Мы все равно умрем через год

За окном была очередная холодная ночь, которую Гарри проводил в полутемной кухне на площади Гриммо. Он обхватил негнущимися пальцами чашку, надеясь, что ощущение керамики под ладонями заглушит все остальные чувства в его теле. Судя по прошлым ночам, теплый чай едва ли мог помочь. А вот хорошая дрочка могла. Он прекрасно это знал. Он уже несколько недель просыпался с неспадающим стояком. Раньше такого не случалось. Источником всех проблем Гарри был вовсе не стоящий член, а тот факт, что он не желал опадать. Так что да, стояк… и Волдеморт, конечно. Благодаря Волдеморту он застрял на площади Гриммо в одиночестве, которое иногда скрашивал Снейп. Он уже несколько недель не видел Рона и Гермиону, и ни одна живая душа не ступала на порог его нового дома. И это была проблема, потому что ему было не к кому обратиться за помощью. Раньше, еще в Хогвартсе, когда случалось что-то подобное, он тихонько принимал душ, и все просто улаживалось само собой. В этот раз душ не помог. Полдня, проведенные в постели, тоже не помогли. Очевидно, как и ночные посиделки на кухне с кружкой чая. Вначале Гарри пытался справиться с этим, он примерно представлял, что должен был делать здоровый восемнадцатилетний парень в подобной ситуации, но, очевидно, его знания в искусстве самоудовлетворения оказались весьма скудны. Кажется, он делал что-то не так. Вместо удовольствия — только дискомфорт и боль. Входная дверь тихо открылась и закрылась, Гарри услышал почти беззвучные шаги, лишь потому что ожидал их. Мягкий стук каблуков по покрытому ковром полу, а затем более резкий щелчок по камню оповещали о прибытии другого обитателя большого дома. — Здравствуйте, профессор, — Гарри поприветствовал мужчину, прежде чем тот успел бы заколдовать его и отправить в небытие. Это случалось раньше, и ему пришлось прослушать суровую лекцию, которая преподала Гарри два важных урока: первый — никогда не заставать Северуса Снейпа врасплох, потому что последствия могут быть непредсказуемы. Второй заключался в том, что, увидев темный силуэт там, где его не должно быть, Снейп всегда атакует первым и задает вопросы только в том случае, если человек пережил его заклинание. Снейп остановился в дверях, зажег свою палочку. Яркий свет заклинания на мгновение ослепил Гарри, и он отвел взгляд. — Вы не могли бы это убрать? — прошипел он, чувствуя жжение в глазах. — Доброй… — Снейп запнулся и пытался вспомнить, какое сейчас время суток, — все еще ночь или уже утро — но, в конце концов, он просто покачал головой и оставил приветствие незаконченным. — Почему вы все еще не спите, мистер Поттер? — Я с нетерпением ждал ваших новостей. Итак? — Последние семь лет вы пропускали все мои слова мимо ушей. Какая чудесная перемена… — протянул Снейп, но его слова были лишены настоящей язвительности. — Вы никогда не говорили ничего стоящего внимания, — ответил Гарри, а затем, ухмыляясь, из вредности добавил: — Профессор. Проходя мимо него, Снейп слегка шлепнул его по голове свернутым пергаментом и бросил его на стол перед Гарри. — Письмо от ваших друзей. — О, какой сюрприз. Чем я это заслужил? — Гарри развернул письмо и зажег свечу, чтобы прочитать его. — Где ваша палочка? — В моей комнате, — пробормотал Гарри, уже поглощенный чтением письма от Гермионы. Снейп с хлопком опустил ладони на стол так, что одна опустилась прямо на письмо и, если бы Гарри держал пергамент чуть сильнее, он бы порвался. — Что я вам говорил? — едко ухмыльнулся Снейп, на мгновение превращаясь в прежнего злобного учителя. Гарри смущенно оттолкнул длинные пальцы от письма, с ужасом осознавая, что его член заинтересованно дернулся от прикосновения, и перевел взгляд на Снейпа. — Я знаю, мне жаль, сэр. — Всегда держите свою палочку при себе, неужели это так сложно? — Учитывая, что я в одних трусах и футболке, да, сейчас это довольно сложно, — вспыхнул Гарри. Все еще опираясь ладонями о стол, Снейп наклонился к лицу Гарри. — Хотите, я покажу вам место, где вы сможете хранить палочку, даже если будете совершенно голым? — прорычал он. Гарри почувствовал, как к его щекам прилил жар, а член снова дернулся. Ему давно было пора вернуться в постель, но пока Снейп был на кухне, он не мог просто встать и уйти, показав себя во всей красе. Не услышав от него самодовольного ответа, профессор покачал головой и отстранился. Он подошел к стойке и постучал палочкой по чайнику. Вода начала закипать, и, к ужасу Гарри, Снейп сел рядом, поставив перед собой кружку, которая вскоре наполнилась чаем. — Что она пишет? — Снейп кивнул в сторону письма, о котором Гарри совершенно забыл. — О, ничего особенного — ответил он. — Тогда она, должно быть, написала это вчера. — Снейп вздохнул и поднес кружку к губам. Страх скрутил желудок Гарри. — Почему? Что случилось? — Темный Лорд проявляет активность. Никто не знает, где он находится. В последнее время у вас не было никаких видений, не так ли? — Нет, — Гарри покачал головой. — Вы ведь не лжете мне, мистер Поттер? — с подозрением спросил Снейп. — Лгу вам, сэр? — с усмешкой ответил Гарри. — Вы же видите меня насквозь. — Гарри неохотно признавал, что Снейп всегда был в этом хорош, помимо всего прочего. Снейп пристально взглянул на него, но если и увидел признаки лжи, то решил их проигнорировать. — Он убил кое-кого перед тем, как залечь на дно. Профессор Бербедж мертва. — Профессор маггловедения? — с беспокойством спросил Гарри. Кажется, он припоминал светлые волосы и добрую улыбку, но не мог вспомнить лица. — Да. Она была магглорожденной. Минерва пыталась спрятать ее. Была схватка. Гарри вскинул ладонь и схватил Снейпа за запястье. — О, пожалуйста, только не она! — на выходе произнес он. — Профессор МакГонагалл жива, но ранена. Она проходит лечение в Хогвартсе. Она выживет, не волнуйтесь. Она крепкая старая кошка. — Черт возьми, — пробормотал Гарри. — Я ненавижу торчать здесь. — Вы знаете, что так будет лучше. У нас было соглашение. — напомнил ему Снейп. — Я знаю, — сказал Гарри, а затем понизил голос, подражая Снейпу. — За вами охотятся, и среди нас есть предатель, вас найдут слишком быстро. — Снейп просто приподнял бровь в ответ на легкую насмешку, и плечи Гарри обреченно опустились. — Но я все еще чувствую себя бесполезным. — Мы начали распространять различные сведения о вашем местоположении. Мы узнаем, кто предал вас и Орден, когда они сделают первый шаг. — Это может произойти через несколько месяцев. — А может и завтра. Мы должны быть готовы, мистер Поттер. Поэтому я не понимаю причину вашего бодрствования. Не говорите мне, что стоите на страже, пока меня нет. — Я же сказал вам, что ждал… — Ложь, — прервал его Снейп. — Что случилось, Поттер? — Ничего, — ответил Гарри, опуская голову, и попытался изобразить зевок. — Мне пора идти спать, — сказал он, протирая глаза. — Опять ложь, но вы правы, вам следует отправляться в постель. Ни один из них не двинулся. Снейп цедил чай, а Гарри продолжил читать письмо, отправленное Гермионой. Они с Роном были в Норе. Она говорила, что у них много дел, и они ужасно скучали по Гарри. Гарри почувствовал, как низ живо неприятно свело. Он прикоснулся к словам Гермионы, нежно провел кончиками пальцев по их с Роном именам внизу страницы, внезапно почувствовав себя опустошенным без своих друзей. — Что вы сказали Гермионе и Рону? — тихо спросил он. В письме не было ничего, указывающего на то, что они знали, где он находится. Снейп прошептал семь разных мест семи разным людям. Какое бы место ни подверглось нападению, они узнают, кто предатель. — Вы сомневаетесь в их лояльности? — тихо спрашивает Снейп, как будто о предательстве можно говорить только вполголоса. — Нет, — уверенно произносил Гарри. Он доверил бы Рону и Гермионе свою жизнь. Буквально. — Как и я, — отозвался Снейп, и Гарри удивленно поднял взгляд. Признание того, что Снейп доверял его друзьям и собственную жизнь тоже, согрело сердце Гарри. — Они точно знают, где и с кем вы находитесь, мистер Поттер. Я Хранитель вашей тайны, и эти двое — единственные, кому я рассказал об этом месте. Новый Фиделиус обнуляет старый, так что никто не сможет найти дом, пока я жив. Когда я умру, они станут вашими защитниками. — Я знаю, вы пытаетесь напугать меня, но на самом деле, это обнадеживает. — В самом деле? Я бы предпочел, чтобы вас защищала армия авроров, но если великий Гарри Поттер счел двух подростков и Пожирателя Смерти достаточной защитой своей жизни, то кто я такой, чтобы возмущаться. Гарри изобразил драматический вздох. — О каком еще Пожирателе смерти вы говорите? Кто он? — Поттер! — упрекнул его Снейп, но его губы скривились в подобии улыбки. — Ладно, на сегодня с меня хватит. Идите спать, сейчас же. Внезапно Гарри вспомнил о той проблеме, что привела его на кухню посреди ночи. Невероятно, но за время разговора со Снейпом эта проблема не стала менее значительной, его член был все так же тверд, как и в момент пробуждения от влажного сна. — Не думаю, что я устал. — Сейчас два часа ночи, — веско отбил Снейп. — Ну вы же не спите. — Не надолго. — Снейп допил свой чай и встал. — Спокойной ночи, мистер Поттер. Он подошел к двери, и Гарри, наконец, поднялся на ноги. Боксеры никак не скрывали его проблему, и даже при ходьбе он чувствовал себя неловко, но затем Снейп остановился, обернулся, и неловкость приобрела совершенно новые краски. Гарри схватил письмо Гермионы со стола и попытался спрятать за ним свою эрекцию, но, конечно, он был недостаточно быстр. Всего на мгновение он заметил, как взгляд Снейпа скользнул вниз, к слишком заметной выпуклости под тканью его трусов, а затем черные глаза снова смотрели на его лицо, как будто ничего не произошло. Выражение лица Снейпа тоже не выдавало никаких эмоций, но щеки Гарри моментально вспыхнули густым румянцем. — Чуть не забыл. Альбус передает вам привет. И вот это, — он опустил руку в карман и протянул ему нечто, зажатое в ладони, — семейная реликвия. Гарри подошел ближе, его любопытство было сильнее стыда, который все еще жег ему уши. Он держал письмо Гермионы перед собой и протянул правую руку. Длинные пальцы разжались, и золотое кольцо с черным камнем упало на середину ладони Гарри. Посередине камня тянулась глубокая трещина. — Один есть. — прошептал Снейп, и Гарри понял, что он имеет в виду. Это был Крестраж, кольцо Слизерина. Снейп склонил голову в сторону лестницы, и Гарри шустро, почти переходя на бег, проскользнул на второй этаж. Снейп шел прямо за ним, он слышал легкое шуршание его мантии, мягкий стук его ботинок по покрытой ковром лестнице. Гарри уже почти достиг двери в спальню, испытывая облегчение от того, что наконец-то мог спрятаться, когда профессор прошел мимо, но остановился, окликая его. — Поттер, — произнес он твердым голосом, как будто он решил затронуть некоторые вопросы, о которых Гарри, скорее всего, не имел ни малейшего желания говорить. — Спокойной ночи, профессор Снейп, — быстро пробормотал Гарри и уже было собирался войти в спальню, когда следующие слова Снейпа остановили его на полпути. — Это то, что не дает вам уснуть? Ему было не нужно говорить, что конкретно он имел в виду, Гарри и так все понял. Его лицо снова вспыхнуло, а сердцебиение участилось. О да, это именно то, чего он хотел, ночной разговор со Снейпом о его эрекции. Да, просто класс. На секунду он задумался, как легко было бы просто аппарировать в Малфой-Мэнор и положить конец своим страданиям, но затем отказался от этой идеи. Гермиона вернет его к жизни и убьет снова. — И что? — вызывающе спросил он. Снейп отвернулся, но протянул Гарри руку. Между его пальцами был зажат маленький пузырек. — Одного глотка будет достаточно. Поколебавшись, Гарри поднял взгляд на мужчину, который все еще намеренно смотрел в другую сторону, затем медленно протянул руку и взял зелье. — Спасибо, профессор, — быстро сказал он и скользнул в комнату, захлопнув за собой дверь. Тяжело дыша, он прислонился к ней, чувствуя, как его лицо пылало, и прислушался к звукам в коридоре. Он услышал удаляющиеся шаги и звук закрывшейся двери, и лишь тогда издал прерывистый вздох. — К черту мою жизнь… — проворчал он и упал на кровать. Он спрятал кольцо в тумбочку, а затем, даже не взглянув на него, бросил туда же маленький пузырек. Он развернул письмо Гермионы и перечитал его, на этот раз пытаясь сосредоточиться, но его мысли были заняты другим. Умом он снова был внизу, на кухне, раз за разом переживал тот безумно неловкий момент. Теперь он казался еще длиннее, и Гарри почувствовал, как его щеки краснеют. Он чертыхнулся и достал флакон из тумбочки. Он был простой, без этикетки, обычный маленький зеленый флакон из стекла с пробкой. Гарри вынул ее и понюхал жидкость внутри. Пахло приятно, чем-то травяным и цветочно-сладким. Гарри не хотел ни о чем думать — ни о мертвом профессоре, ни о Макгонагалл, лежащей раненой в Хогвартсе, ни о своих друзьях, ни о проблеме с эрекцией, ни даже о том, что Снейп теперь о ней знал. Ему просто хотелось поспать, поэтому он поднес флакон к губам и сделал один глоток. Он заснул, едва успев вставить пробку обратно.