Братья во лжи

Ролон думал, что ему поручено присматривать за Зеро, террористом, держащим в страхе всю верхушку британской армии. Но глядя на лицо Лелуша, с трудом верил, что оно может прятаться под чёрной маской, а голос, спокойный и приятный слуху, — распорядиться подорвать опоры, чтобы обрушить половину Токио. Что в этих вечно чуть прикрытых лиловых глазах может прятаться сила Гиасса, делающего любого, попавшего под её влияние, безропотным рабом воли Лелуша. Сложно было даже поверить, что его новый брат когда-то был принцем. Для особы королевских кровей у него были слишком простые манеры и слишком много бытовой сноровки, свойственной больше прислуге. Например, он превосходно готовил. Мог бы поручать это дело Саёко, но раз за разом сам оказывался на кухне. Горничная лишь следила за чистотой в доме, однако в своей комнате Лелуш не позволял ей убираться, сам вытирал пыль и раскладывал вещи в должном порядке. Вообще очень много чего делал сам, словно бы даже в повседневной жизни отстранялся от чьей-либо помощи, доказывая самому себе, что может прожить без других людей. И, как оказалось, он был ещё и довольно неплохим парикмахером. — У тебя отросли волосы, — заметил Лелуш, дотронувшись до пряди у виска Ролона. — Укоротить или будешь дальше отращивать? — Укоротить, — кивнул Ролон. В идеале он бы вовсе от волос избавился — только мешают и в глаза лезут, а это может оказаться фатальным во время миссий по устранению. Однако бритый мальчишка привлечёт больше внимания, а значит, нужно соответствовать моде, установившейся в британских колониях. Он не ожидал, что даже такой безобидный процесс, как стрижка, окажется для него испытанием. Закутанный в ткань, Ролон сидел на стуле, съёжившись и почти не дыша, пока Лелуш расчёсывал его волосы и постепенно начинал срезать концы. — Тебе больно? — участливо спросил он. Ролон ещё сильнее поднял плечи и выдохнул: — Нет… нет. Просто ситуация была до жути непривычная. Ролон почти физически ощущал дискомфорт от того, что Лелуш стоял у него за спиной, вне поля зрения — все инстинкты юного наёмника кричали об угрозе. Да ещё к тому же в руках эта «угроза» держала острый предмет — всего лишь ножницы, но этого хватало, чтобы по спине Ролона от каждого тихого щелчка бежали мурашки. — Тогда выпрямись. Голос Лелуша стал строже. Ролон тут же вытянулся в струнку — уж выполнять приказы он умел. Равно как и Лелуш, оказывается, умел их отдавать. На секунду Ролон наконец уловил в Лелуше тень Зеро. Но она тут же исчезла, стоило тому задумчиво проговорить: — У тебя совсем не такие волосы, как у меня. Наверно, от матери — у неё тоже были мягкие и тонкие. Ролон сжал кулаки. Неправда. У него никогда не было матери — и уж тем более общей с Лелушем матери. Просто так совпало. На месте Ролона с волосами, похожими на пышные кудри Марианны ви Британия, должна была сидеть Нанналли. Но получить даже эту незаслуженную похвалу было неожиданно приятно. И Ролон вцепился в неё мёртвой хваткой — так нищий мальчишка прячет в кулаке золотую монетку, выпавшую из кошеля аристократа.