О желаниях и их исполнениях.

В один из многочисленных баров города Вейл, что был и столицей одноименного королевства, вошли трое. Первый, что шел чуть впереди своих товарищей, был одет в дорогой костюм тройку классического серого цвета. Рубашка, что выглядывала из-под древней, как мир, классики, была расшита стеблями вьющихся роз, что своим изумрудным оттенком ярко выделяли персиковый фон, а рубиновые цветы создавали изумительный контраст трех оттенков. Брюки, с четкими и острыми стрелками, почти скрывали классические для деловых встреч пэйн тоу. На левой руке этого мужчины поблескивали серебром и золотом часы дорогой атласской компании "Timeless", из кармана на левой стороне груди выглядывал белый, словно первый снег, платок, а сами руки были закрыты черными перчатками. Отдельного внимания стоил галстук, что не болтался вдоль всего тела, а был аккуратно прищемлен дорогим зажимом к рубашке. На галстуке, помимо клетчатого узора, по краю окантовки можно было прочесть "заповеди" семьи, к которой и относился данный индивид. Двое его товарищей отличались от начальства многим. Начиная от более жесткой одежды, что говорило о вшитой в нее кевларовой прослойке. Почти не скрываемыми пистолетами, покоившимися под мышками в специальных кобурах. Часами, что были куда менее ценны, чем у объекта их охраны, и который оба предпочитали носить на правой руке с той лишь разницей, что один носил циферблатом внутрь, а второй наружу. А так же, военными ботинками на мягкой подошве. Оба молодца двигались хоть и плавно, но вот взгляды, что они кидали вокруг ясно давали понять, что они оба анализируют место потенциального боестолкновения. Мышечная масса обоих телохранителей была явно выше средней и давала определенные намеки на их возможное поведение в ведении переговоров посредством оружия. А незапоминающиеся лица без тени эмоций не предоставляли почти никакой информации о возможных намерениях. Старший среди этой тройки выделялся помимо своего великолепного костюма еще несколькими немало важными деталями, первое, что бросалось в глаза - его прическа, над которой последний явно мог тратить довольно много времени, или финансов ходя к профессионалам своего дела. Темно-коричневые волосы были зачесаны назад и собраны в небольшой хвост, в то же время виски были почти гладко выбриты, оставляя лишь короткий ежик волос, аккуратные черты лица портил лишь нос, что видно был не раз сломан, а глаза этого хахаля, отсвечивавшие в тусклом свете ламп, переливались от серого к синему. — Сэмюель, я полагаю? — обратился представитель к человеку, что сидел за одним из столов в дальней части бара. Мужчина, к которому обратился этот индивид, был куда менее презентабелен. На вечно молодом лице была мелкая щетина, а глаза тусклым огоньком горели в своих глазницах ореховым цветом. Волосы, что были коротко подстрижены, отдавали некоторой неряшливостью, и от того этот человек выбирал именно подобный тип стрижек с короткими, не прихотливыми в уходе волосами и прической. Он не отдавал какой-либо худобой или излишним весом, его фигура была скорее схожа с формой просто тренированного гражданского. А одежда, в которую был облачен этот Сэмюель, явно прослеживала в себе полувоенную тематику. Коротко рукавная футболка синего цвета с изображенной на ней гитарой, состоявшей из непонятных слов. Коричневые штаны с четырьмя карманами, двое у колен, двое у бедер. Куртка, что покоилась на спинке небольшого диванчика, была изделием из плотной джинсовой ткани с малым числом карманов. Единственное, что выделялось на общем фоне его одежды, были кроссовки. Такие нельзя было купить гражданскому, но понять подобное можно было лишь начав разглядывать их крайне пристально. Это была обувь, что использовали спецназовцы Вейла. Подобная обувка отличалась высокой износостойкостью, пластиковыми вшитыми вкладками в носках и особо опасных к повреждению частях обувки, а так же их подошва, что могла выдерживать повышенные нагрузки и фактически не плавиться при любых температурах или перепадов таковых. Этот человек не скрывал и набедренной кобуры с крупным охотничьим однозарядным пистолетом и вторую, что покоила уже нечто схожее с когда-то запрещенным ТТ. Магазины были пристегнуты ниже самого оружия и составляли четыре штуки, включая ту, что покоилась в самом оружии поставленном на предохранитель. Пули для охотничьего пистолета были убраны на манер патронов для дробовиков и пристегивались к предплечью правой руки. А короткий стальной клинок, длиной лишь чуть больше полутора локтя и массой в шесть сотен грамм, лежал вместе со вторым ремнем на диванчике этого заведения. — С Атласцами переговоры не веду... Бармен, виски! — И все же, Сэмюель, мы бы хотели поговорить... — но договорить этому "джентльмену" не дал собеседник, громко опустив стакан с дорогим напитком, и уже никак не расслаблено, а с некоторой злобой обратился сам. — С вами, мразями нацистскими, говорить я не буду. Или сваливай из заведения, или оставайся здесь навсегда, — голос тихий, но пропитанный яростью, злобой и некоторым сожалением, заглушил обычный гомон заведения, а постояльцы из числа вооруженных молча поддержали хозяина заведения. Бар "Последний Бастион", так звалось место, что посетили трое членов "Общества Возрождения Мантла", был одним из самых старых заведений Вейла, а основал его Голди Сэмюель - "отец" нынешнего владельца этого заведения, Сильвер Сэмюеля. Когда-то, после войны, это было маленькое местечко "для своих", для ветеранов Мантло-Вейлийского конфликта, что охватил весь мир. В новых учебниках истории эту кровопролитную войну называют "Великой войной", для одного бессмертного - это уже "Пятая Мировая война", все дело в том, что Мантл привлек себе в союзники разрастающийся в своем техническом развитии Мистраль, а Вейл, дабы хоть как-то уравновесить силы, был вынужден обратиться в Вакуо со всеми его наемниками. Война кончилась уже лет двадцать назад, но напряженность между странами противниками все еще осталась, да и эта группировка "ОВМ" слишком сильно смахивала своими идеями на прогнивший нацизмом Мантл. Но возвращаясь к бару, он стал местом куда могли прийти ветераны той войны и посидеть за кружкой пива иль бокалом более крепкой выпивки в обществе тех, кто их понимает. Голди был знаком многим из того поколения за удержание крепости "Бастион", а еще никто не забыл ее осады, что длилась более двух месяцев и завершилась атакой с применением химического оружия... Голди повел в бой последних защитников крепости, коих после химической атаки осталось меньше двухсот человек. И крепость была отбита, отчаянная атака обратила две тысячи солдат в ужас... но защитников осталось лишь трое. "Атака мертвецов". Этот термин был дан героической защите "Бастиона", а Голди... он вспоминал как еще в прошлой жизни этот же подвиг совершили его предки при обороне "крепости Осовец", в Ленинграде, в Брестской крепости. "Последний Бастион" был самым знаменитым и популярным заведением, пока им управлял Голди, после его безвременной кончины, новым управляющим стал его "сын", что продолжил традиции "отца" и оставил бар таким, какой он был. В нем все так же собирались ветераны, но с годами их число все уменьшалось и уменьшалось, в бар теперь заходили их дети, что вспоминали подвиги отцов, а так же, он стал весьма популярным заведением у новообразованных "Охотников" и чуть менее популярным среди наемников. Однако, кроме порой громких выяснений отношений в питейном заведении не было никаких дебошей. Бар был нейтральной зоной для всех, кто желал расслабиться и просто отдохнуть. Многие уважали старого владельца, а новый показал себя отличным правопреемником, что чтил старые традиции, был честен с клиентами и имел одну из самых серьезных репутаций среди как Охотников так и наемников. "Без аурный охотник" так его прозвали в среде борцов с созданиями тьмы. — Общество Возрождения Мантла не является правопреемником старого государства, мы желаем лишь равенства. Нас осуждают за прошлое, на коем мы учимся и избегаем тех ужасных моментов нашей истории. Нам нужна Ваша поддержка. Если бы сын героя высказался о нас в лучшем свете прилюдно, мы могли бы стать новой партией в Атласе, — распевался соловьем мужчина, стараясь не подавать виду об услышанном. Пускай его и коробило от слов этого человека, но он был достаточно образован, чтобы делать вид, что не замечает и продолжать вести пропаганду своей группировки. — Ты, видно, меня не услышал? Я не собираюсь поддерживать тех, кто восхваляет Генриха Алькри и его шайку. И не говори, что они были теми, кто возвеличил Мантл. Они в первую очередь преступники и убийцы, на чьих плечах лежать тысячи жертв, павших в чертовой бойне! — Сильвер взорвался своим негодованием и злостью на послов. Впрочем, быстро он успокоился и тихо поставив бокал на стол, уже тихим и задумчиво-усталым голосом продолжил, — Вон из моего заведения. Видеть вас не хочу. Знать вас не желаю. Господа быстро покинули сию обитель, не желая проверять на себе терпение хозяина, что явно высказался об их попытках убеждения. Впрочем, чего еще можно было ожидать от человека, что прошел через тот ад? Он сам хоронил своих друзей и знакомых. Он присутствовал на похоронах последних выживших в той злосчастной атаке. Он видел, что из себя представляет эта новая организация. Мысли же, что крутились в голове Сэмюеля, были крайне неприятны для него самого. Ему нужны были люди, что смогут нарыть компромат на ОВМ. Ему требуется помощь с этим, но вот проблема с тем, к кому обратиться, по-прежнему была не решена. Охотники старшего поколения зачастую являются одиночками и не умеют действовать скрытно. Новое поколение, хоть и полагается на командную работу, но найти среди них тех, кто способен внедриться в подобную организацию - это проблема. Наемники того хуже. Их могут перекупить, так еще и многие из них известны своими лицами. Но и самому туда соваться - не вариант. Проблема была велика, а решить ее было трудно... — Шеф, может вам отдохнуть надо? Тем более, завтра начнется практика с выпускным курсом Бикона, а вам, вроде как команду свежего мяса выдали, — голос официанта был заботлив по отношению к начальству. Все же, этот человек действительно заслуживал уважения на его взгляд. Он был тем, кто взял на работу фавна, кто платил ему наравне со всеми, кто действительно помогал сотрудникам с их проблемами. — А, это ты, Мирор. Извини, задумался, — вынырнув из своих мыслей человек продолжил уже более собранным тоном. — Отдохну на том свете, а по поводу "свежего мяса"... посмотрим, какие эти новички. Глядишь, может выйдет толк, если сил достаточно приложат. POV Команда новичков (STRQ) Команда выпускников Бикона, что получила название Старк или по аббревиатуре STRQ, была вся как на иголках. Сегодня вывесили результаты теоретических экзаменов, которые, стоит отметить, были отнюдь не самыми лучшими. Без откровенно плохих отметок была лишь капитан команды Саммер Роуз. Все остальные же могли похвастать лишь отдельными предметами и ни у кого в число этих предметов не входила история. Можно было бы сказать, что история не так важна в современном мире или попытаться обходить саму по себе тему... однако проблема то была отнюдь не с одним единственным предметом. У Тайянга Сяо-Лонга на обе ноги прихрамывало гримоведенье, преподаватель, по которому не одобрял его нынешнею философию "вдарить посильнее". У Кроу и Рейвен Бренвенов были проблемы с точными науками и языком. Да и само командное взаимодействие начало прихрамывать в последнее время. Каждый из команды стремился сделать себя более уникальным, каждый пытался стать сильнее, но в погоне за собственной силой они сильно теряли командное взаимодействие. И хоть преподаватели не однократно говорили им пересмотреть свою стратегию боя в команде, никто из подростков не обращал внимания на учителей, ведь "какая разница, хорошо мы сражаемся группой или плохо, если мы продолжаем побеждать своих оппонентов". Посему, преподавательским собранием было принято решение направить их на стажировку к "без аурному охотнику". — Мы закончили учебу! Теперь мы можем получить лицензии и наконец начинать грести бабло лопатами! — Тайянг был весел как никогда. Все же, он наконец закончил эти пресловутые годы обучения и сможет нагребая денег купаться в роскоши и не париться о жизни в целом. С лицензией охотника ему будут открыты многие двери. — Мне бы твое веселье, Тай, — на лице лидера команды была лишь печаль и опасения, и надо бы сказать не без причины. Все же на последней стажировке преподаватели подложили им капитальную свинью, выдав в старшие человека, что допустил до стажировки лишь две команды до них самих, а было этих команд уже сколько-то надцать. — Ой, да ладно тебе, Саммер, подумаешь будем проходить стажировку у какого-то слабака без ауры. Если он не идиот, то просто нам подпишет бумажки и мы спокойно проведем ближайшие пол года на охране очередного мелкого поселка, — У Кроу Бренвена сегодняшний день был одним из наиболее удачных. Проявление не шалило, да и прекрасная погода всячески способствовала подъему настроя на очередную легкую практику. — Не зарекалась бы я на твоем месте, братец. Судя по прерванной полосе неудач, нас на этой практике может поджидать капитальная подляна, — Рейвен Бренвен приходилось родной сестрой Кроу, и уже успела кое-что понять по своему брату. А именно, коли полоса неудач резко заканчивается - нужно готовиться к чему-то вроде конца света для одной отдельно взятой команде. — Ну что на этой стажировке может пойти не так? Она длиннее обычной лишь на пару месяцев, а вспомни все предыдущие - просто просиживали штаны в поселениях на окраинах королевств. В самом деле, мы что, в первый же день найдем тайное общество возрождающее нацизм, а после будем еще и от орды гримм отбиваться? — Кроу все еще был в замечательном настроении, потому даже не придал значения сказанным словам. — Ну, зная особенные отношения дяди и ОВМ, все может быть. Хотя про орду - ты точно промазал, — настроение Саммер слегка улучшилось, ведь действительно, что может пойти не так на простенькой практике с родным дядей? END POV STRQ Город Вейл был одним из самых красивых городов, что довелось видеть бессмертному. Его узкие улочки старого города, что сплетались в завораживающие узоры, архитектура, что подчеркивала старинность данного места буквально утаскивая, пришедшего в эти районы человека, во времена когда не было автомобилей и самой большой роскошью считались кареты. На высоте вторых и третьих этажей располагались длинные открытые балконы, что связывались со своими соседями на другой стороне мостами сушильных веревок. А уникальная для нынешнего времени длина, что опоясывала здания и отсутствие каких либо оград, говорили о том, насколько же редко в то время воровали. Резные фасады создавали некие элементы мистического налета, а маленькие башенки превращали уютные здание в сказочные дворцы. Наборная мозаика на узких проходах меж домами могла иллюстрировать целые эпохи, рассказывать завораживающие истории, ведать другим о волшебстве прошлой, давно ушедшей, эпохе. Какого же было различие, когда старый город кончался, и внезапным образом резная архитектура старины сменялась зданиями из стекла и бетона, но это отнюдь не вызывало какой либо фобии иль неприязни. Нет. Эта близость современных новшеств и старинной загадочности создавала совершенно новое настроение, оно навевало желание движения вперед, прогрессивизм, но с постоянной оглядкой на прошлое. История всегда хранила много тайн, в одно время - это были тайны загадочных обществ, в иное - лаборатории, где с немого согласия государств проводили ужасные опыты, в третье - скрытая от большинства магия и волшебство. Много тайн хранила история каждого отдельного мета, в иных случаях и многих поколений не хватит, дабы услышать и малую часть всей были, что видели эти земли, стены и небосвод. Выходя к портовым районам можно было видеть, как внезапно для самого зрителя он из большого и значимого превращается в очередную пылинку по сравнению с гигантизмом кораблей, кранов и ангаров. Можно было часами ходить по портовому району и наблюдать, как снующие всюду рабочие общими усилиями, подобно муравьям, переносят многотонные контейнеры, разворачивают временные тенты для важных грузов. В этом районе рождалось совершенно иное настроение - желание сворачивать горы, ровнять с землей и возводить нечто совершенно немыслимое и невероятное. Те, кто приходили сюда чувствовали одновременно и свою крошечность, и ту силу, коей обладают они все в месте. Но и на этом не ограничивался Вейл, город, на самой своей окраине, имел малые районы бедности, там были старые здания, что давно уже было бы пора снести, но жившие в них бедняки не давали этого сделать. Трущобы. Полные жизни и беззакония, они были пропитаны как радостью, так и горем. Эти районы учили жить, многие кто выбирался из них находили свое новое место быстро и становились примерными гражданами, но были и те, кто уйдя из трущоб телесно, не смог вытеснить их из души. Такие частенько прибивались к бандам, сами становились разбойниками на большой дороге, или взбирались на верхушку приступного мира. В этих районах правили сильные и лишь еще более сильный мог начать диктовать новые правила. Гигантский по новым меркам город действительно создавал колоссальное многообразие самых отличных друг от друга ощущений. Люди что проживали в крупных городах, зачастую даже не выходя за их пределы становились полностью автономными единицами общества. Но мало кто из приезжих был способен быстро понять сам город, темп жизни здесь куда выше, нежели в поселениях, ценность жизни ниже, а получаемые деньги имели свойство буквально просачиваться сквозь пальцы. Сидя в своем баре, я, как и многие дни до этого, имел возможность наблюдать за движением людей в нем. Просто посидев день в заведении можно было заметить интересную тенденцию. В начале дня заведение посещали работники ночной смены, в середине приходила часть офисных клерков, вечером был наплыв из всех, кого только могло занести. От работников строительных площадок до офисных мелких боссов, а вот ночь... Ночь всегда хранила много тайн и загадок. Кто мог прийти в бар в середине ночи? Радостный муж, что угощал всех присутствующих в честь успешных родов. А мог прийти и лицедей, что просто хотел обсудить какие-то дела со своими партнерами по "бизнесу". Ночь всегда была тем и интересна, что давала уникальную возможность, несмотря на чины и звания поговорить со случайным собеседником. — Мистер, вы сидите здесь уже несколько часов. Ожидаете кого-то? — ко мне подошел парень в рубашке-гавайке, накинутой поверх майки-безрукавки. Его лицо было простым и мало примечательным, никаких особых примет, ни щетины, ни даже выделяющихся глаз. Джинсы, явно фабричного производства, как и простенькие мокасины. — Не важная у тебя маскировка, слишком простое лицо, да и мимика подкачала. Сочетание одежды нормальное, но не для подобного слога. В остальном без нареканий, сына. Куда мелочь сныкал? — проговорил собеседник в спокойной и чуть радостной манере. Когда же он посмотрел на собеседника, то перед ним уже стоял молодой парень в белом пальто, сером кашне и новомодной шляпе-котелке. Трость молодой франт предпочитал держать лишь слегка опираясь на нее и больше создавая ею образ. — Эх, все то тебе не нравится. Нео, между прочим, старалась и даже саму себя превзошла, пока накладывала иллюзию, — с "горестным" вздохом проговорил парень и упал на скамейку рядом с отчимом. — Значит ты ее плохо учишь. В ее талантах я не сомневаюсь, а вот из тебя учитель... — но не успел договорить Сэмюель, как был прерван. — Такой же как из тебя, — после, чуть откинув голову на скамейке, парень проговорил в воздух. — Нео, нас раскрыли. Лишь эти слова прозвучали в воздухе, как перед вечным появилась не высокого роста девочка, что надула щеки и топала ножкой на слова последнего. Ее поза так и кричала, что она не довольна, чуть наклонен торс, ручки уперты в бедра. А на личике такая игра самых разных эмоций, что и вовсе невозможно определить что из многообразия преобладает. — Здоров, Пуговица! — стоило только Сэму протянуть руку к голове низенькой девочки, как та отпрыгнула и презрительно сощурившись, чуть ли не шипела на посмевшего вторгнуться в ее личное пространство человека. — Она точно не кошачий фавн? — Боюсь проверять, она порчей чего-то одного не ограничится. — подтрунивая над напарницей заговорил рыжий. В ответ на это девочка бросила в него зонтик, что появился прямо из воздуха. Хлобысь! Зонт плашмя ударился о лицо молодого парня, а тот в свою очередь картинно схватился за правую грудь и припал к земле изображая умирающего лебедя. — Вот видишь, Нео, ты разбила его чистое, любящее сердце, — на мой осуждающий и сожалеющий о "разбитом сердце" тон, мелкая отреагировала лишь скептическим взглядом в начале на Романа, а после и на меня. И сделав вид обиженной королевы отвернулась от двух шутов, что не умели вовремя остановиться, — Вот видишь, сына, твоей актерской игре не верят. Старайся лучше. Больше трагедии во взгляд, больше экспрессии, изобрази боль! — Ладно, бать, давай шутки отложим в сторону и вернемся к нашим баранам. Я знаю, что к тебе в бар приходили наци, да и в принципе они сейчас ищут себе поддержку, — серьезный настрой быстро убрал все веселье из прежней атмосферы, и она стала много более тяжелой и душной. Маленькая девушка села возле своего напарника и начала наблюдать за сменившийся обстановкой. Ей многое было не понятно в странных отношениях этих отца и сына, но одно она видела за несколько лет знакомства. Этот странный человек, Сэмюель, сильно бережет названного сына. И в этот раз она не ошиблась с предполагаемой реакцией. — Не лезь в это дело, Роман. Ты много кто, вор, наемник, франт. Но ты в первую очередь мой сын, — тон человека стал не просто серьезным, от него веяло стальной решимостью не допустить вмешательства родного человека в подобную грязь. — Я сам решу эту проблему. — Хватит все валить на себя и решать все проблемы в одиночку. Я всегда готов помочь тебе. Мои контакты могут помочь. Не все можно решить в одиночку, — голос вора был мягче, он был спокойнее, но требовательность была и в нем. Рыжий франт держал отца за плечо и смотрел в карие глаза, что пылали решимостью идти до конца и заботой о своей семье. — Не лезь. Скоро я сам возьмусь за это дело. — Скоро - это через пол года? За это время слишком многое может случиться, а зная тебя ты не станешь вмешивать в свои дела Саммер... дай мне... — не успел он договорить, как был прерван. — Нет. Точка. Ни ты, ни она, ни кто не станет лезть в разборки с ОВМ. Лучше живи спокойно и дай старикам заниматься их старческим маразмом. — а после он ушел. Просто поднявшись с лавки, встал и ушел из бара, что создал "его предок". — Нео, у нас, помнится, был один заказ в Атласе. Слетаем завтра, выполним халтурку, — немая девушка лишь посверлила не читаемым взглядом вначале Романа, а после пустую ВИП-комнату, из которой ушел тот человек. *** Утро следующего дня встретило Сэма откровенно отвратно. Вчерашние события мелькали урывками и образами в памяти, создавая коктейль из плохого настроения и ожидания грядущих проблем, в которые может вмешаться его приемыш. Но мало ему было этих новостей, еще и понимание того, что сегодня предстоит много работы с командой его племянницы, которую он решил в любом случае принять. И последнее было, пожалуй, самой близкой проблемой, ведь создать команду из этой четверки не смогли даже четыре года обучения в Биконе, а хренов Озпин не додумался отправлять их на задания, которые нельзя решить без командной работы. Вот тебе и привет. Теперь мы имеем команду из четырех индивидуальностей, где у блондинчика играет детство в одном месте, парня Бренвена вечный психоз связанный с нулевым контролем его проявления "Ауры неудачи", сестры неудачника помешанной на обретении "power" через увеличение своей "motivation"... и в конце его племянница, что в принципе хоть и является лидером, но лишь условно. Мда-а-а, команда года, чтоб его. Саммер сама по себе еще куда ни шло, имеет из минусов разве что свой характер, по которому она ведомая, а не ведущая. Но вот как работать с остальными? Пинками гнать в светлое будущее не вариант, к сожалению, я не их родитель, дабы вбивать в них науку жизни, а значит нужно создать такую ситуацию, когда необходимо будет действовать вместе. Весело будет, шо пизда. Как только выкрутить эту ситуевину? Драться против них - можно, но поймут ли? Да и переть без ауры на этих forces-юзеров недоделанных попахивает глупостью. Все же, я за столько лет выработал достаточно эффективный стиль ведения боя, опирающийся на разные уловки, а что-то из особого арсенала рассчитано на полную аннигиляцию цели. Тогда есть вариант другой, даже более надежный для слаживания команды, но и более опасный, да и я там мало что контролировать смогу. Пойти в дикие места и спровоцировав дрязги в команде, привлечь внимание огромного количества грим. Проблем может быть море, от недостатка самих монстров, до его излишества и трусости отдельных участников группы. Но тут есть и еще один момент. Просто ордой из мелочи можно и не добиться нужной планки отчаяния, а привлекать монстров покрупнее - это уже суицид. Для меня-то это не страшно, отлежусь пару недель в земле, да вновь в город вернусь, но нет желания видеть гибель почти родной крови. Ладно. Попробую вначале первый метод, а после, если что, с подстраховкой старых друзей выберусь с ними подальше от стен, под видом тренировки. А после утро вновь стало привычным, душ, кофе, сигарета и приготовление к сегодняшней показательной порке. Для начала, отправившись в заброшенный район, нашел несколько домов, что один хрен подлежат сносу в ближайшие недели, отправил запрос в полицейский комиссариат и отдел по контролю охотников, что там будет проводится тренировка действий в густо населенных районах. Из дома были взяты некоторые боеприпасы, размещены по всей территории растяжки, замаскированные мины, слезоточивые гранаты и по мелочи закуплены себе светошумовые и простые смоки. Конечно, с немалым шансом все это может рухнуть, но команды спасателей будут дежурить у района на время всего процесса, на ряду с пожарными, полицией и скорой помощью. Из личного загашники решил-таки достать одну диковинку, что когда-то давно мне подогнал один "игрок", а именно меч "Мурамаса". Правда странный он какой-то, красное лезвие, выстреливающий мечом механизм, да еще и виброклинок. Короче говоря, против большинства противников это замечательное оружие, но вот с пользователями Ки, Ауры, разных вариаций щитов против физического воздействия - так себе. Хотя сейчас и такое сгодится, в конце концов, мне же против них не брать что-то из разряда "концептуальных ваншотов", мне ведь лишь проверить их навыки нужно и заставить задуматься о командной работе. Из огнестрела в кобуру на бедре лег привычный ТТ, что не раз уже доказал свою эффективность, а одеть пришлось то, что не жалко. Старенькая полу-военная одежда серых тонов, без куртки или какой-либо накидки. Просто кроссовки, штаны, футболка и кепка. *** Придя на посадочную площадку местного воздушного транспорта, что крайне странно, назывались булхедами. Пришлось ждать, пока не доберутся мои подопечные. — 15:40, опаздывают на двадцать минут. Ну, еще десять минут подожду, а после пускай сами меня ищут. Собственно по прошествии тех самых десяти минут, я ушел, черканув записку дежурному, чтобы тот направил ко мне в бар этих четырех... личностей. *** POV STRQ — Так, и где этот охотник, у которого мы стажируемся? — придя на посадочную площадку, вся команда была в неком диссонансе, экзаменатор, что должен был проверять их, просто не пришел. — Тай, ты точно уверен, что он сказал 16:20? Чего-то не видно никого. — Кроу как всегда с отвратительным настроением начинал нудеть по поводу и без, а вот женская часть команды тихо хотела прибить обоих парней с их наплевательским отношением ко всему. И если Саммер Роуз просто знала, что дядя наверняка на них отыграется за подобное, то вот Рейвен Бренвен, не желала терять возможность сразиться с человеком, что не имея ауры, считается пятым по силе охотником в Вейле. А первые четыре места занимают преподаватели академии, что говорит само за себя. — Парни, мне пофигу, как. Но чтобы через десять минут мы знали, где наш куратор. Время пошло, — Рейвен была в своем репертуаре, хотя, стоит признать, порой ее властная натура была даже полезна. В частности, когда требовалось начинать пинать в сторону лучшего будущего своего братца-неудачника. — А ты чего раскомандовалась, Рей? Мы здесь все равны, так что помогай искать. — Тайянг впрочем так же не желал признавать своего поражения в вопросе, потому отвечал агрессией на агрессию. Воистину прекрасная сплоченная команда. — Эм, давайте не будем ссориться. Нам все же лучше бы поискать записку или поспрашивать, а то боюсь, мы вообще на практику не попадем. — Саммер пыталась в свою очередь хоть как-то собрать команду воедино, но получив лишь разной неприязни взгляды, она вновь предпочла замолчать и просто делать хоть что-то для решения ситуации. Таким образом она и подошла к дежурному данной площадки, что передал ей короткую записку. Жду в Последнем Бастионе. Придете позже пяти вечера - можете забыть о практике. Сэмюель Сильвер. — Нам конец, — только и успела проговорить девушка. На часах уже было 16:25, а от площадки до бара на машине ехать час. — Живо за мной! — внезапным командирским тоном, чуть ли не проорала на сокамандников Роуз и понеслась на ближайшую лестницу на крышу, в надежде хоть как-то сократить маршрут.