An orange rose for you

Если бы Чонгука предупредили, что когда он спасёт семью Ким, то обретёт одну рыжую проблему на свою голову, он бы сто раз подумал и однозначно передумал, потому что невозможно смотреть на Тэхёна, такого ласкового со всеми: с семьёй, Чимином, Юнги, маленькими волчатами — всеми, одним словом, но только не с ним... Стоит альфе появиться в радиусе метра, как омега становится колючим комком безосновательной злости, остро скалится и уходит прочь, смешно фыркая. Только вот Чону совершенно не смешно, ведь он даже понятия не имеет, за что провинился и чем заслужил такое отношение к своей персоне. — В каком смысле понятия не имеешь?! — ворчливо переспрашивает Сокджин, влепляя вожаку лёгкую оплеуху. — Ты его как нашёл? Тебе напомнить? — Обычно нашёл, — бурчит альфа, пристыженный старшим омегой. — Сначала галантно оставил его отца в живых, поговорил… А потом всего лишь взял за шкирку из грязи и… Не успевает Чон договорить, как получает от лекаря укоризненный взгляд и ещё одну оплеуху. — Он омега! Милый хрупкий омега, которого травили в своей же стае. А тут ты весь такой «мужественный», а с ним обращаешься как с банным листом: всё хочешь, чтобы он отвалил, но уже не можешь оторвать от себя, — Джин садится рядом, опуская руку на напряжённое плечо вожака, и продолжает говорить, пододвинув свежий чай: — Он же тебе понравился, когда вышел весь такой чистенький, хорошенький? Чон дёргается, словно ему претит сама эта мысль. Какой «хорошенький»? Да этот омега — сущая бестия! Взгляд дерзкий, характер тоже… Да что в нём такого-то?! — А помнишь, как ты, поражённый, смотрел на него, когда они только заселились в домик и Тэхён под вечер вышел с полотенцем на голове? — тихо посмеивается Джин, видя алеющие щёки вожака. — И мне весь вечер причитал, какой он забавный… Чон уже подрывается встать и покинуть дом друга, который ненавязчиво селит в голове странные мысли. Альфа, может, ещё не готов этот факт принять, а он такими словами в него кидается! Только вот старший, придержав альфу, всё же успевает сказать: — Влюбился ты, Чон Чонгук. Вот и вся проблема, поэтому ведёшь себя, как малолетний дурак.

***

— Юнги! — пищит Тэхён, когда огромный белый волк заваливает его на траву. Омега откровенно веселится и наслаждается компанией выздоровевшего друга, пока сзади не слышится грозный рык, принадлежащий вожаку. Чон всё-таки ушёл из дома лекаря, и первое, что он увидел, — это Тэхён на земле, прижатый белым волком. И даже не предположив, что это игра, альфа тут же выпускает свою звериную ипостась чернее тучи и кидается на «обидчика». — Стой! — успевает выскочить Тэхён, когда вожак прыгает на Юнги. И теперь вместо поваленного альфы под Чонгука подмят омега, зло сверкающий глазами и немного испуганный. — Ты! — рычит омега, хаотично ударяя по мощной груди волка. — Прости, — раздаётся спокойный голос альфы, и Тэхён не сразу понимает, что сейчас над ним вновь принявший человеческую форму голый вожак. — Дубина! — пищит омега, стараясь выбраться из-под огромной тушки Чона, которая больше его самого раза в полтора, не меньше. — Пусти меня! — брыкается Тэхён, коленом проезжаясь по паху и снова начиная смущённо ворчать. А альфе остаётся лишь закатить глаза и подняться, протянув руку для омеги. Но тот, удачно её отпихивает, поднимаясь с закрытыми глазами, дабы не лицезреть подтянутые мышцы, точёный торс и сильные руки. Ниже он старается взгляд не опускать. К моменту, когда Тэхён стоит, отряхивая пятую точку от травы, на полянку возвращается переодетый Юнги, смеющийся с данной ситуации, и протягивает вожаку полотенце. И, о Луна, видит матушка природа, Тэхён точно не смущён сейчас, точно не чувствует бешеный стук сердца и точно не наслаждается усилившимся запахом Чона. Он раздражён и очень зол! Но уж точно не чувствует что-то рядом с этим придурковатым вожаком.

***

Юнги вовсю пашет на поле. То ли это порядки такие, то ли вожак точит на него зуб из-за близкой связи с Тэхёном… Однако рядом стоят такие же альфы, полностью отдающие себя работе, и у Мина отпадает идея предвзятого отношения. На улице вновь невыносимая жара, и единственное, о чём мечтает альфа, — это вода, желательно — целый колодец. И, видимо, боги услышали молитвы, ведь через минуту на поляне появляется солнечный омега с двумя полными вёдрами спасающей жидкости… На вид такой хрупкий юноша, а на деле сильный, раз смог утащить целое коромысло. — Вода для работящих! — заразительно хохочет тот, присаживаясь на землю сразу, как альфы помогают ему снять и поставить вёдра на землю. Их взгляды всего на секунду встречаются, а Юнги уже готов отдать себя этому солнцу на всю жизнь. Аромат ромашек выбивает остатки здравого разума, и, наплевав на рабочие дела, альфа просто подхватывает удивлённого омегу на плечо и несёт в направлении «подальше от всех». Некоторые подрываются спасти Чимина, но тот машет рукой, вдыхая усилившиеся феромоны блондина и осознавая, что он наконец-то встретил истинного. А Тэхён, помогающий нести ещё ведра, так и замирает от представившейся картины. И лишь смешливая фраза Чимина, всё ещё висящего на плече: «Всё-таки белые волки классные», заставляет отмереть и с улыбкой пойти к рабочим.