За мгновенье до нового дня

      Время уже приближалось к полуночи, и Тянь привычно потёр глаза, в который раз глядя на часы. Наконец его терпеливое ожидание было вознаграждено: задняя дверь с грохотом открылась, выпуская на ночную улицу рыжего. Тот встретил появление Хэ на горизонте без удивления, потянулся и встряхнулся, зазвенел ключами, закрывая за собой. Опять остался последним. Но Тянь уже привык мириться с тем, с каким упорством Мо работает, порой догоняя по трудоголизму его старшего брата. Когда-то это было предметом споров, но теперь Тянь и сам знал, как иногда приходится выкладываться, если всерьёз хочешь чего-то достичь.       — А ты чего тут? — вопрос был дежурным, далеко не в первый раз Тянь вот так караулил его у ворот сервиса, особенно приезжая из командировок. Созвониться заранее удавалось не всегда, и сегодня был как раз такой случай. — А где машина?       Пользуясь замешательством и тем, что слабо освещённые задворки были пусты, Тянь притянул к себе для короткого поцелуя, за что тут же получил скорее символический удар в солнышко. «Как погладил» — фыркнул он про себя, окунаясь в так любимую им атмосферу, которая возникала тут же, стоило им встретиться.       — На парковке оставил. Ты же просил не светить тут «своими понтами».       — Сегодня прилетел? — полуутвердительно проговорил Мо, начиная движение в нужном направлении. — Я устал, но можем…       — Твою ж… — Тянь вдруг оступился на неровном бордюре и зашипел, попытавшись наступить на ногу. Поднял глаза, глядя чуть виновато. — Погоди немножко, сейчас пройдёт и поедем. Я уже всё распланировал.       Шань ещё с минуту наблюдал за тщетными попытками как-то сдвинуться с места, а потом в пару широких шагов подошёл и подхватил на руки, выпрямляясь.       Опешивший Тянь замер, едва дыша. То ли боялся, что его уронят, усугубляя положение и без того больной ступни, в которой всё ещё стреляло и кололо, то ли просто от неожиданности. Наконец он собрался, чтобы выдохнуть:       — Малыш, пусти, я, вообще-то тяжёлый.       На это рыжий хмыкнул, делая первый шаг:       — Ну не тяжелее сварного бампера на тот джип, который мы на днях тюнили. Я его тогда на весу держал, и не так, удобно, — он слегка встряхнул свою ношу, как будто Тянь и впрямь ничего не весил, — а согнувшись враскоряку. Это ты в своём офисе тяжелее паркера что-то поднимать разучился. А у нас на сервисе потягай-ка шины с дисками да закисшие болты покрути. После этого фитнеса у меня первые месяцы болели такие мышцы, что я не знал, что такие есть. Так вот, больше не болят. Так что… катайся, пока я добрый. Не всё тебе меня таскать.       Тянь с довольной улыбкой зажмурился. Он и раньше замечал, что у малыша Мо как будто стали крепче плечи, всё тело становилось тяжелее и плотнее, при этом оставаясь таким же стройным. Но он списывал свои наблюдения на то, что у него не так часто выдавался случай на него близко смотреть, а уж тем более трогать. После той дурацкой истории с ремонтом Шань дулся на него больше месяца. Тянь и сам недоумевал, какие бесы думали за него, когда он решился разнести его квартиру по кирпичику, не согласовав с владельцем.       К счастью, всё удалось утрясти, Мо вернулся в облагороженную по одобренному им проекту крошечную студию и понемногу начал соглашаться на «встречи» как называл это Шань. Или «свидания», как называл это Тянь, лелея надежду, что малыш Мо однажды всё же примет его предложение переехать из своей "норы" и жить вместе. Поэтому такие эпизоды, когда удавалось уговорить его заехать домой или напроситься с ночёвкой, мгновенно отключали голову, оставляя только чистый восторг от возможности интимной близости. А вот теперь он мог без помех насладиться первый раз этим ощущением: как его легко и уверенно несут вперёд, держат крепко, но при этом бережно. Это было прекрасно. И он не замедлил этим поделиться:       — Малыш, носи меня почаще на ручках! Мне офигеть как нравится!       — Ты погромче ори, ещё не вся улица в курсе, — заворчал Мо, как обычно слегка смущённо. — Ладно, я подумаю, чем ты сможешь заслужить. Только ноги не ломай специально. Отменяй все свои планы, ко мне поедем. Одна морока с тобой, мажор…       Они удалялись по направлению к парковке, и не заметили, как из тени вышли две фигуры.       — Почему ты их не окликнул? — поинтересовался Цю. — Мы могли бы помочь.       — Что-то подсказывает, что они сами справятся, — отозвался Чэн и поймал слегка задумчивый взгляд. — Только не говори мне, что тоже хочешь.       — М? Чего? На ручки? — Цю всё ещё провожал взглядом давно растаявшую в темноте пару.       — Ни за что. Ты весишь как носорог, я быстрее надорвусь. — Ворчание Чэна было почти искренним, но Цю вздохнул, протягивая руки.       — Чэн. Никто не узнает. Иди сюда. — И тихо рассмеялся, когда тот, прикрыв лицо рукой всё же сделал шаг к нему. — Ох ты ж… и правда, тяжело. Тебе надо скинуть пару кило. Или десять… да шучу я, шучу. Чэн! Не дёргайся, уроню же! Клянусь, ты самый стройный! Теперь только так и будем ходить. Ммм…       Ночной город переливался огнями, шуршал шинами и листвой аллей и парков, пряча в себе множество теней. А в них — тех, кому нужно было совсем немного для счастья.