Извалейская полукровка

Выйдя из чайной, компания забрала вазы и направилась в музей, там купили у смотрителя открытку с видом городка, написали послание для Раэша, подробно объяснив ему, как связаться с Лу Цишем, бывшей его родиной, затем подошли к алтарю, сунули открытку в вазу и отправили ее в Ти Хин. — Вот Фроэ удивится, — сказала Виви, когда ваза исчезла. — А Раэш обрадуется, — улыбнулась Ито. Покинув музей, они отравились к клетке, оставленной у дома бывшей невесты эльфийца Мавуха. — Хорошо, мы сообразили выгрузить барахло принца у вас в клане, — сказал Стеч. — Иначе мы бы из-за этой кучи корзин с вазами не поместились в клетке и кому-то пришлось бы лететь на спине дракона. А таких любителей среди нас нет. — Он принц ему положено иметь кучу барахла, — сказал шаман. — Не повезло, приходится теперь таскать эту кучу туда-сюда, — усмехнулся Стеч. — Стеч, если твои одежды сложить в баулы, у тебя будет столько же, если не больше, — неожиданно произнес Траэ. — Ты в мастерской Ито постоянный покупатель. Раз в неделю точно новую тунику покупаешь. Ито с Виви захихикали. Они тоже были в курсе любви Стеча к обновкам. Стеч тоже рассмеялся. — Я стараюсь для своих любовниц, им приятно проводить время с ухоженным привлекательным альфой, — сказал он. — И скромным, — фыркнул Мейт. — Да, благодарю, что напомнил. Это моя самая сильная черта характера. — Я спросить хотела, да все забывала, — обратилась к нему Виви. — А твои любовницы знают друг про друга? — Конечно знают, — Стеч удивленно посмотрел на нее. — Как такое возможно скрыть? — Не дерутся? Не делят тебя? — Нет. С какой стати, я к ним ко всем одинаково отношусь и подарки одинаковые и внимание. — Ты узнай, не ждет ли кто из них ребенка от тебя, а то будет тебе сюрприз, — сказала Ито. — Может, пора уже штанишки-распашонки покупать, а ты ни сном ни духом. Стеч задумался, вроде одна из любовниц стала какой-то не такой или ему кажется? — Что будешь делать? — поинтересовалась Ито. — К себе в дом заберу, — ответил Стеч. — Женишься? — Если захочет. Мои девочки не очень-то и стремятся связывать себя узами брака. — Странные они, — сказала Виви. — Нет, просто слишком взрослые, уже образовались привычки комфортные для них и менять что-либо уже не хотят, — пояснил шаман. — По себе знаю. — Понятно, — кивнула Виви. — Вы с госпожой поймете это только, когда станете намного старше, — улыбнулся Стеч. Ито с Виви покивали, что тут скажешь, они, действительно, еще слишком молодые и комфорт не стоит у них на первом месте. Возле клетки в кресле, притащенным с террасы, восседал слуга и вещал громким голосом, толпившимся рядом любопытным о жестокой расправе учиненной чужаками над его хозяином и их дочерью. — Так избили, что пришлось лекаря вызывать. Лежат теперь по кроватям и так страшно стонут! — Ты не забыл упомянуть, за что они получили? — влез Стеч. — Я… — слуга забегал глазами. — Вижу забыл, — Стеч усмехнулся. — Они хотели ограбить эльфийца Мавуха моего друга. Мавух, на которого уставилась толпа, закивал подтверждая. — Они взяли обручальный дар за Расу, а отдавать ее мне отказались, и дар не захотели возвращать, нагло заявили — не приносил я его, — Мавух возмущенно засверкал глазами. — За это их и наказали! И дар мой сразу вернули, мошенники. Толпа тоже возмутилась, для эльфийцев это было ужасающим надругательством над традициями. — А теперь прошу всех разойтись, — сказал Стеч. — Дракон будет поднимать клетку в небо и может ненароком кого-нибудь зашибить. — Дракон? — толпа взволновалась, но послушно отошла от клетки. Ито с компанией загрузились в клетку, уселись на пол и помахали эльфийцам на прощание. Эльфийцы тоже помахали в ответ, Траэ отошел в сторону и, перекинувшись в дракона, взлетел. Эльфийцы дружно ахнули и уставились на черную громадину. Траэ подхватил когтями клетку и полетел в сторону границы. На границе выгрузили Мавуха и полетели в клан Ледяных волков. Клан Ледяных волков Привезенные эльфийки вызвали удивление у оборотней, до этого дня эльфийцы их не баловали визитами. А потом Росч поразил их еще больше, заявив, что Наоль его невеста. — А вторая красавица кто? — спросил здоровенный сероглазый альфа. — Я Куаг, мама Наоль, — смущенно представилась эльфийка. — И не красавица я. — Что нужно сделать, чтобы ты почувствовала себя красавицей? — сероглазый придвинулся к Куаг. — Вернее, чтобы вспомнила, что ты красавица. — Вэзор, ты чего к моей теще пристал? — спросил Росч. — Понравилась она мне. — Ты же всегда говорил, что лучше собаку заведешь, чем жену. — Я передумал, — Вэзор улыбнулся Куаг. — Пойдем, сердце мое, в мой дом. — Но… — Куаг растеряно посмотрела на мужчину. — Я же вас совсем не знаю. — Зовут меня Вэзор, я сапожник, дом у меня добротный. В деньгах нет нужды, — Вэзор задумчиво сдвинул брови и посмотрел на Росча. — Что еще можно обо мне рассказать? — Можешь похвастаться, что на твою обувь очередь расписана на месяцы вперед и стоит она дорого. — Так ведь она идеальная, вот и цена у ней такая, — счел нужным пояснить Вэзор. — А! Спокойный я. Скандалить не люблю. Меня из-за этого все мои бывшие холодным считали. — Вот дуры! — поразилась Виви. — Как можно любить скандалы? Я до сих пор помню, как маменька ссорилась с отцом из-за его измен, как она кричала на отца и плакала, а потом ходила по дому как серое привидение. Очень несчастное привидение. — А я помню, как она сидела неподвижно у окна и смотрела в него. И могла так сидеть часами, — Ито передернулась. — Мы с Виви тогда мимо нее боялись ходить. — Я тоже не люблю скандалы, они сильно изматывают, — сказала Куаг. — У меня история похуже — мой бывший муж любил приложиться к бутылке, напившись, он начинал орать, что я испортила ему жизнь, а потом бил меня. Наоль совсем маленькая, стоит в проеме двери, сосет палец и смотрит испуганными глазками. И Куаг совершенно беззащитная перед мужской злобой и силой. Закрывалась руками, но разве ж это поможет? Свекрови жаловалась, надеясь, что та урезонит сына, но свекровь считала, что жену надо воспитывать, поэтому ее сын прав, избивая ее. И матери своей было бесполезно жаловаться, та считала, что семью надо беречь несмотря ни на что, а побои можно и перетерпеть, не стеклянная чай. Некому помочь, так и жила со своей горькою бедой. А потом все резко закончилось. Очередной вечер, Фкор привычно напивается, Куаг привычно с тревогой следит за каждым выпитым стаканом. Вот Фкор, взъярившись, вскочил и кинулся на нее с кулаками, увернуться не получилось — от удара отлетела к окну, ударилась об угол подоконника, неловко свалилась на пол и услышала хруст. На мгновение помутилось сознание от боли, придя в себя, она развернулась и села, а потом в ужасе уставилась на сломанное посередине предплечье, она приподняла руку, глядя на половинку с кистью, та повисла плетью легонько покачиваясь. — Будешь знать, как не слушаться мужа! — самодовольно заявил муж. Куаг в шоке подняла руку повыше, не веря своим глазам. Муж, наконец, заметил перелом и замер, тоже уставившись на покачивающуюся кисть. Зрелище оказалось не для слабых нервов Фкора. — Я не виноват, — испуганно прошептал он, а затем вскочив, ринулся прочь из дома. «Маме пошел жаловаться», — подумала Куаг и потеряла сознание. Пришла в себя уже лежащей в кровати с загипсованной рукой. Рядом мать с заплаканными глазами. — Где Наоль? — забеспокоилась Куаг. — В своей комнате играет, — ответила мать. — Я буду разводиться, — произнесла Куаг. — Терпеть больше нет сил. — Не с кем тебе разводиться, муж твой шею сломал, с крыльца слетел и насмерть сразу. — Не добежал, значит, до своей мамаши, пожаловаться не успел на меня, — внезапно засмеялась Куаг. — Допился, урод. — Ты с ума сошла? У тебя муж умер, а ты гадости про него говоришь, — возмущенно воскликнула мать. — Бедный Фкор, жить и жить бы ему, такой молодой. Как же его жалко, — запричитала она. — Заткнись! — крикнула Куаг. — Почему ты меня не жалеешь, а? Я лежу тут избитая со сломанной рукой, а бедный — Фкор! Ты совсем дура? — Как ты со мной разговариваешь?! — возмутилась мать. — Как ты того заслуживаешь! Пошла вон из моего дома! Чтобы я тебя больше не видела! Убирайся! Мать, негодуя, вскочила и заорала: — Пожалеешь, что так с родной матерью поступаешь! — Я жалею, что слушала твои советы, — выкрикнула Куаг. — Ты совсем не понимаешь, что он просто случайно не убил меня? — Так не убил же. — Ты совершенно безмозглая тварь… — Куаг с ненавистью посмотрела на мать. — Иди отсюда, ты мне больше не мать. Мать ушла проклиная ее, но Куаг было все равно на ее слова, она с трудом поднялась и пошла кормить дочь. А наутро пришла свекровь и, чтобы привлечь внимание соседей, специально начала орать во дворе требуя денег на кремацию сына. Куаг вышла на крыльцо, равнодушно выслушала устраиваемый свекровью концерт, а затем заявила свекрови, что платить за кремацию мужа она не собирается, пусть та сама позаботится о трупе сыночка, а если нечем платить, пусть снесет на помойку, где ему самое место. Свекровь, оскорбившись за сына, на всю улицу начала верещать о ее бездушии, Куаг, плюнув в ее сторону, ушла в дом. И понеслись по городу сплетни о сумасшествии Куаг — мать с бывшей свекровью постарались в отместку ее очернить. Знакомые начали ее сторониться, с виду-то Куаг нормальная, но мало ли. И мужа говорят сама столкнула с крыльца, и над горем свекрови смеялась, и мать свою так избила, что та теперь ее до дрожи боится. Благодаря такой репутации мужчины обходили ее по широкому кругу и выйти повторно замуж ей так и не удалось, а так хотелось, чтобы рядом был кто-то добрый и сильный, способный защитить от наветов и невзгод. — А потом я дура пыталась сохранить брак дочери. Думала, раз не пьет, не бьет, все нормально же. Анес ошибся, но ведь все ошибаются, — Куаг виновато посмотрела на дочь. — Я боялась, что она повторит мою жизнь — проведет ее в одиночестве. — Теперь у тебя все будет хорошо, обещаю, — Вэзор обнял Куаг, та стыдливо застыла. Как давно никто ее не обнимал, бывший муж был скуп на ласку так, что редко баловал объятьями, а ведь это так приятно чувствовать тепло чужого тела, его бережную силу. И внезапно ей стало спокойно и уютно. — Ну что, сходим посмотришь на свой будущий дом или сначала поженимся? — Я бы сначала на дом посмотрела, — сказала Куаг. — У оборотней такие традиции, что лучше сначала заключить брак, — высказалась Виви. — Точно, — Ито рассмеялась. Наоль испуганно посмотрела на Росча, ей неожиданно пришла в голову страшная мысль, что этот большой, красивый оборотень не всерьез согласился взять ее замуж, а просто решил позабавиться. Росч заметил ее испуг и поспешил ее успокоить: — Наоль, я Росч из рода Ледяных оборотней пред всеми этими волками, эльфийцами и остальным миром признаю тебя своей супругой, — торжественно произнес он. — Жизнь миг — мы вечность! Наоль открыла рот и растеряно застыла. — Говори: «Мы вечность», если согласна выйти за него, — подсказал Фэриан. — Мы вечность! — торопливо выкрикнула Наоль. — Согласна я. — А теперь, жена моя, пойдем приводить тебя в порядок, — Росч улыбнулся. — Как это? — насторожилась Наоль. — По лавкам пройдемся, накупим одежд тебе разных и украшений. — Ладно, — кивнула Наоль. — А мы точно теперь муж и жена? — Да, — Росч тепло ее обнял. — Я взял тебя в жены по закону оборотней в присутствие свидетелей, которые могут подтвердить это. — Подтверждаем, — кивнул вожак. — Я внесу ваши имена в Книгу Рода нашего клана. Куаг поздравила дочь, но сама замуж выходить отказалась, решила не отступать от первоначального плана — посмотреть на дом. — Тогда пойдем, — Вэзор расплылся в довольной улыбке. — Все согласно традициям оборотней, — ухмыльнулся Стеч, проводив пару взглядом. — Ну, будем надеется, все закончится благополучно, — сказала Ито и повернулась к Траэ. — Ты не устал? — Нет, я могу спокойно лететь несколько часов, — Траэ стала приятна забота невесты и он разулыбался. — Тогда полетим в Ятседан? — Без проблем, моя музыка лета. — Да, пора нам уже избавиться от принца, — влез Стеч. — Надоел он мне. — Я тоже буду раз избавиться от твоего общества, — не остался в долгу Мейт. — Фэриан, отвезете эльфийцев и вазы ко мне в замок? — спросила Ито. — Конечно, я же обещал, — кивнул вожак. — Тогда мы прощаемся с вами, — Ито улыбнулась. Баулы с одеждой принца занесли в клетку, Ито, Виви, шаман, Стеч и Мейт загрузились следом, устроились на полу и вскинули на прощание руки. Траэ, перекинувшись в дракона, взлетел, подхватил когтями клетку и полетел в сторону Ятседана. Королевство Ятседан — Холодновато становится, — Ито зябко передернула плечами. — Ваше Высочество, в ваших баулах есть теплые вещи? — спросила Виви. — Нет. — Ито, Стеч, перекидывайтесь, — приказал шаман. — Будете греть принца и Виви. — А ты? — спросила Ито. — А мне не холодно, к тому же три больших оборотня слишком много для этой клетки, мы не поместимся. Ито и Стеч обратились волками и окружили телами закутавшихся в покрывала Виви и Мейта. — Вот дерьмо, — пробурчала Виви. — И как мы могли забыть, что в Ятседане сейчас холодно? Ито согласно порычала и подергала шкурой, а Стеч весело скалился, слушая, как Виви злится на холод, на принца, которому приспичило возвращаться домой и из-за него теперь приходится терпеть эту мерзкую погоду. Едва клетка коснулась брусчатки дворцовой площади, как Стеч перешел в облик человека, подхватил Виви на руки и понесся ко входу во дворец. Траэ приземлился и обратившись волком, кинулся вслед за несущимися во дворец — Ито, шаманом и принцем. — Это какой-то кошмар! — дрожа всем телом, завопила Виви, оказавшись в помещении. — Согласна, — Ито обратилась человеком и зябко потерла плечи. — И зачем нам надо было самолично отвозить принца? — в очередной раз пробурчала Виви. — Не знаю. Кто же знал, что здесь такая мерзкая погода. Вернее я знала, но я как-то не так представляла ее себе, — сказала Ито. — Принц, чего застыл, быстро показал, где здесь можно согреться! Печь там или что у вас тут, — Стеч бесцеремонно пихнул Мейта в спину. — Не видишь малышки замерзли. Мейт предпочел не спорить с оборотнем и зашагал в малый зал, где всегда жарко горел камин. Ито с Виви сразу же подбежали к нему и, чувствуя, что тело перестает колотить дрожь, расслабленно заулыбались. — Ваша Светлость, рад приветствовать вас в нашем доме, — в зал вошел король, следом зашла королева и, не обращая ни на кого внимания, подошла к Мейту и обняла. — И вам здравствовать, Ваше Величество, — Ито улыбнулась. — Вы уж простите, что мы вот так ворвались, нарушив все приличия. Мы оказались не готовы к вашей погоде и сильно замерзли. — Ничего страшного, — король оглядел незнакомых гостей, вопросительно приподнял брови глянув на сына, но тот радостно улыбался, обнимая маму и не заметил взгляда отца. Ито представила своих спутников, а затем поведала, что их привело сюда со всеми подробностями. — А я ему доверял, — разочарованно произнес король, выслушав рассказ. — Правитель Гишен казался таким надежным. — Теперь он точно надежный, — хмыкнул Стеч. — Его надежно закатали в глиняный шар. — Зато теперь можно не ждать подлости, герцог Этаин отличный хозяйственник и не любитель заговоров, — сказала Ито. — Остальные тоже прижмут задницы… ой… то есть… — Ито растеряно поморгала, мысленно ругая себя за то, что не заменила слово «задница» на более приличную часть тела. И надо же было так опростоволоситься перед королем! — Ты очень умная девочка, — с улыбкой прервал ее мучения король. — Я полностью одобряю твои действия. Все действия, — король посмотрел на сына, видать тоже не питал иллюзий в отношении его способностей. — Как ты посмела отнять у Мейта возможность стать правителем Этмирской долины? Тебе кто позволил решать за него? — а вот королеву, тоже внимательно слушавшую рассказ Ито, ее решения возмутили. — Я сама себе позволила! Этмирская долина полностью аграрный край, он бы ее разорил за очень короткое время! На кону стояли жизни тысяч крестьян, которым грозило обнищание, если бы Мейт стал правителем, поэтому я не посчитала нужным удовлетворить его желание поторчать на троне, слишком высокую цену пришлось бы заплатить за его каприз, — процедила Ито. — И нечего на меня орать! Обучать надо было сына получше, а не предъявлять мне теперь претензии. — Человек, не переживай, пусть он хозяин никакой, зато по пролезанию в панталоны служанок ему нет равных, — ухмыльнулся Стеч, глядя на королеву. — Не смей так со мной разговаривать, забыла, кто перед тобой? — Яфина гневно вскинулась, злобно глядя на Ито. — У меня прекрасная память, я ничего не забываю, — сказала Ито. — И нечего тут кичиться своим титулом, я, между прочим, выше вас по положению. Я не только правитель Извалеи, но и глава клана Каменных оборотней, а вы всего лишь консорт. — Молодец, Ито, хорошо ты ее уела, — одобрительно произнес король. — Как же мне жаль, что ты не стала женой Мейта, такое сокровище упустил идиот. — Не судьба, — улыбнулась Ито. — Да и к лучшему это. Яфина, взбешенная наглостью полукровки, молча кипела, больше не решаясь ей хамить, ведь эта поганая девка, действительно, теперь выше ее по положению и может потребовать наказать ее за неуважение. — Королева, — внезапно обратился к ней шаман. — Кто у тебя болеет? — Обращайся ко мне — Ваше Величество! — рявкнула Яфина. — Человек, я тебя спрашиваю еще раз — кто у тебя болеет? Я могу ему помочь. — Никто не болеет, — раздраженно ответила Яфина. — Болеет, тот, кто сейчас стоит рядом с тобой черной тенью, у него на груди висит подвеска с большим синим камнем. Он медленно умирает, — сказал шаман. — Ты это придумал, чтобы напугать меня? — недоверчиво произнесла Яфина. — Человек, я шаман, если я захочу тебя напугать, это не будет предложение спасти от смерти твоего родича. Веди меня к нему, — шаман нетерпеливо махнул рукой. — Мама, слушайся его, он очень сильный шаман, волшебник просто, — сказал Мейт. — Пойдем, покажи ему куда идти. Яфина совет сына послушала и направилась на второй этаж в гостевое крыло для родственников. Ито со всей компанией последовала за ними, движимая любопытством. В комнате куда они вошли, в кресле прямо напротив двери сидел мужчина с мучнисто белым лицом и нездоровой испариной на висках. Кулон на его шее блестел изумительно глубоким синим цветом. — Немедленно сними этот камень, — скомандовал шаман, отпихнул с дороги королеву, прошел в комнату, огляделся, увидел графин с водой, стоящий на столе и направился к нему. Налил в бокал воды и подошел к мужчине. — Снимай камень и клади его в бокал, — приказал шаман. — Шевелись! — Что происходит? Вы кто такой? — мужчина возмутился бесцеремонности незнакомца. — Я шаман. Шевелись, — шаман поднес бокал поближе. — Рэук, делай, что он велел, — сказал король. — Что за ерунда происходит, — мужчина стянул с шеи украшение и кинул его в бокал. — Мне кто-нибудь объяснит? — Я объясню, этот камень заряжен на смерть, — сказал шаман и поставил бокал на стол. — Кто дал тебе этот камень? — Сестра. Яфина. Шаман обернулся к королеве. — Человек, за что ты хотела убить брата? — спросил он. — Что ты мелешь? — возмутилась Яфина. — Я не желаю ему смерти! — Где ты купила этот камень? — В сокровищнице взяла! — Потом сходим туда, — шаман обернулся к мужчине. — Человек, снимай тунику и ложись на кровать. — Бред какой-то, — пробурчал Рэук. — Я не стану раздеваться, здесь дамы! — Ты про кого? Про Ито с Виви? Не парься, вряд ли ты их очаруешь своим старым телом, — успокоил его шаман. Рэук негодующе засопел под смешки от двери, где толпились те самые дамы. — Почему я участвую в этом немыслимом цирке, — гневно процедил он, но понимая, что этот наглый шаман не отстанет, стянул через голову тунику и лег на кровать. — Потому что хочешь жить, — ответил шаман, копаясь в своей сумке. Выудил из нее флакон и подошел к кровати. — У тебя брюхо черное, сколько дней оно болит? — Откуда ты знаешь, что оно болит? — ошарашенно спросил Рэук. — Вижу. Так сколько дней? — Три дня назад живот начал сильно болеть, мне лекарь дал настойку, после нее мне стало лучше. — Тебе не стало лучше, просто лекарство обезболивает и все, — шаман склонился над ним и начал капать из флакончика ему на живот. Рэук от неожиданности дернулся, а затем взвыл по-звериному и захрипел выгибаясь. — Терпи, — сказал шаман. — В следующий раз будешь подарки принимать с осторожностью. Рэука внезапно отпустило — в теле появилась такая необыкновенная легкость, что захотелось вскочить и бегать как в детстве. — Хорошо-то как, — выдохнул он. — Теперь спи, — шаман накинул на него одеяло, забрал бокал с камнем и подошел к Яфине. — Веди нас в сокровищницу. — Ты с ума сошел? — рявкнула Яфина. — Ты понимаешь, куда собрался идти? Кто ж тебя туда пустит? — Не пустят и не надо, мне без разницы, помирать не мне, а вам, — шаман равнодушно пожал плечами. — Мейт, покорми нас, а потом мы полетим домой. — Как к вам обращаться, господин шаман? Ито не сообщила вашего имени, — спросил король. — У меня нет имени, — сказал шаман. — Я просто шаман. — Хорошо, я покажу вам дорогу к сокровищнице, следуйте за мной, — король вышел из комнаты. — Кроф, ты спятил? — воскликнула Яфина, кинувшись к мужу. — Яфина, ты иногда поражаешь меня своей глупостью! — с досадой воскликнул король. — До тебя еще не дошло что ли, что на кону наши жизни? По-твоему шаман хочет в сокровищницу, чтобы нас ограбить? — Если бы я хотел вас ограбить, вы этого бы даже не узнали, — усмехнулся шаман. — Я в любое место могу пройти так, что вы меня не увидите. — Не сомневаюсь, — улыбнулся король и направился к лестнице. Сошли на первый этаж, прошли холл и свернули направо, после вошли в дверь и по ступеням спустились в подвал. Король отомкнул замок на решетке, потом через короткий коридор проход опять перегородила решетка, король открыл замок на ней и снова короткий коридор и решетка. — Это ж сколько у вас там сокровищ, что надо было городить такой огород, — произнесла Ито, которой надоел этот тягомотный поход. — Ну, не у всех же в сокровищнице стоят бочки с вином, — фыркнула Виви. — У тебя в сокровищнице стоят бочки с вином? — поинтересовался король у Ито. — Да, урожай был богатый, винохранилище полностью забили, оставшиеся бочки девать было некуда, вот и сложили их в сокровищнице, все равно она пустая. — Хороша хозяйка, все спустила на наряды, — презрительно скривилась королева. — Думайте, что хотите, — спокойно произнесла Ито. — Это не госпожа спустила, а ее отец и мачеха, — решил заступиться Стеч. — Они разорили герцогство, так что не надо нашей госпоже ставить в вину пустую казну. Ты ничего о госпоже не знаешь! Ты себе даже представить не можешь, сколько сил ей пришлось потратить, чтобы вернуть герцогству былое процветание. Так что не смей ее судить! — Спасибо, Стеч, — Ито улыбнулась. — Насколько все было плохо? — спросил король. — Все было очень плохо — долги отца и мачехи, обнищавшие крестьяне и горожане. Отец пил, а мачеха продолжала жить так, будто в казне у нас все еще полно золота, — ответила Ито. — В общем, мне пришлось нелегко. — Почему не обратилась за помощью ко мне? — спросил король. — Не хотела быть никому обязанной. — Умно, — одобрительно кивнул король и двинулся дальше по коридору. — Это не я тогда была умной, мне было пятнадцать лет, откуда уму-то взяться, — сказала Ито. — Это моя нянюшка Эдра посоветовала, она мне сказала, что с моим титулом мне следует быть крайне осторожной и не влезать в долги, иначе потом такого могут стребовать в оплату, что дешевле было не просить. — Какая мудрая у тебя нянюшка. — Да, она была очень мудрой, — кивнула Ито. — Еще какой, — кивнула Виви. — А уж сколько хитростей мы от нее понабрались! Да и всего остального! «Если кто-то начинает угрожать тебе, это враг и значит, его следует уничтожить без всякой жалости. Никаких переговоров! Один раз дашь слабину и считай ты на крючке!» — Эдра всегда отличалась добротой души, — засмеялся шаман. — Просто со мной она исправила ошибку, которую допустила в воспитании моей мамы, ее она воспитала доброй и послушной, и это плохо кончилось, — сказала Ито. — Отлично исправила, — кивнул Стеч. — Ты, Ваша Светлость, идеальна. Королева оторопело посмотрела на него, думая, что шутит и удивилась его серьезному лицу. Похоже этот оборотень действительно считает эту наглую и злобную герцогиню идеальной. Ито смешливо фыркнула. Король в этот раз остановился перед дверью, отпер ее и только хотел войти, как шаман его остановил, отодвинул с проема, занял его место и принюхался. — Запах свежий, — произнес он. — От кого вы недавно получали подарок? — От правителя Этмирской долины, — король нахмурился, догадываясь после рассказа Ито, что подарок оказался с подвохом. — Понятно, — шаман скользнул внутрь сокровищницы и вскоре вернулся держа в руках шкатулку. — Да, это она, — король удивленно посмотрел на шамана, не представляя, как тот мог догадаться, что именно это подарил правитель Этмирской долины. — Знаю, от нее воняет, — шаман отнес шкатулку к стене, положил и обернулся к королю. — Хотелось бы мне знать, как вы с супругой умудрились не пострадать? Вы ведь трогали ее? — Трогали, — кивнул король. — Возможно, дело в том, что я был в древней короне, а Яфина не снимает подвеску своей прабабки. — Родовая защита, — одобрительно произнес шаман. — Молодцы ваши предки, что передали знание о ней своим потомкам. — Это не предки, это Ее Светлость Ито рассказала нам о ней. — А мне Эдра, — призналась Ито. Шаман кивнул и направился к сокровищнице. Зашел, уселся на пол и вытащил своего дракончика, следом выудил из сумки флакончик с желтоватой жидкостью, залил ее в дракончика и поджег. Сокровищницу начало заволакивать дымом, он немного поколыхался, а затем резко исчез. Шаман сунул дракончика в сумку и встал. Внимательно огляделся, довольно кивнул и, выйдя из сокровищницы, подошел к шкатулке. Откинул крышку и уставился на золотую чашу с фигурно изогнутыми ручками. На выпуклом боку чаши были выбиты узоры в виде линий и кругов. Шаман вытащил еще один флакончик и начал выливать его содержимое на чашу. К немалому его изумлению жидкость до чаши не долетала, испаряясь над ее поверхностью. — Чтоб мне сдохнуть! — восхищенно воскликнул шаман. — У людей, наконец-то, появился нормальный колдун, а не самоуверенный придурок как остальные, — захлопнув шкатулку, шаман встал. — Мне нужно вернуться в Этмирскую долину и найти этого колдуна! Полетели! — Никуда я не полечу, пока не осмотрю дворец! И к тому же я голодна! — заявила Виви. — Все узнают, что мы были в Ятседане, вот что мне им рассказывать, а? — Расскажешь, что общалась с королем и королевой, — со смешком подсказал Стеч. — А если у меня спросят какие во дворце занавески? Что мне отвечать? Не знаю? Что я таскалась по пыльным коридорам и вонючим сокровищницам, вместо того, чтобы полюбоваться дворцом? — У нас чистые коридоры и сокровищница не воняет! — возмутилась королева. — Где же они чистые? Пыль по углам! — фыркнула Виви. — И сокровищница точно воняет! — Не воняет! — Яфина злобно посмотрела на наглую девицу. — Шаман сказал — воняет, значит, воняет! — Виви упрямо выдвинула подбородок. — Ви, почему тебе в голову вечно приходят какие-то глупости, — проворчала Ито. — Сдались тебе эти занавески. Как будто нам больше не о чем рассказать, после стольких приключений. — А то ты не знаешь наших кумушек, — сказала Виви. — Вряд ли их особо заинтересуют наши приключения, а вот интерьер дворца точно вызовет живейший интерес. — Предлагаю пройти и посмотреть занавески, — со смешком произнес король. — Я не могу допустить, чтобы никто в герцогстве не узнал, как они выглядят. А пока вы их разглядываете слуги накроют на стол. — Благодарю вас, Ваше Величество, — Виви заулыбалась. Шаман захлопнул крышку шкатулки, потом засунул шкатулку в свою сумку и заявил: — Я ее забираю, мне не удалось очистить ее от наложенного на нее заклинания. Но каков талант-то! Наложил заклинание так, чтобы оно заряжало на смерть только принадлежащие королю и королеве украшения! Это невероятно! — Я буду бесконечно рад, если вы избавите нас от этой пакости, — произнес король. — А почему вы уверены, что этот колдун наложил заклинание только на их украшения? — поинтересовалась Виви у шамана. — Придворные все живы и здоровы, если бы колдовство не было так узко направлено, то нас бы встретила не толпа народа, а пустые залы, — пояснил шаман. — И впрямь, могла бы и сама догадаться, — кивнула Виви. — Идемте, нас ждут занавески, — король весело глянул на Виви и пошел вперед. И начался обратный переход в тронный зал, во время которого Виви время от времени многозначительно поглядывала на углы, в которых таилась пыль, беся этим королеву. Занавески оказались дивной красоты: на тонкой полупрозрачной ткани были вышиты цветным шелком изящные цветы и птички. — Какие они восхитительно роскошные, — пришла в восторг Виви. — Просто чудесные, — согласилась Ито. — Но все равно не идут ни в какое сравнение с достоинством принца, — Виви ехидно оскалилась. Король усмехнулся, видать был наслышан о причине, из-за которой герцогиня отказалась выйти за его сына. Королеву эта весть тоже явно не обошла, она одарила Виви сердитым взглядом. Король, дождавшись, когда девушки налюбуются занавесками, позвал гостей в столовую. Идти пришлось через множество придворных, делавших вид, что они торчат в зале по делу, а не из любопытства. — Ито, ты заметила, что многие одеты в твои туники? — сказала Виви. — Да, а еще они пялятся на Траэ, — Ито недовольно насупилась. Так бы и повырывала бесстыжие глаза придворным дамам, которые с неприличной жадностью смотрели на ее жениха. — На Стеча тоже глазеют, — сказала Виви. — А вот на шамана почему-то нет. — Они меня не видят, — ответил шаман. — Не люблю любопытных глаз. — Но мы же вас видим, — Виви растеряно посмотрела на шамана. — Потому что я позволяю, — улыбнулся ей шаман. — А ты не можешь спрятать и Траэ? — попросила Ито. — Зачем прятать такую красоту? — засмеялся шаман. — Не напрягайся, Ваша Светлость, — произнес Стеч. — И не ревнуй. Траэ безоговорочно твой, ему никто из этих баб даром не нужен. Он твоя священная пара и никогда не сможет тебе изменить, да и не захочет. — Ты меня успокоил, я не ревную, просто они меня бесят. — Я навсегда твой, моя музыка лета, — Траэ, тепло улыбаясь, взял Ито за руку и, поднеся ее ко рту, поцеловал. — Какое счастье, что мой сын не женился на этой психованной герцогине, — пробормотала королева. — Согласна с вами, Ваше Величество, — сказала Ито. — С его привычкой к изменам он бы долго не прожил со мной. И я не имею в виду развод. Королева разозлено поджала губы и устремилась к своему месту за столом. Ито согласно ее статусу пришлось сесть напротив нее. Она демонстративно отпила из бокала вино, покатала его на языке и посмотрела на королеву. — Неплохое вино, — сказала она. — И неразбавленное. Вижу повешенные эконом и дворецкий пошли на пользу вашему хозяйству. Королева сделала вид, что не услышала. Ито спрятала усмешку за бокалом. В столовую забежала Мцу и сразу же направилась к Ито. — Ваша Светлость, рада вас видеть, — Мцу поклонилась. — Я тоже, — Ито встала и тепло обняла принцессу. — Как сын, здоров? — Да, — Мцу ответно обняла девушку. — Человек! — позвал шаман Мцу. — Немедленно сними серьги, они вредят твоему сыну. — Вы ко мне обращаетесь? — Мцу удивленно посмотрела на шамана. — Да, — кивнул шаман. — Снимай серьги, иначе ребенок родится слабым. — Откуда вы знаете о ребенке? — поразилась Мцу. — Мы еще никому о нем не говорили. — Я его вижу, — сказал шаман и спокойно продолжил есть мясо. Мцу торопливо сняла серьги. — А что с ними не так? — глядя на них, спросила Мцу. — Слезы чужие на них, что-то с их бывшей хозяйкой случилось, точнее сказать не могу, — ответил шаман. — Эти серьги принадлежали моей тете, — король с уважением посмотрел на шамана. — Она была хромой с детства и очень хотела замуж, но желающих стать ее мужем не нашлось. Она покончила с собой, когда ей исполнилось тридцать лет. — Какой ужас, — произнесла Виви. — Да, — Мцу с жалостью посмотрела на серьги, жалея их бывшую хозяйку. — Подай мне руку, человек, сниму с тебя остатки чужого несчастья, — шаман протянул свою руку и сжал протянутую ладонь принцессы. — Вот теперь твоему малышу хорошо, он спокоен. — Значит, у меня будет снова сын? — спросила Мцу. — Да, и следующий тоже будет пацаном. Девочек у тебя не будет, так что можешь об этом даже не мечтать. — Ну, если не судьба, печалиться не буду. Ваша Светлость, я приготовила вам подарок, сейчас принесу, — Мцу поспешила к выходу из столовой. Кивнув, Ито вернулась за стол. — А у меня кто будет? — заинтересовалась Виви. — Не знаю, твое лоно еще запечатано и потому непроницаемо для моих глаз. — У Ито тоже запечатано? — внезапно заинтересовалась королева. — Да, она не считает правильным придерживаться традиций оборотней, — засмеялся шаман. — А ведь у нас прекрасные традиции, — Стеч тоже засмеялся. — Не то, что ваши — до свадьбы нельзя дотрагиваться даже до руки. Ужас же! Бедный Траэ вместо того, чтобы хорошенько потрахаться с невестой, мучается неудовлетворенностью. Королева посмотрела на Траэ, тот ей улыбнулся. Просто улыбнулся, без ехидства, с теплотой, с каким-то затаенным сочувствием. Так давно ей никто не улыбался. А уж такой красавчик с грацией хищника, вообще, никогда. Яфина поймала себя на мысли, что рядом с таким точно не стала бы охранять свое лоно как дракон кусок золота. — Я могу помочь, — неожиданно произнес Стеч, глядя на нее с понимающей ухмылкой. — У меня нет обязательств. Яфина покраснела и злобно уставилась на него. — Ты про что, Стеч? — недоуменно спросила Ито. — Я не женат и у меня нет невесты, — пояснил Стеч. — И как это поможет королеве? — не поняла Ито. Виви тоже удивленно подняла брови не улавливая логики. — Не скажу, — Стеч рассмеялся. — Похоже ты переутомился, — Ито озабоченно его оглядела. — Ты ведь не так уж и молод, а мы тебя таскаем из королевства в королевство. — Для нас оборотней пятьдесят шесть лет, это не старость, — Траэ усмехнулся. — Вы тоже оборотень? — королева опешила. — Да, все, кроме Виви, волки. — Я думала вы человек, — королева растеряно уставилась на Траэ, тот опять улыбнулся. И сердце Яфины екнуло, забилось лихорадочно, она нервно сжала вилку и отвела взгляд. — Яфина, — склонившись к ней, прошептал муж. — Возьми себя в руки. Ты ведешь себя неприлично. Ито, поедавшая блинчик с сыром, услышав его слова, удивленно подняла голову от тарелки. Посмотрела на королеву, на ее тарелку, где лежал кусок пирога и недоуменно уставилась на короля, не понимая причину его недовольства. И решила, что скорее всего король выговаривает своей жене за то, что та с ней невежливо обращалась. — Ваше Величество, не ругайте жену, я на нее не обижаюсь, — посчитала нужным сообщить Ито. — Ну, не нравлюсь я ей, что поделать. Она, кстати, тоже не вызывает у меня симпатии, так что мы квиты. — Не буду, — король весело блеснул глазами. Шаман, Траэ и Стеч торопливо уткнулись в тарелки, пряча смешки. А Виви под нос прошипела: — Вежливость не для некоторых королев, они только нос могут задирать. После ее слов Стеч заржал в голос, а Траэ с шаманом захмыкали. — Лучше бы сплетнями поделилась, — проворчала Виви. — А смысл? — Ито повернула голову к подруге. — Мы же никого не знаем. — А вдруг кто из наших сюда приехал и оскандалился, — Виви уставилась на королеву с настойчивостью во взгляде. — Не было никого из ваших, — процедила королева. — Жалко, но ничего у нас есть маркиза Улионэ, — Виви положила на тарелку еще один блинчик. — Она наверняка опять начудила, не живется ей спокойно, так что будет нам о чем посплетничать. — А кто был ее последним любовником? — спросила Ито. — Как-то я из-за хлопот упустила это из виду. — Я тоже не знаю, маменька не дала мне дослушать барона Шоия, разоралась так, словно я всю вишню у соседа своровала. А предпоследним был сын мельника, хотя он теперь наверное уже не предпоследний. — Какая интересная эта маркиза, — улыбнулся Стеч. — С традициями оборотней, — засмеялась Ито. — И ее с такой репутацией до сих пор привечают в приличных домах? — ошеломленно спросила королева. — Прекрасная у нее репутация, она же никого не убила, не ограбила, — заступилась за маркизу Ито. — Подумаешь резвится с любовниками, она не девица на выданье, а давно уже вдова, так что имеет право на шалости. — Ну, кому еще отстаивать честь шальной маркизы, как не герцогине с репутацией убийцы, — подал голос Мейт. — Уж лучше убийцы, чем мудака, — Траэ встал. — Я предупреждал тебя, не открывать пасть на мою невесту, — Траэ направился к принцу сидящему напротив. — Траэ, не трожь его, — сказал шаман. — Он принц людей, ты не можешь умертвить его без достаточного основания. — Я пообещал ему, разве это не достаточное основание? — Траэ остановился и посмотрел на Ито. — Нет, — улыбнулась ему Ито. — Но можешь дать ему в морду. — Ты с ума сошла? — возмутилась королева. — Я не виновата, что ваш сын не умеет сдерживать свой ядовитый язык. Ему объяснили, что Траэ сейчас не стоит злить, он плохо себя контролирует. Траэ, пока Ито говорил, успел обогнуть стол, приблизиться к принцу, сдернуть того со стула и ударом кулака отправить к двери. — Негодяй! — взвизгнула королева. — Как ты посмел тронуть Его Высочество?! — она хотела вскочить и подбежать к сыну, но король ухватил ее за руку и рыкнул: — Сиди! — Он сам напросился, — спокойно ответил ей Траэ и задумчиво уставился на принца. — Траэ, достаточно, — произнес шаман. Траэ отца послушался и вернулся за стол. Принц же молча поднялся на ноги и вышел из столовой. Королева одарила Траэ гневным взглядом, но ничего не сказала. — Почему Траэ плохо себя контролирует сейчас? — поинтересовался у Ито король. — Меня ранили. — Ито рассказала про поездку в Ти Хин. — Значит, в Ти Хине королем стал иномирец-дракон, — король был поражен. — Вот это новость так новость. — Это хорошая новость, теперь граница Ти Хина открыта и можно спокойно слетать к ним в гости, — сказала Ито. — Там очень интересные дома. — Насчет слетать, могу я попросить у тебя дракона? — произнес король. — Я пришлю его вам, но с условием, драконы любят золото и его надо хорошо кормить. — Я знаю, нам доложили, что ты приняла у себя драконов. — Точнее ограбила Шинейские острова, — ядовито поправила мужа Яфина. — Да, ограбила и ничуть не стыжусь этого, и драконам благо и мне, — ответила Ито. — А ваш шурале действительно ручной? — спросил король. — Не то чтобы ручной, но нам доверяет и помогает в обмен на пирожные, — улыбнулась Ито. — Мы можем посетить твое герцогство? — спросил король. — Хочется посмотреть на русалку и золотого овна. — Я с удовольствием приму вас у себя дома. Как только вернемся домой, я сразу же отправлю вам на службу дракона и он вас отвезет к нам в любое время. — Спасибо, — король прижал руку к сердцу, Ито в ответ улыбнулась. Вернулась Мцу и принесла длинный футляр. — Это заколки для волос, — пояснила она. — Когда ты выйдешь замуж и перестанешь носить плат, будешь ими украшать волосы. Ито открыла футляр и восхищенно ахнула, на шелковой подложке в ряд лежали ажурные золотые заколки и искрились изумрудами глубокого зеленого цвета. — Ими скалывают волосы от основания головы до кончиков волос, цепляют подряд и получается очень красивая полоса, — пояснила Мцу. — Спасибо, Мцу, это замечательный подарок, а мне нечем отдариться в ответ. — Вы сделали мне гораздо бесценные подарки — вернули мужа и спасли жизнь сыну, — Мцу с благодарностью посмотрела на Ито. — Это только часть подарка, Арл пошел к нашему ювелиру за второй частью, он ее как раз доделал. Мы собирались отправить вам подарок через пару дней курьерской почтой, но вы так удачно приехали. — У меня тоже есть подарок, — король повел бровями, из угла выпорхнул слуга и скрылся за дверями. — За спасение наших жизней. Он уже давно был приготовлен, но я хотел его вручить лично. — Мне как-то неудобно, — Ито застеснялась. — Я ничего особенного не сделала. — Ты сделала очень много для нашей семьи, — не согласился король. — Прими так же благодарность за Мейта. Кажется ни Яфина, ни Мейт не поняли, что ты спасла его от смерти. Сейчас я объясню жене, а потом поговорю с сыном. Слушай внимательно, Яфина. Если бы Ито повелась на авантюру бывшего правителя Этмирской долины, нас бы шантажировали Мейтом, чтобы мы не дергались, но как только правитель получил бы желаемое, от Мейта бы избавились. А если бы правитель получил отказ от Ито участвовать в его противозаконной затее, то сразу же подстроил бы Мейту несчастный случай. В обоих вариантах Мейту была уготована смерть, — король смотрел, как жена бледнеет. — Ты, Яфина, должна была в ноги кланяться Ее Светлости, за спасение своего любимчика, но вместо благодарности Ито получила от тебя только попреки и злобные взгляды. — Ничего из этого не произошло, — процедила Яфина. — Только потому что Ее Светлость очень умная девочка, — король сдвинул брови, сердясь на жену. Яфина поджала губы, ее страшилки мужа не впечатлили, не верилось ей в них совсем. Да и чего теперь мусолить несбывшееся? — Твоей жене позволительно быть наивной, — произнес шаман. — Ей не приходится принимать никаких решений. — К счастью, да, — согласился король, чем вызвал у жены гневный взгляд. Виви наскучило слушать разговор короля, ничего интересного — обсуждать глупость королевы, а вот подарок Мцу, это очень даже интересно, Виви подошла к подруге. — Дай посмотреть, — и забрала у Ито футляр. — Оригинальные штучки. Я таких ни у кого не видала. Я тоже такие куплю, — Виви посмотрела на Стеча, потом на шамана. — От вас я подарков еще не получала, — заявила она. — Я бы не просила, если бы не крайняя нужда. — Ви, как тебе не стыдно? — проворчала Ито. — Какая у тебя крайняя нужда, а? — Я деньги с собой не взяла. Это же нужда, так? — Нужда у всех разная, — засмеялся шаман. — Я оплачу тебе эти побрякушки. — Благодарю вас, шаман, — Виви радостно заулыбалась и повернулась к подруге. — Прилетим домой, укоротим эти поганые платы и нацепим заколки. Через два дня раут у маркизов Вируан, весь свет соберется, мы произведем фурор. — Новая мода не за горами, — кивнула Ито. — Ваше Высочество Мцу, у вашего ювелира можно купить такие заколки? — обратилась к принцессе Виви. — Да. — Мцу кивнула невидимому слуге, тот появился на мгновение и снова исчез. — Как они это делают? — заинтересовалась Виви. — Волшебники что ли? — Просто хорошо обучены, — заявила королева. — Мы держим слуг в строгости, они не такие расхлябанные как у твоей подруги. — Вы знакомы с моими слугами, Ваше Величество? — холодно поинтересовалась Ито и удостоилась злобного взгляда от королевы. Мцу прикусила губу, чтобы не рассмеяться в голос, а вот король сдерживаться не стал — расхохотался, одобрительно глядя на герцогиню. — Тварь, — выругалась себе под нос королева, судорожно стиснув ножку бокала. Ито в ответ лишь усмехнулась. Слуга короля вошел в столовую и только хотел подойти к хозяину, как его остановил шаман и подозвал к себе. Слуга растерянно посмотрел на короля, тот согласно кивнул. Слуга подошел и открыл крышку на шкатулке. Шаман прошелся пальцами по содержимому и разрешил отдать подарок. Король, забрав у слуги шкатулку, подошел к Ито, вручил ее ей и поклонился. — Что вы, не надо кланяться, — смущенно произнесла Ито, беря шкатулку. Открыла и восторженно засияла глазами, достав подарок. На блестящем серебряном шаре, вытянувшись вверх, сидел лебедь с грациозно выгнутой шеей, выточенный из черного полупрозрачного камня, и придерживал кончиками крыльев ромбовидный кусок сиреневого топаза. Топаз был испещрен мелкими гранями и красиво переливался при малейшем движении. — Он прекрасен, — восхитилась Виви. — Да, — согласилась Ито. — Великолепен. — И ни одна из этих неучей не поняла значения подарка, — насмешливо произнес шаман. — Значения? — Ито растеряно оглядела лебедя и посмотрела на Виви, та ответила ей таким же взглядом. — Это символ верности и справедливости, эту награду вручали правителям в знак признания их заслуг перед нашим миром. Там еще должна быть подставка. Подставка действительно была: квадратная с круглой выемкой посередине и гравировкой: «Защитнику мира всегда стоящему на страже закона». — Никогда о такой награде не слышала, — сказала Ито. — Я тоже, — кивнула Виви. — Кто-то невнимательно слушал учителя, — шаман хмыкнул. — Этой награде уже пару тысяч лет, а может и поболее. — Мои советники узнали, как ты самоотверженно боролась за восстановление герцогства и посчитали, что ты достойна этой награды, — сказал король. — Ее уже давно никому не вручали и тут появился достойный кандидат. — Насаждающий справедливость плетью и виселицей, — ядовито добавила Яфина. — Сразу видно, кто воспитывал Мейта, — Ито звонко расхохоталась. Ее спутники ее поддержали — тоже от души рассмеялись. — Поблагодарите от меня советников, Ваше Величество, мне очень приятно получить эту награду. Она очень красивая, — сказала отсмеявшись Ито. — Передам, — король улыбнулся. — И кстати, ты первая кто получил ее в двадцать лет, таких молодых еще не было. — Вот я шустра, — улыбнулась Ито. — И нагла, — не преминула поддеть ее королева. — Мне это не мешает жить, — ответила Ито и села, собираясь съесть аппетитно выглядящее пирожное с высокой шапочкой крема. Вот только осуществить свое желание ей не удалось — в столовую вошел принц Арл, неся в руках длинный футляр. Пожелав всем присутствующим здравия, он с поклоном положил перед Ито футляр и уселся рядом с женой. Ито открыла футляр и обнаружила сложенное втрое украшение состоящее из ажурных прямоугольников скрепленных между собой и украшенных изумрудами. — Спасибо, очень красиво, — поблагодарила Ито. — Это вторая часть комплекта к заколкам, — пояснила Мцу. — Это пояс. — Он вроде очень длинный, — сказала Ито. — Да, он скрепляется на уровне талии, а концы висят, очень красиво получается. Виви, которая уже вернулась на свое место, не удержавшись от любопытства, опять вскочила и подошла к подруге, перегнувшись через ее плечо, поразглядывала подарок, разогнулась и посмотрела на Стеча. — Опять в нужде, госпожа Виви? — усмехнулся Стеч. — Нужду госпожи Виви я закрою, раз уж начал, — заухмылялся шаман. Виви довольно улыбнулась ему и вернулась на свое место. В этот раз слуга пришел не один, с ним явился высокий мужчина с пронзительно серыми глазами. Слуга торжественно нес поднос с несколькими футлярами. Мужчина, подойдя к столу отвесил общий поклон, сообщил, что он ювелир, а затем зацепился взглядом за шамана. — Вы странный, — растерянно произнес он, удивленно глядя на него. — Не страннее тебя, раз ты меня почувствовал, — отозвался шаман. — У тебя есть дар? — Нет, просто талант, я вижу в какой оправе камень будет выглядеть наиболее выигрышно. Когда я притрагиваюсь к камню, у меня в голове возникает рисунок, очень четкий с мельчайшими деталями. — Это бесспорно магический дар, — сказал шаман и подозвал слугу, едва тот приблизился, приказал: — Открывай все коробки. Слуга поспешил выполнить приказ. Шаман встал и прошелся пальцами по всем украшениям. — Чисто, можешь показывать госпоже Виви. Виви кинулась к парню с энтузиазмом, который его немного напряг. — Комплект с голубыми камнями, — сходу выбрала она, окинув взглядом выставленные украшения. Узнав цену, шаман спокойно расплатился, а затем вынул из поясного кошеля небольшой мешочек и уже из него вытащил камень. — Чародей, подойди ко мне, — обратился он к ювелиру, тот подошел с вопросом в глазах. — Держи, — шаман сунул ему в руку полупрозрачный черный камень. Ювелир сжал его в ладони и на мгновение прикрыл глаза. — Подвеска, — ювелир недоуменно нахмурился. — Странно, я не вижу к ней оправу. — Этому камню не нужна оправа, она у него уже есть, — шаман забрал камень, вытянул из мешочка цепочку и закрепил в круглой подвеске камень, а затем отдал ее ювелиру. — Это оберег для тебя, носи его не снимая. — Зачем мне оберег? — Ты мне расскажи зачем он тебе. — Он мне не нужен, — ювелир мотнул головой и покосился на правителей, чувствуя себя крайне неудобно в их присутствии. — Не трать мое время, надевай подвеску, — шаман встал. Мужчина поспешно перекинул цепочку через голову. — Вот, — пробормотал он. Шаман ловко закинул подвеску ему за ворот и ударил по ней. Ювелир охнул и недоуменно отшатнулся. — Пуповину порвал, которой тебя мать крепко держала за яйца, — пояснил шаман и уселся за стол. Ито с Виви сразу же насторожились, чувствуя, что их ждет интересный рассказ. — А теперь, когда у тебя прояснилось в голове, ты сумеешь нам поведать зачем тебе оберег, — сказал шаман. — Начинай рассказ. Ювелир ошеломленно поморгал, у него действительно прояснилось в голове и он вспомнил то, о чем забыл. Посмотрел на чудотворца признательно и начал свой рассказ. Девушку звали Лойя. Задорно смеющаяся, с легким характером. Ясноглазая. Несущая с собой свет и радость. Элор влюбился сразу, едва они столкнулись у прилавка с фруктами, выбрав одну и ту же корзину с яблоками. Лойя засмеялась и весело взглянула на него и Элор пропал, утонул в сияющих сапфирах. Он купил яблоки и они отправились на набережную, где ели их и беспечно болтали, а потом он пригласил ее домой и приготовил им обед. После того дня Лойя приходила к нему домой после работы, они ели и шли либо гулять, либо за продуктами на рынок. Обычные размеренные дни наполненные теплом и любовью, радостью быть вместе. Мама не одобрила выбор сына, назвала Лойю ветреной, но Элору было все равно на ее мнение, он всем сердцем любил Лойю и собирался жениться на ней в скором времени. И все было прекрасно, а потом к Элору в дом вселилась мать, как она говорила временно, просто ей хотелось немного передохнуть от вечного гама и беготни внуков от дочери. Элор не возразил, а чего напрягаться, ну, отдохнет немного да вернется к себе. В прошлом году он изготовил и подарил матери серьги с рубинами, немного массивные, но красивые. Вот с этих серег все и началось. Едва Элор вернулся с работы домой, как мать встретила его вся в слезах со словами: — Я прилегла отдохнуть, серьги сняла, проснулась их нет и невеста твоя куда-то ушла. Она их украла! — Она не могла, ищи куда положила, — Элор не поверил матери. Мать заливалась слезами, пытаясь убедить, что пропажа сережек дело рук Лойи, но так не смогла убедить его. — Успокойся, — устав от причитаний, из-за которых у него разболелась голова, произнес Элор. — Ты наверняка их потеряла или еще что с ними сотворила. Я тебе другие сделаю, невелика потеря. Мать ушла на кухню, разозлившись, что ее план не сработал. Спустя пару дней мать пожаловалась, что Лойя специально облила ее плащ маслом. И плащ предъявила с уродливым масляным пятном. — На вешалке ведь в коридоре висел! Не на кухне, где это масло хранится, — причитала она. — Как это масло на плащ могло попасть само? Она меня ненавидит, сынок! — горестно вскричала мать. — Не знаю за что, но ненавидит. — Ты могла на рынке облить плащ маслом и заметить это только здесь, — сказал Элор, снова не поверив матери. И опять ему пришлось выслушать истерику матери, после которой у него разболелась голова. — Она облила меня кипятком, — тыча пальцем в сторону сидящей в кресле Лойи, закричала мать, едва Элор появился на пороге. В качестве доказательства показала покрасневшую ногу. Но Элор опять не поверил в злое намерение Лойи, сказал, что это наверняка была случайность. Мать закатила очередную истерику. Лойя немного послушала ее, а затем пошла собирать свои вещи, которые понемногу приносила из своего дома в преддверии свадьбы. Элор пытался ее остановить, но она не согласилась. — Я не хочу так жить, эти постоянные ссоры, ее истошные крики, еще и обвинения в том, чего я не делала. Зачем мне все это? — Я попрошу мать прекратить ссориться с тобой. — Ты так и не понял ничего, — Лойя взяла в руки сумку. — Она меня выживала и добилась своего. — Я велю ей вернуться домой, она больше не будет беспокоить тебя, — клятвенно заверил ее Элор. — Будет, потому что видит во мне угрозу твоему кошельку, который считает своим, — Лойя покачала головой. — Свадьба отменяется. Прощай. Как ни пытался ее удержать, Лойя ушла. Элор был настолько подавлен ее уходом, что перестал замечать, что происходит в его доме. Немного придя в себя, он понял, что оказывается, туда вслед за матерью вселилась и его сестра с детьми. Вскоре Элору надоел постоянный бардак и грязь в доме и он попросил всех съехать, но мать с сестрой начали рыдать, жалобно рассказывая, что в их доме холодно, прохудились стены, гуляют сквозняки и жить там совершенно невозможно. Элор махнул рукой, все равно он бывал дома редко, заказов в последнее время было много и он часто оставался в мастерской на ночь. Вот только богаче он не стал — все заработанные им деньги начали уходить на содержание матери, сестры и племянников. — Изредка я пытался сходить к Лойе, чтобы поговорить, но у меня не получалось, все время что-то мешало. А в последнее время я стал ее забывать, но не так, как обычно забывают, а какими-то рывками — иногда я четко ее вспоминал, а бывало такое словно не знал ее никогда. И постепенно я стал понимать, что со мной не все ладно. Меня заколдовали, да? — Нет, это твоя мать заедает твою жизнь, магия ни при чем. Просто твоя мать безмерно любит свою дочь, а тебя считает обязанным принести им в жертву свою жизнь. Тебе не повезло, ты хорошо зарабатываешь, будь другая ситуация, тебя бы просто выпнули из дома и забыли о твоем существовании, — пояснил шаман. — И права Лойя, умная девочка быстро разобралась, что твоя мать не допустит, чтобы еще у кого-нибудь, кроме нее был доступ к твоему кошельку. В ход пойдут слезы, уговоры, жалобы на здоровье, взывание к совести, любые подлые приемы, чтобы добиться своего. Никакой магии сплошные манипуляции — постоянный повтор: «Ты должен, ты наша опора», в конце концов ты в это поверишь, и вот ты уже на крючке. — А почему тогда с моей памятью происходит странное? — Любой под таким давлением начнет не то, что других, себя забывать. Материнский пресс это мощь, не имеющая себе равных, к тому же ты был крайне уязвим перед ним из-за потери любимой, вот голова и начала чудить, спасаясь от перенапряжения. — А как мне поможет оберег? — Элор потрогал через ткань камень. — Остановит истерики матери и сестры? — Он притупит твои родственные чувства, — пояснил шаман. — Ты станешь относиться к матери и сестре как к чужим человекам. Впрочем они и есть тебе чужие, ты им нужен ровно до тех пор, пока являешься платежеспособным. Элор с сомнением посмотрел на странного незнакомца, в подобные чудеса обычных камней он не верил. Их столько перебывало у него в руках, но ни одно из них не оказалось способным сотворить чудо. — Твари, повесить их мало, — гневно воскликнула Ито. Королева многозначительно посмотрела на нее. — Согласен, — кивнул король. — Элор, берешь двух стражников и идешь выбрасывать этих тварей из своего дома. — Благодарю, Ваше Величество, — Элор поклонился и пошел к дверям. — Как только он вернется, сразу домой, — сказал Стеч. — Малышки устали. Траэ обеспокоенно всмотрелся в Ито. — Стеч, ты зачем это сказал? — проворчала Виви. — Траэ сейчас опять заведется, а выплеснуть напряжение не на кого. — Лютый, поешь пирожные, — посоветовал Стеч. — Больше нет способов. Траэ рассмеялся и решил последовать совету Стеча. Элор вошел в дом и брезгливо поморщился от кислого запаха, пропитавшего все вокруг. Похоже его родные совсем перестали утруждать себя уборкой. Племянники орали где-то на втором этаже, а голоса сестры и матери раздавались из кухни, туда он и направился. Посмотрев на мать, он чуть не отшатнулся, ее лицо было искажено неприятным оскалом, который он раньше принимал за улыбку. — Деньги принес? — в глазах матери горела алчность. — Какие деньги? — спросил Элор, думая, как он раньше не замечал этого. — Тебе сегодня должны были заплатить, давай сюда кошелек, мы торопимся, — мать нетерпеливо протянула руку. — Куда? — На рынок надо, продуктов в доме нет. — У меня нет денег, — сказал Элор. — Как это нет? — возмутилась сестра. — Мои дети будут голодными? Им нечего есть! Элор поморщился от визгливого голоса сестры, перевел взгляд на нее и замер. Куда подевалась доброта ее глаз? Теперь там стыли злоба и презрение. Элор прикоснулся к камню подаренному незнакомцем и, наконец, поверил, что оберег, действительно, является таковым. Эти две женщины ему чужие и он им чужой, просто источник денег, никаких родственных чувств. — Немедленно иди и найди деньги, — скомандовала мать. Больше разговаривать с ними Элор не захотел, он развернулся и пошел прочь из кухни под победные улыбки бывших сестры и матери. Женщины радовались недолго, вместо Элора на кухню явились два стражника и приказали им собирать вещи и выметаться из дома. Суровые лица стражей к спорам не располагали, тем более, что стража действовала по приказу короля. Перепуганные мать и дочь бегом помчались на второй этаж собирать свой скарб. Элор проводил их взглядом и, выйдя из дома, поехал во дворец благодарить странного незнакомца. — Угомонись, не нужны мне твои поклоны, — отмахнулся шаман. — Избавился от этих наглых паразитов и ладно. — А можно мне сделать вам подарок? — Да, сделай мне подарок, — произнес шаман. — Иди к своей Лойе, она ждет тебя. — Вряд ли, — опечалился Элор. — Ждет, не сомневайся. Ты умудрился среди сотен человечек найти свою единственную. Она будет ждать тебя всегда, несмотря ни на что. — Откуда вы знаете? — Вижу. — Как? — Так я тебе и рассказал все свои секреты, — усмехнулся шаман. — Ладно скажу, на тебе печать любви. — Как она выглядит? — восторженно спросил Элор. — Я ее вижу в виде бабочки состоящей из яркого света, а мой учитель видел серебряную рыбку с длинным хвостом. Иди уже. Теперь вы со своей невестой будете счастливы. — Благодарю, — Элор прижал руку к груди и поклонился, а затем стремительно выбежал из зала. — А где эта бабочка находится? — заинтересовалась Виви. — В середине груди, — ответил шаман. — Она у всех разная, у кого-то ярко горит, у кого-то тускло. — Но почему тускло, если пара идеальная? — растерялась Ито. — Я ведь правильно поняла, она появляется только у истинных? — Правильно. Вот только в истинных парах один может оказаться тем еще мудаком, а то и оба такие. Истинность — это не гарантия чистой и светлой любви, личные качества тоже имеют значение. — Но как же так, ведь так не должно быть, — Ито ощутимо расстроилась. — Кажется я развеял твою последнюю иллюзию, госпожа Ито, — шаман улыбнулся. — К сожалению, в жизни не бывает все прекрасно. — Я знаю, но любовь это другое! — Увы, она как и жизнь бывает разной. — Я тоже расстроилась! — заявила Виви. — Съешь пирожное, госпожа Виви, — со смешком посоветовал Стеч. — А у Ито есть этот знак? — спросила Виви. — Есть и у Траэ тоже, их бабочки ярко горят. Ито радостно посмотрела на Траэ, тот тепло улыбнулся. — Вот и славненько, — довольно улыбнулась Виви. — А теперь нам пора домой, — произнес Стеч. — Ваше Величество, прикажи принести теплые одеяла для малышек. Король кивнул и опять слуга соткался из угла и почти сразу же исчез. И вскоре принесли два больших пуховых одеяла. Королева на прощание холодно кивнула, а король проводил гостей до двери, где пожелал легкой дороги и ушел лишь после того, как Ито с Виви завернули в одеяла с головой и их подхватили на руки Траэ и Стеч.