Было так..

-Мистер Шел, ещё не поздно уйти? Девушка держала телефон в одной руке, а швабру в другой. Кроссовки, взятые на смену обычной обуви, уже пропитались кровью. Ей было противно и мерзко, но за час монотонной работы уборщицей, она уже свыклась с мыслью, что это тотальный конец. «Если я уйду, в меня выстрелят» - крутилось в голове раз за разом. Лена много думала на этот счёт. С тех самых пор, как узнала свой диагноз. Человеческая жизнь.. Случись что, требуется много денег на лечение. Бог так захотел. А кто-то полностью здоровый умирает, только потому, что другому так захотелось и ничего с этим не сделать. Се ля ви. Закончив с уборкой, Элен намыла руки с мылом в четвёртый раз. То ли она смывала едкий запах хлорки, то ли не хотела возвращаться, и потому тянула время. Кто знает. Но факт остаётся фактом. Там, в том кабинете, сидит он. И ослушаться она не может. -Опа, мальчики подъехали, - Дэниэль тихо рассмеялся, держа в руке стакан коньяка. У Элен уже глаз дёргался. Знает его от силы часа два, а уже ненавидит всей душой. -Мистер Дэниэль, я закончила с уборкой. Что-то ещё нужно? Парень оценил её взглядом, подзывая к себе. У Элен внутри всё кипело. Ладно Вайен придурком оказался, только её тело и замечал, но тут то что? Если и спать с ним придётся за деньги, то лучше пусть сразу застрелят. Неохотно подойдя к столу, девушка наклонилась вперёд. Ей протягивали нечто странное, что-то.. -Вы с ума сошли? – Элен отодвинула его руку, осматривая лицо. Теперь на один зуб во рту парня было меньше, а в его руке лежал клыкастый кулон. Такой подарок побил по оригинальности любой, какой могла бы получить Лена. В небольшой стеклянной баночке с пробковой крышкой лежал окровавленный клык. -Это тебе, вместо ошейника. Не думаю, что ты такое бы оценила. Как будто она оценила это. Но спорить было бесполезно, поэтому подарок красовался на шее Лены. Она вспоминала все те картины в коридоре и её трясло. Ну вот как.. Элен думала, что это только первый день тяжёлый, а дальше всё станет в разы легче. Но час от часу не легче, и потому, каждый её день был наполнен сюрпризами. Ей выделили комнату с отдельной ванной, форму, сменную одежду. Показали и объяснили где и что лежит. Она быстро поняла, что Дэниэль тот ещё уникум, потому что в свои годы не умел ничего (либо очень умело притворялся). Она ежедневно готовила блинчики, стирала вещи, закупала продукты, выполняла каждую просьбу и поручение, даже успевала делать домашнее задание. Уставала до безумия. Как будто этот пункт был обязательным в её новом расписании. Если вечером она ещё могла стоять на ногах, значит, плохо работала. Чеьянн-Элиас Мэйсон, один из тех, кто принимал на работу Элен, записал её на такое многообразие курсов, что взглянув на новое расписание, Лена даже не знала, куда вставить свою усталость. Боевые искусства, стрельба, первая медицинская помощь. Со временем присоединились жестовый язык, курс фотографии, кулинарии. Видимо для полноты картины её стали учить водить машину. Теперь она была и уборщицей, и няней, и поваром, и водителем, и всем на свете. Как говорят, и швец, и жнец, и на дуде игрец. Но Лена старалась так не шутить, а то мало ли. В блоге уже собрались недовольные. Постов от девушки не было больше месяца. Да и в школе она не появлялась. Айлита радовалась, что та, наконец, умерла или уехала, ведь теперь она встречалась с любимым Виеном и делить его ни с кем не собиралась. Элен же было не до блога вовсе. С тех пор, как у неё появился рабочий телефон, она и маме отвечала редко. И что хуже, не могла даже рассказать, что происходит. Кэрита волновалась, что дочь попала в какую-то секту, оттого не может вернуться домой. Грозилась вызвать полицию, но Лена быстро смогла её успокоить. Она ведь послушная и примерная дочка, маме бы точно не соврала. На второй месяц работы, Элен вспомнила про свой день рождения. Ей теперь было 18 лет. Совсем недавно она отсчитывала дни, а сейчас не верила даже такому. Время в её голове отныне текло иначе. Сложно сказать, что она вообще проживала свою жизнь. Быть заложницей онкологии, неизвестных ей людей и денег – вот её нынешние реалии. Дальше ей будет 19, 25, 30 лет, а она и не заметит. -Мистер Дэниэль, я закончила с поручением. Что дальше? – она смотрела на парня безучастным взглядом. Что-то в ней рушилось, трескалось, ломалось, но даже она сама не могла этого заметить. Парень сидел на полу, держа в руке бутылку коньяка. Таких бутылок у него было много. Они окружали его. Полупустые, разбитые. Элен чувствовала себя так же. Как едва целая бутылка этого чёртового коньяка. -Да что ты заладила то, блять, - парень попытался подняться, но снова спустился по стенке вниз. –Я Саша. Александр. Да кто угодно, мать твою. Прекрати уже вести себя как робот! Он бросил бутылку в сторону девушки, поднимаясь и направляя на неё пистолет. В тот момент что-то всё-таки сломалось. То ли терпение, то ли нервы, то ли доверие Лены. Словно бутылка треснула и из неё потекла обжигающая жидкость. Это слёзы. Парень отступил, заметив лицо девушки, и просто ушёл прочь. Ни на какие просьбы он не реагировал. Элен понимала, если он сейчас уйдёт, то виновата будет она сама. После выстрела её жизнь рухнула.