от любви до ненависти один поцелуй

Синклер не знает в какой момент всё обернулось этим. Неужели всё виной её взаимное признание? Или же их с Уэнсдей поцелуй, множество поцелуев. Наверное их было около сотни, она не считала. Но знает что их было достаточно много чтобы её губы опухли. Голова совершенно не работала, словно туман окутал все сознание. Странное чувство лёгкости, буд-то бы так и должно быть. Верно, именно так и должно быть. В комнате лишь она и её чекнутая соседка. Они одни, так почему бы не совершить небольшую шалость? Энид грубо толкаю на тёмную кровать, даже в такой момент Аддамс не меняется. Избирательно выбирая на чей стороне они будут занимать сексом. Твою мать. Они действительно будут заниматься этим. Уэнсдей навесает сверху, она смотрит и ничего более. Буд-то ждет чего-то. Синклер готова проклястся что её сердце взорвалось от подобного, неужели Аддамс ждёт разрешения? Если это действительно так, то это чертовски мило. Слишком мило для неё. Короткий кивок, оборотень чувствует холодные руки по одеждой. Блондинка невольно вскрикивает когда бледная рука сжимаю её грудь. Пальцы с идеально чёрным маникюром впиваются в чувствительную кожу оставляя след от ногтей. Да, это грубо. Но ничего ещё следовало ожидать от Уэнсдей Аддамс? Пальцы разжимаются освобождая грудь от цепкой хватки, Энид выдыхает чувствоя облегчение. Резким рывком гот задирает одежду оборотня, заставляя ту мгновенно прикрыться. - Синклер сейчас же убери руки. – голос звучит серьёзно, хочется подчиниться приказу. Она подчиняется, убирает руки открывая вид на собственное тело. Ухмылка мимолетно появляется на лице Уэнсдей, но девушка наклоняется из-за чего её лицо совершенно не видно. Оборотень вскрикивает от резкой боли, цепляясь за плечи возлюбленной. Опускает взгляд, но кроме чёрной макушки ничего не видит. Аддамс наклоняется к груди, беря в рот грудь оборотня. Кусает за сосок, едва посасывая. У Энид кружиться голова от всех махинаций, глаза закрываются но тут же распахиватся снова. Так резко что перед глазами всё плывёт. Уэнсдей снова кусает за розовый комочек, зубами отягивает и отпускает. Ловко обводит языком вдоль соска, вновь начиная сосать грудь словно дитя. Блондинка тяжело дышит, какого хрена эта девушка такая умелая. Буд-то знает слабые места своей девушки, это вообще нормально? Разве такая не тактильная Уэнсдей может знать как заниматься подобными вещами? Или же она уже делала это. Подобные мысли заставляют Энид оттолкнуть от себя девушку. - ты.. ты довольно умела в этом, Аддамс Уэнсдей замерает. Почему слова произнесеные её соседкой доставляют ей такой дискомфорт. Девушка выдыхает. - чтоб ты знала, я тоже девственница - погоди серьёзно?! но ты так уверенно всё это делала! - мои родители достаточно проинформировали меня как люди должны заниматься сексом Энид улыбается, такие слова вообще не должны на столько сильно радовать кого либо. Но слышать что твоя девушка никогда не занималась любовью, приятно. Синклер протягивает руки с ярким маникюром, завлекая Аддамс в объятия. Уэнсдей жадно вздыхает запах возлюбленной, сладкий арамат дурманит словно феромон. Цепь собственного самообладания натягивается с такой сильной что грозить я вот вот разорваться. Она подаётся вперёд, ближе к шее. Кусает в район между шеи и плеча, застовляя Синклер то-ли крикнуть, то-ли застонать. Наверняка останется синяк, чтож это даже хорошо. Энид скрипит зубами от боли, когда чувствует очередное прикосновение к собственной шеи. Кто бы мог подумать что Уэнсдей настолько ненасытна, она обладела её шеей словно голодный вампир. Боль прикращается и тёмная волосая поднимает голову, теперь же её ухмылку видно хорошо. Слишком хорошо чтобы быть правдой. - черт Уэнсдей, если вся моя шея будет в засосах я убью тебя! - убьёшь как только я закончу, если у тебя останутся силы конечно - Аддамс! какого хрена, и как мне по твоему их скрыть? - я оставила их, не для того чтобы ты скрывала эти чудесные отметины - иди к черту... Уэнсдей довольно мычит, целуя уже покрасневшую от обильного внимания кожу. Опускается ниже, языком проводя влажную дорожку едва надавливая зубами. Оставляет мелкие поцелуи на груди, довольно выдыхая, когда слышит тихое постанывание сверху. Этого всё ещё мало. Рукой та поглаживает ребра оборотня и указательным пальцем точно по середине живота спускается в низ, к паху. Руки Энид сильнее стискивают плечи Аддамс, выпуская свои когти. Те с силой впиваются в бледную кожу, оставляя под острыми когтями раны. Девушка ни как не реагирует на остую боль, продолжая задуманное. Пальцы цепляют синию юбку униформы Невермора, медленно спуская её. Ткань юбки приятно щекотала подушечки пальцев, но стоило ей спустить её, как рука останавливается. Аддамс вновь поднимает взгляд, смотрит в голубые глаза, что так завараживают. Тихий шёпот сходит из уст. - могу я продолжить? Энид в смущение не знает что ответить, вернее, она знает, но не может ответить. Уэнсдей перед ней так близко, даже ласкает её. В смысле, та самая Уэнсдей Аддамс! Энид обнимает её за шею, притягивая к себе. Отпускает, дабы продолжить начатое. После чувствует как чужие пальцы спускают с неё бельё. Блондинка нервно мнется, снова хочет прикрыться руками, но не делает этого, позволяя чёрным глазам блуждать по её телу. Не смотря на смущение, подобное внимание приятно. Потому что исходит оно ни от кого-то другого, а от её девушки. Оборотень улыбается, слабо одними уголками губ, смущённо и неуверенно. Аддамс улыбается глядя на красные отметины, и чувствует превосходство смотря на более грубый укус. - пожалуйста продолжай Подушечки пальцем косается клитора, едва надавливая на него. Это заставляя блондинку вскрикнуть, прикосновение холодных пальцем до жути приятны. Палец медлинно входит, от чего Энид кричит, выгибая спину. Подобные действия причиняют дискомфорт, поэтому Уэнсдей двигает им медлинно давай привыкнуть к ощущениям. На голубых глазах выступили слёзы, неужели так и должно быть. Ладони грубо сжимали плечи, разрывая чёрный пиджак на Аддамс, а так же и её плоть. Рубашка преобрела аллый оттенок от выступившей крови. В скором времени болевые ощущение улётучились, вместо ниго появилось удовольствие. Низ живота приятно тянула от прикосновений возлюбленной. Палец без каких-либо предупреждений вошёл полностью, грубо и слегка болезненно. Цветные когти лишь сильнее вонзились в человеческую плоть. Аддамс вынула палец недовольно глядя на девушку. Та лишь жалобно проскулилась, только ей начало это нравится как она прекратила Долго ждать не пришлось, гот открыла верх полку прикроватный тумбы доставая от туда верёвку. Уэнсдей планировала использовать её для других целей, но эта Синклер вунуждает её использовать приспособление на ней. - прижми руки друг к другу. Оборотень выполняет поручения, недоумено глядя на девушку. Объяснения ждать от возлюблиной не пришлось, та крепко связала её лапы вместе. - не думаю что это поможет.. - постарайся не разорвать её, Синклер Блондинка сглатывает, все это преобретает новые обороты. Становиться слишком жарко, слишком интимно. Она отварачиваеться позволяя девушке привезать её руки к изголовью тёмной кровати. Аддамс ухмыляется, не позволяя себе произнести колкую фразу. Наклонившись к лицу девушки, та резко остановилась, оставляя пару сантиметров между ними. Энид затаила дыхание, предвушая что сейчас произойдёт. Аддамс же делает паузу совсем не долго, подносит руку с отстраненым средним и безымянным пальцами, медленно проходиться по ним языком. Блондинка стонет громче чем хотелось бы. Уэнсдей азартно поглядывает на неё, опуская руку, и медленно массируя вход в лоно. Неожиданностью для Энид стало то что возлюблиная ввела пальцы полностью. Узкие стенки припятствовали подобному пронекновению, наплевав на это, девушка вновь вела пальцы, резко и грубо. Энид срывается на крик, толчки становятся всё ощутимее с каждым разом. Оборотень дёргает руками, от чего дерево трещит наровясь попросту сломаться. Уэнсдей почти рычит на неё, толкая пальцы сильнее. Её захлестывает удовольствие, она уже сама подаётся навстречу к движующимся пальцам. Аддамс решает поэкспериментировать начиная прокручивать пальцами внутри. Энид выгибается надломлено хрипя. Стоны сверху подтверждают её догатки о том что это довольно приятно. Верёвка натягивается, а после разрывается на множество кусков. Это злит гота, поэтому та решает немного согнуть пальцы. Синклер сильно подаётся на встречу, крупно вздрагивает, стиснув зубы. Очередной стон выходит из её уст, после чего та обнимает Аддамс за шею, сокращая оставшееся расстояние, целуя ту в губы. Девушка вовсе не против, обе снова сплетают языки вместе. Оборотень отстраняется, томно выдыхая. Закрывает глаза, отпуская шею девушки. Уэнсдей чувствует как влага стикает с промежности девушки, поэтому та вынимает влажные пальцы довольно выдыхая. Тело падает рядом с обессиленым оборотнем, накрывая ту тёмным одеялом. На подобные действия блондинка лишь хрипло смеётся, поворачивая голову к девушке. - если есть силы смеяться, значит есть силы и продолжить? Энид улыбается, прижимаясь к телу Уэнсдей. Она никого не думала что её первый раз будет с девушкой, точнее с Уэнсдей Аддамс! Звучит так странно, но не для Синклер. Обняв гота, та закрыла глаза, она действительно устала за это время. Последнее что услышала девушка перед тем как уснуть были два слова. Она запомнит из навсегда. - ты моя.