СИД

Чуп@кабра              Пытаюсь прикурить и понимаю, что руки трясутся, и ни хера не от холода. Меня аж колбасит.       К счастью, тут никого нет, и ко мне никто не лезет. Кир с Тинкой куда-то исчезли еще до начала игры, а остальные слишком заняты или пьяны, чтобы обратить на мое странное поведение внимание.       Произошедшее выбило из колеи. И не потому, что это что-то мерзкое, на подобных играх мне и похлеще задания выпадали. Один раз пришлось киселем облиться и в перьях изваляться, вот это мерзко было, особенно потом из задницы их доставить. Я принципиально всегда выбирал в подобных случаях действие, считая, что так играть интереснее.       Но сегодня все пошло как-то не так. С самого начала. Когда Санин язык коснулся моей спины, я, блядь, возбудился. С хера? Возбуждение было не так сильно, чтобы его можно было заметить, да даже если бы и заметили, насрать вообще, не в том дело. Да, я не видел кто сзади, и языки у всех одинаковые, но я-то знал, что там, сука, Князев.       И только успокоился, убедив себя, что дело не в Князеве, а в одинаковой тактильности языков, или в том, что у меня с какого-то хера на спине эрогенная зона, как мне выпадает задание с его шеей.       Пох на шею, мне не стрёмно кого-то лизнуть в прикол, но в процессе, меня вдруг стукнуло, что он пахнет как Аврора. И на вкус как Аврора. Да, не так много в своей жизни я пробовал людей на вкус, но её аромат не спутаю ни с чем, он меня с той вечеринки преследует.       Как это вообще возможно? Одинаковые духи? Бывают вообще духи унисекс? У него ещё и рост такой же, и цвет глаз, неудивительно, что меня так вштырило. И мысли у них одинаково чудные. Может, мне потому так хочется с ним подружиться, что он ее напоминает? Бля, бывают вообще настолько похожие люди? Может, они родственники?       Сигарета заканчивается слишком быстро, и я прикуриваю вторую. Я выскочил без куртки, декабрьский мороз уже начал пробираться глубже, забирая жар тела, но не двигаюсь, так и курю.       Допустим. Оба говорили, что присутствует старшая сестра. Оба говорили про племянника. Могло быть такое, что у них общая сестра? А они тогда, чё, близнецы и обоих Сашами зовут? Бред какой-то. Двоюродные? Погодки? Сколько вообще Князеву лет?       Так щас до какой хуеты додумаюсь.       Отбрасываю бычок и уверено возвращаюсь обратно с твердым намерением немедленно допросить Князева. С пристрастием.       Вижу, как он встаёт, собираясь покинуть круг играющих, и, подлетев, хватаю за запястье, оттягивая к пустующему углу. Отпускаю, практически вжав в стену, чтобы не сбежал, и с секунду пялюсь в его глаза. Блядь, разрез вроде другой, но хер знает, там темно было и косметики гора, но цвет один в один. Нестандартный. У меня вот обычные, карие, темные, а у этих, будто черного пигмента не хватило, и радужка не совсем коричневая, а янтарная. Саня явно в шоке от моих причуд, смотрит удивлённо, брови приподняв. Да, чувак, у меня едет крыша, я так хочу ее увидеть, что уже в друзьях ее образ мерещится.       — Сань, у тебя сестра есть?       — Есть.       — Одна?       — Да.       — Уверен? — да, вопрос звучит по-дебильному, но я и сам веду себя как дебил, чё уж теперь.       — У меня не так много родственников, чтобы мог в них запутаться. Хотя, я не знаю своего отца, поэтому все может быть.       — Не знаешь? Это как?       — К-хм… Ну, я с ним не знаком. А маман не рассказывала, да и Таня тоже. Не помню, чтобы спрашивал о нем хоть что-нибудь. Может, если только когда мелким был. Мне узнать?       Понимаю, что лезу сейчас вообще не туда, куда можно. Черт, у меня родители в разводе, но у нас все гладко, развелись, когда мне было четырнадцать, и с отцом остались мягкие, дружеские отношения, а мать повторно вышла замуж, но это не значит, что хочу рассказать каждому встречному о наших семейных трудностях. Отрицательно машу головой, а потом, повинуясь внезапному, неадекватному порыву, резко подаюсь к очумелому парню и нюхаю его. Может же быть такое, что у меня крыша от количества выпитого пива улетела и меня переглючило? Сколько я выпил? Бутылки четыре? Не помню.       Саня резко выдыхает, а я понимаю, что ни хрена не ошибся. Точно такой же запах. Свежесть и фруктовая сладость.       — Ты духами пользуешься?       — Нет, — шепчет в ответ он.       Может, гель для душа какой-нибудь? Бля, нет, я не буду охотиться за ним в душе. Это уже маразм, да и что мне это даст? Искать девушку по средствам гигиены это прям совсем безумие.       Киваю и, отпустив одногруппника, резко разворачиваюсь и сваливаю. Праздновать, как и пить, я больше не хочу, а то ещё куда-нибудь унесет.       Мне надо что-то срочно делать со своими чувствами, пока не начал на людей бросаться. Аврора, блядь, на хера ты меня так мучаешь?!              

***

      Aurora              И что это сейчас было? У меня чуть инфаркт не случился. Хорошо, что он меня к стене прижал, а то бы рухнул на вдруг ослабевших ногах.       Даня это что-то. Почему он не замечает, что делает со мной?       Он заставил меня задуматься, что я упускаю в жизни что-то важное. Хотя, может, эта информация будет ничего не значащей. Но мне теперь нужно знать правду и я ее выясню.       Иду в свою комнату в общежитии и собираю вещи. Когда я уже почти готов уйти, приходит сообщение:       Даня: «Саш, ты меня с ума сводишь. Мне твой образ уже мерещится».       Точно, вот я тормоз. Я же придумал ему подарок с отсрочкой. Это было безумно абсурдно, но он хотел узнать Аврору. Может быть, когда мы перестанем общаться, он не будет сильно злиться, ведь посмотрит город. И должно же быть тут хоть что-то хорошее.       Беру заранее запечатанный плоский квадрат и, тихо открыв дверь, выхожу из комнаты. У него тихо, надеюсь, не заметит.       Стараясь ступать бесшумно, подхожу к его комнате и аккуратно просовываю это ему под дверь. После чего так же тихо возвращаюсь к себе и заканчиваю сборы.       На выходе не встречаю мечущегося парня, значит, либо еще не нашел, либо решил, что Аврору так просто не поймать.       Уже сидя в транспорте до меня доходит, что Даня меня нюхал не просто так. Он почувствовал такой же запах, как у Авроры, что логично. Хорошо не догадался. Подожди, Дань, скоро ты все узнаешь. В конце учебного года я откроюсь. Я уже решился на это. Дольше страдать самому и мучить тебя, просто ужасно.       У тебя будет целое лето переварить свою ненависть и омерзение ко мне, а у меня будет время смириться с тем, что это все закончилось.       Достаю смартфон и набираю сообщение, игнорируя предыдущее:       Я: «Мой подарок чуточку странный…»       Ну даже не чуточку, а очень сильно. Прям связь с психически ненормальным просвечивает. И запишут тебя, Саня, в маньяки, и будут правы. Ведешь себя явно неадекватно. Придумал какую-то ахинею, которую можно понять превратно.       Даня: «Какой подарок?»       Я: «На пороге твоей комнаты».       Он не отвечает целых три минуты, значит, не успел найти до этого. Это радует.       Даня: «Ты была тут?!»       Да ты гений прям.       Я: «Был».       Я так-то вообще за стенкой от тебя живу.       Даня: «Ну вот, теперь я проклинаю наушники за то, что из-за них не услышал».       Даня: «Мне надо будет пройтись по карте?»       Я: «Ага. В конкретное время, в конкретном месте. Я буду отправлять подсказки».       Чувствую еще большую глупость своего поступка. Он сейчас пальцем у виска покрутит, решит, что девочка тю-тю и забьет на меня. А может и к лучшему, но так не хочется. Люди такие странные, знают, что не выгорит, но все равно надеются, несмотря ни на что. Просто вопреки.       Даня: «Подсказки? Я должен что-то разгадать?»       Я: «Ты должен будешь найти кое-что…»       Надо было лучше продумывать этот разговор. Фигню сделал, а как объяснить по-человечески не понимаю.       Даня: «Последняя дата в июне… Она значит?..»       Я: «Да».       Там буду я, но говорить об этом не буду.       Даня: «Это значит, что до лета мы не увидимся?»       Я: «Как знать…»       Может, ты раньше меня вычислишь или забьешь, и мой план полетит в тартарары.       Даня: «Я даже не знаю радоваться или грустить. С одной стороны ты подарила мне надежду, а с другой…»       Я уже доехал до своей остановки и иду домой, пытать Таню.       Я: «Это решать только тебе. Ты вообще можешь туда не ходить».       Даня: «Смеёшься? Не пойду, а полечу как миленький. Меня расстроила не карта, от нее я в восторге».       Я: «Я понимаю, чего ты хочешь. Знаю, ты бы хотел, чтобы я уже появился. Я бы тоже хотел просто прийти к тебе. Но, пожалуйста, дай мне еще время. Я пойму, если тебе надоест или ты найдешь себе новое увлечение… Ты только дай знать, ладно?»       В дверях на меня налетает Стас, который почему-то еще не спит.       — А я тебя ждал! Ты долго!       — Так получилось, меня задержали. Почему не спишь еще? Живо в кровать. А мама где?       — Маме позвонила тетя Лида.       О, ну тут даже объяснять ничего не надо. Когда две подружки начинают болтать, это надолго.       — Давай ложись скорее, а то завтра не пойдем на елку, потому что ты проспишь.       — Я уже сплю! — слышу от уже убегающего в свою комнату мальчика.       Он забавный.       Вешаю куртку на крючок и, занеся сумку в комнату, иду на кухню пить чай.       Даня: «Ты не просто увлечение. Я буду ждать. Сколько понадобится».       Это всего лишь сообщение, но сердце от подобного радостно колотится. Так хочу надеяться, что в конце карты, он не возненавидит меня, и мы хотя бы сможем иногда разговаривать. Я бы хотел, чтобы он ответил мне взаимностью, но это уже совсем нереально.       Таня приходит минут через двадцать и садится за стол, тоже заварив себе чай.       — Он весь вечер на ушах ходил. Тебя ждал.       Неудивительно.       — Как обычно. Извини, задержали.       — Да я-то чего? Ты и так делаешь больше положенного.       — Тань, что случилось с моим отцом?       — О, господи, — сестра давится чаем от неожиданности вопроса. — Я думала ты знаешь. Мама разве не рассказывала?       — Нет. Я и не интересовался. Расскажешь?       — Они познакомились случайно. Шел сильный ливень, а он проезжал мимо и решил спасти нашу маму от простуды. А она же упрямая была, отказала и осталась стоять на неприкрытой остановке. А Коля вылез из машины и встал с ней рядом, дождался автобуса и поехал ее провожать. Они пришли домой, мама злая, а он смотрит на нее, как на что-то волшебное. Я им чай с малиной делала. Потом закрутилось, завертелось, оба упертые были. Он ее добивался, а она отказывала. А когда он через год ей предложение сделал, согласилась, и после этого все у них хорошо стало. Даже странно. Мама больше не пыталась быть самостоятельной, а он ее на руках носил. Такой счастливый был, когда она тобой забеременела. Я как раз уже сюда переехала учиться. А потом напали на него после работы, денег хотели и убили случайно.       Таня вздыхает.       А у меня так пусто в голове. Я думал папа — Карлсон, а он…              

***

      Чуп@кабра              Дома — восхитительно. Я не думал, что так соскучился по отчим пенатам, пока мы с Киром не зашли в квартиру. Родной запах, дорогие сердцу вещи, тут даже стены будто дышали.       Мама затискала нас по очереди, сетуя на то, как мы исхудали, отчим с улыбкой подначивал, затаскивая сумки, и даже младший двухгодовалый брат радовался со всеми приезду, хотя чё он там помнить-то мог? Четыре месяца для него как полжизни.       Как же я соскучился по своей кровати! Никогда б не подумал, что так ее люблю!       Странная херь, но когда тебе хорошо, время несется галопом, даже если ты ничего особенного не делаешь.       Три дня до Нового года прошли в теплой, семейной обстановке и подготовке к праздникам. Мама не стала без нас наряжать ёлку, оставив нам с Киром эту маленькую семейную традицию. Мы много болтали, делясь впечатлениями от первого полугодия, помогали нарезать салаты, украшали дом. Да, все это время мы часто звонили матери, но живое общение это не заменит.       На Новый год приехал отец, познакомив нас со своей невестой. Я был рад за него — Екатерина оказалась доброй, миловидной женщиной тридцати восьми лет, немного помешанной на работе. Знаю, для многих семей развод является трагедией, после чего все связи рвутся, а отношения рушатся, но наши родители самые лучшие. Они сделали все возможное, чтобы их разногласия не отразились на нас с Киром, умудрившись и после расставания нормально общаться. Вполне тепло и по-дружески.       Лет с пятнадцати на Новый год после часа ночи мы с Киром стремились сбежать из дома, чтобы отпраздновать и с друзьями, но в этот раз проболтали с родителями до самого утра, лишь скинув всем: друзьям, ребятам с универа и Авроре — поздравления эсэмэской.       А после лениво полетели домашние дни. Мы доедали тонны салатов, зависали за компами, разочек даже выбрались из дома для встречи с бывшими одноклассниками, устроив шашлыки в подлеске и катание на линолеуме с горы.       Странно было увидеть Светку. Она смущалась, отворачиваясь от меня, а я и сам не имел желания с ней общаться. Так стыдно, как раньше, уже не было, но все равно некомфортно.       Хорошо хоть Кир ничего не комментировал. Я сдуру после того недосекса ему все растрепал, за что и получил гору братских подколов, но надо отдать ему должное — брат умел тормозить, когда это действительно было необходимо.       Из самого приятного, помимо отсутствия учебы, прибавилось и то, что Аврора теперь заходила в игру каждый день, зависая со мной в данжах. Она все так же отказывалась пользоваться микрофоном, зато я трепался как заведённый, получая за это насмешливый взгляд от Кира. Впервые в жизни меня поднапрягло проживание с братом в одной комнате — чуток личного пространства мне б сейчас точно не помешало.       Предложение отца погостить у него последнюю неделю каникул пришлось весьма кстати, особенно учитывая, что брат ехать не захотел. А у меня появился маленький план, как развести Аврору на почти живое общение.