Третье предупреждение

      07:23 PM       Тэхен ходит по своему номеру взад-вперед и рассеянно грызет ноготь на большом пальце. До восьми часов осталось чуть больше получаса, а он все еще не готов.       Неизвестно, что ждет его там, в номере господина Чона. Тэхену страшно и любопытно одновременно. Он без конца прокручивает в голове их странный разговор в туалете отеля, где проходила конференция. Что именно господин Чон имел в виду, приглашая Тэхена к себе в номер? Все это кажется таким личным и интимным, но может ли это действительно быть приглашение на… секс? Или же Тэхен все не так понял, и директор всего-навсего решил поговорить с ним тет-а-тет в более спокойной обстановке, где им никто не сможет помешать? Наверняка в его люксовом номере есть отдельный кабинет. Господин Чон сядет в кресло за дубовый письменный стол и будет, как обычно, читать Тэхену нотации. Или же смахнет на пол все ненужное и разложит его прямо на этом столе…       — Ах, черт! Что же делать?! — Тэхен тяжко вздыхает и присаживается на кровать, обнимая голову руками.       Директор Чон ясно дал понял, что будет ждать его у себя в номере. Даже пригрозил: «Только вздумайте не явиться». А что будет, если Тэхен не придет? В том случае, если речь идет об увольнении, руководитель найдет любой другой удобный момент, чтобы сообщить ему об этом. А если речь о сексе, то, не явившись, Тэхен упустит поистине уникальную возможность переспать с самым шикарным мужчиной из всех, кого он когда-либо встречал. Соджун там и рядом не валялся…       Однако господин Чон всегда казался Тэхену таким моралистом, поборником правил и дисциплины… Неужели он так просто возьмет и переспит со своим подчиненным? Мог ли он настолько прямо предложить своему сотруднику секс? Или все это — лишь плоды разбушевавшейся фантазии Тэхена, мечтающего, чтобы его уже хоть кто-нибудь хорошенько оттрахал? К тому же директор Чон прямым текстом сказал, что Тэхен его бесит. Да и на поцелуй он не ответил. Хотя надо признать, что в тот момент в шоке были они оба…       Тэхен резко поднимается на ноги. Так больше не может продолжаться. Он сгрызет не ноготь, а самого себя, если не узнает, зачем господин Чон позвал его в свой номер. Можно сколько угодно гадать, но способ выяснить это только один — просто явиться в назначенное время в назначенное место.       Тэхен направляется в душ, на ходу скидывая с себя одежду, и тщательно моется, не забывая подготовить себя изнутри — мало ли, чем закончится этот вечер. После душа он увлажняет питательным кремом все тело и замазывает консилером покраснения, выскочившие на лице после поедания сладкой ваты в Диснейленде. В конце своих уходовых процедур Тэхен наносит на ключицы немного любимых персиковых духов, после чего долго копается в чемодане, выбирая, что надеть. Он забраковывает все, что привез с собой, и проклинает Чимина, который заставил его выложить половину вещей и взять с собой чемодан поменьше, ведь Тэхен едет в Шанхай всего на три дня! В итоге он останавливает свой выбор на обычной белой футболке и классических голубых джинсах. Просто и со вкусом: такой наряд подойдет практически для любой ситуации.       08:00 PM       Ровно в восемь часов Тэхен стоит перед номером с табличкой «1013». Он протягивает руку, чтобы постучать в дверь, но тут же отдергивает ее. Внезапно сомнения окутывают его с ног до головы. А вдруг директор Чон просто решил подшутить над ним, чтобы отомстить за выходку с украденным бейджем?..       Тэхен не успевает как следует себя накрутить, потому что дверь номера внезапно распахивается. Господин Чон словно магическим образом почувствовал его присутствие рядом и открыл, не дожидаясь стука в дверь.       Ну, и как Тэхен должен о чем-то с ним разговаривать, когда директор с каждым разом выглядит все горячее и горячее?! На нем белая классическая рубашка с длинным рукавом, заправленная в обтягивающие темно-синие джинсы, выгодно подчеркивающие его крепкие бедра.       — Добрый вечер, господин Ким, — здоровается директор, окидывая оценивающим взглядом своего званого гостя. — Давно там стоите?       — Не больше минуты, — врет Тэхен, потому что мялся у двери как минимум в три раза дольше.       Господин Чон приглашающе указывает рукой внутрь, и Тэхен осторожно проходит в номер. Дверь за его спиной закрывается, щелкает замок, и комната погружается в тишину.       — Выпьете что-нибудь? — спустя несколько долгих секунд произносит директор. Он обходит Тэхена сбоку и направляется к мини-бару, расположенному в противоположном конце номера. — Вино? Мартини? Виски?       — Э-э-э… Да, мартини, если можно, — неуверенно отвечает Тэхен, оглядываясь по сторонам.       Люкс господина Чона разительно отличается от стандартных номеров, в которые заселили их с Хосоком. Дизайнерский взгляд Тэхена сразу же цепляется за отдельные элементы, делающие интерьер стильным, но при этом не слишком вычурным. Мебель и отделка выполнены в светло-бежевых тонах с отдельными коричневыми вставками. Окна зашторены плотными темно-бежевыми портьерами. На полу темно-синий ковер с ненавязчивым цветочным узором, который выбивается из общей цветовой гаммы, но при этом смотрится интересно и гармонично. В номере просторно и в то же время уютно. Приглушенный свет нескольких светильников мягко рассеивается и создает расслабляющую атмосферу.       Тэхен стоит посередине комнаты и не знает, что ему думать. Вряд ли господин Чон предложил бы ему выпить, если бы собирался его уволить. Хотя… Может, он делает это специально, чтобы Тэхен не слишком сильно расстраивался?       Тем временем директор подходит ближе и передает ему изящный бокал с прозрачной бледно-зеленой жидкостью.       — Ваш мартини, господин Ким.       — Спасибо, господин Чон.       Тэхен принимает бокал с выпивкой из рук своего руководителя и делает небольшой глоток, после чего облизывает губы, чувствуя сладковатый алкогольный привкус на языке.       Господин Чон также отпивает немного янтарной жидкости из своего стакана — судя по всему, он выбрал для себя виски. Кубики льда с характерным звуком перекатываются в бокале, пока директор неотрывно смотрит на своего гостя в обволакивающей тишине гостиничного номера.       — Зачем… Кхм… Зачем вы меня сюда позвали? — Тэхен решает первым нарушить неловкое молчание и узнать, наконец, причину своего прихода.       — А вы как думаете? — отвечает вопросом на вопрос директор Чон.       — Чтобы сделать мне третье предупреждение?       Директор усмехается и забирает алкоголь у Тэхена из рук.       — Я уже попытался сделать это сегодня днем, но вы остановили меня весьма оригинальным способом.       Он ставит оба бокала на ближайший столик и медленно обходит своего гостя, останавливаясь где-то позади него.       — Так вы об этом хотели со мной поговорить? — Тэхен, не оборачиваясь, почти физически ощущает чужое присутствие прямо у себя за спиной.       — А кто сказал, что мы будем разговаривать?       Тэхен, кажется, совсем забывает, как дышать, когда чужие ладони начинают медленно скользить по его предплечьям. Его сердце принимается стучать как сумасшедшее, разгоняя кровь по венам и ускоряя пульс до бешеного ритма.       — Руки наверх, — тихо, но властно произносит директор, и от этого хриплого голоса кожа Тэхена тут же покрывается мурашками.       Он и не думает сопротивляться, послушно выполняя озвученный приказ. Все это безумно интригует, распаляет любопытство и будоражит воображение. Что же задумал господин Чон?       Тем временем директор приподнимает футболку Тэхена и аккуратно тянет наверх, затем снимает ее через голову и откидывает куда-то на кресло. Парень остается по пояс обнаженным. Его кожи касается легкая прохлада от работающего кондиционера, которая заставляет его соски слегка затвердеть.       Господин Чон подходит к нему сзади почти вплотную, так что Тэхен ощущает его горячее дыхание на задней поверхности своей шеи. Сильные руки обхватывают его за плечи и направляют, заставляя сделать несколько шагов вперед, пока парень не упирается прямо в стену. Он чувствует мимолетное прикосновение чужих губ к своему уху и слышит новый приказ:       — Руки на стену.       Тэхен, не сдержавшись, рвано выдыхает и осторожно упирается руками в стену. Он ощущает, как чужие пальцы уже ловко расстегивают его джинсы и тянут их вниз.       — Какой послушный мальчик, — бормочет господин Чон, слегка приспуская его боксеры в районе ягодиц, как только джинсы оказываются где-то на полу. — Всегда бы так.       Тэхену вдруг хочется позорно заскулить от внезапной похвалы и чувства легкого стыда, ведь он стоит с голой задницей перед полностью одетым директором.       — Сегодня вы очень сильно разозлили меня, господин Ким, — вкрадчиво произносит директор Чон. — А тому, кто плохо себя ведет, положено наказание.       Тэхен ощущает внезапный шлепок по одной из своих ягодиц.       — Ах!.. — из его горла вырывается громкий вскрик, который он тут же заглушает, закусывая губу.       Легкое саднящее чувство от удара сразу же перекрывается приятным теплом от поглаживания нежной кожи широкой горячей ладонью.       Следом за этим Тэхен ощущает еще один шлепок — на этот раз он приходится на другую ягодицу. Парень вновь вскрикивает, за что получает еще несколько быстрых шлепков по заднице.       — Хорошие мальчики послушно принимают свое наказание, господин Ким, — бормочет директор, аккуратно оглаживая ладонью мягкие половинки.       Тэхен мычит что-то нечленораздельное. Мысли в его голове путаются, словно в тумане. Он вдруг понимает, что хочет быть наказанным и послушным одновременно. Хочет вывести своего руководителя из равновесия, довести его до белого каления, чтобы он потом как следует его отшлепал. И при этом хочет беспрекословно слушаться его приказов и слышать похвалу о том, какой он хороший мальчик.       Тем временем господин Чон стягивает с него боксеры, и они скользят по длинным стройным ногам на пол, приземляясь черным пятном туда, где уже бесформенной кучей лежат его джинсы. Тэхен опускает голову и смотрит вниз, внезапно обнаруживая, как сильно он возбужден. Его член уже болезненно твердый, сочится естественной смазкой, которая стекает по стволу и вот-вот капнет на пол. Оказывается, легкое доминирование и добровольное подчинение нехило его заводят.       Директор Чон присаживается на корточки, помогая ему избавиться от обуви и выпутаться из штанин. Тэхен переступает через свою одежду, по-прежнему не отрывая рук от стены. Он рвано дышит, без конца кусая и облизывая свои губы. И едва не отдает Богу душу, когда чувствует, как чужие руки раздвигают его ягодицы, и горячий влажный язык касается его там.       — Чонгук… — выдыхает Тэхен, распахивая глаза.       Ответом ему служит очередной шлепок по ягодице. Директор поднимается на ноги и прижимается вплотную к его полностью обнаженному телу.       — Мне нравится, как ты произносишь мое имя, — шепчет он Тэхену на ухо, слегка прикусывая его за мочку. — Хочу, чтобы сегодня ты кричал его, пока я буду жестко втрахивать тебя в матрас…       Тэхен стонет от столь яркой и откровенной перспективы и непроизвольно подается бедрами назад, натыкаясь на чужое возбуждение, скрытое под слоями одежды. Неужели это и вправду произойдет? Он и директор Чон? В одной постели? Его самые смелые эротические фантазии станут реальностью?       — Сделаешь это для меня? — продолжает горячо шептать Чонгук, жадно сжимая пальцами нежные половинки. — Покажешь мне, как ты кричишь, когда тебе хорошо?       — Да-а-а…       Тэхен абсолютно теряется в пространстве, стоя с прикрытыми глазами и все еще опираясь руками о стену. Вдруг он ощущает что-то мокрое на своем копчике и понимает, что это чужая слюна стекает прямо между его ягодиц. После этого влажный палец осторожно проникает внутрь его сжатой дырочки сразу наполовину.       — Я смотрю, вы подготовились, господин Ким, — слышится тихая усмешка за его спиной, и к первому пальцу довольно быстро добавляется второй.       — Я… Да… — только и может вымолвить Тэхен, едва не улетая в астрал от поступательных движений директорских пальцев в своей заднице.       — Сколько пальцев?       — Три…       Его ответ воспринимается как призыв к действию, и к предыдущим двум пальцам присоединяется третий. Тэхен шипит от легкого дискомфорта: он хоть и подготовился, но ввиду отсутствия времени сделал это на скорую руку и растянул себя недостаточно. К тому же слюна не может полноценно заменить смазку, в результате чего в какой-то момент Тэхену становится слегка неприятно. Он отстраняется и, сбито дыша, разворачивается лицом к директору.       — Дальше я готов продолжать только со смазкой, — открыто заявляет он, смело глядя в потемневшие, насколько это вообще возможно, обсидиановые глаза.       Чонгук делает шаг вперед, и Тэхену приходится отступить назад. Он упирается спиной в стену и прерывисто выдыхает. Горячие ладони ложатся на его талию и собственнически ее сжимают. Тэхен едва успевает сделать маленький вдох перед тем, как окончательно потерять голову на пару со своим невыносимым директором. Чонгук резко подается вперед и вгрызается в его губы жадным поцелуем.       Тэхен громко мычит и со всей своей накопившейся страстью отвечает на поцелуй. Голова идет кругом, ему кажется, что вся комната плывет вокруг них. Под его прикрытыми веками взрываются яркие фейерверки, а губы и язык живут отдельной жизнью, целуя, как никогда ранее: быстро, голодно, ненасытно.       Его подхватывают под ягодицы и, не разрывая поцелуя, прижимают спиной к стене. Тэхен оплетает ногами чужую талию и загребущими руками тянет директора за шею ближе к себе. Их поцелуй мокрый и развязный, губы кусаются почти до крови, языки яростно сплетаются, а дыхания катастрофически не хватает.       — Ты такой сладкий, — Чонгук отрывается от зацелованных губ и проводит языком по нежной шее, вырывая из горла Тэхена новый стон. — Везде такой гладкий… Бархатный… Настоящий персик…       — Чонгук, пожалуйста… — хнычет Тэхен, не в силах больше терпеть эту сладостную пытку.       — Что «пожалуйста»?       — Трахни меня… Трахни меня немедленно…       Чонгук гортанно смеется ему на ухо, усиливая свою крепкую хватку на его ягодицах.       — Вы очень нетерпеливый, господин Ким, — он возвращается к своему занятию и продолжает медленно выцеловывать изящную шею.       Тэхену начинает казаться, что еще чуть-чуть — и он попросту взорвется от перевозбуждения. Поэтому он берет дело в свои руки и решительно обхватывает руками щеки директора, заставляя его посмотреть на себя.       — Если ты сейчас же меня не трахнешь, я трахну себя сам твоим же членом, — требовательно произносит он, сводя брови на переносице.       — Мне казалось, что командую здесь я, — Чонгук скептически изгибает одну бровь.       — А мне казалось, что люди, имеющие власть, втайне мечтают подчиняться.       Взгляд директора тяжелеет. Он хмурится и толкает язык за щеку.       — Я командую всегда и везде. И на работе, и в спальне, — сурово чеканит он, угрожающе прищуриваясь. — Так что запомни, мой сладкий, никаких командирских замашек, пока ты со мной. Тебе все ясно?       Тэхен облизывает губы и кивает. Ему нравится такой господин Чон: властный, сильный и уверенный в себе. Такому мужчине хочется подчиниться, хочется полностью передать контроль и играть по его правилам. И в этом состоит весь парадокс, ведь на работе Тэхена до жути раздражает повелительный тон и диктаторская манера общения директора Чона. Удивительно, как один и тот же человек может так бесить в жизни и так заводить в спальне…       Однако сейчас они не на работе, поэтому Тэхен засовывает свой гонор куда подальше и жалостливо шепчет:       — Чонгук, я прошу тебя… Пожалуйста…       — Чего ты хочешь?       — Чтобы ты… Чтобы ты взял меня…       Директор Чон рычит, поудобнее подхватывает свою ношу под ягодицы и несет к кровати. Тэхена кидают на постель, которая мягко пружинит под его весом. Гладкое покрывало приятно ласкает разгоряченную кожу. Тэхен приподнимается на локтях и жадно наблюдает, как Чонгук медленно расстегивает свою рубашку. Когда его взору открывается подтянутый живот с шестью кубиками пресса и темной дорожкой волос, уходящей под кромку джинсов, Тэхен не сдерживается и облизывается, словно кот. Ему хочется провести языком по этому прессу, оставить свою метку на каждом кубике и ощутить губами жесткую дорожку гордости, которая кажется ему невероятно сексуальной.       Когда рубашка оказывается где-то на полу и Тэхен видит ничем не скрытый чужой голый торс, его взгляд цепляется за небольшую татуировку на руке директора — три горизонтальные линии чуть выше запястья.       Тэхен резко садится на кровати и хватает Чонгука за руку.       — Постой… Где-то я уже это видел… — бормочет парень, усиленно думая, откуда в его памяти могла всплыть эта татуировка.       И тут до него доходит.       — Подожди… Так Куки — это ты?!       Cookie. Куки. Чонгук. Господин Чон. Менее 1 км от вас…       Вот черт! Он переписывался на сайте знакомств с собственным руководителем, травил абсолютно тупые шутки, а потом обозвал его напоследок и заблокировал!       Чонгук снисходительно улыбается и наклоняется к Тэхену, крепко обхватывая пальцами его подбородок.       — Что, я уже не кажусь тебе таким занудой?       — Так ты поэтому мне житья не давал? — Тэхен хмурит брови и выпячивает нижнюю губу. — За то, что я тебя послал?       Чонгук усмехается и качает головой.       — Признаюсь, я хотел немного тебя проучить. Но в целом все, что я делал, не имело к этой ситуации никакого отношения. Просто ты выводил меня из себя, а я отвечал тебе так, как считал нужным.       — И тем не менее мы оба здесь, — тихо говорит Тэхен.       — Да, мы здесь, — директор приближается и выдыхает прямо ему в губы: — И я собираюсь трахнуть тебя так сильно, что ты неделю ходить нормально не сможешь.       Тэхен прикрывает глаза и закусывает губу. Да. Это именно то, чего он так отчаянно хотел. О чем так долго мечтал, фантазируя одинокими вечерами о мужчине, который был так далеко, а сейчас находится так близко.       Тэхен садится поудобнее и нетерпеливо дергает ремень на джинсах Чонгука в попытке поскорее добраться до самого интересного. Его пальцы подрагивают, пока он резкими движениями расстегивает пуговицу и тянет молнию вниз.       — Куда-то спешите, господин Ким? — усмехается директор, с интересом наблюдая за его движениями.       — Вам бы тоже не мешало поторопиться, господин Чон, — быстро расправившись с джинсами, Тэхен следом за ними дергает вниз его боксеры.       И замирает.       Он поднимает голову вверх и с сомнением смотрит в лукавые черные глаза.       — Это, — Тэхен указывает рукой на крупный член прямо перед своим носом, — в меня точно не поместится…       — Это, — Чонгук медленно проводит рукой вверх-вниз, размазывая предэякулят по стволу, — сделает тебе сегодня очень приятно.       Тэхен сглатывает. Да, размером природа Чонгука явно не обделила. Это объективно самый большой член из всех, с которыми Тэхену доводилось иметь дело. Длинный, но не слишком толстый, с выступающей венкой — поистине идеальный агрегат. Осталось проверить, влезет ли «это» в тэхенову маленькую дырочку.       От более долгого и детального рассмотрения рот Тэхена постепенно начинает наполняться слюной. Он хочет этот член в себе: у себя в заднице, но для начала — у себя во рту. Парень обильно облизывает губы, осторожно убирает руку Чонгука со ствола и крепко обхватывает твердый член своими длинными пальцами.       Он обильно сплевывает на головку и делает пару пробных движений ртом, размазывая слюну по стволу. Когда откуда-то сверху слышится шумный выдох, Тэхен поднимает глаза и видит, что Чонгук внимательно наблюдает за ним, полностью закусив нижнюю губу зубами. Это мотивирует парня продолжать. Ему хочется сделать этому мужчине очень хорошо. Ему действительно хочется стараться для него.       Тэхен заглатывает член до середины и принимается делать поступательные движения головой, помогая себе одной рукой. Он подключает язык, втягивает щеки, делает вакуум и без раздумий проталкивает член еще дальше, до самого горла. Он вспоминает, как правильно дышать, чтобы не закашляться, и быстро переходит в горловой, начиная двигать головой еще активнее. Тэхен вспоминает теорию и свой реальный сексуальный опыт, чтобы доставить своему партнеру максимальное наслаждение.       — Вот так, мой сладкий, — подбадривает Чонгук, слегка сжимая волосы на его макушке. — Такой хороший мальчик. Так сладко сосешь…       Тэхен мычит и сводит колени вместе. Похвала делает с его телом что-то невообразимое. На секунду ему даже кажется, что он готов кончить только от одной фразы про хорошего мальчика.       Чонгук вдруг мягко отстраняется.       — Твой ротик — это нечто, но я не собираюсь сегодня кончать от одного минета.       Он тянется к прикроватной тумбочке и достает оттуда бутылочку со смазкой и ленту презервативов.       — Ложись на середину, — властно говорит директор, и Тэхен тут же без промедления выполняет его приказ, отползая от края и устраиваясь по центру кровати.       Пока директор разрывает блестящий пакетик и надевает презерватив, Тэхен пожирает глазами его тело. Оно — словно произведение искусства эпохи Возрождения: идеальные пропорции, рельефные мускулы, четко выраженный пресс, подкачанные бедра и узкая талия. Тэхену хочется взвыть от радости: неужели ему так повезло? Даже если их связь — всего лишь единоразовая акция, сегодня этот мужчина — его…       Чонгук становится коленями на кровать и двигается ближе. Он выливает немного смазки Тэхену между ягодиц, хорошенько смазывает свой член и отбрасывает бутылочку куда-то в сторону, ложась на парня сверху.       — Проверим вашу гибкость, господин Ким? — жарко шепчет он ему на ушко и без промедления закидывает длинные ноги себе на плечи, складывая Тэхена практически пополам.       Тэхен искренне радуется, что недавно сходил с Джином на йогу и освежил свою растяжку, которая не обновлялась со времен занятий балетом в далеком-предалеком детстве.       — Боже… — выдыхает он, как только чувствует твердый член у своей дырочки. — Чонгук…       Тэхен ерзает и пытается насадиться самостоятельно, но директор крепко удерживает его за бедра, не позволяя ему сделать этого.       — Хочешь мой член? — дразнится Чонгук, чуть надавливая головкой на проход, но не входя глубже.       — Да-а-а…       — Насколько сильно хочешь?       — Очень сильно… Ну, давай же…       Тэхен изнывает от нетерпения, вертится и сгорает от желания почувствовать большой член внутри себя. Долгое ожидание начинает его раздражать, и он готов уже заявить о своем недовольстве, но у директора свой собственный план.       — Хотел — получай, — Чонгук входит резко и сразу до середины.       Тэхен ахает от боли, внезапно прострелившей его позвоночник. Он не был готов, что все произойдет так быстро, но вот второй толчок — и член уже внутри него по самое основание.       — Ах!.. П-погоди… Не спеши… — Тэхен хнычет от боли, смешавшейся с наслаждением.       Но Чонгук игнорирует его мольбы, сразу же начиная двигаться и постепенно ускоряясь. Он попадает по простате, Тэхен взвизгивает и дергается, так что они едва не сталкиваются лбами.       — Аккуратнее, мой хороший, — говорит Чонгук, чуть замедляясь. — Иначе ты поставишь нам обоим фингалы под глазом.       — Сделай так еще раз… — просит Тэхен, находясь в какой-то прострации.       Боль почти отступила, уступив место невероятному наслаждению. Длинный член Чонгука достает туда, куда еще никто никогда не доставал, и теперь Тэхену и самому хочется поскорее продолжить. Он громко стонет, когда директор буквально начинает втрахивать его в кровать, как и обещал: быстро, жестко, беспощадно, попадая каждый раз именно туда, куда необходимо.       — Да, вот так, — бормочет Чонгук, не сбавляя дикого темпа. — Кричи, мой сладкий. Пусть все слышат, как тебе хорошо со мной…       Тэхен сдавленно вскрикивает и неожиданно кончает себе на живот. Чонгук, увидев это, качает головой и нахально ухмыляется.       — Тебе придется кончить еще раз, мой хороший, потому что я с тобой еще не закончил. Переворачивайся.       Он скидывает ноги Тэхена со своих плеч и помогает ослабшему после оргазма парню лечь на живот, после чего тянет его за бедра на себя, заставляя встать в коленно-локтевую. Директор медленно оглаживает мягкие половинки и внезапно звонко шлепает его по заднице.       — Ай!.. — Тэхен оглядывается через плечо и встречается с абсолютно темным взглядом Чонгука.       — Хорошие мальчики не кончают без разрешения, господин Ким.       Шлепок.       — Хорошие мальчики предупреждают, прежде чем кончить.       Шлепок.       — Хороших мальчиков иногда нужно наказывать для профилактики.       Шлепок! Шлепок! Шлепок!       Тэхен закусывает губу и понимает, что опять возбуждается. Его член дергается каждый раз, когда чужая широкая ладонь хлестко встречается с бархатной кожей его ягодиц.       Тем временем Чонгук опять входит в него и буквально начинает насаживать на свой член, крепко обхватив ладонями за талию.       — Боже, какой же ты узкий… — загнанно бормочет директор, жестко вбиваясь в податливое тело перед собой. — Такой тугой для меня…       Тэхен громко стонет и сжимается еще сильнее, стремясь доставить Чонгуку такое же райское наслаждение, какое он доставляет ему, трахая так сладко и так искусно, как никто и никогда до этого.       Бешеный темп и приятная похвала, максимально открытая поза и звонкие звуки шлепков, обоюдное тяжелое дыхание и запах секса, пропитавший воздух — все это с невероятной скоростью начинает приближать Тэхена к финишу.       — Чонгук… Я… Я, кажется, сейчас опять кончу… — он хочет быть хорошим мальчиком, поэтому на этот раз предупреждает своего партнера о приближающемся оргазме.       — Я тоже близко, давай со мной…       Чонгук ускоряется и начинает яростно трахать маленькую припухшую дырочку, практически не выходя.       — Чонгук! — Тэхен вскрикивает, держась буквально из последних сил. — Я больше не могу… Позволь мне кончить…       — Кончай.       Одно слово — и Тэхен громко кричит, тут же изливаясь на покрывало под собой. Он чувствует, как Чонгук продолжает входить в него сквозь оргазм, но длится это недолго: директор рычит и кончает следом за ним в презерватив, после чего падает на Тэхена сверху и придавливает его своим весом.       Тэхен не знает, сколько времени проходит, пока они просто лежат и тяжело дышат, отходя от крышесносного секса и склеившись телами, покрытыми потом. В какой-то момент он чувствует нежный поцелуй на задней поверхности своей шеи, и это кажется ему настолько интимным, что он гулко сглатывает, не зная, как на это реагировать.       — Что ты будешь? Я закажу нам ужин в номер, — говорит Чонгук, продолжая водить горячими губами по его взмокшему виску.       — А что есть в меню? — заинтересованно спрашивает Тэхен, внезапно осознав, насколько он голодный после такого бурного секс-марафона.       — Что только захочешь.       — Тогда картошку фри, чизбургер и большую колу.       Чонгук замирает.       — Может, мне сразу позвонить в Макдональдс? — скептически интересуется он.       — Тогда закажи еще Макфлурри шоколадно-карамельное.       Тэхен слышит хриплый смех у себя над ухом и чувствует еще один невесомый поцелуй в шею.       — Ты просто кадр, — смеется Чонгук. — Ты находишься в пятизвездочном отеле и мог бы заказать все, что душе угодно, но вместо этого выбрал дешевый фастфуд.       Он осторожно выходит из него и поднимается с кровати, затем быстро избавляется от презерватива и, по-прежнему обнаженный, направляется к своему телефону, оставленному на тумбочке.       Пока директор звонит на ресепшен и действительно просит администратора сделать заказ из Макдональдса, Тэхен садится на кровати и, свесив ноги, погружается в свои мысли. Слово «кадр» снова режет ему слух, как и в тот вечер около рок-клуба. Тэхен только что переспал со своим руководителем, но что дальше? Как будут складываться их отношения — как личные, так и профессиональные? А есть ли между ними личные отношения? Обоюдное сексуальное притяжение — определенно, есть. Но что, если Тэхен до сих пор всего лишь «кадр» — наемный сотрудник для господина Чона? А если и нет, то захочет ли директор с ним настоящих отношений? И возможно ли это в принципе, учитывая, насколько сильно они бесят друг друга в обычной жизни?       Тэхен промаргивается. Господи, и откуда только у него в голове подобные мысли? Размечтался, словно девчонка! Какие еще отношения? Переспали и разбежались. Им еще работать вместе. Может быть, если директор будет не против, они повторят, но на этом все. В голове всплывают слова Чимина о том, что у них с Юнги нет ничего общего. Вот где правда. Ведь у него с Чонгуком тоже. Поэтому Тэхен отбрасывает глупые мечты об отношениях с финансовым директором и направляется в душ.       Он тщательно намыливает себя ароматным гелем для душа, стараясь выгнать настырные мысли из своей головы. Едва Тэхен становится под потоки воды, чтобы смыть с себя душистую пену, сильные руки крепко обхватывают его поперек живота, и чужие губы начинают скользить по его виску вниз к скуле и подбородку.       — Останься сегодня со мной, — негромко просит Чонгук, медленно проводя своими ладонями по плоскому животу, покрытому мыльной пеной. — Останься до утра.       Тэхен прикрывает веки и откидывает голову ему на плечо. В объятиях Чонгука так спокойно, так надежно, так комфортно, что ему действительно не хочется никуда уходить этим вечером.       — Хорошо… — отвечает парень, буквально тая от неспешных ласк под струящимися потоками воды. — Я останусь…

***

      08:00 AM       Ровно в восемь утра Тэхен выскальзывает из номера господина Чона и направляется к себе.       Вчера они не спали допоздна, сначала долго принимая душ вместе и жарко лаская друг друга под теплыми струями воды, затем ужиная вредным фастфудом из Макдональдса, а после лениво целуясь в мягкой постели под негромкий бубнеж какой-то передачи про диких животных по телевизору. В итоге Тэхен заснул первым, разомлев от сладких поцелуев и нежных поглаживаний. А когда проснулся утром без будильника, несколько минут просто смотрел, как спит Чонгук. Во сне его лицо выглядит таким расслабленным и таким молодым, что больше двадцати семи ему и не дашь.       На тумбочке рядом со стационарным телефоном Тэхен обнаруживает ручку и блокнот и, не сдержавшись, пишет коротенькую записку директору на прощанье:       Уважаемый господин Чон!       Если бы я знал, что последует после вашего третьего предупреждения, я бы вывел вас из себя намного раньше. С уважением, послушный мальчик, Ким Тэхен       Тэхен решает спуститься по лестнице, опасаясь встретить кого-нибудь из знакомых в лифте. Он видел себя в зеркало и понимает, что его образ реально оставляет желать лучшего: на шее несколько крупных засосов, губы припухли, волосы растрепаны, одежда помята.       Он жалеет о своем решении почти сразу же, потому что его задница нещадно болит после бешеного секса с финансовым директором. Однако ему нужно преодолеть всего каких-то пять этажей, поэтому Тэхен выходит на лестничную площадку и начинает медленно ковылять вниз. Он раздумывает, не позвонить ли ему Чимину, чтобы рассказать о своих вчерашних приключениях, как вдруг на лестничном повороте нос к носу сталкивается с… Хосоком.       — Привет, Тэ, а ты откуда? — заинтересованно спрашивает коллега, пристально осматривая Тэхена с ног до головы. — Случайно, не от директора Чона идешь?       Тэхен сглатывает и чувствует, что у него внутри все обрывается. Он выглядит затраханным, и Хосок все прекрасно понимает по его внешнему виду. А если знает Хосок — знает вся компания. И это значит, что спокойного житья на работе Тэхену теперь не видать…