Болеть вдвоём - веселее

Прошла по дорожке мимо охраны, молясь всем богам, чтобы не упасть прямо на этом месте. Таблетки, что выпила сорок минут назад, хоть как-то помогают держаться, но, кажется, ненадолго. Пока дошла до сцены, увидела несколько молодых артистов, с телефонами в руках и снимающих очередные видео фанатам. Натянутые улыбки в их сторону и искренние в её. В нескольких видео все-же засветилась. Пара дежурных объятий через силу: с Киркоровым и Лолитой, и наконец добралась до площадки. -Здорова, мать! — громкий крик застыл в ушах и заставил остановиться, -чего это мы опаздываем? Застыла на месте и наблюдала как, раскинув руки в разные стороны, к ней несётся Лепс. Заключил в объятия и сжал так, что казалось стошнит прямо сейчас и на него. Звонко поцеловал в щеку и отпустил. Сделала вид, что все нормально, и уже сама прижалась к его груди. -Привет золотой! — тихо выдохнула в его майку, — пробки, пробки, — ответила, предпочитая умолчать о проблеме сегодняшнего утра. Снова окатило волной холода.Почувствовал её нервозность и встревоженно взглянул на неё. -Все в порядке? Ты напряжена, -аккуратно коснулся губами её лба, — какая ты горячая, точно все нормально? -А я вообще женщина — огонь, — тихо хохотнула, — на секунду показалась, что ни температуры, ни надвигающегося жара и вовсе нет. — Всё в норме, просто устала после перелёта, поспать почти не получилось, -пожаловалась. -Ну ничего, сейчас как споём, ты сразу проснёшься, а вечером к тебе? — последнее прошептал на ухо. Почувствовала как его ладонь спустилась со спины на поясницу и начала поглаживать. -Не знаю, хотела сразу после концерта домой, -почувствовала, как ноги начали подгибаться, и точно не от действий Лепса. -Ну, так я и говорю, к тебе, — продолжал говорить, не обращая внимания на Дробыша, который уже вторую минуту их зовёт. -Я имела в виду Москву, пойдём уже, а то так и не споём сегодня, — отпрянула от него и тихо направилась к Виктору. И снова объятия. — Ир Санна, — поприветствовал, — начнём? -Привет, давай, — кивнула и посмотрела на Лепса. Перед глазами снова заплясали чёрные точки. -Да иду я, иду. Провела взглядом по полупустому помещению, отметила Баскова и ту самую молодёжь, которая не расставаясь с гаджетами подтянулась в зал, чтобы посмотреть на них. Заиграла мелодия, и поняла что мокрофона- то нет. Почувствовала прикосновение к плечу. Обернулась назад так резко, что чуть не упала, благо у стояла на ногах, хотя все вокруг продолжало кружиться. Гриша протягивал микрофон. -Спасибо, — кажется, очень хрипло получилось. -Всё к вашим услугам, моя госпожа, -весело хохотнул и снова прижал её к себе. «В комнате темно слишком, слишком… Много пустоты, я стал лишним. Некуда бежать, ты успела Все мне рассказать, что хотела…» Снова поцеловала его в щеку, и отшла к роялю. «Ветер за окном по привычке Гонит облака, словно спичкой. Солнце зажигать будет небо, И наступит день, где ты не был.» Не понимала что поёт, слышит себя, но не осознает, что произносит. В висках стучит сильнее, голова начинает кружиться, и Ирина аккуратно облокачивается об инструмент. «Смотришь мне в глаза, Сколько можно лгать, Проще самому сказать об этом.» Снова начинают двигаться, подходя друг к другу, обнимаясь и целуясь, в общем-то как обычно. Замечает что их снимают, ну и пусть, плевать. Дальше всё уже на автопилоте, воздуха катастрофически не хватает, пытается кое как заглотнуть побольше, чтобы хватило. Не замечает обеспокоенного взгляда Лепса, который уже пять минут наблюдает только за ней, замечая непривычный румянец на её коже, то как опирается о рояль и мало подходит к нему. Списывает это на усталость, отрывает от неё взгляд и продолжает вертеть микрофоном в руке. Ирина чувствует, как жар распространяется по всему телу, и понимает что таблетки уже не действуют. «Или просто нужно было всё отменить и никуда не ехать, а просто отлежаться как человеку, тогда бы и таблетки помогали и было-бы лучше.» «Заварила кашу, Ирка, вот теперь и расхлебывай». Глаза слипаются, неимоверно хочется спать. Расходятся с гришей на разные концы сцены. «Ты — все, что было у меня, Но я тебе не верю!» Вытягивает последние строчки, голос срывается, мутный взгляд скользит по залу, никого не замечая.

Последний аккорд.

Конечная поза.

Воздуха все меньше.

Вдох.

Выдох.

Вдох.

Все вокруг замирает. Чувствует ужасную слабость, уже не может ей сопротивляться, тело превращается в желе. Глаза закатываются и последнее, что Ирина успевает рассмотреть — это бледное лицо Гриши, который с ужасом смотрит на нее и срывается с места.