Ошибки Рейчел

Они просидели, упершись в дверь с обеих сторон, до вечера, хотя сами не отдавали счет времени. Джейсон рассказал, что у Ника была традиция проведывать Рейчел перед отбоем. Раньше он считал, что сержант так метит выше, пытается выслужиться перед начальством и отодвинуть его в сторону. Теперь понимал, что дело было не в карьере, в чем-то более существом. В той самой блядской любви. Сердце всегда сдается первым. Спустя пару дней изоляции, Колчек посчитал, что должен отплатить своему покойному другу. Каждый вечер, конечно, ходить к Рейчел он не будет, но зайти хотя бы раз проведать... Лучше к Рейчел, бывшему командиру. Чем к новому начальству, которое ждет не дождется отправить его на новую миссию. Ему светят лычки капитана, он зовет с собой Рейчел. Никого в живых не осталось, кто мог бы прикрыть также тыл как она. Нет больше команды. Осталась только Рейчел. — Я беременна, Джейсон. Никаких больше миссий. Джейсон Колчек становится первым, кому она рассказывает эту новость. Не родители, которые будут совсем не рады остановке карьеры (ведь потом ее не восстановишь, да ведь?). Не Эрик, будущий отец. Джейсон, мать его, Колчек. Некогда ее подчиненный, правая рука. А теперь? Кто он ей теперь? — Ухты, — выдает пару минут спустя парень с противоположной стороны. А она и забыла, что между ними расстояние в пару сантиметров старого дерева. — И кто папаша? Как кто? Эрик конечно. Так Рейчел поначалу решила. А вот теперь засомневалась. Непонятно ведь, на каком она сроке. — Эрик конечно! — отвечает она уверенно. Но уже не так, как прежде. Она еще может на этот счет сомневаться. Остальные, даже Колчек, нет. — Надеюсь, ты не устроишь ему через девять месяцев сюрприз в виде шоколадного мальчика, — усмехнулся лейтенант, которого так и хотелось стукнуть. Но девушка все еще не решалась открыть дверь. Дверь была для нее как, пусть и хрупкая, но все же стена между ней и остальным миром. Между мимолетной тишиной и вечным шумом. Между спокойствием и решениями, которые предстоит принять, стоит ей выйти. — Заткнись, — выдает она из себя и слышит снова смех с той стороны. Через пару минут Колчек уходит, сославшись на то, что его уже все ищут. Рейчел просит передать, если будут спрашивать, что она плохо себя чувствует. На что Джейсон обещает «сделать все в лучшем виде». Как и всегда. Спустя мгновение приходит Эрик. Не находит в комнате Рейчел, и снова уходит, даже не удосужившись проверить в ванной. Так ли ему на нее фиолетово, или степень кандидата доктора наук совершенно отшибает человечность, привинчивая на ее место узколобие? Эрик никогда не был таким. Был прагматичным, рассудительным. Но никогда не был бесчеловечным. Кафель под ногами становится теплее с каждой минутой пребывания в темном и холодном помещении. Мысль остаться здесь навсегда уже не казалась такой безумной. Безумным казался мир за дверью, то, во что он превратился за эти пару часов. Или он всегда был таким? А Рейчел просто не замечала. Зародыш в ее ослабленном теле поддерживал крохи человечности.