Мы все равно умрем через год

В три часа ночи Гарри сдался и отбросил бесполезную подушку в сторону. Он перевернулся на спину и потер уставшие глаза. Его член был болезненно тверд, и Гарри хотелось плакать. Мышцы сводило судорогой, а разум и тело были напряжены до предела. Ему казалось, что он не мог кончить, лишь потому что придавал этому слишком большое значение и был слишком взвинчен, чтобы расслабиться и получать удовольствие, ведь, откровенно говоря, техника была не такой уж сложной. Что бы он ни пробовал, ничего не работало. Ни подушка, ни рука, ничего. Он сжал простыни в кулак и в отчаянии пнул воздух ногой. Было чертовски несправедливо застрять в старом доме наедине со Снейпом, которого сложно ненавидеть за его отказ, учитывая, что Гарри был на двадцать лет младше и сейчас находился под его опекой, не говоря уже о напряженных семи годах, проведенных в Хогвартсе. Вместо того чтобы поваляться в постели еще пару часов, он решил спуститься на кухню, захватить немного печенья к чаю и взять книгу из библиотеки, чтобы отвлечь себя до рассвета. Может быть, чтение поможет ему заснуть. Оставив обувь в комнате, Гарри мягко ступал по темному коридору. Его босые ступни почти не издавали звука, но несколько ступенек предательски заскрипели под его весом. Он бы не хотел разбудить Снейпа и встретиться с его суровым взглядом раньше положенного. Ожидая, пока закипит чайник, Гарри размышлял о том, не совершил ли он ошибку. Да, он был в отчаянии, но это же Снейп. Он бы никогда не обратился с той же проблемой к Дамблдору или, не дай Мерлин, к профессору Макгонагалл, но почему-то он не чувствовал себя особо неловко, когда обращаться к Снейпу со своей маленькой (довольно среднего размера, судя по сравнению в раздевалке для квиддича, спасибо большое) проблемой. Может быть, ему стоило смутиться. Может быть, завтра утром Гарри следовало пойти и извиниться, или, возможно, он должен был навсегда забыть об этом инциденте и написать Рону (и только Рону) очень длинное письмо в надежде, что его лучший друг не умрет от смеха. Погруженный в мысли, Гарри медленно побрел с библиотеку. Он заклинанием разжег огонь и сел на тот же покрытый цветами диван, когда звук, донесшийся из темного угла, напугал его настолько, что он подскочил и пролил горячий чай на руку. Ругаясь себе под нос, он поставил кружку на стол и обернулся в поисках Снейпа. Мужчина сидел в кресле лицом к окну и спиной к Гарри. Его профиль, очерченный мягким серебристым светом луны, казался не более чем тенью. Правой рукой он опирался на деревянный подлокотник кресла и держал в ладони стакан виски. — О, здравствуйте, — сказал Гарри и удобно устроился на диване, откусив кусочек печенья. Он решил, что разумнее всего будет вести себя, будто ничего не произошло, поэтому небрежно произнес: — Не знал, что вы еще не спите. Снейп только хмыкнул. Он сделал глоток виски и снова опустил руку обратно на подлокотник. Золотистые искры бросали насмешливые отблески на янтарную жидкость. Гарри не мог отвести глаз. Он глядел, как длинные пальцы обхватывают стекло, и почувствовал, как дернулся его член. Черт возьми, ему следовало уйти, пока все не стало еще более неловким, но он был слишком упрям, поэтому остался на месте. Ничего страшного не произошло, они просто поговорили, к завтрашнему дню все забудется, и они вернутся к… — Учитывая, что вы не спите, я могу предположить, что ваш маленький эксперимент не удался. Гарри подавился крошками и громко закашлялся. Он сделал большой глоток обжигающего чая, и на глаза навернулись слезы. Он проглотил их вместе со своей гордостью. — Нет, не удался. — Как можно не знать, как доставить себе удовольствие, мистер Поттер? — недоверчиво спросил Снейп хриплым голосом, и Гарри невольно задумался, сколько стаканов виски он успел выпить. — Я же говорил… — начал Гарри, но Снейп перебил его. — Даже обнаружь вы существование своего члена лишь сейчас, вам бы хватило всего нескольких прикосновений, чтобы понять, что вам нравится, мистер Поттер. — Его голос звучал твердо и ровно, но задрожал, когда он продолжил. — Как же так получается, что, сидя рядом со мной, вы точно знаете, как доставить себе удовольствие, но не можете его достичь, оставаясь в одиночестве? А, мистер Поттер? Сердцебиение Гарри участилось, когда он уловил невысказанный намек. Не уверенный, какого ответа ждет Снейп, он осторожно произнес: — Возможно, в одиночестве я чувствую себя странно. Глупо — из-за того, что не могу ни в чем разобраться. Когда я один, я думаю слишком много и… начинаю нервничать, и у меня просто ничего не получается. Снейп сделал еще один глоток. Даже на расстоянии десяти футов Гарри слышал, как он сглотнул и сделал вдох. — А когда вы с кем-то? Этого никогда не случалось. Едва ли пять минут со Снейпом были в счет. — Я никогда ни с кем не был. — тихо признался Гарри. — Но раньше вы испытывали удовольствие. Это не было вопросом, но Гарри все равно решил ответить. — Да, испытывал. Когда сидел рядом с вами. Между ними снова воцарилась абсолютная тишина, даже полено в камине не смело потрескивать. Снейп мягкой подушечкой пальца постучал по стенке стакана, а затем быстрым движением опрокинул его содержимое. Когда Гарри поставил кружку обратно на стол и откинулся на спинку дивана, рука Снейпа снова расслабленно лежала на подлокотнике. Лицо профессора было скрыто тенями, поэтому Гарри мало что мог разглядеть, но он был пленен видом этих длинных пальцев. Манжета белой рубашки выглядывала из-под рукава черной мантии, доходя намного выше запястья Снейпа, и все же Гарри мог уловить движение тонких сухожилий, которые вздымались под кожей и таяли, как волны. По мановению пальца Снейпа к нему подлетела бутылка виски и почти до краев наполнила стакан янтарной жидкостью. Очередное движение пальца заставило бутылку отлететь и опуститься на стол. Снейп снова поднес стакан к губам. Опустошив его наполовину, он поставил его на деревянный подлокотник — стекло с глухим стуком опустилось на твердую поверхность. В тишине библиотеки этот звук казался слишком громким. У Гарри возникло странное ощущение, что рука Снейпа дрожит, поэтому он счел непроизвольное движение двух его пальцев случайностью, пока не заметил подушку, зависшую справа. — Ну что ж… вы хотите попробовать еще раз? — спросил Снейп хриплым и глубоким голосом. — На этот раз со мной в комнате? Член Гарри ясно выразил свой интерес, возбужденно подергиваясь, и что-то (адреналин, объяснил он себе) в низу живота вызывало у него такое возбуждение, что ему пришлось прикусить губу, чтобы не застонать вслух. — Вы… — Я тут ни при чем, — быстро заявил Снейп. Гарри подумал, что это не совсем правда, учитывая, что он остался в комнате, но решил промолчать. Все еще парящая в воздухе подушка врезалась ему в плечо, и он внимательно на нее посмотрел. — Хорошо, — сказал Гарри и взял ее в руки, опустив себе на промежность. Одно только это вырвало из него громкий стон. Что за черт, подумал он, но следующий вопрос Снейпа заставил его разум опустеть. — Вы хотите, чтобы я молча сидел и ждал, пока вы закончите, или мне стоит… говорить с вами? Последние три слова прозвучали не громче хриплого шепота, такого тихого, что поначалу Гарри засомневался, правильно ли расслышал. Он уже почти попросил Снейпа повторить, но вовремя осознал, что Снейп никогда этого не сделает. Ответ дался ему слишком легко. — Говорите со мной. Он напрягся в ожидании реакции на свои слова, но Снейп лишь крепче сжал пальцы вокруг стакана, что было обнадеживающе. Он не мог видеть Гарри, но Гарри его слышал, а большего ему было не нужно. Лишь кто-то, кто скажет ему, что делать, и поможет испытать первый оргазм. От этой мысли по его спине пробежали мурашки. Он так сильно хотел его испытать, хотя бы разочек. Гарри бы хватило всего раза, к тому же, он был уверен, что этого больше не повторится, никогда. — Что вы хотите, чтобы я сделал? — напряженно спросил Гарри. Изо рта Снейпа вырвался странный звук, похожий на смесь смешка и фырканья. Гарри проигнорировал его, стараясь не обращать внимания и не воспринимать это как насмешку, понимая, что иначе он потеряет самообладание. Снейп прочистил горло, но это было бесполезно. Его голос все еще звучал грубо и низко. — Ложись на спину, Гарри, — сказал он, и Гарри был слишком удивлен, чтобы повиноваться. Снейп никогда не называл его по имени, ни разу, и даже в самых смелых мечтах Гарри не мог представить, что впервые это произойдет в подобных обстоятельствах. Хотя, по правде говоря, нынешняя ситуация намного превосходила все его мечты. Снейп терпеливо ждал, но не повторял свою просьбу. В конце концов Гарри понял, что мужчина ждал, пока он подчинится. Он откинулся на мягкие подушки в углу дивана, стараясь лечь так, чтобы не выпускать из виду Снейпа. Хотя его лицо было скрыто тенями, лишь по краям обрисованное серебристым светом, при должном старании Гарри мог разглядеть движение его губ. И его ладонь, сжимающую стакан. — Да? — произнес с придыханием и прочистил горло, чтобы взять себя в руки. — Что дальше? — Не торопись. Действуй постепенно. Один шаг, затем второй, и на десятом ты будешь извиваться, кончая всем телом. Мысленный образ заставил Гарри сжать губы, чтобы не застонать. Его тело тоже отреагировало, и он невольно сдвинул бедра. Картинка в голове выглядела очень заманчиво, и Гарри хотелось скорей достичь этого этапа. Он прижал подушку к груди. — Разве не это наша цель? Десятый шаг? — Это вызов, мистер Поттер? — произнес Снейп, растягивая слова, но Гарри показалось, что он улыбнулся. — Если вам так хочется, — ответил Гарри, ощущая внезапный прилив храбрости, и ослабил хватку на подушке, услышав, как трещит ткань. — Возможно, но для начала я бы хотел кое-что прояснить. Если в течение следующего часа настанет момент, когда вам захочется побыть одному, вы немедленно сообщите мне об этом. Вам понятно? Гарри знал, что этого не случится, но все равно сказал: — Да. Весь смысл в том, чтобы Снейп находился рядом, ведь так? С чего бы ему хотеть выгонять его? — Вы уверены, что хотите этого? Вместо ответа Гарри почувствовал, как вспышка желания пронеслась вдоль его позвоночника. Он приподнял бедра, скользнув членом о плотную ткань нижнего белья, и издал громкий стон. — Да, я уверен, профессор.