Thugs

Густой туман поглощал в себя остатки города, время близилось к пяти. Сумерки вот-вот готовились опуститься на горизонт. Начало промозглого ноября трезвонил во все колокола о скором наступлении зимы. В это время я только выходил из школы, подготовка к экзаменам и дополнительные задания от учителей занимали почти всё свободное время. Тогда, мне казалось, я не жил, а просто существовал. Поденный четырех часовой сон стал причиной недосыпа и вялости, из этих факторов вытекало плохое настроение и недомогание. Каждодневная рутина стала адом. Не радовала даже погода, руки немели от настойчивого ветра, а мороз в воздухе делал слишком больно. По приходе домой я моментально вырубался, сил не хватало даже на такие вещи как проверить почту или ответить на сообщения. Так тянулись дни и недели. Единственное, что держало меня на плаву,так это наша маленькая традиция с Дамаге - каждый вечер пятницы отрываться по полной в группах. Она появилась совершенно спонтанно, сама по себе, как по сценарию, мы зависали в группах под конец недели и вскоре это переросло в обычай. Ничего личного, только я, Дамаге и кучка фриков. Выброс адреналина вкупе с придачей бодрости. Дамаге придавал мне силы, он был мои смыслом дожить до пятницы, встать утром и знать, что он будет ждать меня всю неделю. Когда я дошел до своего двора совершенно неожиданно пошел снег. Снег первый раз в моем городе,падающий с неба, белый кружился при дуновении легкого ветерка. Сегодня только 4 ноября, вряд ли к утру город покроется белым одеалом, не факт, что он продлится и час. Но на тот момент мне было не важно, я просто искренне обрадовался этому явлению, внутри все облилось чем то теплым, никогда еще у меня не было такого новогоднего настроения как тогда. За дверью раздавались притупленные крики, когда я зашел в квартиру, в нос ударил запах спиртоного, кровь ударила в голову, я сразу понял что происходит. С каждым шагом голоса становились все громче, родители ссорились, причина была неизвестна, стоя за дверью я все отчетливо слышал. Речь шла о маме, её работе, нехватке времени, болезни. Бабушка заболела. Почему мне не сообщили? Хотелось ворваться в дверь, но я понимал, что мне еще нужна информация. Как оказалось у нее случился сердечный приступ, утром, мама весь день провела в больнице, планировала остаться дольше. На этой почве отец был на нервах, приволок маму домой,выпил. Они не знали что делать. Позже, когда я вошел в комнату и по началу стал аккуратно расспрашивать их о бабуле, они поняли, что я все слышал. Мама знала о моей безграничной любви к ней, и стало быть хотела все рассказать, но тут вмешался отец, в моменте сорвавшись на меня из-за тупорылой причины. - Подслушал как крыса… Мужчина так не делает. С разочарованием и каплей желчи. Такой больной, разрывающей по швам отношение отца. Настроение ни к черту, снег прекратится,мама собирала вещи,все по накатанной. Меня с собой она не взяла. В квартире холодно,на кухне еле теплая батарея не грела застуженное тело, чай не насыщал, от него хотелось блевать, гудки не прекращались, то мои, то отцовские. Сердце ныло, голова трещала. Без десяти девять вечера, я проверял сообщения каждые пять минут, листал экран телефона справа налево, заходил и выходил из приложения,все ни к черту. Голова ныла, тело неприятно дрожало в приступе озноба,я уснул. Сон был тревожным, было холодно, свернувшись в калачик я рефлекторно пытался сохранить мизерное тепло. Режущий вдоль голову сигнал разбудил меня ближе к двум часам ночи, мама звонила, оповестила о том, что бабушке лучше, свет экрана прожигал слизистую глаз, голову ломило нещадно. Новость о поправке бабушки обрадовала меня, я тотчас хотел проведать её, но оставил эту идею до завтрашнего дня. Утро вечера мудренее. Я уже собирался досыпать свои драгоценные часы , но заметил, что вкупе со звонком мамы у меня пара непрочитанных. Damage: 22:44 - Салам 22:45 - *ссылка* 22:45 - Заходи, если не занят 23:32 - Ауу, все норм? Ты обычно в это время не спишь. Звонок. Неожиданный, сердце застучало как бешеное. Зачем же он звонит?… Когда я поднял трубку, на той стороне отчетливо слышался голос Дамаге. Уставший, взволнованный. - Алло, у тебя все нормально? У меня бессонница, не знал что делать. Короткая пауза. - Я думал, мы можем зайти в группу, но ты… я собирался ложиться, увидел что ты в сети, и вот. Он еще никогда не звонил мне сам, я удивился, но как на зло Дамаге выбрал неподходящее время, уж больно плохо мне было на тот момент, вырубало на месте. - Привет, сегодня не получится, завтра, думаю тоже. Не звони по ночам, ложись спать. Откинув телефон в сторону, голова плюхнулась на подушку, мысли размякли, смешались в кучу. Утром я проснулся с температурой. Никуда я конечно же не пошел. Тело обдавало неприятным жаром, пульс был слышен в ушах, которые ближе к обеду заложило к чертовой матери. Вчерашний снег принес с собой не только мимолетное счастье. Мама была в больнице, она заходила только в 10 утра за вещами и сразу же уехала, сварив мне кашу и оставив лекарства, отца к 8 уже не было дома. Иногда болеть приятно, будняя вонючая среда превратилась в своеобразный выходной. После вчерашнего Дамаге не писал, только потом я понял, что ответил ему грубо. Ближе к вечеру я написал ему, объяснился, что приболел. Мы поговорили о том о сем, ничего особенного, но затем он написал незамысловатое сообщение, сразившее меня на повал. Damage: 17:23 - Эй, тебя что-то тревожит? В чем проблема, расскажешь ? Я ожидал чего угодно, но чтобы Дамаге ни с того ни сего ,вот так совершил попытку ворваться в мою жизнь ошарашило меня. Он был единственным ближним человеком на тот момент ,интересовавшимся подробностями моего самочувствия, а я был человеком, который так нуждался в том, чтобы выплакаться кому то в плечо. В тот вечер я выложил всё. Мне было плевать на свой статус в его глазах, на последствия, на наши дальнейшие отношения. Я рассказал все, начиная с детства, с семьи, заканчивая болезнью бабушки. Он не задавал лишних вопросов, смирно слушал, аккуратно поддерживал, и ненастойчиво напоминал, что это нормально иногда разворачивать душу наизнанку, потому что хранение всего этого в себе, в конечном итоге может привести к наихудшим последствиям. Мы проговорили около трех часов, я чувствовал себя ногим перед Дамаге, полностью уязвимым, он нашел мою Адамову пяту, он казался святым, а я ничтожным рабом, каявшимся в своих грехах. Святым он мне казался не только поэтому, мое сердце обливалось горячей Братской любовью к нему, он был моим спасением, моими долгожданными слезами, отрадой моей души, так долго закованной в железную цепь. Я прочувствовался самой настоящей нежностью к нему, я был готов стать кем угодно для него. Кем угодно.