– Ты куда-то собираешься? – спрашивает Шастун и впускает руку в собственные запутанные после сна волосы.
–Да, я же рассказывал. Свидание.– О-о! Точно! Давай я всё поглажу! Я же вчера... – виновато напоминает парниша.
– Всё нормально! Я справлюсь, лучше помоги мне выбрать что надеть. Ну, то есть... – я мнусь и разглядываю свой гардероб, все еще стоя в домашних огромных серых штанах и древней футболке.– М...– Антон щурится, выглядит все еще сонно. – У тебя пиджак есть такой вишнёвый... Вот он красивый и рубашку надень. И галстук. Или это слишком намудрëнно? О! – он подходит к шкафу, садится на колени и достаёт что-то, отчего меня переносит на два десятка назад, когда я что-то терял, а мама находила с закрытыми глазами. В руках музыкант держал мою белую рубашку.
Старую. Я не понял, как он ее нашел, но она была моей любимой. Лежала где-то далеко. Как я сам-то ее не нашёл?
– О боже! – я восхищенно раскрываю глаза. – Я уж еë терял, Антон! Спасибо! – я тянусь за ней, но парень прижимает ее к своей груди.– Я должен искупить вину. Это неправильно. – говорит он и поднимается с колен, отправляясь в холл.
– Да не надо! – говорю я, но парень уже включает утюг, а рубашка ложится на гладильную доску.Шастун невыносимый упрямец!
**
Время около пяти вечера и Шастун не отходит от меня, собирая меня наконец в последний путь, перегладив за меня всю одежду. – Блять, эта рубашка... она крутая, но на ней такие пуговицы тугие. Я вспомнил, чем она меня бесила! – жалуюсь я, стоя у зеркала и пытаясь застегнуть несколько верхних пуговиц. – Дай сюда. – кудрявый подходит ко мне и касается своими пальцами этих сраных пуговиц.Ничего такого.
Когда он подходит чуть выше, как раз начинается испытание. Три последних.
– Блять. – тихим шепотом отдаёт он мне прямо в шею из-за чего я совсем не понял почему, но по коже пробегаются мурашки.
–Тебе необязательно меня одевать, если ты хочешь... – выдерживаю паузу, вновь ощущаю чужое теплое дыхание на шее. – искупить вину за пролитое вино на мою рубашку вчера. – я не знаю почему он так близко наклонил голову к моему лицу!Ладно, нет, идиот, он просто застегивает тугие пуговицы.
– В пизду. – выдаёт Шастун и легким движением пальцев расстегивает ещё одну пуговицу. – Так иди. – Две верхние расстегнуты. – Ты не на линейку, а на свидание.Я выдыхаю.
– Спасибо. Я вернусь вечером. Еда в холодильнике. – я хватаю телефон и кошелек, обуваюсь и накидываю свой бархатный пиджак. Посылаю соседу шутливый воздушный поцелуй, на что он хихикает и жестом, будто кладёт его в карман своих домашних штанов.**
– Вызвала. – произносит она и мы собираемся с места. Я подзываю официанта, прошу выдать счёт. Алëна надевает на себя красивое, аккуратное, и, кажется, что дорогое пальто, хоть я видел что они не совсем мажорные в "me I am", а я накидываю свой вишневый пиджак, который снял, когда стало жарко(и вспомнил, что Шастун расстегивал пуговицы же не просто так!)Оплачиваю счет, мы выходим из заведения.
Мы некоторое время молчим и я смотрю на неё. Алëна очень красивая и необычная девушка.