раз. Наконец, мерцающая стена в боку машины истаяла, и техники склонились над выдвинувшейся кюветой с новорожденным. Первый вздох, плач. Но в этот раз медсестры не торопились отдавать младенца матери, о чем-то едва слышно переговариваясь и закрыв спинами подход к машине. Ну уж нет. Госпожа Танака весомо положила руку на бок, где обычно покоился боевой бластер. В центре здоровья оружие полагалось сдавать, но навыки-то профессионального силовика оставались всегда с собой. Жестко оттерев медсестер, Танака забрала из рук акушерки ребенка. Младенец как младенец, на ее взгляд. Завернув его в нано-пеленку, поддерживающую оптимальную температуру и обеззараживающую от вредных микробов и излучений, госпожа строго глянула на персонал и бросила: - Мы на регистрацию, - направляясь к выходу из палаты. Только за дверями ее ожидала уже представительная врач и пара высоких дам из охраны больницы. - Уважаемая госпожа Танака, прошу вас пройти к главврачу, - вежливо пригласили ее за собой. Она перехватила кулек с младенцем поудобнее и проследовала за сопровождением, прикидывая, на всякий случай, стратегию боя и слабые стороны возможных противников. Танака была уже опытной Дающей жизнь, и историй наслушалась-начиталась в сети достаточно - как больницы любят накладывать руки на перспективных новорожденных. Не на ту напали, она-то силовик. Неужели, наконец, ей выпал счастливый шанс? Главврач была сама любезность и радушие, поднявшись навстречу из-за массивного стола редкого сплава, заставленного дорогущей техникой. Холеная дама, весомо окутанная ароматом больших денег, что только снились Танаке. Ах, и уважаемая госпожа, ах, и какая честь, что выбираете для миссии давать жизнь наш центр, ах, и каких прекрасных девочек уже получили, воспользовавшись нашими услугами, ах, как приятно им будет быть полезными ей еще в чем-нибудь. Танака с подозрением пропустила всю эту прелюдию, ожидая конкретного предложения, зачем ее вызвали сюда. Наконец главврач решила, что достаточно утопила пациентку в своем радушии. - Вы уже решили, как назовете ребенка? – деловито поинтересовалась, будто чтобы начинать регистрацию. Главврач имел такие права. Танака глянула на сверток. Малышка, в отличии от предыдущих дочек была миниатюрнее и красивее. - Белла, - сразу пришло на ум имя. Пусть будет красоткой. - Прошу прощения, - весомо поправила ее главврач, победоносно обрушивая на роженицу новость, - у вас родился адари. Следующие слова врача для Танаки отдалились в непонятный шум. Мысли кидало вразнос. Это был настоящий золотой билет. Неужели она выиграла у вселенной? Хоть один раз! Это же сколько можно выручить? Это же хватит на все мечты и намного больше! Из смазавших реальность грез она смогла вынырнуть только минуты через две. Как раз на окончании фразы: - Так вот, госпожа Танака, наш центр готов сразу выплатить вам два миллиона кредитов за передачу младенца под нашу опеку. Говорите код вашего счета. - Благодарю, госпожа главврач, но я пока не готова расстаться с малышом, - Танака вцепилась в сверток с решимостью мгновенно вступить в бой за свое сокровище. Она все же была уже опытной родительницей, много читала и знала. Если за младенца адари были готовы заплатить столько, то за подращённого, хорошо воспитанного, можно было выручить на порядок, два, три порядка больше денег. Может, с дурочкой провинциалкой у врачихи бы и получился такой фокус, но не с ней. - Амир, так и зарегистрируйте, - четко бросила Танака, назвав младенца именем самого ценного сплава во Вселенной. Жестко обрывая дальнейшие попытки напомнить, какие ее ждут опасности и неудобства. - Я силовик, я смогу обеспечить безопасность своему ребенку. Теперь замысел Вселенной стал понятен Танаке во всей гармонии и целостности. Она – силовик, трое дочерей были даны такими крепкими и мощными не зря - вместе они смогут защитить адари, воспитать и вырастить почти до совершеннолетия, чтобы тогда продать уже за баснословные деньги и обеспечить себе такую жизнь, о какой мечтали. Врачиха еще может быть бы и поуговаривала, поугрожала сложностями, надавила бы на роженицу, но тут в кабинет вошла еще более представительная дама в дорогом костюме, с улыбкой еще лучезарнее. - Наш Национальный банк счастлив поздравить дающую жизнь с рождением нового гражданина и предложить беспрецедентные и супервыгодные условия на кредит, - отлично поставленным голосом профессионального продавца начала вещать, вставая рядом с госпожой Танака, обеспечивая ей дополнительную защиту. Главврач кисло улыбнулась. Куш уплывал из рук. Откровенной уголовщины Центр не мог себе позволить. Оставалось только про себя раздраженно сетовать на медсестер, что не смогли запутать, отвлечь, рассеять внимание дающей жизнь, напугать и вынести ребенка, потом заменив или предоставив похожий труп из морга. С персоналом предстояло провести работу - шанс такой выпадает хоть и редко, но вдруг еще повторится. Пальцы же тем временем ловко заполняли формуляр на комме, чтобы вскоре выдать роженице свидетельство на ребенка и вежливо поддержать разливающуюся ликованием в поздравлениях представительницу банка. И откуда только те узнают все так быстро? Вот уж у кого хватка. Танака была счастлива вцепиться в банковского клерка. Та была и защитой, и свидетельницей против работников центра. Теперь только бы дойти до приемного покоя, где было оставлено оружие, и она сама сможет защитить свое сокровище. Благосклонно слушая кредитное предложение, она тут же ухватилась и за него. Заманчивая ставка, большой срок, то, что нужно, чтобы хватило на новый дом, охрану, обучение и прочие недоступные ранее блага. Банк готов был спонсировать семью, до момента продажи ребенка, и даже грабительский процент не пугал на фоне щедрости открытой кредитной линии.