Отражение тёмной головоломки

Хозяйка поместья встречала гостей у парадной лестницы, от ее настроения и обходительности зависело то, как будут себя чувствовать на балу приглашенные. Она беседовала с каждым гостем, пусть и не больше пары минут, а также знакомила между собой людей. Изображая на лице вежливую улыбку, как за хорошей ширмой, можно было увидеть лицемерие. Хозяин дома встречал приглашенных дам и джентльменов уже в гостиной. Гости, что только прибыли, бродили по обеим сторонам зала и указывали на красиво оформленные вывески, обозначающие каждый дом — как известный, так и пользующиеся дурной славой. Такой серьезный подход к количеству приглашенных был связан с тем, что хозяева не рассчитали вместительность своих комнат, и в бальных царила жуткая духота, от которой люди могли упасть в обморок. Так как ни кондиционеров, ни вентиляторов не было, обходились столом с разноцветными глыбами льда. Оркестр играл не замолкая, даже ни на секунду. Огромные подвесные люстры из каскадного хрусталя освещали нежным оттенком помещение. Они не использовали электричество, там находились настоящие свечи, что дарили максимум романтики и очарования, полное перемещение на несколько веков назад. Годжо целует руку хозяйке. Ведя с ней светскую беседу и обдумывая ее просьбу найти проклятие, перемещает свою недовольную спутницу в центр. Дама приезжала на бал с супругом или, при его отсутствии, с подругой и мужем этой подруги. Горожане, завидев Сатору, застывали в учтивых поклонах, а потом, когда тот исчезал из поля зрения, возвращались каждый по своим делам, но бросали косые взгляды на Анархию. Они все без исключения были хорошо одеты, приветливы и, казалось, вполне довольны своей жизнью. Нобара и Мегуми прибыли под видом парочки, что бы проникнуть внутрь. Находясь неподалеку, Итадори выжидал на верхушке соседнего здания. Кугисаки все еще помнила поступок новенькой, бубня под нос различные обзывательства, на что Фушигуру закатывает глаза и жалеет, что вообще согласился на эту авантюру. Все аксессуары — перчатки, туфли, цветы, веера и оперный плащ — были аккуратными и новыми. Бальной обувью были туфли, напоминающие пуанты. Они плотно обхватывали ступню, имели полукруглый носок и плоский каблук. Правила обязывали надевать перчатки в гардеробной и запрещали оставаться без них в танцевальном зале. Дамы почтенного возраста брали с собой носовые платки, лорнеты, программы бала и перьевые веера. А более молодого возраста не выезжали на вечер без сумочки-ридикюля с флаконом духов и пузырьком с нюхательной солью от обмороков. У мужчин черный тонкий фрак и брюки того же цвета, белый жилет, демонстрирующий широкий вырез рубашки. Светлый галстук, без вышивки, лакированные сапоги, перчатки и белый льняной платок. Немаловажным был и выбор цвета платья — дамы выбирали оттенки, исходя из своей фигуры, цвета лица и волос. Блондинки выбирали нежные цвета — розовый, голубой, белый, яблочно-зеленый. Брюнеткам дозволялись более насыщенные и даже яркие цвета. Из украшений допускались запонки, золотые солитеры и цепочка для часов. Мимо Анархии прошел чей-то кавалер в парадном мундире, отороченным мехом, с серебряными галунами и эполетами с бахромой. Она не сдерживаясь, засмеялась, ведь один только вид вынуждал тут каждому присвоить обидную шутку. Сама Анархия в платье выглядела роскошно, поэтому ей не требовался яркий макияж. Леди дополняли свой образ исключительно украшениями с натуральными драгоценными камешками, но она посчитала это лишним декором. В первую очередь, ее одежда отличалась женственностью. Платье многослойное и пышное, благодаря кринолину. Фасон «песочные часы» позволял подчеркнуть плавные линии дамской фигуры, а корсет приподнимал грудь. Все это приобрел для нее Сатору, не желая принимать что-то взамен. Волосы ее были собраны в высокий хвост, но чувствуя дискомфорт, она стянула резинку. В это движение уместилась бы целая эпоха, мир роскоши и красота истинного искусства. - Я отойду на минутку, не скучай, ангелочек. – Преподаватель быстро исчезает из поля зрения, но он не особо то и волновал студентку. - Можешь не возвращаться. - Голоса лились отовсюду, сложно было сосредоточиться на одном. Девушка расхаживала и зрительно изучала гостей, что казалось ей безумно скучным. Анархия частично уже изучила всю доступную информацию о местных ресурсах, подслушивая других, и промышленности, хотя большую часть времени она посвятила исследованию транспортной и радиовещательной систем. Все находилось под контролем правительства, и чем слабее связь между людьми, тем труднее им поднять восстание. Именно поэтому анархия не хотела, чтобы внешние сектора свободно общались друг с другом. Здесь были люди с высокой репутацией и должностью. Годжо не слышно и не видно, но зато Мегуми глазел на одну бабушку в черном у длинного окна. Анархия накинула предположение, что это и есть то самое проклятье, которое их привело сюда. Она еще не может видеть проклятую энергию, что бы различать всех. Во время ее размышлений, кто-то задел плечо и поворотом развернул корпус. Раздраженно оглядевшись подобной выходке, Анархия замечает рядом стоящую Нобару. - Ой, - корчит Кугисаки из себя невинную овечку, прикрывая рукой свою нижнюю часть лица, и тут взгляд приобретает противоположные краски. – ты не танцуешь? Не переживай, можешь присоединиться к той кучке. – Веером она указывает на пожилых дам, которые стояли за столом и перекусывали. – Их наверняка сто лет никто не приглашал на танец, найдете много общего. - Да я смотрю за твоей спиной очередь кавалеров разрывается. – Насмешкой Анархия ударяет по самооценке Нобары, пока та сжимала складное опахало. - Ха, да я за один вечер покорю столько сердец, сколько за всю жизнь к тебе не подкатывали! – Заявляет девушка с каре и нагибается к «сопернице». Новенькая отвечает тем же жестом и их лбы соприкасаются. - Да я за два счета тебя уделаю. - Докажи. - Разрешаю тебе поплакать после проигрыша. Гордо развернувшись друг от друга, они направились к своим намеченным жертвам. Именно эти качества — любезность, обходительность и сдержанный энтузиазм — незаменимы для того, чтобы с успехом выполнять свою роль в светском обществе, занятом исключительно обустройством браков и поиском способов бессодержательно, но интересно провести время. Этот эталон светскости не меняется с ходом лет или с переменой географических координат. От настойчивости Кугисаки претенденты не то, что бы шарахались, а отлетали в противоположную сторону. Про Анархию можно и не зарекаться, её угрожающий взгляд желал только лучшего. Две девушки пересеклись снова, находясь в разных углах помещения. Каждая, по шажочку приближалась к центру, где стоял Мегуми. Их план совпадал и работал по принципу «пусть только попробует отказать». - Нет. – Студент даже не дождался их предложения, спокойно попивая свой напиток. Девицы нахмурились и пытались пробить его безразличие своей настырностью, но все тщетно. - Вокруг Годжо-сенсея так много народу. – Брюнет наблюдал за преподавателем, а если быть точнее, то рядом стоящими людьми. Проклятие еще не обнаружилось, но та старушка в черном продолжала смотреть в окно, как будто все происходящее за спиной ее не волновало. - На дешевую вещь всегда много покупателей. – Покидая компанию одноклассников, Анархия невзначай молвила и направилась к подозрительной даме. От шибкой фразы ученик подавился своей водой, а Нобара выпустила сдавленный смешок, прикрывая кулаком рот, пока другой рукой била ладошкой по спине друга. Со стороны угощений очередная парочка поссорилась и развела скандал, но хозяева быстро все уладили, поговорив с ними отдельно. - Влюбленные задыхаются в двух случаях — когда любят и когда их разлюбили. – Цитируя мысли, женщина в возрасте даже не взглянула на собеседницу, которая хотела незаметно подкрасться. Анархия глядела то на них, то на пенсионерку, но та даже не обратила внимание на летящие платья, непринужденные разговоры, красивую музыку. - Я вас, люди, не понимаю. Если любите кого-то, вы боитесь, что об этом узнают. Но когда оказывается, что вы тоже небезразличны другому, жалеете о потерянном времени. А если завтра ваша планета взорвется? – Задает риторический вопрос студентка магической школы и смотрит в ту же точку, что и пожилая гостья. Наличие двух оркестров давали завершающие аккорды первого плавно перетекали в новую композицию, которую исполняла уже вторая группа. И так по кругу. Музыка не прерывалась ни на минуту, разливаясь по всему помещению. - В какой-то момент вся боль становится не трагедией, a фундаментом, на котором ты себя собираешь бережно, по частям. – Пока Анархия переосмысляла услышанное, сразу же ловит редкое удивление, слегка сгорбившись. - Кто-то пустил слух, что вы с Годжо пришли сюда как официальная парочка. - Что? – Потребовалось несколько минут, что бы термометр подбросил ртуть к вершинам цифр, зашкаливая до предела. – ЧТО?! – Новенькая начала искать виновника, но даже понятия не имела, как он выглядит. Для чего это было сделано? В курсе ли сам Сатору? – Кто вам об этом сказ…- Возвращая взгляд на прежнее место к окну, она поймала глаза собеседницы. Её лицо не выражало эмоций, только маленькие чёрные глаза поблескивали из глазниц, такие старые, что кожа в них напоминало скорлупу грецкого ореха. Всё распалось на серебристые точки, шея онемела. Сильный спазм в животе чуть не вызвал струю грязной жидкости изо рта. Пожилая женщина что-то бормотала на неизвестном языке. Анархия снова посмотрел на нее. Что то было в этих глазах, странное и сильное, из-за чего студентка не могла долго удерживать зрительный контакт. Губы старушки были втянуты в рот, нижняя челюсть испещрена глубокими морщинами. Яркие белые волосы на крошечной голове были очень густые, но короткие, и, похоже, она подстригла сама себя. Ростом она вышла низкой и издали напоминала ребенка в своем закрытом платье. Ещё одна деталь усилила дискомфорт: чувствовалась связь. Раздался негромкий стук маленьких ног, который больно отзывался в висках Анархии. - С вами все в порядке? - Лёгким прикосновением руки, мужчина перевел внимание на себя. След старушки и вовсе исчез, как будто ее здесь и не было. Анархия растерялась, когда все странные симптомы ушли вместе с гостьей. – Мисс? - Да в порядке я. – Грубо отвечает девушка, отмахиваясь от кавалера без спутницы. Как только она хотела найти своих товарищей, подскочила от неожиданности - оркестр перестал звучать. У рядом стоящего у мужчины потемнело лицо, как будто эта песня колыхнула в нём застарелую ненависть. Молниеносный свист над головой не дал шанса быстро среагировать. Она устремляет взор наверх и видит, что ближайшая люстра отваливается от крепления. Кронштейн подвел своей прочностью, крюк не выдержал тяжесть. Водопадная хрусталь летит прямиком на Анархию, но чья то крепкая хватка выводит из точки приземления опасного интерьера. Студентка не успела что либо понять, но когда подняла свой подбородок, то увидела Годжо. Он обладал невероятной скоростью, что спасло ее. В ту же секунду слышит оглушительный треск. Именно в этот момент она поняла, что людская жизнь такая же хрупкая, как раздробленная от высоты хрусталь. Несколько человек, которых она замечала раньше, все ещё толпились, глядя на люстру. И только сейчас, когда вспыхнул огонь, зацепившись за тюль у окна, начал незамедлительно распространяться, а запах дыма подниматься к потолку, стараясь захватывать все больше пространства. Огонь похож на монстра. Остановить его было непросто, он рвался в бой против мирных. - Потанцуем? - Пожар буйствовал, как зверь в загоне. Опасно «бродит» сам собою на свободе, пока Годжо мирно улыбался. Пальцы Анархии так и тянулись сорвать эту маску, что скрывала его глаза, но сейчас удача стояла за его спиной, а за ее Проклятие. Она тоже почувствовала присутствие постороннего, так как все гости уже были выведены из здания Мегуми и Нобарой, которым было велено ждать на улице. [Тут я вам советую включить песню "фейритейл" Александр Рыбак] К удивлению Сатору, вместо того, чтобы дать резкий отпор, девушка ничего не ответила и хранила молчание, пока они не заняли свою первую позицию. - Кто это? – Краем глаза она замечает монстра, но отнюдь, таким ее не напугать. Худощавое строение мышц смотрелось негармонично с огромным лбом и глазами. - Негативные эмоции, такие как ненависть, страх, зависть, стыд заставляют Проклятую энергию выходить из тела человека. Аккумулированная Проклятая энергия может воплотить себя в виде Проклятого духа. Из-за большого количества негативных эмоций, которые люди обычно испытывают в людных местах. – Слишком жарко и душно. Если задержаться еще на десять минут, то можно легко задохнуться от густого серого дыма или сгореть. Вокруг царил хаос: огонь уже забаррикадировал выход, окна и стены с потолком. Один Годжо был спокоен, даже не так, он был в своей тарелке, как и Анархия. Им обоим это было по вкусу, но доверия между ними столько, сколько морей в пустыне. Преподаватель вручил своей студентке саблю, наделив оружие частицами проклятой энергией. - Откуда у тебя... - Ее слова оборвались, когда Проклятие напало на них, но Сатору вовремя среагировал и прижал девушку к своей груди. Кожа его пахла сиренью и сам он был словно нежный, непокорный дух, овладевший всей ситуацией. - А ты думала, я просто так пропал на несколько часов? - Серия быстрых поворотов, в которых пара казалась единым солнечным шариком из-за обилия пожара вокруг, завершилась плавным выходом на позировку. – Я рассчитывал на твою догадливость, - Прямая спина, иной взгляд. Так не смотрят на человека, с которым почти ничего не связывает. В его случае, так смотрят на любимую девушку или врага - две стороны одной медали. И лишь чертящие рисунок на паркете стопы напоминают, что это все – реальное безумие. - не разочаровывай меня, ангелок. Фирменно выгнув бровь, она специально наступает ему на ногу, давя всем весом. - Ну-ну, не огорчайся. – Дразняще провоцирует девушка, оголяя в улыбке зубки. - Хочешь наступлю на вторую, чтоб было симметрично? – Данная фраза лишь вызвала усмешку у него, но это не такую, на которую рассчитывала новенькая. Проклятие нескончаемо нападало на них, но мужчина ловко, не попадая под удар, передвигался и грамотно отбивался саблей. Распущенные черные волосы вальсировали в такт. Анархия решила тоже себя проявить и поменяла их местами, что бы быть ближе к монстру. Она наносит серьезное увечье противнику двумя махами, не отрываясь от танца. Грация ее руки вызывала восхищение, а лицо наполнено задором.  - Смотрю, ты неплохо справляешься с оружием. – Замечает Сатору, возвращая ее на прежнюю позицию. Слой платья запоздало по инерции взметнулся, на следующий удар уже стекая по ушедшей назад и натянутой до предела ноге. Идеальные линии, глубокий прогиб в спине и азарт, ослепляющий сильнее пламени вокруг – все невольно приковывало взгляд. Их общий противник метался из стороны в сторону, пытаясь хотя бы задеть часть тела, но все нанесенные удары значительно его замедлили. - И любая "игрушка" может убить Проклятие? - На поворотах голова кружилась, и все, что попадало в поле зрения, смазывалось, превращаясь в бесконечную карусель из кровавого цвета. В этот момент рождалось то самое чувство полета и легкости, что переполняло от витающих в воздухе звуков быстрого вальса. - Если наделить оружие проклятой силой, то оно становится талисманом. - Ну и кто тогда нанесет последний удар? – Азартно спрашивает студентка, видя, что монстр уже вот-вот свалится. - Дамам надо уступать. - Мужчина жил на грани горячего темперамента и холодного рассудка. У таких, как он, всегда найдется туз в рукаве. Само Проклятие было слабое, поэтому победить резким махом сабли не составило труда. Бездыханное тело звонко падает на пол. Анархия, ухмыльнувшись, с тем же потоком направила острый конец к лицу Годжо, но должна признать, что не ожидала увидеть перед собой ту же картину. Преподаватель на это и рассчитывал, поэтому первее направил саблю. Алый оттенок огня все ближе подпускал свои язычки пламени к ним. Пара начала ходить по кругу с вытянутой рукой, а режуще холодный клинок каждого указывал на индивидуального врага. - Я знаю, что ты тоже Проклятие. – Заявляет маг, уверенно делая шаги. - Какая жалость, - Она даже не постаралась придать словам эмоции, а вложила полное безразличие. – только вот меня не убить этой игрушкой, как этого придурка. - А кто сказал, что я собираюсь тебя убивать? - Тогда чего тебе нужно? - Контракт. - И что же стоит на чаше весов? - Ты не будешь пока что вредить моим студентам, а я гарантирую тебе безопасность.  - В чем подвох? – Если выгоду она здесь видела, то минусы еще не разглядела. Всего то не трогать Мегуми, Итадори и Нобару? Да запросто, ей это по силам, но почему так просто? - Ну что ты сразу так? Никакого подвоха нет. - Тогда что будет после того, когда мы выполним обещания? - Я казню тебя. – Непринужденно произносит Годжо, опуская свое оружие.  - Или я убью тебя. – С тем же тоном парирует новенькая и отвечает на его рукопожатие, а мелкая дрожь свидетельствовала тому, что контракт состоялся на славу. Резкий рывок за запястье девушки заставил выдохнуть в лицо напарнику скопившееся непонимание. - Играй дальше в непокорность, чувствуя обманчивую свободу и власть, ангелочек. – Вся дистанция между ними уничтожилась. – Как же звать то Проклятье, что сидит внутри тебя? - Мной никто не управляет, я и есть Проклятье. - Ее белые ромбовидные зрачки расширились, а уголки губ дернулись в издевательском лике. – Я – Анархия. - Интересный экземпляр. – Шепчет преподаватель чуть ли не в губы напротив и перемещает их тела наружу. Как ни странно, но он ей поверил, так как начал уже догадываться. Наконец то свежий запах поступил в организм, очищая от зловонных остатков дыма. Тут дожидался основной состав студентов, переживая за жизнь близкого учителя и новенькой. - Почему так долго? – Итадори подбежал самый первый и пытался найти хотя бы одно ранение или ожог, но парочка была невредима. - Это нечестно! – Возникает Кугисаки – Вы нам сказали ждать здесь, пока развлекались с монстром. Я, вообще-то, тоже хотела его прибить! - Ох, не переживай, я найду тебе достойного соперника. – Утешает ее Сатору, хлопая по спине. - Никто из вас не проголодался? – Не дожидаясь ответа, он уже видел светящиеся глаза Нобары и Итадори. – Ладно-ладно, сегодня все за мой счет. Мегуми и Анархия оглянулись с легким раздражением. На данный момент они разделяли чувства друг друга, ведь хотели уже прилечь и отдохнуть в общежитии. Новенькая для сильнейшего мага инструмент - послушный плащ, что когда то решится стать тореадором. На что и были поставлены ставки. Трое друзей шли впереди, а учитель и Проклятие прилично отставали. Все маски были сорваны для Годжо, но Анархия до сих пор не разгадана. Непринужденность, возникшая между ними, во время разговора, бесследно улетучилась. - Ну не злись, ангелок. - Сладко тянет мужчина и напоминает про спор с одноклассницей. - Кстати, получается, ты победила Нобару? - А ты откуда об этом знаешь? - Птичка напела. - Есть там еще одна птичка, которая слух пустила о том, что мы встречаемся. - Девушка была без настроения, поэтому угрюмо шла за ребятами. - Ох, точно, это же был я. - Сатору начинает звонко хохотать, продолжая свой путь, а Анархия остановилась. - Так значит...это твоих рук дело...- Почти истерично посмеявшись, она поднимает свое платье и снимает туфлю. Её бросок оказался метким, но Годжо давно натренировал свои инстинкты, поэтому спрятав руки в карман, плавно отошёл в сторону. Обувь прямиком летит в Итадори, который шутил не в тему, а теперь еще и получил в затылок подарок от новенькой. - ДА ЗА ЧТО?!