Тетрадка странных заметок

Никогда не боялся, что в твою дверь постучатся? Откроешь ты, а за ней – лица. Знакомые, а смотришь, и понимаешь, что а ты и не знаешь их вовсе? И видишь ты только лица их, а дальше – темнота, размытость, и понимаешь, что и не страшно тебе уж, и обыденно это все стало, и не в первый раз они приходят к тебе и смотрят тебе в глаза. И пахнет от них тоненькой сладенькой гнилью, да так сладенько, что хочется оторвать от такого лица кусочек и обсасывать, как конфету? И так неуловимо мерзенько на душе становится, а в тоже время и ровно так, ровно до невозможности, и вот ты уж и не видишь лиц, а заместо них – небо, бледное, бескрайнее, и оно поглощает тебя, высасывает твои глаза, и, кажется, самую жизнь из тебя, и тебе так легко становится, легче лёгкого, и ты растворяешься в нем, корчась на грязном холодном бетоне у дверного косяка. А они смотрят на тебя, и глаза их уже бледны, пусты, черны, как темнота, и в тоже время ясны, как то мёртвое небо, и ты не знаешь уж, что видишь в них, и само бытие становится тонким и прозрачным, как яркое стеклышко в витраже, как тоненький леденец, который ты, как в детстве, прислоняешь к глазку и видишь сквозь цветную льдинку теплое солнце. А теплота его могильная, затягивающая, и она убаюкивает тебя, заставляя забыться. И будто пахнет тебе в лицо летом, и травами, и деревом, и красками, какими твои иконы писаны, все соберёт твой больной мозг, воспаленное твоё воображение. И ты утекаешь, как ручей, такой же светлый, лёгкий и беззаботный, и уже совсем даже не чувствуешь боли, и даже шаги рядом с твоей головой, тяжёлые шаги их тебя уж не заботят вовсе. Ты засыпаешь, и где-то на краю сознания твоего маячит тебе что-то мыльное и красное, будто бы в замутненную кровянкой воду тебя лицом окунают, но ты уже не знаешь, что это, да и знать не хочется. И знаешь только, что это – благо.