Третье предупреждение

      8:05 AM       — Привет, Тэ, а ты откуда? — заинтересованно спрашивает Хосок, пристально осматривая Тэхена с ног до головы. — Случайно, не от директора Чона идешь?       Тэхен сглатывает и чувствует, что у него внутри все обрывается. Он выглядит затраханным, и Хосок все прекрасно понимает по его внешнему виду. А если знает Хосок — знает вся компания. И это значит, что спокойного житья на работе Тэхену теперь не видать…       Хосок прыскает от смеха.       — У тебя сейчас такое лицо, словно ты про конец света узнал, — потешается коллега, качая головой. — Давай, признавайся: все-таки сходил в клуб без меня?       Тэхен с трудом ворочает извилинами в своем мозгу. Как-никак, ранее утро, да еще и после вчерашнего бурного вечера… Какой клуб? О чем вообще Хосок говорит? И причем тут директор Чон?       Однако Тэхен довольно быстро складывает в голове два плюс два и облегченно выдыхает.       — Ах, да, точно! Клуб, — Тэхен криво усмехается и решает подыграть. — Тусил всю ночь, только вернулся. Нечаянно проехал на лифте свой этаж, решил спуститься по лестнице, тут идти всего ничего — пять этажей…       Звучит как бред, но Хосок понимающе кивает головой.       — Ну и видок у тебя, — хмыкает он и подмигивает. — Хорошо провел время?       — Э-э-э… Да, все круто, мечтаю отоспаться…       — У тебя есть буквально пару часов, потому что в одиннадцать продолжение конференции, ты же помнишь об этом? Сегодня последний день, выступают несколько крутых спикеров…       — Да-да, конечно, — нетерпеливо перебивает его Тэхен, потому что его внезапно озаряет: — Слушай, а что здесь делаешь ты в такую рань?       Хосок оглядывается по сторонам, хотя на лестничной клетке, кроме них, больше никого нет. Он подходит к Тэхену поближе и принимается заговорщически шептать:       — Короче. Я закорешился с администратором на ресепшене, и он мне по секрету сказал, что господин Чон вчера заказывал себе в номер ужин на две персоны. Мне стало так интересно! Вот я и решил подкараулить его, подслушать, подсмотреть, что за гость такой, вдруг он остался до утра? Хочется узнать хоть что-нибудь про личную жизнь нашего финансового директора…       Тэхен на секунду прикрывает глаза. Ну, Хосок! В каждой бочке затычка! Все ему надо знать! Тэхена изнутри накрывает разнонаправленными чувствами. С одной стороны — облегчением, ведь его коллега всего-навсего пошутил и не успел увидеть его выходящим из номера господина Чона. А с другой стороны — возмущением: какого хрена Хосок вечно лезет куда-то в залупу?!       Однако Тэхен должен держать свои чувства при себе, чтобы не спалиться перед коллегой окончательно. Поэтому он подходит к Хосоку ближе и обнимает его одной рукой за плечи.       — Слушай, я понимаю твое любопытство, но ты хоть представляешь, что будет, если директор Чон тебя заметит? Он же уволит тебя мгновенно, ты и пикнуть не успеешь! Оно тебе надо?       Хосок задумывается на несколько секунд.       — Да, ты прав, — наконец отвечает он. — Что-то я перегнул палку. Я должен быть осторожнее, мне нельзя терять эту работу, у меня больная мать…       — Вот именно, — поддакивает Тэхен. — Поэтому пойдем-ка лучше отсюда. Давай потратим оставшееся время с пользой: поспим, позавтракаем, отдохнем перед началом конференции…       Пока они неспешно спускаются на свой этаж, Тэхен усиленно отгоняет от себя неприятные мысли о том, что было бы, выйди он от Чонгука на каких-нибудь пять минут позже…       10:37 PM       Они прилетают обратно в Сеул вечерним рейсом в воскресенье.       В последний день конференции Тэхен и Чонгук почти не пересекались. Директор, как обычно, сидел в первых рядах и внимательно слушал выступления, что-то записывая в свой блокнот и изредка переговариваясь со знакомыми спикерами, сидевшими рядом. Тэхен же расположился чуть дальше, через несколько рядов от него, и почти весь день гипнотизировал глазами его черную макушку, постоянно возвращаясь мыслями к событиям прошлого вечера. Никто и никогда не делал ему так хорошо, как господин Чон, поэтому Тэхен просто не мог выкинуть из головы его страстный шепот, его хриплый смех и то, как искусно директор касался его везде…       По прибытии в аэропорт Инчхон коллеги разделяются: Хосок и Тэхен решают поехать домой на метро, а Намджун и Чонгук — на такси. Тэхен тоже с удовольствием бы поехал на такси, но он и так нехило потратился на сувениры и поездку в Диснейленд, поэтому вынужден экономить. Коллеги прощаются, пожимая друг другу руки, и Тэхена буквально прошибает током от простого прикосновения к ладони директора. Он вспоминает, как вчера эти самые руки жадно сжимали его ягодицы, как эти пальцы входили глубоко в него, неспешно растягивая его бархатные стеночки…       Господин Чон кидает на него долгий пронзительный взгляд, от которого Тэхену моментально становится жарко. Он сглатывает и оглядывается по сторонам, проверяя, не заметили ли Намджун с Хосоком эти странные переглядывания между директором и его подчиненным. Однако их коллеги заняты своими делами: Намджун уже вызывает такси через приложение в телефоне, а Хосок звонит матери, сообщая ей, что долетел нормально.       — До свидания, господин Чон, — тихо прощается Тэхен, облизывая языком внезапно пересохшие губы. Ему вдруг хочется, чтобы это сделал не он, а Чонгук. Чтобы этот мужчина облизал не только его губы, но и каждый миллиметр его тела, которое по-прежнему так жаждет его умелых прикосновений.       — До завтра, господин Ким, — негромко отвечает директор, едва заметно улыбаясь ему краешком губ.       Тэхен сразу же вспыхивает и, подхватив свой чемодан, спешит поскорее скрыться в толпе вслед за Хосоком, чтобы Чонгук не заметил его горящего лица и покрасневших кончиков ушей. Тэхен и сам не понимает, почему так бурно реагирует на простое прикосновение к директору и его легкую полуулыбку. Видимо, он слишком уж сильно погрузился в свои фантазии. Пора из них выбираться, потому что чем дольше Тэхен мечтает о нем, тем глубже этот мужчина пробирается в его мысли…

***

      Пять дней спустя       11:35 PM       — Эй, Тэ! Ты должен попробовать этот коктейль! — гаркает Минхо, пытаясь перекричать громкую музыку. Он взбирается на высокий барный стул рядом с Тэхеном и продолжает кричать: — Это что-то невероятное! Черт, как же давно я не отрывался!       — Спасибо, но у меня уже есть, — бормочет Тэхен, примостившись за барной стойкой и рассеянно помешивая трубочкой ярко-фиолетовую жидкость в своем бокале.       — Да что с тобой такое? Мы так давно не виделись, я думал, сходим в клуб, классно затусим, а ты какой-то тухлый…       Тэхен вздыхает. Ну, и как он должен объяснить своему университетскому приятелю, что всю неделю сохнет по финансовому директору, будто какая-то малолетка? Запал… Запал так сильно, что в голову, кроме него, больше никто и ничто не лезет. В голове один Чонгук — единолично восседает за своим рабочим столом и, опустив рабочие очки на кончик носа, называет Тэхена очень, очень плохим мальчиком, которого надо срочно наказать…       Проблема состоит в том, что со дня прилета из Шанхая они так ни разу и не общались: ни вживую, ни по телефону, ни по переписке — никак. Максимум, что получил Тэхен за эти пять дней — это полное формальностей письмо, прилетевшее на корпоративную почту, в котором директор Чон просит младшего экономиста проверить расчеты по исполнению бюджета развития за прошлый квартал и найти там закравшуюся ошибку.       — Небольшие проблемы на работе, — расплывчато отвечает Тэхен, не желая вдаваться в подробности относительно своего офисного «краша». — Ты лучше скажи, вы там у себя в модном доме не ищите, случайно, младшего дизайнера? Или помощника дизайнера? Или, на худой конец, помощника помощника?       — Не-а, — Минхо отрицательно качает головой. — Пока никого не ищем. А что, ты решил наконец-то поработать по специальности?       — Да, типа того. Пассивно ищу работу.       — А почему не активно?       — Директор не отпускает на собеседования в рабочее время.       — Да ладно? — Минхо делает глоток своего наивкуснейшего коктейля. — Вот козел.       — Угу, — бормочет Тэхен, оставляя невысказанным свое дикое желание очутиться сейчас рядом с этим «козлом»: на нем, под ним, с ним — не важно.       — Так, допивай свой коктейль и идем танцевать! Хватит киснуть, твой директор этого не стоит! — безапелляционно заявляет Минхо. — Я буду иметь тебя в виду, и как только у нас откроется новая вакансия, я постараюсь замолвить за тебя словечко.       Глаза Тэхена загораются давно забытым огнем.       — Правда? Спасибо!       — Пока не за что, — отмахивается приятель. — Главное, тщательно подготовь портфолио со своими рисунками — наш главный дизайнер очень придирчивый в этом плане, будет досконально изучать каждый твой штрих. Но если ты ему приглянешься, гарантирую, что место — твое!       Настроение Тэхена сразу же поднимается. Он знает, что хорошо рисует: преподаватели в универе всегда хвалили его рисунки и нетривиальные идеи дизайна одежды. И если для хорошего трудоустройства требуется довести до совершенства свое портфолио — он это сделает!       Тэхен почти залпом допивает свой коктейль и, значительно повеселев, отправляется на танцпол следом за Минхо. Алкоголь быстро ударяет ему в голову, потому что с аппетитом у Тэхена в последние несколько дней все было совсем плохо. Поэтому через десять минут они с приятелем уже вовсю отрываются в самом центре танцпола. Тэхену впервые за долгое время так весело, и он, недолго думая, начинает вовсю потираться телом о высокого симпатичного парня, который минуту назад активно строил ему глазки.       — Эй, ты! Куда лезешь?       Какой-то мускулистый парень со всей силы толкает Тэхена в грудь, так что он обязательно упал бы назад, если бы не плотная толпа вокруг них.       — Руки убрал! — продолжает наезжать незнакомец, по-хозяйски обнимая красавчика, которого Тэхен только что пытался обольстить. — Это мой парень!       — Ладно-ладно! — кричит в ответ Тэхен, поднимая руки в защитном жесте. — Извини!       — Не извиню, урод! Пошел нахер! Танцуй в другом месте!       «Урод»?! Тэхен возмущенно вспыхивает и сжимает руки в кулаки. Чего-чего, а нападок на свою внешность, которой он уделяет такое большое внимание, он точно не потерпит. Тем более от какого-то незнакомого придурка!       — На себя посмотри! Кто здесь урод, так это ты! — фыркает Тэхен, складывая руки на груди.       — Что ты сказал? — качок презрительно скалится и начинает медленно подходить ближе. — А ну, повтори!       — Что слышал! — язвительно отзывается Тэхен. Алкоголь развязал ему язык и притупил чувство страха, поэтому он без раздумий выдает: — По сравнению с такой обезьяной, как ты, я — просто фотомодель!       — Тэ, не надо… — пытается вмешаться рассудительный Минхо, но не успевает: быкующий парень резко замахивается и бьет Тэхена кулаком в лицо.       — Твою мать! — скулит Тэхен, хватаясь за разбитый нос, из которого уже вовсю хлещет кровь — прямо на его новенькую светло-голубую рубашку. — Какого хера ты творишь?!       — Ты совсем сбрендил? — поддерживает его Минхо. — С хуя ли ты тут руки распускаешь?!       — Валите отсюда, ребятки, подобру-поздорову, — насмешливо произносит незнакомец, потирая костяшки на руке. — Я боец ММА, еще одно слово — и следующим ударом я выбью ваши зубы.       Минхо молча хватает Тэхена под локоть и тащит к выходу из клуба, ругаясь сквозь зубы:       — Отелло недоделанный… Боец ММА, блять… Сразу видно, что все мозги на ринге растерял…       Рассвет они встречают в травмпункте. Вправлять нос не потребовалось, однако отек в носовой полости все-таки развился. Врач устраняет кровяные сгустки из пазух, накладывает ватно-марлевую повязку и дает рекомендации по уходу за подбитой частью тела. А когда утром Тэхен заявляется в таком виде домой, сонный Чимин, привыкший к тому, что его лучший друг постоянно влипает в какие-то сомнительные истории, даже бровью не ведет и, хмыкнув, молча ложится обратно спать. Тэхен проходит в ванную комнату, раздевается и начинает усердно отстирывать кровь со своей многострадальной рубашки, полоская ее в холодной воде и параллельно размышляя о том, что в тканях он разбирается явно лучше, чем в людях…

***

      07:55 AM       Тэхен заходит в лифт первым и забивается в самый дальний угол, отчаянно желая остаться незамеченным. Этим утром он целых полчаса гримировал тональным кремом свой подбитый нос, пытаясь скрыть бордово-фиолетовые синяки, оставшиеся после удара в клубе. Отек на его лице за выходные немного спал, однако пластырь на носу все равно привлекает к нему излишнее внимание. Поэтому Тэхен опускает голову и едва ли не молится, чтобы поскорее добраться до своего рабочего места.       Как назло, именно в этот день он встречает в лифте свою влажную фантазию в лице финансового директора компании. Тэхен натыкается на его хмурый взгляд, бурчит «Доброе утро» и отворачивается в другую сторону, чтобы господину Чону не был виден его распухший нос, который выглядит так, будто Тэхена в него укусила пчела.       Добравшись до своего рабочего стола, Тэхен носком ботинка нажимает кнопку запуска на системном блоке, плюхается в кресло и сползает на нем вниз так, чтобы коллегам в опен-спейсе не была видна его непрезентабельная физиономия.       Но не тут-то было.       Его корпоративный телефон звонит ровно через минуту после прихода Тэхена на рабочее место. Он закатывает глаза и надеется лишь на то, что его не вызовут на какое-нибудь совещание с утра пораньше.       — Ким Тэхен слушает.       — Господин Ким, — слышится знакомый голос из трубки. — Зайдите ко мне в кабинет.       — Господин Чон, у меня сейчас несколько срочных запросов по план-факт анализу, — врет Тэхен, не желая идти в таком виде на ковер к своему руководителю. — Могу я зайти к вам позже?       «А лучше — через недельку», — проносится у него в голове.       — Это не обсуждается, — отрезает директор и вешает трубку.       Тэхен вздыхает и обреченно прикрывает глаза. Он кладет трубку на место и напоследок смотрит на свое отражение в маленьком зеркальце, которое всегда носит в кармашке своей сумки. Нос все еще опухший, но хотя бы синяки ему удалось замаскировать — уже хорошо.       Джисон, вышедший с больничного, провожает плетущегося в кабинет Тэхена своим неизменным насмешливым взглядом. Тэхен с трудом сдерживается, чтобы не показать ему средний палец.       — Можно? — парень осторожно заглядывает внутрь, натыкаясь на все еще хмурый взгляд обсидиановых глаз.       — Проходите и закройте за собой дверь, — холодно произносит господин Чон, поднимаясь из-за своего стола.       Тэхен делает, как велено, но вглубь кабинета не проходит, предпочитая держаться от своего руководителя подальше. Директор, заметив это, подходит к нему сам. Он поддевает указательным пальцем его подбородок и внимательно осматривает пострадавший нос, заклеенный пластырем.       — Что случилось?       Тэхен отводит взгляд и бурчит:       — Мне заехали по лицу.       Господин Чон скептически поджимает губы.       — Ясно. И как же это произошло?       Тэхен вдруг чувствует себя как на допросе. Он насупливается и складывает руки на груди, желая хотя бы так отгородиться от испытующего директорского взгляда.       — Я был в клубе, танцевал с парнем, но его бойфренд оказался ревнивым бойцом смешанных единоборств. И я… сказал ему пару ласковых. А он ударил меня кулаком в нос.       Директор вздыхает и качает головой.       — И почему я даже не удивлен, что вы опять попали в какую-то историю, господин Ким?       Тэхен дуется и ничего не отвечает. Он не особо рад стоять в таком неприглядном виде перед красивым мужчиной, который к тому же всю неделю не выходил у него из головы.       — Вы просто к… — начинает было директор, но Тэхен протягивает руку и закрывает ему рот своей ладонью.       — Только попробуйте назвать меня «кадром»! И следующий разбитый нос будет у вас!       Чонгук сводит брови на переносице и убирает его руку от своего рта.       — Вы забываетесь, господин Ким. Напомнить вам, где вы и с кем разговариваете?       Вместо того, чтобы смиренно послушаться, Тэхен раздражается. Мало того, что Чонгук всю прошлую неделю его игнорировал, как будто и не было той жаркой ночи в Шанхае, так он теперь ему еще и угрожает!       — Если это все, что вы хотели обсудить, господин Чон, то я, пожалуй, пойду.       Тэхен разворачивается к выходу, но Чонгук останавливает его, схватив за предплечье.       — Я бы очень хотел сейчас тебя наказать, потому что ты мне дерзишь, — негромко проговаривает директор, хмуря брови. — Но я не буду этого делать, потому что тебе и так досталось.       Тэхен вырывает свою руку и пытается уйти. Ему сейчас точно не до наказаний. Он чувствует себя паршиво, выглядит паршиво и их разговор тоже протекает весьма паршиво.       Чонгук снова останавливает его, но на этот раз мягче. Он протягивает руку и щелкает замком на двери кабинета. Тэхен непонимающе смотрит в его глубокие черные глаза и собирается опять выдать что-нибудь колкое, но слова застревают у него во рту, как только чужие теплые губы аккуратно целуют его в заклеенный пластырем нос.       Тэхен сразу расслабляется, обмякает, словно воздушный шарик, из которого выпустили весь воздух. Он моментально забывает о том, что хотел возразить, ненужные слова вылетают у него из головы, не оставив после себя и следа.       Директор наклоняется и целует его в губы — медленно, чувственно, словно пытаясь этим успокоить его разбушевавшееся сердце. Он осторожно подталкивает Тэхена к стене и собственнически сжимает руками его талию.       А Тэхен буквально растворяется в этом поцелуе, теряется, распадается, сам тянется ближе и не верит, что это действительно происходит. Он всю неделю мечтал снова оказаться в этих крепких руках, почувствовать требовательные губы на своих губах, ощутить кружащий голову древесный аромат знакомого парфюма и природный запах этого сильного тела…       Их поцелуй из нежного и целомудренного быстро перерастает в жадный и нетерпеливый. У Тэхена нещадно подгибаются колени, и ему приходится крепко вцепиться пальцами в лацканы директорского пиджака, чтобы банально не упасть.       — Мой сладкий персик, — бормочет Чонгук, проводя горячую дорожку поцелуев от уголка губ до чувствительного местечка прямо под ухом. — Мой непослушный мальчик…       Из горла Тэхена вырывается тихий стон, но теперь Чонгук закрывает ему рот своей широкой ладонью.       — Тише. Нам нельзя шуметь. Мой секретарь на месте и может нас услышать. Побудешь сегодня тихим мальчиком для меня?       Тэхен закусывает губу и кивает. Его злость и раздражение рассеиваются, и он снова хочет быть хорошим и послушным для своего властного директора.       Тэхен всхлипывает, когда Чонгук подхватывает его под ягодицы и несет к своему рабочему столу. Папки с документами летят на пол, бумаги разлетаются во все стороны, но директору абсолютно все равно. Он усаживает парня на край письменного стола и становится между его разведенных ног, возвращаясь к прерванному горячему поцелую. Тэхен с жаром отвечает и еле слышно постанывает, сдерживая себя изо всех сил, ведь он привык быть очень громким.       — Боже, мой сладкий, я так сильно тебя хочу… — шепчет директор ему на ушко, цепляя зубами маленькое серебряное колечко в его мочке. — Прямо здесь и сейчас… Я столько думал о тебе…       — М-м-м, Чонгук… — выдыхает в ответ Тэхен.       У него кружится голова, а сердце стучит как сумасшедшее. Ему вдруг кажется, что и не было вовсе всей этой долгой недели, этих сомнений, похода в клуб и пьяных попыток флиртовать с чужими парнями.       Чонгук торопливо расстегивает ширинку на тэхеновых брюках, затем чуть приспускает их вместе с трусами, освобождая его уже полностью возбужденный член.       — Чонгук, подожди… — Тэхен пытается собрать в кучу разлетающиеся мысли в своей голове, пока директор проводит большим пальцем по чувствительной головке и начинает неспешно размазывать предэякулят по его твердому стволу. — Я же не подготовлен…       — Ничего страшного, я просто хочу почувствовать тебя.       Чонгук двигает Тэхена ближе к краю стола и сминает его губы в страстном поцелуе, продолжая мучительно медленно ласкать его налившийся кровью член. Они целуются быстро и жадно, сплетаясь языками, сталкиваясь зубами и горячо выдыхая друг другу в губы.       — Хочешь тоже ко мне прикоснуться? — тяжело дыша, спрашивает Чонгук, когда они отрываются друг от друга, пытаясь перевести дух. — Расстегни мои брюки, сладкий…       Тэхен тут же повинуется. Подрагивающими руками он освобождает из-под слоев ткани член Чонгука: твердый, длинный, горячий — идеальный. Он обхватывает его своими цепкими пальцами и делает несколько неспешных движений вверх-вниз, чтобы размазать выделившуюся смазку по стволу.       Чонгук аккуратно убирает его руку и обхватывает оба члена своей широкой ладонью, начиная дрочить их вместе в более быстром темпе. Тэхену так хорошо, что он закусывает губу, чтобы не застонать. Тот факт, что ему нельзя быть громким, только добавляет пикантности ситуации. Он прячет лицо в сгибе шеи финансового директора и шумно дышит, пока Чонгук так умело ласкает их обоих.       — Господи… — шепчет Тэхен, пытаясь подаваться бедрами вперед, в такт движениям директорской руки. — Ты… Ты делаешь мне так приятно…       Чонгук гортанно смеется и целует его в висок, ускоряя свой темп. Другой рукой он задирает рубашку Тэхена до подбородка, потом проделывает то же самое со своей рубашкой и галстуком.       — Кончишь для меня, сладкий? Покажешь мне, как тебе хорошо от того, что я к тебе прикасаюсь?       Тэхен кивает и прикрывает глаза. Ему совсем ничего не стоит кончить лишь от этого хриплого голоса, который будет шептать ему о том, какой он…       — …Послушный мальчик…       Тэхен беззвучно кричит в шею Чонгуку, вцепившись обеими руками ему в плечи. Его тело содрогается, когда горячая сперма толчками вырывается наружу и заливает белесыми каплями ласкающую его руку.       — Ах!.. Боже, Боже, Боже… — заполошно шепчет Тэхен, вдыхая такой знакомый запах кожи мужчины, который только что довел его до оргазма.       — Мой хороший мальчик… Так сладко кончаешь для меня… — рычит Чонгук, продолжая яростно надрачивать оба их члена.       Пошлые хлюпающие звуки разносятся по кабинету и смешиваются с тяжелым мужским дыханием. Сперма Тэхена выступает в роли дополнительной смазки, делая скольжение более плавным и легким, и директор буквально через минуту кончает между их животами, закусив в зубах подол своей рубашки. Белая субстанция медленно стекает вниз по кубикам его пресса, пока Чонгук загнанно пытается отдышаться.       Он протягивает руку к коробке с салфетками, стоящей на краю его рабочего стола, и принимается приводить их обоих в порядок, потому что Тэхен, разомлев от неожиданного секса и бурного оргазма, до сих пор не может прийти в себя. Чонгук тщательно вытирает все следы недавнего удовольствия с их животов, затем помогает Тэхену застегнуть его брюки, после чего застегивает и свои. Их рубашки ощутимо помялись, однако появившиеся складки легко можно скрыть, застегнув пиджак.       Директор Чон тянется к своему стационарному телефону, подносит трубку к уху и нажимает кнопку быстрого набора, вызывая своего секретаря.       — Господин Пак, принесите мне тот ванильный раф из кофейни на углу, который вы мне покупали в прошлый раз. Да, прямо сейчас. И побыстрее.       Чонгук кладет трубку, и Тэхен не удерживается от комментария.       — М-м-м, неужели вы любите хоть что-то ванильное, господин Чон? — ухмыляется он, разглаживая руками полы своего пиджака.       — Нужно было сплавить секретаря, чтобы ты мог спокойно отсюда выйти, — поясняет Чонгук, подходя ближе к парню и внимательно осматривая его лицо. — Тебе надо пойти в туалет и привести себя в порядок.       — Спасибо за заботу, господин директор, — беззлобно усмехается Тэхен, разворачиваясь к выходу. После оргазма он заметно подобрел, и его желание язвить быстро куда-то улетучилось.       Парень не успевает сделать и двух шагов по направлению к двери, как директор его окликает.       — Тэхен.       Чонгук опять приближается к нему и аккуратно берет его ладонь в свои руки.       — Я сегодня улетаю в Италию. По делам компании. Мы выходим на европейский рынок, и там нужно мое присутствие для обсуждения деталей финансирования. Я вернусь через несколько дней, и мы с тобой поговорим.       Тэхен лишь удивленно моргает. Чего-чего, а таких слов от директора он точно не ожидал.       — Сделаешь одну вещь для меня? — продолжает господин Чон, выводя пальцем круги на тэхеновом запястье.       Этот жест кажется таким интимным и одновременно таким естественным, что Тэхен неосознанно сглатывает, смотря на директора широко открытыми глазами.       — Какую?       — Постарайся за это время не попасть в очередную передрягу.       Тэхен цокает и закатывает глаза. Неужели его репутация настолько плоха? Не так уж и часто он куда-то встревает! Наверно…       — О чем ты хочешь поговорить со мной, когда вернешься? — Тэхену кажется, что он взорвется от любопытства, если не узнает прямо сейчас хоть какие-нибудь подробности.       Чонгук подходит к нему вплотную, аккуратно обхватывает ладонью нежную щеку и тихо выдыхает прямо ему в губы:       — О нас.