Неоновое небо.

Очередной дождливый день в Санкт-Петербурге. На самом деле, слухи про ужасный климат северной столицы — это действительно ложь. Там не всегда так холодно и промозгло, однако любому лучику солнца жители этого города радуются вне себя, снимают видео и всегда подписывают что-то вроде: «В Питере солнце!!!!! 0_о» Но сегодня жителям, как и обычно не везло, весь день лил дождь и по прогнозам обещал не останавливаться еще неделю, лишь изредка давая серым тусклым облакам прекратить рыдания и немного развлечь людей ледяными ветряными потоками без единой капли. Но ненадолго. Сегодня последний выходной, воскресенье и я стоял под какой-то аркой на лиговском проспекте и записывал видеосообщение своему приятелю, Матвиенко, показывая, что дождь застал меня не в лучший момент и повезло, что поверх теплой футболки у меня ещё была какая-то потрёпанная белая кофта с капюшоном, с которой я, ну, просто не мог расстаться, хоть она и была полным дерьмом. Правда намокнуть совершенно не было желания, да и ходил брюнет бесцельно, хотя от метро ушел достаточно далеко. Я в принципе не знал, что мне делать и был только один человек, кажется, на этой планете сейчас, среди дождливого Петербурга, с которым я себя ассоциировал в данную секунду — уличный музыкант, который перенёс всю свою технику под арку, продолжая играть на гитаре и петь, хотя никто его не слушал. Все торопились скрыться от дождя, либо шли по делам, никто не гулял в воскресное утро.

Только я и этот уличный музыкант.

Я вообще был большим ценителем искусства, поэтому облокотился на стену, положил телефон и руки в карманы огромной кофты и принялся слушать. Под погоду свои энергичные песенки парень сменил на более печальные, начиная не весело колотить по струнам, а медленно перебирать.

«Прости мне мои расспросы, но это невыносимо, так быстро проходит осень, так тянутся долго зимы, » – его голос был довольно тихим и размеренным, казалось, что он поёт для меня единственного и чувствует, что я прожигаю его взглядом, разглядываю. Парнишка действительно выглядел интересно, на нём была черная футболка со скелетом, снизу чуть застегнута фиолетовая олимпийка и черные широкие джинсы. У него были кудрявые волосы, чуть намокшие под дождем. Он привлек моё внимание не только своим голосом, но и чем-то внешне. Он иногда отвлекался от струн и встречался со мной взглядом.

«Кладбище самолётов. Я никогда не стану частью больших историй... и пусть. Солнце утонет в море, где-то там за домами. Я непременно скоро про — снусь.» — почти шептал кудрявый, глядя в мои глаза, а после вновь отводил взгляд, ускорял темп мелодии, бил по струнам, становился громче.

Зрелище завораживало, а слова песни, что ранее не слышал, западали куда-то в глубину души и поэтому, когда гитарист доиграл, я долго не отводил от него взгляда. Ливень и не думал заканчиваться, люди шли мимо и не обращали на музыканта никакого внимания. И парень понял, что это абсолютно бессмысленная затея и начал складывать гитару обратно в чехол, выдохнул холодный воздух, в тот же момент доставая из кармана джинс пачку красных мальборо и желая закурить (с какой еще причиной люди достают сигареты?), он поднес её к губам и постарался поджечь, но его ожидала неудача. Зажигалка кончилась. Кудрявый выругался про себя и огляделся. Его взгляд остановился мне: – Дядь, огонька не найдëтся? – с надеждой спросил мальчишка, но я покачал головой. — Не курю. – ему вообще есть восемнадцать? Юноша вздохнул и убрал сигарету обратно в пачку.

Не в этот раз.

Он начал складывать всю аппаратуру, с которой выступал и мне даже стало как-то стыдно, что я никак не поддержал его творчество, еще и зажигалки не было! Я порылся в кармане и нашел там тысячную купюру. Сначала показалась эта идея дикой, но после вспомнил, что сентябрь подходил к концу и скоро зарплата, и вообще за хорошую музыку не жалко, да и чувство вины примерно за столько искупается, так что подошёл к музыканту и некоторое время неуверенно стоял рядом, наблюдая за тем, как молодой складывал все в большую сумку. В какой-то момент кудрявый поправил волосы и обратил внимание, что левее кто-то душит его взглядом. — А! — музыкант отпрянул и встал напротив. — Не пугайся, парень, просто… держи. – я протянул бумажку пареньку. — Что? — тот недоверчиво смотрел на протянутую ему руку с такой большой, для уличного музыканта, суммой. – За музыку. У тебя талант. Определённо. А сегодня тебе не повезло. И мне тоже. Держи. — Ээ… – парниша немного наклонил голову и коснулся своей рукой протянутой бумажки и остановился на некоторое мгновенье, будто ожидая, что я сейчас отниму. Никакой реакции не последовало и он схватил купюру, не давая мне ни секунды передумать, но на мгновение я всё равно почувствовал, насколько замёрзли его руки. — Спасибо большое! — гитарист улыбнулся, я в ответ. И ушёл. Я подошёл к концу некоей крыши и, подняв взгляд в небо, оценил ситуацию, накинул на голову капюшон и пошёл в сторону метро. Потом задумался и остановился возле продуктового. Я посчитал нужным купить зажигалку. Может пригодиться. Купил зеленую с какой-то наклеенной на неё мордой. Только потом смог дойти до метро и уехать домой, где меня ждал горячий чай и весёлые переписки с приятелем. А еще с девушкой. Мы не встречались, но... познакомились на работе.

И мне даже казалось, что она мне симпатична.

Не безразлична.

Или как там люди говорят, что им кто-то нравится, когда они не уверены.

В принципе, мне казалось странным, что мне уж тридцатник, а я одинок и несчастен, как дворовая собака. А это могла быть роковая встреча и перспектива на хорошее будущее. Девушку звали Алёна, она была очень красива и тоже одинока. Забегала в офис к своей подруге, отдавала ей ключи, столкнулась со мной и мы заболтались, как обычно случалось. Ну, то есть, такое случалось редко, я был молчалив и отдавался работе. Да и больше нечему и, к сожалению, некому было отдаваться. Поэтому я сутками бывал в офисе и быстро смог стать заместителем директора. С карьерным ростом действительно не обманули. На самом деле, всё так сложилось потому что я был единственным работником, кто не любил отлынивать, но при этом хотеть зарабатывать большие деньги. Вообще к таким я относился... с завистью. Мне бы тоже хотелось шляться по клубам в окружении красоток и я не понимал, что мне мешает! Я считаю себя довольно красивым и успешным, так что не любить меня было несправедливо! А с Алёной все по-другому. Я так видел. До вечера я слушал музыку, общался с другом и думал Много о чём думал. Я вспомнил уличного музыканта и песни, которые тот пел, тогда, когда взял из кармана джинс зажигалку и начал крутить ее в руке, разглядывая рисунок морды. Я послушал всего одну песню этого парнишки полностью. В целом, я обратил на него внимание только когда тот убегал от начавшегося ливня и пытался перетащить всë скорее, чем оно намокнет. Я не знал, зачем гулял по Питеру. Я делал какие-то фото, тратил деньги и дышал свежим воздухом, фиксируя это всё в шагомере. Не то чтоб мне было принципиально сколько тысяч шагов я пройду, но я не был любителем отсиживаться дома и плохая погода меня расстраивала. Ну и двадцать тысяч цифра красивая.

Я нашёл песню, которую парень исполнял.

Я посчитал, что у парня получилось лучше, чем в оригинале.

Голос у него был как-то приятнее.

Не то чтоб у некоего Валентина Стрыкало был плохой мерзкий голос. Просто у парниши с лиговского мне нравился больше.

Хотелось бы найти еще пару песен в его исполнении, правда имени музыкантишки я не знал и не стал беспокоиться.

Послушал еще несколько песен Стрыкало. Понравилось и оказалось, что некоторые даже слышал. На душе стало спокойней и под «Бесполезно» я вовсе погрузился в сон, думая лишь об искусстве, музыке и таком успокаивающем тембре парня с Лиговского проспекта.

И о том, что у меня не было зажигалки.