Отражение тёмной головоломки

Анархия бежит в спортивно сиреневом комплекте по мосту под которым находится холодное море. Шорты свободные по обшивке, а топ обнажал талию, но немного сковывал в груди. Черные локоны собраны в тугой хвост, который за спиной принимался разные волнистые обороты. Вся компания вернулась с острова Кюсю. Возобновились ежедневные тренировки и обучение по контролю проклятой силы. У брюнетки большие успехи, и все благодаря ее упорному труду и мотивации быть во всем первой. Ноги чуть проваливаются в песок, от чего передвигаться сложнее, но трудности как раз таки придают дороге ценность. Девушка отключилась от себя, стала наблюдателем. Не анализирует, не додумывает, не взвешивает. Свойственных марафонцам мысли о финише тоже нет. В эти минуты все ее действия — реакция физического тела. Душа воспаряет, возвращается, когда останавливается для передышки. Бег не бессознательный процесс, наоборот, она все слышит и замечает. Впечатления складываются в тайник, открыть который сможет только когда снимет кроссовки. Ветер подхватывает Анархию, несёт по потоку. Складывалось представление, что если она раскинет руки, то они превратятся в крылья, поднимая в полет к таинственному небу. Проклятие не хотелось обгонять обстоятельства и свои возможности. Когда сердце гулкими ударами отзывалось в груди, сбавляет скорость. В моменте Анархия задумалась, что жизнь подобна морю. Они плывут по быстрому течению, кого-то оставляя за бортом, а кого-то принимая. Безжалостные волны накрывают человека, пытаясь сломить волю и убить мечты. Только самые сильные смогут доплыть до берега. Но является ли берег концом путешествия? - Тренируешься? – Врывается в размышление Годжо со своим внезапным появлением, ненароком заставляя Анархию спотыкнуться. Вторым делом бросилась в глаза его коричневая футболка, которая была изрядно помята. – Аккуратней, Ангелочек, этой земле еще нужны такие добрые люди, как ты.  - Ты откуда взялся?! – запыхаясь, девушка ошарашено смотрит на учителя. Не желая продолжать в том же ритме, отбросила свои принципы «буду с природой одним целым» и рванула со всех ног. Она устала каждый раз думать о нем. Каждый божий день. Будь это тренировка или случайная встреча в коридоре. Даже когда появлялись сомнения, что вот-вот встретит, обязательно натыкалась на него.  - Нет, я не следил за тобой. – Ему даже не составило труда сравняться с ней, это и смотивировало ее бежать быстрее. Но от Годжо так просто не избавиться, поэтому вновь достигнув одной дистанции, продолжает говорить спокойным тоном. - Просто пошел туда же, куда и ты.  - Я не нуждаюсь в компании. – Ее не смущало то, как это все выглядело со стороны. Сатору как будто-то маньяк, который преследует беззащитную, а она несчастная жертва, сбежавшая из заточения. Как только она обгоняла, маг на шаг впереди. В прямом смысле этого слова.  - Что-что? – В беге наклоняется парень, прикладывая ладонь к уху, что-бы лучше слышать. Кто-то принимал их за парочку, кто-то за брата и сестру, но на деле убийца и искусный маг - заклятые враги.  - Я говорю, - излагать мысли все сложнее, а всему виной сбитое дыхание, - не нужна мне, пх, компания.  - Чтоооооо?  - Очень смешно. – Она плечом толкает его в сторону, из-за чего тот спотыкается об свою же ногу, но в скором времени отвечает ей тем же. Так они толкались до того момента, пока в кусты не отлетела Анархия. Вся она была в листьях разных форм, облокотилась на локти и скривила линию губ. Остановившись, он начал смеяться так, словно сама душа возрадовалась, громко и звонко. Она, злобно смотря на непрошенного компаньона, выплевывает зеленый лист в сторону. Футболка влажными пятнами липнет к спине. Вдали, за спиной мага, вспышками переливаются блики. Как будто абсолютно все против нее, даже природа выделяет чёткий образ Сатору.  - На сегодня достаточно. – Мужчина помогает ей встать и стряхивает лишнюю зеленоватую растительность с волос. - Я сама решу. - Анархия отбивает его руку в воздухе и продолжает испепеляюще смотреть.  - Не перетруждайся, я сделал это за тебя. – С разными эмоциями они все же садятся под деревом, чтобы в теньке скрыться от солнца. Из соседнего парка ветер приносит аромат свежести, от берега несёт запах солёный сырости, а Годжо притягивал к себе благовонием легкой мяты. Пока слышался шелест листвы, маг с наслаждением поднимает голову в маске на глазах и глубоко вздыхает. Анархия пытается незаметно кинуть взор на мужчину, и, по ее мнению, когда удалось, зачарованно разглядела его сбоку — линию века, прямой нос, загадочно сомкнутые губы, упрямый подбородок. Ей казалось, что он собирал силы в душе, созерцая эту даль.  - Красив, не так ли? – С ухмылкой произносит Сатору и ложится на спину, раскидывая руки по сторонам. - Почему ты уже несколько недель за мной следишь? – Из чистого интереса спрашивает брюнетка, отворачивая голову от объекта внимания. - У меня плохое предчувствие, – Честно признается маг, - не хочу, что бы с тобой что-то случилось. - Ты можешь быть рядом, но не защищай. – Она уже не отрицает того факта, что присутствие Годжо ей приятно. Но внутренняя борьба принципов продолжалась. Анархия пыталась избегать его в школе, но душой тянуло к нему. - Потом не прибегай плакаться ко мне. - Иди к Итадори с такими советами. - Ты зря его недооцениваешь, он сильный. – Чуть задумавшись, добавляет. – Один из сильнейших среди студентов. - Почему его не казнили? - Мне пришлось разорвать слишком много связей, - маг не отвечает прямо на вопрос, лишь дает повод додумать ответ, - жечь слишком много мостов, и я знаю, что дорого заплачу за это, но отныне не хочу оглядываться назад. – Понимая, что история будет интересной, она так же ложится на спину, а вместо подушки использует руку Годжо. Пока голова Анархии лежала на его бицепсах, мужские пальцы машинально начали играться с черными локонами, которые распустила девушка для удобства. - Мне посвящали тайны и открывали сердца, а я в итоге всех убивал без эмоций на лице. - И после этого ты строишь из себя героя? - Вовсе нет, я не отвергаю зло. – Он доверял девушке, у каждого была тайна другого, даже общая. - Не знаю абсолютно добрых людей. Всё находится в равновесии. Если добро и зло в идеальном балансе, проблем не возникает. - Тебе не надоело защищать слабых? - Общество должно защищать слабых, - не похоже, что эти мысли исходили из головы учителя. Студентка не сомневалась в его помыслах, но как будто он цитировал слова другого человека, - и держать сильных под контролем. Магия существует для защиты тех, кто ею не обладает. - Я ненавижу такие нравственные понятия. Причины и ответственность по отношению к магии – удел слабых. - В каком-то смысле я тебя понимаю. Анархия удивилась, что он не стал внушать ей мнение большинства и принял ее позицию. Принял ее. - Годжо, какая у тебя цель? – Казалось, этот вопрос не нуждался в ответе, а был цепочкой следующего. – Что с тобой случится, если ты потеряешь ее? - Я не ограничиваюсь одной. Из одной вытекает другая. Найду способ. - Она тоже пыталась найти. – Неведомые силы подсказали ему, что речь идет о ее прошлом сосуде – хозяине. – Очень долго пыталась, и в поиске потерялась. - Что же потом с ней случилось? – Годжо был приятно удивлен, когда девушка сама заговорила на эту тему, без принуждения. - Она сбежала от всех, и я единственная, кто был с ней всегда. Она не понимала, что все то, что я делала – для нас двоих. - А ты спрашивала ее? – девушка запрокидывает голову, что бы было удобнее смотреть на собеседника. – Ты делала это по своему желанию, но спрашивала ли ты, чего хочет она? - Ее предел мечтаний это глупая любовь! – Нотки злобы просачивались в словах, но рядом с Годжо, в последнее время, любые негативные эмоции приобретали позитивный окрас. – Да плевать, я все равно ей отомщу. Жаркое, горячее солнце крепко держало в своих руках эти края, а отсутствие облаков развязывали ему руки. Они в тени, в своём небольшом, но действенном убежище под сенью крепкой яблони, неизвестно откуда взявшийся здесь. На одной из веток пела птица, возможно, для мага и убийцы, а возможно, для другой птицы, стеснявшейся людей. - Ты потом тоже сбежишь? – Отрешенно проявляет чуткость маг, пока Анархия пыталась разобрать суть. Она даже и понятия не имела, что его заботят такие мелочи, как ее уход. Казалось бы, она сразу дала понять, что кроме повышение своих магических сил ничем не интересуется. Но неприязнь от одного только представления, что придется их покинуть, рушит барьер между планами. – Ты найдешь создателя, потом отомстишь и…все? Не боишься потеряться в поиске, как она? - Не сравнивай меня с этой неудачницей! – Она хочет встать, но Годжо легким движением руки тянет женское туловище обратно. – Что ты делаешь?! - Ты живешь в своем крошечном кусочке времени. Этот кусочек времени – не только твоя собственная жизнь, это переплетение всех остальных жизней, происходящих одновременно с твоей. Ты – это выражение истории. Ты не как твой создатель, ты уже Анархия. – Именно в этих словах нуждалось тщеславие девушки. Его щека касается травы, чувствуя холодок. Нависая над ним, Проклятие нагло тянет руку к лицу и приподнимает маску. Однажды, уже заглянув в голубые глаза, привиделась вечность, сейчас нескончаемый космос. Он использовал свое зрение так, будто завтра поразит слепота, до мелочей изучая черты лица. Слушал девичий голос так, словно завтра оглохнет навсегда. Сложно контролировать эмоции, когда души уже скованны, а губы находятся слишком близко. Годжо аккуратно заправил ей за ухо прядь волос, что спадала ему на лицо. — Я медленно становлюсь тем монстром, которым должна была быть давным-давно. Пойдешь против меня? - Каждый раз, когда он смотрел на Анархию, по нежной коже пробегались мурашки, даже когда она увидела его впервые, в груди что-то екнуло. Это чувствовалось, но в первый раз он ей вовсе не понравился. Ученица просто сходила с ума от глаз, от этого серьёзного и мягкого взгляда.  - Каждый из нас не случаен друг для друга. – Он переваливает ее на лопатки, а сам заслоняет солнце, создавая видимую тень головы. Девушка не могла перестать любоваться его волшебной внешности, такой легкой и непринужденно, но одновременно манящей и цепляющей. - Для кого-то мы — лишь генеральная репетиция, для кого — работа над ошибками перед самым важным, а для кого-то мы и есть то «самое важное». - У тебя что, аллергия на внятные ответы? - Проклятие толчком по плечу меняет позиции в позе и все возвращается как было, - Отвечай. - Пойду. – Увидев ее переменчивость в настроении вплоть до необоснованного огорчения, она ложится на землю. Иногда сердцу нужно больше времени, чтобы принять то, что уже известно разуму. - Тогда жди того момента, когда я приложу катану к твоему горлу. - Самое время полежать пару часов и подумать куда катится моя жизнь. Они оставшееся время молчали и любовались небом, природой, всем, что попадется на глаза. Годжо все размышлял, что люди похожи с облаками. Никто не обратит внимание на чистую и светлую небесную лазурь, все привыкли к ней, а туча сильно выделяется, как Анархия среди них. Маг не сказал своим студентам, но директор две недели назад доложил ему о том, что Анархия разыскивается среди убийц чародеев и в кругу могущественных Проклятий. Если брюнетка об этом узнает, то точно захочет найти их первее, и не будет жалеть себя на тренировках. Она и так изводит себя по максимуму, но человеческое тело только начинает приспосабливаться ко всем сложностям. Сатору понимает, кто из проклятых духов и ненавистников чародеев возьмется за дело. Сейчас не самое лучшее время для встреч старых знакомых, но если выбора нет, то он не оставит без присмотра свою студентку. Мужчина спокоен и уверен. Пока Анархия рядом с ним, он не беспокоится за ее безопасность, но рано или поздно она сама узнает правду, и это Годжо лучше всего понимал. Мужчина и дальше бы продолжил идти по руслу своего создания, но рука брюнетки располагается на его груди, отвлекая абсолютно от всего. Удивленно повернув профиль лица на сопение, он догадывается, что она во сне обняла мага. Он понять не мог, из-за чего же сейчас, когда он снял цепочку, она все равно его влечет к себе. Студентка для него красива. Речь не о внешности, а про внутренний мир. Анархия напоминала ему себя в прошлом. Это и повлияло на близость между ними, что маг почувствовал похожую душу. Никаких поэм, сонетов и рассказов не хватит для описания тех божественных эмоций, которые они ощущали друг к другу благодаря цепочкам. Именно это сподвигло его покопаться в последних событиях. Он не нуждался в серьезных отношениях, но отличить их мог. Его сомнения оправдались. Сатору сейчас не носит проклятое украшение, но чувства оставили лёгкий след, который постепенно наполнялись естественными красками – без принуждения. На эти магические артефакты ему пришлось долго искать ответы. Он обшарил каждую книгу, которая была в доступе библиотеки школы, но даже там он ничего не нашел. Тогда уже он обратился за советом к Масамичи, но не выдал причину. В секретных записях говорится о том, что цепочки созданы для конкретных людей. Если ими воспользуются другие, то эффекта никакого не будет, но работают они лишь тогда, когда носители их не снимают. Годжо пришлось запечатать свою энергию и перехитрить систему. Ему больше не навязывают чувства, но, по его данным, у Анархии ничего не изменилось. Ему этот поступок не казался ужасным, он везде видел плюсы и минусы. [2 недели назад] В одной из грязной забегаловке состоялась встреча наемных убийц. Мускулистый мужчина сидел за столом и перекатывал монету, в ожидании результата ставки. Напротив в углу сидела женщина с короткими черными волосами, лицо ее было скрыто, но она смотрела на Тоджи. Он сразу заметил ее пристальный взгляд, но интереса не вызвала, до того момента, как испарилась и оказалась за его столом. - Ты же в курсе кто я, не боишься? - Фушигуро склоняет голову в сторону, наблюдая с полуоткрытых век. - Если бы ты знал, что нас объединяло в прошлом, не стал бы спешить с выводами. - Женский голос вызвал ухмылку на его лице, он явно был впечатлен смелостью, но этого мало, чтобы заслужить диалог с ним. - Я уже понял по энергии, что это ты меня воскресила, но благодарностей не жди, поэтому ближе к делу. - Монета была запущена заново и крутилась как юла между ними. - Когда остановится, ты уже будешь мертва. Время пошло. - Он дерзкий и угрожающе расчётлив, использует свои знания в магии, чтобы перехитрить даже самых непредсказуемых магов. Это принесло ему большую репутацию. - Убей её. - Она протягивает шрамированными пальцами, выглядывающие из широкого рукава кимоно, фотографию Анархии. Тоджи глянул на изображение, а потом на лицо собеседницы. - Мне убить тебя? - Он сразу понял, что тайн, запертых в ее сердце, хватит на ещё тысячу неразрешимых загадок, мировую катастрофу, которая сотрёт этот мир в пыль или целую вселенную. - Вырви мне сердце. Тень вырвалась из смертельных объятий ночи, оставляя за дверью шум городской площади. Она поднялась, и дух, загнанный преследователями глубоко внутрь, вновь ожил. Чужестранка позволяла лишь самым смелым утопится в холодном взгляде ее очей. Никогда не сочувствовала, озлобленно закутывая сердце в серебряную шаль. Эта тень мыслила не так, как дано. Она стремилась затушить свет, поглотить лучики в недрах своей тьмы. Хоть и была способна уничтожить этот мир, в прошлом уничтоженной оказалась она сама. Анархия резко вскакивает и дает себе время адаптироваться. Она была уже у себя в комнате, а оглянувшись, замечает на тумбочке стакан воды и нарисованный смайлик на салфетке. Догадаться, что это от Годжо не составило и труда. Но от осознания, что он бережно перенес ее в постель и аккуратно уложил, согрело все тело. Это не то чувство, когда бросает в жар, а то, когда уверенна, что человек искренне заботился. Не стал будить, а решил дать возможность выспаться от тяжелых тренировок. Анархия лицезреет за окном действительно очень красивый закат: и розовый, и алый, и жёлтый одновременно. Вокруг до такой степени ни души, что одиночество становится абсолютным и она ощущает себя частью мира. - Хотела бы я, чтобы у меня не было сердца, - Снова и снова эти мысли о маге, призрачный образ, являющийся к ней в бархатном мраке холодной ночи. Она сгорает изнутри и чувствует, как душа Проклятия по мизерным частичкам разрушается вместе с ней. Пускай даже она и запечатала свою энергию в цепочку, как Годжо, но ей непротивно было это все ощущать. Чувство привязанности и желание защитить человека, что и сподвигло ее замкнуться в себе и вырезать с лица все эмоции, - оно слишком тяжело бьется. - Отказы не принимаются, - Нобара забегает в комнату и хватает брюнетку за локоть, вытаскивая из постели. Надевая на девушку жёлтую толстовку, похожую на свою, довольно оценивает. Анархия непонимающе морщится и расставляет руки в стороны, вербально требуя объясниться. - На месте узнаешь. - Таща за собой студентку на этаж ниже, Нобара оглядывается по сторонам, забегая в комнату Итадори и Мегуми. - Мы думали, что не дождемся вас. Чего так долго? - Розоволосый парень раскрывает пачку чипсов и помещает содержимое в глубокую миску. - Не тебе их судить, ты фильм дольше выбираешь. - Встревает в его жалобы Мегуми, пряча телефон под подушку, что бы не мешал просмотру. - Пиццу доставили? - Шатенка машет рукой, что бы Анархия пошла за ней, но та застыла на месте. - В чем дело? - Зачем ты меня сюда притащила? - Ты часть нашей команды. - Нобара гордо улыбается и ни капельки не сомневается в сказанном. - Ну че тормозите? - Книга недовольств Юдзи пополняется, пока он не получает подзатыльник от соседа по комнате. - Да за что!? - Не мешай, как закончат, тогда и подойдут. - Вечно ты такой серьёзный. - Слушай, если не хочешь, мы не заставляем, - Видя сомнение в глазах Анархии, Нобара дает ей выбор. Она легко влилась в коллектив, но брюнетка явно нуждалась в "проводнике". - Решай сама. Черноволосая студентка спрятала руки в передний карман толстовки и уже собралась уходить, но учуяв запах ароматной выпечки, оборачиваясь с воодушевлением. Оказывается Юдзи открыл коробку пиццы и вся комната заполнилась манящим вкусом Окономияки. Для Анархии лепешка из толстого теста с начинкой из водорослей нори, японских грибов шиитаке и курицы стала нечто богоподобным. В ее подсознании пицца трансформировалась в нечто необыкновенное, за что нужно бороться. - Итадори, - Ее глаза заблестели, а во рту начали накапливаться слюнки, - медленно положи на место этот кусок. - Даже не подумаю. - Бросая вызов, парень, не нарушая зрительный контакт, быстро пропихивает тесто в рот и громко чавкает. За три минуты Мегуми и Нобара познали ярость Анархии на Юдзи, из рта которого девушка пыталась вытащить этот жалкий кусок. В конечном итоге сошлись на том, что она останется, если эта пицца полностью достанется ей. Конечно же, учли все голоса кроме пострадавшего от нападков голодного изверга. Фильм показался Анархии скучным, но ее забавляла реакция своих одногруппников. Юдзи разлегся на диван, а остальные сели перед ним. Он иногда улавливал флешбеки и невольно дергался. - Я знала, что ты странный, но чтоб настолько... - Анархия доедает четвёртый кусок и тянется за пятым. - Не тебе мне это говорить...- Розоволосый скептично бросил взгляд на ученицу, переходя к объяснению. Он хрустел поп-корном, а когда открывал рот, куски летели на волосы Мегуми. - В первое время Годжо давал мне задания, в которых я должен был проявить себя. Одно из было то, что во время просмотра фильма меня боксировала игрушка в виде медведя. Она находилась в спящем состоянии, но лишь до тех пор, пока я не истрачивал поток проклятой энергии. Тогда медведь просыпался и атаковал. Этот проклятый труп используется на тренировках для поддержания постоянного выхода проклятой энергии. Ты ведь знаешь технику директора? - Пока Итадори и это объяснял, Анархия слушала и попутно осматривала комнату с плакатами над кроватью парня с полуголыми девицами. - Хочешь угощу пиццей? - Перебивает брюнетка, хитро ухмыляясь. - Ну явно не по доброте душевной предлагаешь...- Парень сразу понял, что дело нечистое, но и пицца была одна из любимых, поэтому он решил выслушать условия. - Ты спросишь у директора...- остальное она договорила ему на ушко, из-за чего он покраснел и расширил глаза. - ТЫ БОЛЬНАЯ?! Годжо сидит в кресле, оперевшись локтями о колени, пока пальцы скрещены над опущенной макушкой. Он не грустил и не печалился, просто анализировал сегодняшний день. - Что-то не так? – Проходящий мимо Нанами едва заметил Сатору в учительском кабинете, его смутила тишина от громкого и энергичного мага, поэтому подходит ближе. – Я не собираюсь повышать тон, отвечай сразу. - Держи меня на расстоянии выстрела, если я заговорю про любовь. – Преподаватель был серьезен как никогда, это еще сильнее поразило Кенто. - Особенно, если искренне. - Ты что несешь? Мне твоя любовь не сдалась. – Строго выдал неоспоримую истину маг первого ранга и поправил свои очки без дужек. Его блондинистые волосы уложены назад, а тонкие брови выражают недовольство. - Нанами, - за секунду манера Годжо сменилась и тот одарил яркой улыбкой собеседника. – с последней, кто на меня так смотрела, я лёг в постель. - Опять твои дурацкие извращения. - Я извращениями не страдаю, я ими занимаюсь. - Тебе ведь известно про охоту? - Перескакивая на более важную тему, Нанами прячет руки в карман. - Да. – Уверенно отвечает Годжо, вставая с места. - Что ты сделаешь, если они ее похитят? - Убью. – Уголок губ учителя дергается, как будто он позабыл все рамки дозволенного, но если смотреть правде в глаза, не все соблюдает по сей день. – А что? Тебе что-то известно? Кенто отрицательно качает головой, напоследок посвящая в свои наблюдения. - Ты привязался к ней. - Ревнуешь меня? - Хватит валять дурака. Не веди себя так, как будто их не убьют. Итадори и Анархия, после твоей задумки, будут уничтожены. В них опасное проклятие, а кто-то и в прямом его смысле порождение ужасающей силы. Юдзи может контролировать в себе магию, а Анархия за четыре месяца только-только достигает результата. - А если я не захочу отдавать их? - Это решаешь не ты. - Это мои ученики, Нанами, - Сатору равняется плечами в одну плоскость с другими, пока лица обоих направлены не на друг друга, а вперед, - все будет решаться через меня. – Он четко дает знать, что если из-за совета возникнут проблемы у Анархии и Итадори, тогда пускай боятся не их гнева. - Ты думаешь, что сможешь подавить в ней Проклятие? Хочешь сделать человеком? - Она сама вольна выбирать свою судьбу. - При первой же возможности она предаст тебя. - При первой же возможности и узнаем. Тень, вывернув наизнанку временное пространство, дала себе новый шанс. Что бы ее не затмили – что бы она себя спасла от испытаний вселенной. Ее внутренний мир рухнул, в него ворвались люди, чьих взглядов она не разделяла. Они грязными башмаками прошлись по теневому миру, и не осталось ни единого уголка, где могла бы укрыться. До появления искромётного света, слыша стук «в дверь», она испытывала искушение закрыть ее на дополнительные замки и не открывать никогда. Но без предварительного стука посетила последняя актриса спектакля – подружка Карателя. У него были ключи от сердца, но увы, она без сундука в душе. Боль спряталась на задворках сознания и не хочется признавать поражение, поэтому сердце сжимается в стеклянных углах и покрывается льдом. Теперь новая тень пройдётся по белой дорожке, испачканной красной грязью грехов.