Лёгкость бытия

Вэй Усянь лежал на довольно-таки удобной кровати и смотрел в потолок, пытаясь собрать все мысли в голове, что получалось не так хорошо, как хотелось бы. Юноша протёр глаза, которые уже устали беспрерывно смотреть в деревянный потолок, а потом переместил пальцы к вискам, чтобы хоть как-то снизить подступающую головную боль. Если бы душа оригинального хозяина заранее оставила записку-подсказку, то было бы намного проще! Вот проснулся бы Вэй Ин в теле, а рядом такая записка, где есть точные указания цели призыва и какие у Мо Сюаньюя отношения с важными фигурами в Мире Заклинателей. Да если бы была бы эта записка, то Вэй Ин сразу бы понял, что надо было мотать из деревни Мо, желательно как можно быстрее и еще более желательнее в противоположную сторону от каждого из Орденов. Это было бы очень даже прекрасно, но, когда Судьба была добра к Вэй Усяню? Это риторический вопрос, и многие могут не отвечать. Названный сын. Мо Сюаньюй – названный сын Цзян Лихуа. Что может быть ещё хуже? Не знаете, а вот Вэй Ин знает. Цзян Лихуа сестра этого ненормального чокнутого Янгуана, но теперь и жена его бывшего брата! Браво, Мо Сюаньюй! Ты прямо-таки помог Вэй Ину, который просто хотел отправится в путешествие с этим предателем Яблочком! Вэй Ин хотел повернуться на бок, но потом почувствовал, как что-то уперлось ему в грудь. Юноша протянул руку и достал ту самую шпильку; интересно, а кто именно из двойняшек её делал? Бывший Старейшина Илин начал медленно вертеть в руках украшение, которое почему-то давало ему странное ощущение того, что что-то не так. В юности двойняшки носили похожие, но у тех был неизвестный ему запах (тогда Хуа Хуа на его вопрос про запах просто дала ему какие-то странные ярко-красные ягоды, которые были очень горькими! Она потом еще смеялась!), но у этого же экземпляра присутствует сосновый, пряно-сладковатый аромат, а также лёгкий, почти не чувствующийся, аромат ели. Глаза цвета грозового неба расширились; красивое украшение, что мирно было в руках юноши, безжалостно было откинуто на пол. Юноша начал смотреть по сторонам и, когда в его поле зрения попалось одеяло, он начал быстро вытирать руки, пока в голове не созрело имя автора данного аксессуара. Чёртов Гуань Янгуан! Даже если Мо Сюаньюй тебе как-то напортачил, то как уважаемый Глава Ордена ты мог бы и простить, но никак не делать шпильку из дерева, из которого делают гробы для мертвецов! Псих! Как вообще ему могло прийти в голову сделать что-то подобное с названным сыном своей сестры?! (даже не смотря на всё свое недовольство, Вэй Ин поднял украшение и спрятал в свой рукав, чтобы не навлекать беду на дом Лань Чжаня) Вэй Усянь мог бы ещё долго бранить действующего Главу Ордена Чжэнъи Гуань, но рациональная часть говорила о том, что это никак не сделает вынужденно вызванного Старейшину ближе к свободе, Вэй Ину пришлось глубоко вздохнуть, медленно выдохнуть и начать обдумывать последний вариант своего спасения: раз уж ни нарушение правил, ни Хуа Хуа не смогли помочь, то остается только одно решение – выкрасть нефритовый жетон. Глаза юноши просияли, а на устах появилась радостная улыбка; немедля ни секунды, Вэй Ин выглянул из окна Цзинши, чтобы посмотреть есть ли кто-либо поблизости. Убедившись, что никто из адептов не обладает такой уж большой отвагой, чтобы бродить рядом с домом самого Хангуан цзюня, Вэй Усянь ухмыльнулся и выпрыгнул из окна. Юноша удачно приземлился на изумрудную траву, отряхнул своё одеяние и начал думать над очень сложной частью: у кого он может одолжить жетон так, чтобы этого не заметил сам хозяин? Вэй Усянь закинул руки за голову и начал медленно идти в сторону холодного источника. По логике самого Вэй Усяня, холодный источник то самое место, где будет легче всего одолжить нужную вещь для выхода из места облачного океана в царстве бессмертных. —М-да уж. До слуха Вэй Ина донеслись слабые голоса, идущих в его сторону, адептов. Не имея времени, чтобы придумать более умное решение, Вэй Ин увидел удачно стоящее неподалеку дерево, на которое тут же забрался с помощью цигуна. Как раз именно в этот момент ученики начали подходить ближе, и Вэй Усянь может отчётливо услышать о чём, собственно, пойдёт речь. —Никогда не видел Хангуан цзюня таким мрачным. —Это точно. Обычно Хангуан цзюнь всегда сдержан и редко проявляет какие-либо эмоции, но сегодня всё иначе. —Я думаю, что тут как-то замешан тот человек, которого привёл с собой Хангуан цзюнь. Предположение этого юного адепта казались очень логичными, и даже сам Вэй Ин был готов в это поверить, но то, что сказал другой ученик, озадачило Вэй Ина. —А я вот думаю, что причиной может быть Мадам Цзян. Ученики посмотрели широко открытыми глазами на своего собрата, а Вэй Ин наклонился чуть ближе, чтобы услышать чуть больше подробностей; для Вэй Усяня никак не может дойти мысль о том, что между Хуа Хуа и Лань Чжанем может быть какая-то неприязнь, ведь эти двое редко пересекались, да и с характером, что Лань Чжаня, что Хуа Хуа, делить им было особо нечего. —С чего ты это решил? — в душе Вэй Ин обрадовался этому вопросу и даже мысленно похвалил маленького адепта. Вэй Усянь наклонился чуть ближе, чтобы лучше услышать детали. —А вы не замечали, что каждый раз, когда Хангуан цзюнь и Мадам Цзян видятся друг с другом, то Хангуан цзюнь потом ходит с таким видом, словно увидел убийцу своей жены? — услышав это, Вэй Ин чуть ли не подавился и не свалился с ветки. Это что ж такого произошло между ними, чтобы воспринимать мирную Хуа Хуа как убийцу своей жены, которой у тебя даже нет? Брови Вэй Усянь нахмурился и наклонился еще ближе. —А ведь правда; я видел, как Хангуан цзюнь после встречи с Мадам Цзян очень долго ходил именно с таким выражением лица, — при воспоминании о мрачном лице Лань Ванцзи адепт задрожал и обнял себя так, словно пытался уберечь себя от самого лютого холода —Мне тогда показалось, что от него исходила траурная аура. —Но почему у них такие отношения? Как мне известно: Мадам Цзян редко с кем вступает в конфликт и предпочитает поддерживать мирные отношения… Адепты могли бы продолжить обсуждать эту тему еще долго, если бы не внезапно свалившийся с дерева Вэй Усянь. Юноши из-за неожиданности отскочили от валяющегося на земле тела и достали талисманы на всякий случай, если это нечто окажется нечистью, которая каким-то образом прошла сквозь барьер. Вэй Усянь же, который разочаровался в теле и еще какое-то время ругал бедного Мо Сюаньюя за отсутствие физической подготовки, начал подниматься с земли. —Вы в порядке? — один из адептов, который распознал в черном нечто человека, подошёл чуть ближе к юноше и уже хотел было помочь, но упавший с неба человек поднял руку, тем самым останавливая адепта. —Всё нормально, —Вэй Усянь выдавил из себя улыбку —Просто проверяю качество деревьев. —«Качество деревьев»? —ученики снова переглянулись; в их глазах читался явно вопрос: у этого господина с головой всё хорошо? —Не обращайте внимание! Это было последнее дерево, и проверку оно не прошло, а жаль, ведь сидеть на нём было очень даже удобненько, — Вэй Ин разочарованно покачал головой, а потом ухмыльнулся и повернулся к ученикам, у которых от этой улыбки появилось не самое хорошее предчувствие. Ещё совсем молодые адепты хотели незаметно начать уходить, но этот молодой господин их опередил: Вэй Усянь уже стоял прямо перед ними – молодого господина и несчастных адептов разделял почти пол чжана. —Ученики клана Лань, не могли бы вы мне сказать, где сейчас находится Хангуан цзюнь? —Молодой господин, с какой целью вы интересуетесь? —адепт пытался отойти чуть дальше и даже сделал шаг назад, но это было серьезной ошибкой, ведь Вэй Усянь сделал шаг вперед; остальные адепты сочувствующе посмотрели на своего собрата, который по всей видимости стал жертвой этого молодого господина. —Как это «с какой целью»? Хангуан цзюнь сам привёл меня в Облачные глубины, отвёл в свою комнату, а потом куда-то ушёл, ничего не объяснив; я очень переживаю. Адепты, которые явно услышали только фразу «отвёл в свою комнату»: ??!! —Молодой господин, почему бы вам не вернуться и не дождаться Хангуан цзюня? —По началу я так и хотел сделать, но вот уже начался час Собаки, а Хангуан цзюня до сих пор нет, да и к тому же я слышал про знаменитый холодный источник Ордена Гусу Лань и решил проверить действительно ли воды настолько холодные, как о них говорят, —Вэй Ин нёс откровенную чушь и будь это его тело, то на такое вряд ли повелись даже с самой убедительной интонацией, но сейчас всё по-другому, так что шанс пробраться к источникам открыто довольно высок. Ученики вновь начали переглядываться между друг другом, и даже был один, что был готов отправить молодого господина обратно в Цзинши или в любое другое направление, но у их собрата, который не смог прочитать ситуацию, были другие планы. —Температура источников действительно довольно-таки низкая, если молодой господин хочет убедиться, то идите прямо, а затем, когда увидите лестницы ведущие вниз, то спускайтесь по ним вниз, — адепт уже хотел повернуться к своим собратьям и всем своим видом показать, что проблема с молодым господином решена, но стоило ему увидеть мрачные и хмурые лица своих товарищей, то до него медленно начало доходить. —Спасибо! Вэй Усянь, получивший положительный ответ, а не просьбу вернуться в Цзинши, уже хотел в припрыжку пойти к источникам, но внезапно его схватили за рукав. В этот самый момент какие только мысли и планы не пронеслись в голове бывшего Старейшины; он уже хотел вырвать рукав и начать забег по Облачным Глубинам, как дальнейшие слова ученика не только успокоили Вэй Усяня, но также и дали надежду в том, что удача наконец-таки ему улыбнулась. —Молодой господин, в источниках сейчас Хангуан цзюнь, так что вам лучше туда не идти! Остальные адепты: …. —Спасибо тебе, ученик клана Лань! Теперь я просто обязан посетить этот источник! Вэй Ин освободил свой рукав от хватки адепта, и пока адепты смотрели на своего товарища с таким видом будто он предал весь Орден, помчался в сказанном направлении. *** Вэй Усянь начал спускаться вниз; фигура Лань Ванцзи продолжала стоять спиной к лестницам, не обращая внимание на то, что происходит вокруг. То, что надо. Подумал Вэй Ин, который уже спустился вниз и теперь прятался за камнем. Макушка с чёрными волосами, собранными в хвост и удерживаемые красной лентой, выглянула из-за камня, и серые глаза начали искать аккуратно сложенные белые одеяние, среди которых как раз-таки и должен быть жетон. При осмотре Вэй Ин не смог сдержаться и посмотрел в сторону Лань Чжаня, что продолжал статуей стоять в ледяной воде; при виде рубцов, что украшают спину Второго Нефрита Ордена Гусу Лань, юноша невольно вздрогнул: как Лань Чжань вообще мог получить такое количество шрамов? Пока Вэй Ин рассматривал спину Лань Ванцзи, последний неожиданно повернулся; юноша хотел спрятаться, но было поздно – золотые глаза лучшего ученика клана Лань его уже заметили. Послышались звуки всплесков воды, шорох одежд, и вот одетый Лань Ванцзи своими золотыми глазами стоит и смотрит прямо на Вэй Ина, который с нервной улыбкой начал выходить из своего укрытия. Не успела и зажечься палочка благовоний, а Вэй Ин и Лань Чжань стоят друг напротив друга. Неосознанно Вэй Ин опустил свой взгляд и тут же остановился на груди Лань Ванцзи; на фарфоровой коже, на которой помимо скатывающихся прозрачных капелек, был виден ещё один шрам, чья форма показалась Вэй Ину смутно знакомой, и он, возможно вспомнил бы, но внезапный звон колокола отвлёк обоих заклинателей от рассматривания друг друга.