Неоновое небо.

– У меня весь линолеум в дырках! – отчаянно простонал я и пнул пол ногой. – Та-ак, не проблема, Арсюш! – шутливо выдает Шастун и подбегает к телефону. Он быстро находит какой-то контакт и этот контакт также быстро отвечает. – Ди-и-им, привет! Помнишь ты про плинутса там рассказывал, а линолеум оформить не может? Может? Слушай, давай я тебе адрес скину и сегодня тут переделаете в одной комнате. Какой?Да любой, плевать. Ну чтоб не колхозный совсем. И потемней. Ага. Я? м-м... – я хмурюсь и непонимающе смотрю на кудрявого, что облокотился на подоконник и игриво растягивает слова. – Я заплачу тебе-е... Двумя бутылками эссы, бесплатной проходкой на матч Зенит–Спартак в моей компании и-и... –он задумывается. – Пачка ротмансов. Красных. Сойдëт? Отлично! Тогда жду тебя сегодня. Адрес скину. Конечно! Давай, ты са-амый лу-учший мой друг! – парень с сарказмом чмокает пару раз губами и сбрасывает. – Будут тебе новые полы. – он переводит взгляд на меня и улыбается.

Я бешусь.

– Антон! Ты в своём уме? Новый линолеум? Ты вообще представляешь что это такое? Нам тут весь дом перевернут!Ну, всю комнату минимум. Где я спать буду? Ты думаешь за половину дня они успеют? Да и ты говорил, что Дима – медик, какого хуя он нам полы делать будет?! – взрываюсь я. – Не-ет, ну, Арс, ты же не выселишь меня из-за того, что я устроил тебе ремонт! Дима – медик, а у него друг есть. Он ему скажет, что друг попросил, а у друга друг и всё такое, тебе быстро уложат хорошие полы, а на кой хуй тебе дырявый линолеум?! И, вообще, стул этот тоже выбросить надо! – Шастун пинает виновника дыр и тот с грохотом падает на пол из-за чего я удивленно раскрываю глаза. – Да, действительно, сейчас, – парнишка водит мышкой по коврику и вбивает в поисковую строку:

«и к е а»

Я стою сбоку и не произношу ни слова. Сосед что-то выискивает и потом вздыхает: – Не. В пизду. Арс, поехали в икею? – он поворачивается и встречается взглядом с голубыми, испепеляющими его глазами. – К нам же едут плинтуса! – с обиженной саркастической интонацией напоминаю. – Да не, они пока приедут... – Парень явно не понял моего стëба, – Дима сейчас им только звонит, они приедут, в лучшем случае, через два часа. А мы заедем за это время в икею, тут всего пятнадцать минут, ты же говорил. Да я и сам видел. И это на твоей машине, между прочим! На метро, возможно, вообще сократим путь! Если повезёт. – Шастун, я скоро тебя выселю. Не забывай, что я в этом доме хозяин. Антон закатывает глаза: – Конечно, папочка, я помню. Ты выселишь меня за бесплатный ремонт? Да живи ты в своих дырах. Ты что, думаешь не сможешь переспать эту ночь в своем огромном храме в центре Петербурга? – С тобой в одной кровати? – Ну, если тебя это так смущает, то я посплю в комнате без линолеума. Или на полу. А сейчас, Арс – он делает паузу, вздыхает. – поехали в икею. – хныкает мальчишка. – А сейчас, Антон Андреевич, вы будете жить у курского вокзала, если продолжите мне приказывать. – я конечно, не злюсь. Такие разногласия у нас случаются часто. За музыкантом уж не угнаться, он всё ещё, как ребёнок. – Арсений Сергеевич. – вздыхает Антон. – Мне что, тебя умолять? Ну, пожа-алуйста. – парень берёт гитару, что положил пару часов назад на кровать и начинает играть произвольные аккорды: – Поеха-али в ике-ею, дурак, бля-ять, я но-овый стул хочу тебе заказа-ать. Я оплачу всё са-ам, только, пожа-алуйста, компанию составь. А-арс, я очень тебя люблю-ю, пожа-алуйста, не выгоня-яй меня, просто ебучие полы поменя-яй.

Я вздыхаю.

– Ты сведешь меня в могилу. Быстро. Ни секунды не медля, в машину. Мальчишка откладывает гитару и выбегает из комнаты ко входной двери. Я улыбаюсь и натыкаюсь взглядом на ту фотографию из фотобудки, которая висит у меня над кроватью.

Которую повесил Антон если быть точнее. Всё же, сколько бы я не злился, мальчишку встретил потрясающего. Так кажется, пока не слышу звук битого стекла у входа.

– Арс, слушай, тебе бы ещё вазу новую купить. Ну, не то чтоб я сломал старую, но...

Шастун невыносим.