Сделка

Они ехали под тихую мелодию, игравшую по радио. Разговор не шёл. Да, было обговорено, что они должны продолжить тот разговор, что начали, но хотели ли они этого на самом деле? В голове было очень много мыслей, но ни одной, которую Рюноске готов был сказать вслух. Все его чувства были в полном беспорядке. Их утренний разговор будто вытряс наружу всё то, что хранилось где-то глубоко и что говорить запрещалось. Но Рюноске в целом не привык говорить о чувствах. Он не Ацуши, они разные, и в этом парадокс. И это не совсем про то, что противоположности притягиваются, а скорее о том, как их различия только усложняют всё. Дорога за окном начала опасно убаюкивать, поэтому Рюноске переключил радио. Заиграла какая-то дурацкая, но очень популярная сейчас песня про любовь. Раздражает, но зато не уснёт. Взглянув краем глаза на Ацуши, он понял, почему он молчал. Уснул. Рюноске вздохнул, они оба слишком устали. Он немного снизил громкость. Сколько им ещё ехать? Час или даже больше. Пусть поспит. Когда они подъехали к больнице, было ещё рано, им нужно было подождать. Утром, перед тем как они выехали, Ацуши вновь позвонил в больницу, уточняя время посещений. После уточнения, кто звонит и к кому он собирается прийти, медсестра сообщила, что Ацуши может прийти к сестре раньше, чем начинается стандартный приём. Но рано, у них ещё час. Рюноске откинулся на сиденье. Он понимал, что, скорее всего, Мори не просто оплатил для Кёки лечение, но и перевёл её в категорию VIP-пациентов. Возможно, волноваться и не стоило — девочка под пристальным присмотром персонала. Но проверить лишним не будет. Он написал Дазаю, сообщая, что они уже приехали. В ответ сразу же пришло сообщение, что Осаму не удивлён и напоминает, что есть разговор и после больницы им стоит встретиться. Рюноске нахмурился, на самом деле им сначала нужен отдых. Он написал короткое: «Завтра». На соседнем сиденье заворочался Ацуши. Он медленно открыл глаза, и как только к нему пришло понимание, что они стоят на больничной парковке, он резко вскочил. — Мы приехали! — удивлённо произнёс он. — Ещё рано, — Рюноске не смог сдержать улыбки, когда Ацуши сонно повернулся к нему и обратно откинулся на сиденье. — Медсестра сказала, что мы можем подойти к двенадцати, — нахмурившись, он посмотрел на телефон. — А сейчас одиннадцать, у нас ещё час. На экране, видимо, было что-то ещё, потому что Ацуши замолчал и приложил телефон к уху. — Кёка, привет, — он буквально услышал облегчение в голосе Ацуши. — Всё хорошо. Мы где-то через час к тебе подойдём. Да, с Рюноске. Я звонил, просто чтобы узнать, как у тебя дела, и узнать, не приходили ли к тебе какие-то… подозрительные люди? Ацуши старательно подбирал слова, но тревога всё равно проскальзывала. Рюноске мог лишь догадываться об ответах Кёки. Он слышал, что она что-то рассказывала, Ацуши же сначала был удивлён, а потом нахмурился. — Знаешь, я думаю, что нам стоит спросить об этом, — Ацуши замялся, — у отца. Обсудим, когда мы придём, хорошо? Закончив разговор, Ацуши некоторое время молчал, а потом спросил: — Рюноске, что ты знаешь о Мори? — Почему ты вдруг спрашиваешь? — уточнил Рюноске. Вопрос был логичным, но было ощущение, что Ацуши должен был задать его раньше. Но он не спрашивал, а теперь его это вдруг заинтересовало. Накаджима опустил взгляд. — Когда я спросил Кёку о подозрительных личностях, она сказала, что у её палаты вчера весь день сидел какой-то мужчина в чёрном костюме. И она уточнила, что весь день. Кёка это заметила. И она не нашла ничего лучше, чем просто спросить его напрямую. Он сказал, что из охраны больницы. Но она же видела, что охрана только у её палаты. Рюноске продолжал слушать, где-то внутри отметив, что Кёка поступила довольно смело и умно. — Но она не поверила и расспросила медсестру. Начала издалека, она умеет разговорить человека, если захочет. Та ей рассказала, по секрету, что этот человек был нанят тем, кто оплатил ей лечение. Ну, ответ очевиден. — Кёку оказывается не так легко обмануть. Она ведь и нас так вычислить может, — заметил Рюноске. — Нет, ей нравится мысль, что мы в отношениях, — Ацуши кивнул сам себе. — А вот твоему дяде не особо. — О чём ты? — Я должен был рассказать раньше, но повода не было, — Ацуши вздохнул. — Перед нашим утренним разговором мы с ним пересеклись в гостиной. Ацуши коротко пересказал их разговор. — Да, дядя явно не тот, кого можно легко обмануть. Может быть, он и не особо нам поверил, но мне кажется, что ты ему понравился. Раз уж он нас так легко отпустил. — Не знаю, — с сомнением ответил Ацуши. — Он не ведёт философских разговоров с теми, кто ему не нравится. Мне кажется, с тобой он был даже откровеннее, чем со мной или Гин. — Я хотел спросить. А когда была сделана та фотография? — тихо, будто неуверенно, спросил Ацуши. — На второй день нашего знакомства с дядей, — ответил Рюноске, смотря куда-то вдаль. Они приехали в тот дом ночью, а на следующий день сделали эту самую фотографию. Хироцу тогда поставил камеру на штатив и поставил на таймер. Когда он подошёл к ним и взял их за руки, дети не придумали ничего лучше, чем просто смотреть в камеру. Фотография получилась немного мрачной, на ней никто не улыбался, даже сам Хироцу. Но почему-то дядя эту фотографию очень полюбил. Сказал, что она важна как память. Когда Рюноске поднял глаза, он увидел, что Ацуши смотрит на него с тёплой улыбкой и молчит. Он отвёл взгляд под его недовольный вздох. Нет, всё ещё не время для откровенных разговоров. И у Ацуши был совсем другой вопрос. — Я не буду тебе рассказывать о Мори. Но я могу помочь тебе с тем, чтобы ты сам составил своё мнение. Рюноске взял в руки телефон и открыл несколько статей, которые сохранил ещё тогда, когда они ехали к дяде. И заодно открыл ещё несколько самых популярных статей при запросе «Мори Огай» и протянул Ацуши телефон. Ацуши неуверенно взял его телефон в руки. — Если бы ты захотел, то мог бы сам поискать в интернете, — произнёс Рюноске. — Верно, — кивнул Ацуши, и Рюноске заметил, что он расстроен. — Но дело в том, что я не хотел. Рюноске закрыл глаза, давая себе немного отдохнуть. Это займёт время.

***

Ацуши это не нравилось. То, что отец скрывает свою работу, на которой он буквально пропадает. Загадочный Мори, который сначала оплатил сестре лечение, а теперь как будто следит за ней. И да, он мог просто открыть поисковик и найти всё сам. Он ведь понимал, что это не просто человек, что он влиятельный, даже по словам Рюноске или Чуи. Но почему-то самостоятельно сделать это было сложно. Он знал, что это всё изменит, ему было страшно. И он спросил Рюноске, потому что ему он доверился, и от него услышать это было по-другому. Но тот заставил его столкнуться с правдой. Что ж, он это принял. В любом случае, он ведь рядом. То, что скрывалось за фасадом того доброго человека, который решил помочь ребёнку коллеги — эксперименты над людьми, угрозы, покушения, скандалы, суды. Ацуши стало плохо от этих статей, и он решил открыть одну из тех, которую заметил в дополнительных файлах. Это было старое интервью. Одна из статей, рассказывающая историю успеха. Бывший военный хирург, построивший свою карьеру с нуля. Возглавив небольшую фирму, которая впоследствии стала одной из самых успешных в стране. Ацуши уже начал скучать, но всё же продолжал читать. «У Мори, по его словам, есть телохранитель, который является также его другом. Он был с ним с самого начала его карьеры…» Затем следовала фотография. У Ацуши затряслись руки. На фотографии был Мори, а позади него стоял… его отец. Он резко заблокировал телефон. Даже не закончил читать. То, что он знать хотел или, возможно, нет. Теперь всё вдруг стало кристально ясно. Молчание отца, его пропажи. Он не хотел их пугать, не хотел говорить, что однажды может не вернуться с работы. Но почему-то легче не стало. Он попытался сдержать подступающие слёзы. От обиды? Злости? Ацуши сам не знал, откуда они вдруг взялись. Ему показалось, что Рюноске спит. Он смотрел на его заставку некоторое время. Одна из фотографий с концерта. Ацуши никогда не бывал на концертах. Всегда казалось, что это не его. Он пытался отогнать мысли о Мори, его фармацевтической компании, всех тех ужасах, что он узнал. Об отце, который работал на человека, которого обвиняли в ужасных вещах. Обвиняли и небезосновательно. Нужно сказать Рюноске о том, что он узнал. Но тут его отвлекли уведомления, которые начали появляться на телефоне Акутагавы. У того был отключен звук и вибрация, поэтому он их заметил только по тому, что загорелся экран. «Неужели вы верите в то, что я могу навредить ребёнку?» Сообщение было от неизвестного номера. Ацуши мельком посмотрел на Рюноске, а затем открыл диалог. «Мне не нужна малышка Кёка. Она всего лишь маленький ребёнок с тяжёлой судьбой» «Я бы побеспокоился о её покровителях, которые ставят её жизнь под угрозу» В голове Ацуши всплыли статьи, которые он только что читал. Там говорилось об угрозах и покушениях. Мори ведь не так просто поставил охрану. Он защищал Кёку от своих врагов? «Ты ведь не так глуп, чтобы верить Мори, Ацуши?» Ацуши почувствовал, как по спине пробежал холодок. Если подумать… а если у сталкера есть не просто номер Рюноске, а доступ к его телефону? И ещё он знает, что телефон в руках Ацуши. «Рюноске должен быть один» «Ты ему не подходишь. Ты не любишь и не ценишь его. Ты ничего о нём не знаешь, как и тот ублюдок Косаки» «И поверь, я своего добьюсь. Даже если пострадать придётся ему» Ацуши не нравилось, куда всё это ведёт. Надо было будить Рюноске и выключать его телефон. И лучше, наверное, отдать Рампо. Но последнее сообщение было последним. «Я дам тебе наводку. Если хочешь узнать побольше о Мори, то спроси его сына. Думаю, Дазай сможет ответить на твои вопросы» — Рюноске! — внезапно выпалил Ацуши, заставив того подскочить на сиденье. — Что?! — испуганно спросил он. Ацуши замолчал, пытаясь понять, с чего начать. Он не знал, как именно сталкер следит за телефоном, прослушивает ли он его. Ему нужно было, чтобы Рюноске его выключил. Но сначала надо было, чтобы Рюноске прочёл переписку, прежде чем выключить телефон. Что же делать? Внезапная догадка пришла ему в голову, но ему нужно было снять ремень безопасности. Однако когда он нажал на кнопку, замок внезапно заело. — Давай, я тебе помогу, — Рюноске, видимо, пришёл в себя, пока Ацуши возился с ремнём. Он снял свой ремень, потянулся к Ацуши и приблизился настолько, что тот почувствовал запах его парфюма. Он вжался в кресло, потому что от этой близости у него начала кружиться голова и стало как-то жарко. Сердце стучало так сильно, что, казалось, Рюноске может услышать его. Но тот слишком был занят ремнём. Замок вдруг резко отстегнулся. Именно в этот момент Акутагава, видимо, осознал, насколько он близко. Потому что даже по его лицу Ацуши понял, что тот растерялся. Его взгляд пробежался по лицу, но потом вдруг сдвинулся в сторону. И резко изменился. Ацуши очень хотелось узнать, что он увидел, потому что этот взгляд казался незнакомым. — Рюноске, — смог наконец выдавить из себя Ацуши, чтобы обратить на себя внимание. Взгляд вновь вернулся к нему, и Ацуши заметил, что он потеплел. А потом Рюноске его поцеловал. Ацуши сначала ответил на поцелуй, а уже после до него начало доходить, что происходит. Только вот утром они вроде говорили друг другу, что они не в отношениях, а теперь целуются. Кажется, что-то тут не так. Но он бы солгал, если бы сказал, что ему не нравится. И в какой-то момент это перестало ощущаться неправильным. Губы Рюноске были мягкими, и целовать его было приятно. И именно это заставило Ацуши коснуться его шеи и притянуть ближе. Он почувствовал, что Рюноске улыбнулся в поцелуй, а потом отстранился. И Ацуши услышал позади, как кто-то хлопает в ладоши. Рюноске поймал его удивлённый взгляд, пересел на своё кресло, а затем вышел из машины. Ацуши оглянулся и почувствовал, как всё рухнуло вниз. Он уже видел его ранее. Косаки Тацуо. — Что ты здесь делаешь? — Рюноске обошёл машину и встал со стороны двери Ацуши, намеренно загораживая его. — Птичка напела, — спокойно ответил ему Тацуо. — Свидание на парковке больницы, надо же, у нас такого не было. Но у вас, вижу, всё удачно. — Что ты хочешь? Зачем сюда явился? — Не знаю, — Тацуо положил руки в карманы брюк. — На самом деле хотел убедиться, что то, что мне сказали, правда. Но вот… а вы и правда тут. Ацуши посмотрел на телефон. А что, если местоположение ему сказал… сталкер? Но зачем? — Зачем была та статья? — Рюноске выглядел больше уставшим, нежели злым, но его голос был другим. — Статья? Ну, конечно, мне хотелось немного разрушить ваш идеальный образ пары, но больше мне хотелось утереть нос Наоми, — Тацуо вздохнул. — Но статья скорее подогрела интерес к вашей парочке. Просчитался. — Ну хоть в чём-то ты прав, — Ацуши высунулся из окна, чтобы убедиться. — Ты просчитался. Дазай и правда стоял позади Косаки. А он-то тут как оказался? — Привет, Дазай, — проигнорировав его слова, поприветствовал его Тацуо. — Не могу сказать, что рад тебя видеть, Тацуо, — ответил ему Дазай, тон его был нейтрально-дружелюбный. — Какие вы все дружелюбные, аж уйти хочется, — с усмешкой произнёс Косаки. — Ну, убедился, пойду пожалуй. До встречи.

***

Пока Косаки уходил, Ацуши взял в руки телефон Рюноске и выключил. Поскольку в машине он был один, никто этого не заметил. Затем он вышел из машины. — И зачем приходил? Ничего не понял, — недовольно произнёс Акутагава. — Чтобы не расслаблялись? — вопрос Дазая был скорее риторическим. — Мне не понравилось твоё «завтра», Рюноске, и я решил приехать. Похоже, не зря. — Дазай-сан, — внезапно начал Ацуши, отвлекая их от разговора. Его голос прозвучал на удивление твёрдо. Осаму приподнял бровь. Накаджима понял, на уважительное обращение внимание обратил. Он решил спросить в лоб, не дав возможности придумать ответ. — Ваш отец — это ведь Мори Огай, верно? — спросил он. Дазай мог не отвечать. Мог солгать. А мог и сказать правду. Ацуши не понимал Осаму, поэтому он бы принял любой ответ за правду. Но он заметил, что тот даже не удивился его вопросу, скорее стал чуть более серьёзным. А ещё он заметил удивлённый взгляд Рюноске. — Да, это так, — ответил ему Осаму, взглянув на Рюноске, который явно был в шоке. — Но прежде чем ты спросишь ещё что-то, ответь, откуда ты это узнал?

***

Рюноске чувствовал себя невероятно глупым, пытаясь понять, откуда Ацуши знает то, чего не знает он. Нет, конечно, Ацуши не обязан ему рассказывать всё, что он знает, но эту информацию он бы ему сказал, если бы не узнал её… только что? Статьи? Нет, он же тоже их читал, и информации о сыне точно там не было. Хотя он врёт, были упоминания, но без имени. — От сталкера, — услышал он ответ Ацуши. Этот ответ скорее завёл его ещё в больший тупик. — И зачем он это решил рассказать? — не понял Дазай. Вопрос был не к кому-то, а скорее в пустоту. — Нет, подожди, — прервал их Рюноске. — Когда? — Сейчас, — ответил Ацуши. — Я бы рассказал тебе, если бы… Он запнулся, но Рюноске понял, что он хочет сказать, если бы он его не поцеловал. Но он сам не понял, что на него нашло. Какое-то наваждение. Ацуши был так близко, а потом он увидел Тацуо, его захлестнули какие-то противоречивые эмоции, и он просто решил, что ему нужно это сделать. Он понял, что совершил ошибку, когда Ацуши ему ответил. Потому что в этот момент его унесло куда-то вообще не туда, а когда он притянул его ближе, он понял, что стоит остановиться. Ему бы хотелось продолжить, но явно не в той обстановке, в какой они находились. Он заметил, что Осаму посмотрел на них поочерёдно с задумчивым взглядом. — Если бы не появился Косаки, — вдруг продолжил Ацуши. Он говорил довольно уверенно. По сути, это полуправда. — И что он ещё писал? — спросил Дазай. Ацуши достал телефон Рюноске. — Там есть наша переписка, но я его отключил. И думаю, что стоит отдать телефон на проверку Рампо. — Думаешь, прослушка? В телефоне? — уточнил Дазай. — Если это так, то это проблема. Рюноске был согласен. Телефон ведь всегда был при нём. Если бы была прослушка, сталкер знал бы их план. — Мне кажется, не прослушка, — ответил Ацуши. — Возможно, что-то вроде взлома. Когда он писал, мне кажется, он знал, что именно я просматривал, но больше удивило то, что он знал, что телефон у меня в руках. Это телефон Рюноске, откуда он знал, что я его держу? — Следил за вами, — пожал плечами Дазай. — Да, возможно, — ответил ему Ацуши. Но Рюноске всё никак не мог переварить то, что сказал Ацуши раньше. Мори Огай — отец Дазая. Ладно, разные фамилии, мы это уже проходили. Но если подумать, да, он ведь слышал, что у того влиятельный отец, просто не знал, кто именно. Но Мори… что это ещё за хитросплетение с Ацуши и его отцом? — Я могу посмотреть? — спросил Дазай. Ацуши не спешил. А затем спросил: — Почему вы не сказали, что Мори — ваш отец, когда мы говорили о нём в кафе? — внезапно спросил Ацуши. Он задумался. — Чуя ведь знает об этом, верно? Осаму улыбнулся. В его улыбке не было злости. — Я знал, что ты наблюдательный, — произнёс он. — Но то, как ты работаешь с информацией, впечатляет. Ацуши ничего не ответил. — Не то чтобы я разбрасывался этой информацией. Но когда вы сказали мне о том, что произошло, я удивился, — Осаму выглядел искренним, и это не то, что привык видеть Рюноске. — Я знаю Фукудзаву, но понятия не имел, что он твой отец. И я понимал, что информация о том, что я его сын, может навести на меня подозрения. Что это было спланировано, но нет. На твой второй вопрос отвечу: да, он знает. Мы с ним общались раньше, поэтому ему о нём известно. Также он знаком с ним через Коё. Ацуши задумался, возможно, он что-то понял. — Хорошо, я думаю, переписку стоит посмотреть вам обоим, — Ацуши протянул им телефон. — И ещё, кажется, мы опоздали на приём.

***

Косаки стоял на мосту, чувствуя, как в лицо дует приятный ветер. Он закрыл глаза, и перед ним предстала эта картина — его Рюноске и Ацуши, целующиеся в машине. Он с силой сжал перила моста, до боли. Прозвучал знакомый звук, уведомляющий о сообщении. Он догадывался, кто пишет. «Ну и, ты убедился?» Тацуо писал этот сумасшедший. Почему-то тому пришло в голову, что Косаки может ему помочь. Даже наводку дал, чтобы доказать, что он всегда знает, где они. И что тот может в этом убедиться. Косаки со скукой посмотрел на телефон. Он, конечно, может согласиться, но не уверен, что точно хочет принимать во всём этом участие. Угрозы? Слишком скучно. «Ты ведь хочешь отомстить?» Хочет. Но… «У меня другие методы», — пишет он и удаляет диалог.