Близкие связи

— Через три дня мы организуем однодневный поход за стены, — звучно провозгласил Майк Захариус, стоя на небольшом деревянном пьедестале и обращаясь к кучке внимательных новобранцев. — До этого вас ждут совместные тренировки с упм и верховая езда. Сопровождать вас буду я, капитан Вебер и капрал Леви, — он кивнул в сторону стоящего сбоку от него человека. — А также командующий, Эрвин Смит.       Кейра инстинктивно поёжилась и опустила взгляд вниз. Их разговор состоялся несколько дней назад, а она все никак не могла прийти в себя и собраться с мыслями. Вроде как лучше случая обсудить всё это просто и быть не могло, и пошла она на это вполне себе осознанно, да и скрывать эту информацию смысла не было, но ее все равно не покидало грызущее изнутри чувство стыда. — Мы разделим вас на три группы, по пять человек в каждой.       Не было ли всё это…слишком? Вообще всё. Разговоры по вечерам, книги, ее излишняя откровенность. Она себе такого с начальством раньше никогда не позволяла, а тут вдруг разошлась, да еще и с кем — подумать только. — Группа капитана Вебера: Рихтер, Стоун, Чейз…       Странно, что он не пресёк все это на корню, разрешил ей поделиться, не стал останавливать, напоминая ей про правила и допустимые границы между командиром и подчиненным. И дело было даже не в самом разговоре, ведь объясниться перед ним она, пожалуй, была в любом случае обязана. Дело в том, как Кейра в итоге это ему преподнесла: чересчур поддалась эмоциям, чересчур открылась. Не следовало ей этого делать, ох, не следовало. Совсем не по-солдатски: распивать чаи с командующим и душу ему изливать.       Вокруг началось какое-то движение, люди куда-то разбредались, а Кейра так и продолжала стоять столбом, пока Иви не ткнула ее локтем в бок, возвращая с небес на землю. Она медленно моргнула, переводя на нее недоумевающий взгляд. Девочка, недовольно хмурясь, мотнула головой в сторону пьедестала, на котором, держа в руках несколько листов бумаги, все еще стоял майор Захариус. И судя по выражению его лица, он был крайне недоволен. — Рядовая Шварц, — сурово пробасил он. — В какой ты группе?       Она глупо уставилась на него ничего не понимающими глазами и молчала. Майк раздраженно вздохнул. — В моей. И я уже начинаю об этом жалеть. — Простите, сэр. — Соберись и настройся на работу. Уходить в себя будешь в свободное время. Я больше не собираюсь ничего повторять дважды. — Да, сэр, — она виновато поджала губы. — А теперь — марш в конюшни. Жду тебя вместе со всеми на поле. И чтобы без опозданий.       Пока они вдвоем с Иви быстрым шагом догоняли остальных, девочка вдруг ухватилась за ее локоть, вынуждая Кейру немного замедлиться, и, запыхавшись, проговорила: — Что с тобой такое в последнее время? Ты какая-то странная. — В смысле? — Ну, — она отпустила ее руку, смахивая со лба несколько капель пота, — ни с кем не общаешься, уходишь куда-то, да и сейчас вот… — Иви, — повернула голову в ее сторону и подозрительно сощурилась, — к чему ты клонишь? — Это всё из-за разговора с командующим? — запнувшись на секунду, словно сомневаясь, пролепетала она. — Он тобой недоволен? Всё из-за этого, да? — Кейра резко остановилась, широко раскрыв глаза от удивления. — Откуда тебе это известно? Ты, — нащупав повисший в воздухе ответ, она нахмурилась и недовольно поджала губы, — ты что, следила за мной?       Иви испуганно опустила взгляд и принялась нервно перебирать пальцами пустоту. — Я просто волновалась. Вдруг что-то…я подумала, вдруг что-то не так, и командующий захотел отправить тебя назад, поэтому ты так себя ведешь, — выдохнув, она вскинула голову вверх и, повысив голос, добавила: — Но я не подслушивала! Я правда ничего не слышала! — Кейра все равно продолжала хмуриться. — Может, я еще чего-то не знаю? — не отводя пристального взгляда, спросила она. — Нет! — Иви быстро замотала головой из стороны в сторону.       Девочка точно не врала, уж слишком искренней и бесхитростной она была, так что Кейра даже и не разозлилась — не получилось. Эта детская непосредственность вызывала лишь удивление. Надо же было придумать: проследила за ней до самого командорского кабинета, да так скрытно, что Кейра ничего и не заподозрила. Ловко. — Ладно, — вздох, — идем, не хочу злить майора еще больше, — она поспешила дальше к конюшням, оставляя Иви за спиной. — Постой! — она проследовала за ней, не желая так просто оставлять эту тему. — Так что все-таки случилось? — Ничего не случилось, — она пожала плечами, — все в порядке. Командующий совсем не недоволен мной, так что можешь не беспокоиться. — А зачем тогда он вызвал тебя? — она продолжала закидывать ее вопросами. — Что вы обсуждали? — О боже мой, Иви! — не выдержав, Кейра практически перешла на крик. — Ничего такого мы не обсуждали, ясно? Чего ты прицепилась? Я же сказала, что все в порядке. — Просто я никогда не видела, чтобы он вызывал кого-то к себе лично, — словно не замечая ее изменившийся тон, девочка все рассуждала дальше. — Вот я и хочу понять. — Послушай, — прерывая череду дальнейших раздражающих расспросов, Кейра утомленно вздохнула. — Никто меня никуда не вызывал, я всего лишь возвращала ему книги. — Книги? — она кивнула. — Он выдал мне книги про титанов и разведкорпус, а еще личные записи Ханджи Зоэ. Мне нужно было разобраться, — не вдаваясь в подробности, ответила она. — А… — задумчиво протянула Иви, когда они наконец подобрались к конюшням. — Так вот оно что. А я уже себе такого напридумывала… — она виновато закусила губу, замолкая.       Кейра молча подошла к своей лошади, мысленно моля всех богов, чтобы у Иви в голове не зародился еще какой-нибудь вопрос. За всю свою жизнь ей не доводилось знать никого более болтливого: рот у этой девочки закрывался только во время еды и сна. Всё. В остальное время она без умолку говорила, чаще всего о всякой ерунде, так что Кейра довольно быстро теряла нить повествования и переставала вслушиваться. Но пару важных вещей ей все же удалось выцепить среди потока бессвязной разрозненной болтовни. Во-первых, Кейра узнала, что Иви было шестнадцать лет — средний возраст для вчерашнего кадета, однако, она бы ни за что не дала ей столько. И нет, не подумайте, дело тут не только в ее внешнем виде, Иви и вела себя как абсолютнейший ребенок: интересовалась всем подряд, задавала бесконечное количество вопросов, словно весь мир для нее был в новинку. А еще она до неприличия легко доверяла людям.       Так Кейра узнала, что Иви всю свою жизнь прожила в подземном городе, вдвоём со старшим братом Марком. Ее отец — пьяница и заядлый картёжник, проматывал все, что приносил в дом (если вообще хоть что-нибудь приносил), из-за этого они с матерью постоянно орали друг на друга, и хорошо, если она впоследствии не получала кулаком по лицу. И вот в одну из таких ссор ее отец, в порыве гнева, схватил с кухонного стола нож и вонзил его своей жене в грудь по самую рукоять. Иви тогда было четыре.       После случившегося отец пропал, и дети остались в доме одни, без еды и средств к существованию. Ее десятилетнему брату приходилось тащить их обоих на себе, и одному богу было известно, где он добывал деньги им на пропитание, этого Марк за все годы так и не рассказал. Он уходил из дома рано утром, отдавая Иви наказ не высовывать носа за порог, пока он не вернется обратно. Они даже придумали специальный сигнал, чтобы понимать, можно ли открывать дверь: два тихих стука, пауза, а затем — три громких. Иви строго исполняла каждое его поручение и без сигнала двери никому не открывала.       Она проводила в полном одиночестве часы, коротая время за бездумными скитаниями по коридорам и перелистыванием потрепанных книжек, в которых она ни черта не понимала. Но однажды брат притащил ей откуда-то мягкую игрушку — медвежонка с оторванной лапой, у которого не доставало одного пуговичного глаза. Он пах сыростью, а местами на нем отсутствовала шерсть, но Иви полюбила его, как родного. И с ним стало уже не так одиноко. Она усаживала его на пол напротив себя и рассказывала ему всякие истории, реальные и выдуманные, представляла, что он ей отвечает. Ложилась спать с ним в обнимку, когда было особенно страшно, а брат почему-то задерживался до глубокой ночи.       У Кейры сердце разрывалось на части, когда она слушала все эти рассказы, а Иви, напротив, была спокойна, как удав. За все время не проронила ни слезинки, говорила ровным тоном, словно они погоду обсуждали. Только когда про брата вспоминала, то на мгновение замирала и голову опускала вниз.       Марк заболел, когда ей едва исполнилось тринадцать. Сначала его несколько дней лихорадило, потом начался кашель, а потом он уже и с кровати встать не мог без посторонней помощи. Все случилось так быстро, что Иви и опомниться не успела. Ей казалось, что брат поправится, не мог же человек неделю назад быть здоровым и сильным, а теперь вдруг… Но чуда не случилось: шли дни, недели, а лучше ему всё не становилось. Знакомые с умным видом твердили, что ему помогут только на поверхности, в хорошей больнице, но об этом и речи быть не могло: такое лечение стоило бы больше, чем все, что они заработали за всю жизнь. И помощи попросить было негде.       Довольно скоро они поменялись ролями: Марк оставался дома, а Иви занималась делами, ходила на рынок за овощами, таскала мутную воду в вёдрах, и, конечно, очень старалась заботиться, чтобы брату стало лучше. Ушлые бабки на рынке советовали ей разные травы от всевозможных болезней и прочую чепуху, в пользу которой никто особенно не верил, но Иви была готова уцепиться за любой шанс, в отчаянии спуская на это последние оставшиеся гроши. Но все ее труды оказались напрасны, и, несмотря ни на что, Марк продолжал стремительно угасать.       Именно в те дни, когда Иви подолгу сидела возле его кровати, по-матерински поправляя ему подушку и кормя водянистым супом, Марк и заговорил о том, что ей нужно выбираться наверх, обязательно нужно. Он несколько лет старался понемногу откладывать деньги, чтобы когда-нибудь у них появилась возможность покинуть подземный город. Она даже не знала об этом, Марк не рассказывал, дабы не дарить сестре ложных надежд, которые легко могли и не оправдаться. Но в сложившихся обстоятельствах тянуть дальше не было никакого смысла.       У него был знакомый, который собирался в ближайшее время подняться на поверхность и вступить в армию. Чтобы это провернуть ему пришлось раскошелиться на нормальные документы, но оно того несомненно стоило. Марк не мог бросить свою младшую сестру на произвол судьбы, и такой вариант показался ему самым доступным из всех возможных. Он не смог обеспечить ей достойную жизнь, о которой все вокруг мечтали, но так у нее по крайней мере появился бы хоть какой-то шанс. Все лучше, чем их проклятая выгребная яма.       Иви, конечно, сначала плакала и даже попыталась сопротивляться, когда он рассказал ей обо всем. Не хотела уходить, не хотела в армию, не хотела бросать его, до последнего отказывалась верить, что брата действительно скоро не станет. Но Марк не принимал никаких отговорок и твердо стоял на своем.       «Через две недели будут набирать кадетов. Ты пойдешь к северной лестнице вместе с Йоханом. Покажешь эти бумаги и поднимешься наверх, а потом вступишь в армию вместе с остальными. Тебе все понятно?».       Он все повторял это и повторял, заставлял пообещать, что Иви исполнит его волю. Она знала, что это очень важно, что по-другому ей не выжить, но не хотела, она совсем этого не хотела. Но привыкла слушаться брата во всем, иначе было нельзя.       Марк умер за несколько дней до того, как Иви выбралась на поверхность.       Кейра прекрасно понимала, почему он поступил именно так. В подземный город она спускалась всего несколько раз, но увиденного ей хватило на все годы вперед. В полиции никто не хотел работать там — уж лучше сразу вычтите десяток монет из зарплаты. Она сначала, конечно, хотела показать, что не боится — подумаешь, нашли, чем напугать. Вы все не хотите и прячетесь, а я вот возьму и пойду. Правда хватило ей этого запала ненадолго. Этот город кишмя кишел преступниками, кабаками и борделями, а запах там стоял настолько отвратительный, что ей, столичной девушке, привыкшей к сытой и чистой жизни, было совершенно непонятно, как люди вообще способны жить в таких условиях.       В первый ее заход Кейру отвели в местную тюрьму — показать, на что она, собственно, подписалась. Пожалуй, не существовало в пределах стен места страшнее. Туда ссылали самых отбитых и проблемных преступников, с которыми не справлялись на поверхности ввиду их неконтролируемого антисоциального поведения. Избавлялись, чтобы не подставлять свою задницу и не получить во время трудовой смены ножом в живот.       Если ад в их мире действительно существовал, то выглядеть он должен был как тюрьма подземного города.       Ржавые прутья камер, такая же ржавая вода, смрад и мрак. Дышать было невыносимо, как будто вместо воздуха в легкие забивалась плесень. Пока она шла по коридорам мимо заключенных, трусливо жалась поближе к сопровождавшим ее полицейским. Это были двое крепких мужчин, что проработали в этом месте уже много лет и, судя по тому, как они держались, совсем не ощущали дискомфорта. Это, конечно, вызывало уважение, потому что если бы не они, то кто? С другой стороны, Кейра совершенно не понимала, каким надо быть человеком, чтобы вот это всё выдерживать и не сходить с ума.       Ей вслед улюлюкали и выкрикивали такие слова, о которых она и знать не знала раньше. Подойди поближе, малышка, я сделаю с тобой то и это. Кейра изо всех сил старалась не сводить глаз с пола и молилась, чтобы эта пытка побыстрее закончилась. Один заключенный даже попытался схватить ее рукой через прутья своей камеры, но в ту же секунду получил по ней дубинкой от полицейского. Удар был такой силы, что он сначала взвыл от боли, забиваясь в угол своей камеры, но затем почему-то громко рассмеялся.       «Они сбегают иногда, — размяв плечо, спокойно проговорил один из полицейских. — Бегай потом, отлавливай по всему городу. Людей и так не хватает, а работать никто не хочет».       Кейра тоже не хотела. Пускай как-нибудь сами разбираются. Она спустилась туда еще два раза, чтобы не выглядеть совсем уж трусихой, а потом пришла к Найлу и сказала, что это всё не для нее. Он не стал спрашивать, почему — и так было ясно.       Так что для Иви, останься она там, исход был бы предопределен, и ее брат, очевидно, это ясно осознавал. Миловидная девчушка без каких-либо навыков, друзей и родственников — любой бордель бы ее с руками оторвал. А учитывая тот факт, что выглядела она намного младше своих лет, нетрудно было представить, какие бы к ней набивались клиенты. В сравнении с таким уже и разведкорпус начинал выгодно выделяться. — Так жалко, что я не попала в группу к капралу Леви.       Взяв свою лошадь под уздцы, Кейра удивленно обернулась через плечо. Иви задумчиво поглаживала своего вороного скакуна по шее и смотрела куда-то в сторону. — Это еще почему? — она потянула лошадь на себя и звонко цокнула, выводя ее из стойла. — Было бы здорово впервые выйти за стены в его отряде, — поворачиваясь лицом к Кейре, ответила она. — Да? — она непонятливо приподняла бровь. — А чем майор Захариус хуже? Он же намного опытнее. — Это здесь не при чем. Просто капрал Леви, он… — она притихла, напряженно подбирая слова, — он не такой, как другие. Он такой сильный! Я про него столько всего слышала! — в ее глазах появился какой-то задорный огонёк, Кейра это сразу уловила, но пока никак не могла понять его природу. — Говорят, он один стоит сотню солдат, представляешь? — Сотню? — она усмехнулась. — А почему не две? — Это правда так! — Иви все не унималась, у нее даже щеки зарумянились. — Да ты просто не могла о нем не слышать! — Иви, ни один человек не может заменить собой сотню, это же очевидно. Даже если у него какой-то сказочный талант, — она развернулась, покидая конюшню вместе со своей лошадью. — Ты просто не видела, как он тренируется! — она побежала за ней, таща рядом коня. — Вот выйдем за стены, и ты тогда поймешь. — Значит, ты и за ним следила? — Что?.. Нет! Я просто приходила посмотреть! — Я всё равно не верю, — Кейра пожала плечами. — Люди слишком любят приукрашивать. — Да? А как бы он по-твоему смог прослужить столько в разведке и убить столько титанов, если он даже нигде этому не обучался? — Что значит не обучался? — недоверчиво переспросила, опуская взгляд на шагающую рядом девочку. — О боже мой, — Иви бесцеремонно закатила глаза, — ты что, правда ничего не знаешь? Ты в разведке уже месяц. — Мне было чем заняться. — Капрал Леви, — начала она, четко проговаривая каждое слово, как будто Кейра была ученицей, в очередной раз не выучившей урок, — пришёл сюда из подземного города. Эрвин Смит лично принял его, потому что оценил его способности. И после этого он… — Погоди, — Кейра вскинула вверх руку, припоминая разговоры, гулявшие какое-то время назад по штабу военной полиции. — Так, значит, это он тот преступник, которого приняли в разведкорпус. Это капрал Леви?       Молодой темноволосый мужчина с угрюмым взглядом и очень низким ростом. Тот самый бандит, о котором все полицейские шушукались? Быть не может. На его месте она всегда представляла себе накаченного громилу со шрамами на лице (непонятно почему), похожего на тех, кто встречался ей в подземном городе. А этот человек выглядел совсем по-другому. — Никакой он не преступник, — насупившись, ответила ей Иви. — Это все слухи. — То есть ты готова поверить в то, что он сильнее сотни человек, а в то, что он преступник — нет? — Так говорят только потому, что он из подземного города, — она отвернулась, сильнее сжимая поводья.       Кейра тут же прикусила язык. Точно. Вот почему Иви так оживлялась, говоря о нем. Как же она сразу не сложила два и два? — Извини. Я совсем не это имела ввиду, — заметив обиду в ее лице, Кейра поспешила разрешить ситуацию. — Просто…       Она не успела закончить фразу, потому что перед ней буквально из ниоткуда возник всадник на светло-серой лошади, и Кейре пришлось резко остановиться, чтобы ненароком не угодить под копыта. Иви же среагировала на удивление резво: тут же вытянулась по стойке и отдала честь, вскидывая голову вверх. Кейра успела разве что затормозить и сдержать внутренний порыв выкрикнуть что-то вроде: «какого хера?!». И слава Стенам, потому что, подняв взгляд, она увидела перед собой Эрвина Смита. — Вы почему еще не на поле? — строго вопросил он, подтягивая к себе поводья и взирая на них сверху вниз. — Мы как раз направляемся туда, сэр! — громко отчиталась Иви, не отнимая кулака от сердца. — Вы уже должны быть там, — он перевел взгляд на Кейру, которая, растерявшись, так и не отдала честь. Смит хмуро сдвинул брови, но никак это не прокомментировал. — Поезжайте верхом и догоняйте остальных. — Так точно, сэр!       За весь месяц ее пребывания в разведкорпусе Кейра впервые увидела командира в полном боевом обмундировании. Даже странно. Хотя большую часть времени он проводил в своем рабочем кабинете, а на тренировках они, ясное дело, не пересекались, так что ничего удивительного в этом на самом деле не было. Но у Кейры внутри возникло какое-то непонятное чувство несоответствия.       Эрвин скрылся так же быстро, как и появился, так что рассмотреть его получше она не успела. Да и не до этого было: они и так задержались со всеми этими обсуждениями. В разведкорпусе Кейра почему-то все время куда-то не успевала, что было для нее весьма не свойственно. Может, в полиции просто никто так сильно не заморачивался по поводу времени, вот она и привыкла.       Без лишних слов они с Иви запрыгнули на своих лошадей и помчались к полю. ***       На офицерском собрании новость про тренировочную вылазку за стены никто, ожидаемо, не воспринял с энтузиазмом. Некоторые посчитали эту затею излишним нежничеством, а другие, напротив, переживали, что придется подвергать новобранцев дополнительному риску. А Эрвин считал, что семидесятипроцентная смертность — цифра недопустимая. И с этим поспорить никто уже не решался. Статистику знали все, и самым печальным в ней было то, что основные потери из раза в раз приходились именно на неопытных новобранцев, в их первую или вторую вылазку. Если им удавалось перешагнуть этот порог, то вдальнейшем их шансы на выживание резко увеличивались. Из десяти новичков офицерами становились один или два (если очень повезет), остальные оказывались либо в братской могиле, либо в пасти титана.       Эрвин долго думал над тем, как исправить эту ситуацию, и пришел к неутешительному выводу, что, фактически, никак. Всё в конечном счёте упиралось в опыт и подготовку. Однако, даже сильные и прекрасно обученные бойцы, сталкиваясь лицом к лицу с титанами, зачастую впадали в ступор и не могли обуздать свои эмоции, за что расплачивались жизнью. Офицеры, отслужившие в разведкорпусе годы, приобретали очень ценный навык — умение сохранять холодный рассудок в любой ситуации, насколько бы безвыходной она на первый взгляд ни казалась. Заработать этот навык можно было лишь одним способом: сталкиваясь со своим страхом снова и снова, заставляя мозг научиться с ним справляться.       Он решил проверить это на практике. Разведкорпус не мог позволить себе увеличить количество полноценных экспедиций за стены, но вот короткие вылазки могли стать хорошей альтернативой. Эрвин не ставил перед собой цель убить как можно больше титанов или увеличить дальность исследований, задача заключалась в другом: дать новобранцам необходимый опыт, тем самым подготовив их к дальнейшим вылазкам, более тяжёлым и продолжительным.       Он как раз рассуждал над этим, подъезжая к полю, на котором его уже ждали офицеры и группа новичков. Они поприветствовали его, приложив правую руку к груди. — Все на месте, Эрвин, — пока он слезал с лошади, к нему со спины подошел Майк. — Кроме… — Да, я в курсе. Шварц скоро приедет, — не задавая вопросов, Захариус коротко кивнул.       И действительно, буквально через несколько секунд послышался приближающийся стук копыт, и к ним подъехали две девушки верхом на лошадях. Они резко остановились и второпях спрыгнули на землю, присоединяясь к остальным солдатам. — Похоже, мы можем начинать, — громогласно объявил Эрвин, проследив взглядом, как Кейра останавливается за спинами двух высоких новобранцев. — Но сперва я бы хотел прояснить некоторые моменты, касающиеся нашей ближайшей вылазки, — он сложил руки за спиной, подходя ближе. — Сейчас мы будем отрабатывать построение. Учитывая малочисленность нашей группы, оно будет отличаться от того варианта, который вы изучали на последнем собрании, об этом майор Захариус уже должен был вам сообщить, — несколько человек утвердительно кивнули. — Отлично. Эта вылазка очень важна, она поможет вам лучше подготовиться ко всем последующим, а также выявит ваши слабые стороны, которым следует уделить особое внимание в будущем. Я же, как ваш командир, ставлю перед собой задачу провести эту вылазку без единой потери, — новобранцы напряженно переглянулись. — Для этого от вас потребуется следующее: исполнять все приказы командиров ваших отрядов, — он кивнул в сторону офицеров, — и ни в коем случае не действовать самовольно.       Он замолчал, осматривая присутствующих. Все стояли ровно, не двигаясь, словно боялись упустить хоть одно сказанное им слово. Именно этого Эрвин он от них и добивался. Выдержав небольшую паузу, дав солдатам время переварить услышанное, он уже собирался начать раздавать дальнейшие указания и постепенно переходить к самой тренировке, но его внимание привлекла Кейра, которая внезапно подняла руку. Эрвин склонил голову вбок, высматривая ее между людьми. — У тебя какой-то вопрос, рядовая? — Да, сэр, — заслонявшие ее солдаты разошлись в стороны, а Кейра сделала шаг вперед, выходя ему навстречу. — Вы сказали не действовать самостоятельно. А что, если командир отряда погиб?       Эрвин не видел, но был готов поклясться, что ощутил на себе многозначительный взгляд Майка. — На обычной вылазке при подобных обстоятельствах командование переходит по цепочке, к следующему по званию человеку, — как по учебнику объяснил Эрвин, не сводя глаз с Кейры. — Но в нашем случае, если такое произойдет, отряд должен как можно быстрее перегруппироваться и связаться с ближайшим командиром. — А если на командира нападёт титан, то кто тогда будет решать, помогать ему или перегруппировываться?       Он мысленно усмехнулся. Похоже, его стандартные ответы Кейру не очень-то устраивали. Скорее всего такие она могла бы и сама себе дать, а от него ждала чего-то другого.       По-настоящему заинтересованные люди всегда располагали Эрвина к себе. Те, которые задавали вопросы и стремились узнать больше. Конечно, как хороший командующий, он старался не строить различий между солдатами, это допускалось только в том случае, когда дело касалось званий и субординации. Во всех остальных это было запрещено. Солдат есть солдат. Любой из них должен быть готов умереть по приказу, а Эрвин должен быть готов этот приказ отдать, и неважно кому.       Но, к несчастью и вопреки множеству слухов, у Эрвина Смита были и чувства, и эмпатия. И как бы он ни пытался срастись со своей ролью образцового командира, не ведающего ни жалости, ни сожалений, внутри у него что-то больно вздрагивало и замирало каждый раз, когда приходилось эту роль играть. А иной раз это становилось практически невыносимо. Когда он забывался и разрешал себе эту роскошь, доступную любому простому смертному. Например, такую, как чашка чая, распитая вечером не в одиночестве, и один личный разговор.       Эрвин в последнее время как-то уж слишком часто стал задавать себе вопрос «зачем?». Зачем ты, дурак, допускаешь всё это? Знаешь ведь, что там впереди пропасть — На любой вылазке может произойти непредвиденное, — сохраняя непроницаемое выражение лица, Эрвин обратился ко всем, продолжая при этом смотреть на Кейру. — Тогда вам придется действовать быстро и решать всё самим. От подобного не застрахован ни один из нас, — он замолчал, переводя взгляд к остальным солдатам. — Это всем понятно? — Так точно, сэр! — громко ответил стоящий ближе всего к Эрвину парень. Кто-то просто утвердительно кивнул. — Хорошо, — вздох. — Тогда давайте начинать. ***       Солдаты перешли на галоп. Ветер свистел в ушах, перебивая топот копыт и заглушая указания командиров. Куда проще ориентироваться было по жестам, к этому Кейра уже успела привыкнуть, все-таки не в первый и не во второй раз у них тренировка верхом.       Она повернула голову вправо и увидела, что Майк кивает ей и беззвучно произносит: давай. Освободив одну руку, Кейра выудила из-за пояса сигнальную ракету и направила ее вверх. С характерным щелчком нажала на курок, разрезая небесную синеву зелёным столпом дыма: перестроение к северо-западу. Спустя несколько секунд со стороны отряда капрала Леви так же раздался выстрел. Все двигались, как единый организм, чётко и слаженно. Наблюдали друг за другом, поддерживая строй.       «Сможем ли так же, когда выйдем за стены?», — подумала, обернувшись на скачущую за ее спиной Иви.       Любой девиант на пути — разрушенное построение и неминуемая битва. А если не девиант, то группа обычных титанов, от которой легко можно не успеть оторваться, и тогда снова — разрушенное построение и битва.       Кейра вцепилась пальцами в поводья, ощущая, как в районе живота что-то противно тяжелеет. Тревога и еще не познанный страх ложились камнем на плечи. Осталось всего три дня. Три дня отделяют ее от встречи с титанами. Внезапно пришло осознание того, что это ее последняя тренировка перед реальной вылазкой. Никаких тебе больше безобидных макетов, никаких неподвижных целей, по которым можно и промахнуться разок-другой.       Крепко зажмурившись, Кейра несколько раз мотнула головой в стороны. Рано. Рано еще бояться. Пока что ей ничего не угрожает, и нужно постараться выжать из этого максимум пользы.       Она глубоко вдохнула и выдохнула, концентрируясь на быстрых движениях Искры под своими ногами. Все, как говорила Иви: следить за дыханием, не сбиваться с ритма, не поддаваться панике. Простые истины, которые могли спасти ей жизнь. Не думать о том, что может случиться, сфокусироваться на настоящем: на указаниях Майка, на своих руках, крепко сжимающих поводья, на фигуре Эрвина Смита впереди себя, на стуке копыт за спиной. Вдох-выдох. — Переходим на приводы! — резкий выкрик Захариуса привел в чувства намного быстрее, чем все ее попытки успокоиться.       Долго соображать не пришлось — руки сами выпустили поводья, пальцы нащупали рычаг упм. Кейра приподнялась в седле, напрягаясь всем телом, и нажала на спуск троса, целясь в ближайшее дерево.       Одно короткое мгновение, и она взмыла в воздух, оставаясь без опоры. Ощущение невесомости дурманило разум, дарило блаженное чувство неуязвимости. Несколько секунд свободы и абсолютно чистого, детского восторга.       А потом включались законы земного притяжения, и на место прежнего упоения приходило волнение: теперь нужно правильно сгруппироваться, переключить привод, открыть подачу топлива и ринуться вперед, за выпущенным тросом.       На первых тренировках Кейра из раза в раз задевала плечом или бедром дерево: никак не могла правильно рассчитать расстояние, слишком долго не практиковалась. Но усердные тренировки дали свои плоды: теперь она свободно проникала между деревьями, не зарабатывая при этом очередной синяк.       Вокруг то и дело раздавался характерный свист выпускаемых тросов, мимо нее стремительно пролетали солдаты, скрываясь за кронами высоких деревьев. Кейра остановилась, повиснув на тросах, как на качелях, и упёрлась ногами в широкий ствол. — Не теряй время, Шварц! — рядом раздался требовательный голос майора Захариуса. — На два часа! Твой!       Не давая себе расслабиться, Кейра резко развернулась, примечая в нескольких десятках метров от себя деревянный манекен. Снова щелкнул переключатель упм, и она, с силой оттолкнувшись от ствола, устремилась в сторону титана. Крутанувшись в воздухе, Кейра набрала необходимую высоту и, перекрестив руки, вытащила лезвия, готовясь нанести удар. Прицелилась, замахнулась. Лезвие вошло в импровизированную шею, как нож в масло. Отсеченный кусок с глухим хлопком рухнул на землю, а Кейра, сбавив скорость, приземлилась рядом, сгибая ноги в коленях.       Сердце стучало, как сумасшедшее, еще немного и из груди выпрыгнет. Она часто и тяжело дышала, чувствуя, как кровь приливает к лицу. Опомнившись, что сидеть на земле равносильно смерти, Кейра поспешила взобраться обратно на дерево. — Неплохо, Шварц, — поднявшись выше, она снова увидела перед собой Майка. Он стоял на ветви, смотря в сторону поверженного манекена. — Только криво. Если бы он двигался, ты бы промазала.       Она оглянулась, замечая, что ее порез едва уложился в допустимые пределы. Расстроенно выдохнула, вытирая тыльной стороной ладони проступившие на лбу капли пота. — Да. Я вижу, сэр. — Ты рубишь чересчур сильно, — добавил он, присматриваясь внимательнее. — Так все лезвия затупишь. Постарайся это контролировать. — Поняла, сэр, — он коротко кивнул. — Я пойду за остальными, а ты возвращайся на позицию. Сделаем еще круг.       Тренировка продлилась еще два часа, за время которой Кейра уничтожила еще три манекена и совершенно выдохлась. Ее лицо напоминало спелый помидор, а руки тряслись от напряжения. Когда они вернулись обратно, ей хотелось лишь побыстрее принять душ и развалиться звездой где-нибудь на траве. Пока она снимала с себя привод, к ней внезапно подобралась Иви. — Выглядишь паршиво, — непринужденно улыбаясь, она хлопнула ее по плечу. — Сколько завалила? — Четыре, — буркнула, аккуратно опуская упм на землю. — А я — семь! — гордо заявила Иви. — Майор сказал, у меня отлично выходит маневрировать. — Не сомневаюсь. Ты молодец, Иви.       Девочка вся светилась. Выглядела так бодро, как будто была готова навернуть еще пару лишних кругов.       «Где мои шестнадцать лет», — с грустью подумала Кейра, запихивая привод себе под мышку. — Надеюсь, на настоящей вылазке справлюсь не хуже. — Да, ты уж постарайся, — выдавив из себя слабую улыбку, она развернулась к Искре и взяла ее одной рукой под уздцы.       Успела сделать буквально пару шагов в сторону конюшен, как ее вдруг кто-то окликнул. — Шварц, погоди! — она обернулась и увидела, как к ней приближается майор Захариус. Остановилась, отпуская лошадь. — Иди, Иви, встретимся в бараке, — она махнула девочке рукой и, не дожидаясь ответа, направилась ему навстречу. — Сэр?       Они отошли в сторону, пропуская мимо остальных солдат. — Я хотел кое-что с тобой обсудить, — Майк начал издалека. — Ты хорошо справляешься в последнее время, — он одобрительно кивнул, складывая руки на груди. — И, должен признать, мозги у тебя работают тоже весьма неплохо. — Спасибо, сэр. — Но я здесь не за тем, чтобы тебя нахваливать, — серьезно уточнил он, смеряя Кейру суровым взглядом. — За стенами действительно всякое может произойти, а группа у нас небольшая. Так что будь готова, в случае чего, меня подстраховать.       Кейра не сразу поняла, что он имеет в виду. Нахмурилась, сосредоточенно всматриваясь в его лицо. — Подстраховать? — Да, Шварц, именно так. Ты ведь сама сегодня задала этот вопрос. Если на нас нападут, то в первую очередь защищать отряд пойду я. Но может так статься, что одному мне будет не справиться. Я хочу, чтобы ты была морально к этому готова. Я буду на тебя рассчитывать.       Рассчитывать? На неё? Кейре вдруг резко стало нехорошо. Она ведь совсем неопытная: три года без практики, синяки еще толком не зажили, выдыхается все так же быстро, а майор уже ждёт от нее чего-то. Она-то наивно полагала, что сможет избежать прямого столкновения с титаном, по крайней мере в ближайшей вылазке.       Увидев ее замешательство, Захариус чуть склонил голову вбок и слегка прищурился. — А ты чего ожидала? Что мы туда погулять выйдем? — Нет, сэр, просто… — она стыдливо опустила взгляд. — Что просто? — вздох. — Не знаю, на что ты рассчитывала, Кейра, и меня это, честно говоря, не волнует. Мне нужны твои навыки и опыт. Ты старше всех новобранцев, вот и покажи им, на что способна. — А если я вас подведу? — выпалила, сжав пальцы в кулаки. — Вы же сами сегодня видели, как я… — Довольно, — остановил ее приказным тоном. — В чем дело, Шварц? В полиции дослужилась до капитана, а здесь боишься взять на себя ответственность?       Его слова ударили куда надо. Кейра вспыхнула, вспоминая наконец, кто она и где находится. Столько всего пережила, еще недавно была готова отправиться в тюрьму, а теперь струсила, даже не успев шага за стены ступить. И ради этого она целый месяц впахивала, мучаясь от боли в мышцах? Чтобы в итоге спрятаться за спиной у маленькой Иви? Или еще у кого-нибудь?       Это ведь она решила пойти в военную полицию, она расправилась с Майером, она раскрыла больше всего дел. Если уж после этого она все еще дышит, то сможет справиться с чем угодно. — Вы правы, — Кейра подняла голову, встречаясь взглядом с Майком. — Я вас не подведу, сэр. — Рад это слышать, — никак не меняясь в лице, ответил он. — Теперь иди и отдыхай. Через три дня нас ждут титаны.