Братья во лжи

— Не думал, что уже поздно, брат? Ролон, как всегда, зашёл в комнату Лелуша слишком тихо и выдал своё присутствие, лишь когда заговорил. Сел на кровать, что-то перебирая в руках. Переведя взгляд со страниц книги на него, Лелуш краем губ усмехнулся: конечно же, Ролон не мог оставить в покое кулон, прицепленный к телефону. Маленькое сердце, которое Лелуш год назад вручил ему своими руками. Но не совсем своими чувствами. Пускай сейчас Лелуш с лёгкостью отделял ложные воспоминания от настоящих, с эмоциями так поступить было сложнее. Простить Ролону то, что он занял место Нанналли, было вообще практически невозможно. Но, вынужденно продолжая играть для него роль старшего брата, Лелуш всё отчётливее понимал, что его обида и злость направлены не на того человека. Ролон был всего лишь пешкой в руках императора Чарльза зи Британия. А теперь — пешкой в руках Лелуша, которую можно было выгодно разыграть, превратив в ферзя. Вот только отчего-то ему не хотелось торопить эту часть партии, которую он уже несколько лет вёл против своего отца. — Что читаешь? Лелуш наконец поднял голову и посмотрел на Ролона прямо. У того были большие, почти детские глаза. Слишком невинные для того, кто омыл себя кровью сотен жертв. Слишком честные для того, кто обладал таким устрашающим Гиассом, созданным для бескомпромиссных убийств. Слишком доверчивые для того, кем Лелуш мог бы пожертвовать. У мальчика, взращённого Орденом исключительно, чтобы стать хладнокровным орудием войны, не было никого, кого он мог бы назвать родным, другом или хотя бы близким. До того, как он повстречал Лелуша. И тот больше не мог разделить ложь, которую он скармливал Ролону ради завоевания его верности, и правду, которую он говорил ему в спокойные минуты, подобные этой. Правду о том, что у него, кроме Ролона, не осталось настолько близких людей рядом. Кто-то умер, кто-то отвернулся от него, кто-то использовал его для достижения собственных целей. Чёрные Рыцари, союзники из Китая, даже Каллен — это всё другое. Они были преданы Зеро. Ролон был предан Лелушу. — Теккерей, «Ярмарка тщеславия», — ответил он, показывая обложку. — Тебе не понравится. — Ты всегда читаешь то, что мне бы не понравилось, — заметил Ролон. — Но это… наверно, не плохо. То, что мне понравится, я и сам прочитаю. — Разумная мысль, — кивнул Лелуш, подпирая голову ладонью. Ролон ютился на самом краешке кровати, будто стеснялся — совершенная противоположность бестактной СС, которая уже развалилась бы в полный рост. — Может, посоветуешь что-нибудь? — снова сжимая в пальцах кулон, попросил он. Лелуш задумался и ответил: — Начни с чего-нибудь лёгкого. Какие-нибудь приключения, вроде Стивенсона, Дефо… Или вот например Диккенса, всё же он классик. Так странно было буднично говорить о книгах, зная, что через пару дней они оба, быть может, будут стоять на передовой, возглавляя очередную операцию Чёрных Рыцарей. Или же выйдут на переговоры с представителями Британии. Или же столкнутся с рыцарями из личной гвардии Императора. Один — в маске Зеро, командуя отрядами и распоряжаясь тысячами жизней, а второй — в кабине «Найтмера», убивая тех, с кем раньше сражался на одной стороне. А сейчас они были просто учениками академии Эшфорд, братьями Ламперуж. Лелуш давно забыл, какая из этих двух сторон его жизни настоящая. Скорее всего, однажды ему придётся потерять вот эту, с уютными вечерами в компании Ролона. Однако, как бы странно, как бы предательски по отношению к Нанналли это бы ни звучало… он будет скучать по этому времени. Лелуш уж точно не перекладывал любовь к Нанналли на Ролона, только не после того, как к нему вернулась память. Однако он научился ценить Ролона, не перекладывая на него и ненависть к отцу. — Спасибо. Я тогда пойду, брат, — Ролон поднялся с кровати, несмело улыбаясь. — Не буду больше отвлекать. Доброй ночи. — Доброй ночи, Роло, — тепло попрощался Лелуш. И даже когда тот скрылся за дверями комнаты, ещё пару секунд не мог вернуть на лицо обычное равнодушное выражение. В такие моменты Лелуш почти забывал, что у него никогда не было младшего брата.