няня-оппа

      За прошлую неделю Ёнджун пришел к осознанию двух вещей: во-первых, в следующем месяце семейный бюджет уменьшится на довольно приличную сумму; во-вторых, ему срочно нужна новая няня.       В этот раз утро началось не с кофе, а с глазуньи, сонного ребенка и гневного звонка. Ёнджун, вообще-то, очень терпеливый человек, вы не подумайте. Но если всю неделю то и дело вы опаздываете на работу, а сегодня узнаете в последний момент, что няня снова не выйдет, то как тут не занервничать? Причем, Йерим пришлось отвозить к бабушке (боже, спасите нервы Ёнджуна) и выслушивать полтонны претензий, потому что в прошлый раз в детской комнате малышка смогла построить всех детей, так еще и доконать воспитательницу своей гиперактивностью. Бедному отцу до сих пор приходят сообщения в стиле «ваша дочь плохо влияет на моего ребенка».       Опоздав почти на целый час, усталый молодой отец распугивал коллег своим грозным, раздраженным видом. Сегодня в офисе климат всего коллектива портил именно Ёнджун, он даже удосужился внимания местной иностранной уборщицы. Женщина так испугалась, что перекрестила и себя, и самого мужчину, попутно бубня от возмущения под нос: «фу, жуть какая. Не дай бог его злая аура мне день попортит».       За соседним столом сидел Субин, положив ногу на ногу. Такой наигранно спокойный и скучающий, что Ёнджун невольно тяжело вздохнул. Это даже почти помогло успокоиться.       – Ну, рассказывай, – молодой папаша разложил документы из портфеля на столе. Все-таки, часть работы на сегодня он сделал дома, дабы компенсировать свое опоздание. Он как чувствовал, что такое случится.       – А что рассказывать? – парень выкатился на стуле из-за своего стола. Он даже не смотрел в его сторону, только разглядывал свои ногти с наигранной надменностью, – я сказал, что у тебя дочка заболела и ты отвозил ее ко врачу. Тебе осталось подписать и отнести Господину Чону объяснительную.       На последних словах Субин взглянул на коллегу с ухмылкой и приподнятыми бровями. Меж двух его пальцев был зажат белый ровный листок, секундой позже протянутый папаше. На самом деле, он спасал задницу Ёнджуна столько раз, что уже научился добиваться своего идеальным балансом помощи и «танцев» на его нервной системе. Субин очень хорошо его знает и искусно пользуется этим.       – Спасибо, я даже не надеялся на милость с твоей стороны, – Ёнджун и правда успокоился, потому не смог удержаться от шутливого комментария. Глядя на текст объяснительной, улыбка тронула губы мужчины, – ты всю неделю долбил мне мозги, с чего такая щедрость?       – Ёнджи, ты примешь мое предложение и прекратишь мучить свою задницу, – хитро ухмыльнувшись, Субин оперся локтем о стол друга и подпер кулаком щеку. Прищуренный пристальный взгляд кричал о том, что у Ёнджуна нет шансов, нет ни одного иного варианта. И, черт возьми, он прав, – на перерыве обсудим нюансы. И даже не думай отказаться, ты уже слишком много потерял и в нервах, и в деньгах!       И всё-таки у Ёнджуна нет иного выхода.

__________________________________

      Прошла неделя, а по ощущениям Бомгю то ли целая вечность, то ли один день. В последнее время он проводил свой досуг за сном, печалью и поиском работы/изучением университетов. Забавно, пора бы уже сделать выбор. Прошло полгода, а он до сих пор не определился, не смог понять, как жить дальше.       Парень отвлекся от игры на телефоне еще минут 10 назад и все это время просто пялился в стену. Он смотрел не НА нее, а именно В, можно даже сказать, СКВОЗЬ. Такое отвратительное моральное и физическое состояние даже врагу не пожелаешь.       С тяжелым вздохом, Бомгю встряхнул головой, дабы вернуться в реальность, и продолжить играть, шурша оберткой очередного чупа-чупса. Совершенно однотипные будни, он даже на улицу не выходит, так что и рассказать ему нечего. Нет, Бомгю не гедонист, а ему кажется, что именно таким его видит Субин. Ради справедливости, ему вообще не приносит удовольствие подобная жизнь.       – У тебя осталось 10 секунд на выбор между учебой и работой, – испуганно вскрикнув, Бомгю выронил телефон и прижал руки к груди. Субин настолько неожиданно ворвался в его комнату и со всей силы толкнул дверь, что сердце бедного младшего чуть в пятки не рухнуло, – один, два, три, четыре…       – Да к черту твою учебу! И работу тоже! – раздраженно воскликнул Бомгю и отправил подушку в полет, – проваливай из моей комнаты!       – Время вышло, невежливый лузер, – хищная улыбка тронула губы старшего. Он пропустил свои локоны сквозь пальцы, смиряя строгим взглядом обнаглевшего брата, – ты будешь няней для дочери Ёнджуна, так что завтра с утра едешь со мной.       – С чего ты решил, что я поеду? – Бомгю терпеть не может, когда Субин ему указывает. Его скептический взгляд так и кричал: «Серьёзно? Ты слишком много на себя берешь, хен».       К сожалению, или к счастью – они оба братья и общим характером обязаны Госпоже Чхве. Честно говоря, из-за этого между ними диалог особо и не складывается, даже когда дело касается действительно важных вещей.       – Ты можешь предложить альтернативный вариант? – выжидающе взглянув на младшего, Субин дал ему мнимый шанс высказаться. Он то прекрасно знает, что Бомгю сказать нечего. Тем не менее, в нем всегда теплится надежда на лучшее, даже если в глазах напротив давно погасли звезды.       – Хен, оставь меня в покое. Проваливай из моей комнаты, я тебя как человека прошу, – предельно четко и ясно взвыл раздраженный Гю, не желая и этот вечер заканчивать ссорой. Вся неделя шла как по маслу и вот…       – Ты понимаешь, если все так и продолжится, тебе придется рассказать об этом маме? Ты этого хочешь?       Видит Бог, Субин не хотел заходить с нежеланных козырей. Ему тошно говорить это и давить на больное, но иначе младший его не услышит. Он беспощадно продолжил:       – Она жутко обрадуется, когда узнает, что ее «золотой мальчик» всё это время лгал ей и, на самом деле, стал разочарованием семьи. Что полгода, тратил воздух и сидел на шее старшего брата, совершенно бесполезно прожигая свою жизнь. Я лично могу ей сообщить об этом, и ты вернешься домой в Тэгу в тот же самый день. Ты сам знаешь, чем это для тебя кончится.       Поджав губы, младший пустым взглядом смотрел куда-то в сторону. Увы, Гю и правда знал, чем всё это для него обернется. И, тем не менее, он не понимал, почему Субин так долго тянет. Даже если ты живешь со своим старшим братом всю свою жизнь – это еще не значит, что ты безоговорочно понимаешь всё, что он делает. Потому, кто знает, что у старшего в голове и почему он так поступает?       – Я надеюсь, мы решили этот вопрос, – строгим, прищуренным взглядом старший наблюдал за братом. Как только понял, что добился своего, Субин тяжело вздохнул и покачал головой, – я разбужу тебя утром, так что, советую лечь пораньше и хорошенько выспаться.       Зная, что сегодня Бомгю с ним больше не заговорит и ужинать определенно не будет, Субин покинул комнату, оставляя его наедине со своими мыслями. Вот, почему он всегда должен быть монстром для младшего? Особенно, когда дело касается заботы о нем и его будущем. Не сказать, что его это ранит, но определенно задевает.       Иногда.       Самую малость.       Может, не совсем честно и, временами, ему приходилось чем-то жертвовать, но он смог. Он сделал это. Субин добился своего.

__________________________________

      Как и обещал, старший поднял Бомгю с утра пораньше. Парень даже не сразу понял, что происходит и зачем его будят, обычно он не особо кому-то нужен в такое время… Да и в любое другое тоже. Тем не менее, ему пришлось отправиться в душ и привести себя в порядок.       Особым расстройством этого дня стала новость об отсутствии завтрака. Точнее, о его переносе в чужой дом. Иначе бы они проснулись хотя бы на часок позже, а Бомгю дорожит каждой возможной минутой сна. Наверное, студенческие привычки – это навсегда, даже если он отучился в университете всего год. Тем не менее, смена обстановки и привычного отсутствующего распорядка дня почему-то жутко будоражили. Скорее всего, потому что Бомгю любит всё новое, а иногда и привычное старое, если прошло уже довольно приличное время.       Всю дорогу до дома семьи Чхве младший бодро смотрел в окошко и думал о чем-то своем. Апатия апатией, а что-то новое – это всегда интересно. Не сказать, что ему не страшно, ведь это ребенок. Никогда не знаешь, как он себя поведёт, что можно делать, а что нельзя… в любой семье свои правила.       Много думать не пришлось, дорога заняла примерно 10 минут. Бомгю рассчитывал на долгую поездку, но он не сразу спросонья сообразил, что семья Чхве живет не далеко. Так что, стоило машине затормозить на стоянке, как младший тут же выскочил, чуть не споткнувшись о свою же ногу. Субин тяжело вздохнул, наблюдая за братом.       – Кончай переживать, Гю, – старший захлопнул дверь машины и оперся о холодную крышу, – Йерим милая девочка, вы подружитесь.       – Надеюсь. Я не знаю, что ей нравится и насколько она активная. А вдруг у них есть какие-то правила в доме? А если у нее есть аллергия на что-то, и я случайно спровоцирую приступ, не зная об этом с самого начала? Вдруг что-то случится? А если я не сойдусь с ней характерами? – взволнованно затараторил парень, активно жестикулируя.       Нервный Бомгю – чрезвычайно болтливый и гиперактивный. Субин уже давно забыл об этом, в какой-то мере он даже рад увидеть его таким снова.       – Пока не попробуешь – не узнаешь. Дуй на порог! Давай, давай, быстрее!       Младший и правда поторопился, а он скептически изогнул бровь, наблюдая за ним со стороны. Может взгляд у брата всё такой же тусклый и безжизненный, но сейчас он выглядит куда живее, чем раньше. Ожидание только больше нервирует, когда слишком медленно добираешься до нужного этажа на лифте. Казалось, будто сам воздух напряжен и это уже действительно раздражало. Ну, хотя бы не удушающее безразличие, как это бывает обычно.       – Как раз вовремя, – вместо приветствия счастливо вздохнул Ёнджун. Кажется, опоздания действительно стали его больной темой.       Считай, ни «здравствуйте», ни «доброе утро», а сразу: «проходите за стол, времени не так много». Хотя впереди у них с Субином еще целый час до выхода.       Ёнджун напряженно поглядывал в сторону младшего, пока расставлял тарелки на столе. Тот, как чистоплотный, спокойный, воспитанный парень, повесил одежду, помыл руки перед едой и, при этом, ничего дурного или из ряда вон выходящего не сделал. Нет, молодой папаша прекрасно помнил, что братишка Субина – хороший парень, но всё равно относился к нему с настороженностью. А когда все приступили к завтраку, повисла напряженная тишина.       – Сегодня ты приедешь на работу вовремя, я об этом позаботился, Ёнджи, – неловко ухмыльнулся Субин, но разбавить атмосферу ему как-то не удалось, его тут же перебили.       – Итак, Бомгю, – мужчина сложил руки на груди, испытывающим взглядом смерил новоиспеченного няня, – Бин говорил, что у тебя есть опыт. А у тебя не было приводов? Не совершал противоправных действий, а?       – Господи, хен, какие приводы? Какие противоправные действия? Ему 20 лет, он домосед! Еще и задрот, – пихнув старшего, Бомгю хмуро и с непониманием кивнул, пытаясь привлечь его внимание. Услышав следующие слова, закатил глаза и тяжело вздохнул, устало прикрыв лицо ладонью, – а что? Я не прав? Или есть что-то, о чем я не знаю? На сколько я помню, тебе нравилось работать с детьми!       – Так, – детский голосок твердым тоном прервал начавшийся спор. Йерим сонно зевнула и строго посмотрела на папу, позже сурово ударив кулачком по столу, – доедай завтрак и иди на работу, всё будет хорошо! Дядя Бин, я присмотрю за оппой, не переживай! И хватит спорить. В моем доме завтракают только в хорошем настроении!       Строгий тон малышки прозвучал настолько внезапно, что за столом повисла тишина. Йерим - явно девочка с характером. Причем, даже больше, чем ее папа. Однако Ёнджун был совсем не удивлен, для него малышка ведет себя буднично. Было бы, конечно, странно, если бы он удивился. Малышка, в свою очередь, строго и решительно разглядывала странного парнишку, сидящего напротив. У нее раньше не было няни-оппы, это что-то новенькое.       – Ты права, я полностью с тобой согласен! – Субин вовремя спохватился и похвалил ребенка, стараясь избежать новых вопросов своего друга, – давайте спокойно позавтракаем, и мы с тобой, Ёнджи, поедем на работу. Без лишних вопросов.       Сделав губки уточкой, малышка гордо подняла голову, взглянув на папу. И все-таки, он не сдержался под напором Вишенки. Может ей всего и 5 лет, но она уже умна не по годам, что не может не радовать Ёнджуна. С тяжелым вздохом мужчина расслабился и даже улыбнулся, находя в этой ситуации даже что-то забавное. Его отчитал маленький ребенок и это жутко очаровательно.       Смена настроя за столом пошла всем на пользу, хоть и не снизила градус напряжения до конца. Бомгю то и дело ловил на себе взгляды семьи Чхве, причем, абсолютно одинаковые. Во всём виновата его неразговорчивая натура… Как бы ему не хотелось произвести положительное впечатление, раскрыться не совсем знакомым людям – та еще проблема. Тем не менее, завтрак подошел к концу.       – И так, Бомгю, в твоем распоряжении весь дом, в холодильнике есть еда. Если нужно будет, можешь что-то приготовить, только не спали кухню, – стоя в дверях, мужчина оставлял инструкции слегка напуганному младшему. При этом, сурово и пристально глядя ему прямо в глаза, – обязательно не забудь сходить с Йерим на прогулку, неподалеку есть парк и детская площадка. Следи за ней в оба, ты понял? Отвечаешь за неё головой. И если с Йерим что-то случиться…       – Гю тебя понял, прекращай строить из себя крутого парня, – громко засмеявшись, Субин не сдержался. Ну не мог он промолчать, глядя на то, как его друг в серьез решил запугать его бедного брата. А у Бомгю и так глаза большие, удивленные… Стоит отметить, есть в них доля скептизима. Вообще, если внимательно понаблюдать, их семья в принципе от жестов до речи только им и пропитана. Правда, Бомгю не всегда показывает это.       Не в силах больше наблюдать за этим цирком, старший развернулся на пятках и с улыбкой щелкнул пальцами над головой, намекая, что им бы уже стоило поторопиться.       – Короче, на столе в зале деньги на случай, если что-то потребуется. Там еще список дел и мой номер телефона, – Ёнджун получил в ответ пару тройку кивков и оставил младшего, присаживаясь на корточки перед Йерим, – Вишенка, сегодня Бомгю за тобой присмотрит. Ты помнишь, о чем мы с тобой вчера говорили?       – Пап, я уже не ребенок, – девочка надула пухлые щечки, чем вызвала на отцовском лице теплую улыбку.       – Крошка, ты для меня всегда будешь ребенком… Моим сладким маленьким пирожочком, – Ёнджун сгреб в объятия дочку, нежно целуя в макушку. Она звонко засмеялась и зафукала, старательно прощаясь с папой и выёживаясь из его объятий.       Как только дверь за этой парочкой захлопнулась, Йерим и Бомгю еще минуту смотрели на нее одинаково растерянным взглядом. Тяжелый вздох новоиспеченной няни разбавил тишину, и он посмотрел на девочку, стоявшую рядом. Удивленно встретился с ней взглядом, поджав губы.       – Няня-оппа, пошли играть в битву фей и динозавров?       Своим предложением девочка застала Бомгю врасплох.

__________________________________

      – Клянусь, я прибью вас обоих, если он мне не ответит!       – Я уверен, на это есть веские причины. Когда на плечах Бомгю лежит большая ответственность – он делает всё идеально, – Субин слегка приукрасил, но не соврал.       А дело, собственно в чем? Битых десять минут Ёнджун пытается дозвониться до младшего братца Субина. Он будто долбится в стену и слегка жалеет, что доверил ему свою радость. Конечно, до момента, пока ему не приходит уведомление о новом сообщении. Причем еще и с фотографией. Очень странной фотографией.       – Что за… «Мы играем в прятки, Господин Чхве», – мужчина открыл изображение и только потом сообразил, что происходит.       Фотка сделана из-за двери. Жутко не удобный ракурс, зато видно, как Йерим озадаченно заглядывает под диван. Честно говоря, Ёнджун расслабился. А он-то думал, почему Бомгю не пишет.              Друг Хена: 10:35       Пиши хоть иногда, всё ли у вас нормально       Фотки тоже кидай. Можно почаще              Подозрительный Нянь: 10:35       Без проблем, мистер Чхве       Подозрительный Нянь: 10:37       Но из-за вас я проиграл в третий раз              Сунув телефон в карман, Бомгю наигранно расстроился на радость маленькому чертенку. Йерим очень хороша в прятках, парень и правда ее недооценивал. Она злорадно смеялась и танцевала странный победный танец, откровенно наслаждаясь утренними играми. Такое количество энергии в ребенке заряжало и самого парня. Кажется, Бомгю за все эти полгода столько не смеялся и не веселился.       – Не расстраивайся, няня-оппа! – Без доли сожаления в глазах малышка похлопала соперника ладонью по плечу, – обещаю, в следующий раз тебе точно повезет. Даю слово проститутки!       – Прости… Прости- что?! – только Бомгю хотел подняться с пола, как повалился на задницу обратно.       – Проститутки! – с умным видом повторила девочка, будто оппа не услышал ее с первого раза, – это крутое слово на букву «П». Оно очень сложное! А еще это профессия. Хочу работать проституткой, чтобы папа мной гордился!       – Откуда ты вообще знаешь это слово? Почему ты так думаешь?       – В смысле почему? Президент на букву «П». Прокурор на букву «П». Патологоанатом тоже на «П». И педагог, парикмахер, пивовар, повар, преступник и посол тоже на «П». Получается, если все эти профессии такие сложные и серьезные, значит все профессии на букву «П» – сложные и серьезные!       Бомгю так громко засмеялся, услышав это. А ведь даже не поспоришь, в этом есть логика. Некоторые слова давались девочке с трудом, но она все равно увлеченно и с серьезным видом поясняла ему, словно глупому ребенку. Кажется, ей точно нет равных в объяснении своих решений и слов, некоторым взрослым стоило бы многому поучиться у Йерим.       – Так, ладно, – парень сел на колени и дал себе минутку переварить услышанное, да и успокоиться. Бомгю просто не мог сдержать смех, – Йери, это не хорошая профессия, понимаешь? Ты говоришь абсолютно логичные вещи, но эта профессия…       Ну вот как он должен объяснить ребенку, что это не та профессия, о которой стоит мечтать? Она ведь правда серьезная и сложная, но… Господь Бог, что он вообще должен делать в такой ситуации? Даже на прежней работе ему такого не объясняли. Бомгю должен что-то ответить, что-то сказать, но его накрывает какая-то паника, иначе это не назвать. На него смотрят два озадаченных глаза, а слов у него как-то не находится.       – Короче, спроси у папы вечером, – глубоко вздохнув, парень прикрыл нижнюю часть лица ладонью, дабы скрыть свой смех. Йерим с серьезным видом кивнула. Все-таки, папа – эталон знаний. Он и правда знает больше, чем длинноволосый няня-оппа, – а теперь пойдем кушать, а то нам скоро идти гулять.       Радостно запрыгав, девочка поскакала на кухню, оставив няню в комнате. Кажется, эта работа намного лучше бесконечных апатичных будней, так что Бомгю ни о чем не жалеет. По крайней мере, пока что.       Последовав за девочкой, у парня появилась возможность наконец-то присмотреться к интерьеру, обстановке. Всё-таки утро было на столько сумбурным, что времени на это у него не было. А осмотреть тут было что. Очень уютная просторная квартира: две спальни, большой зал, совмещенный с кухней, и довольно длинный балкон, заставленный какими-то вещами и коробками. Атмосфера так и шептала о тепле, уюте, о семейной идиллии, не лишенной слегка одинокой перчинки. Когда в семье всего один родитель – это всегда заметно. Куда же делась Миссис Чхве? Примерно 4 года назад у них всё было в порядке. Ну или так казалось Бомгю в тот вечер.       Парень открыл холодильник, решил для начала исследовать его содержимое. Ну, видимо Ёнджун совсем в него не верил, так что оставил несколько контейнеров с едой. Вот и славно, меньше мороки и траты времени, можно просто разогреть. А пока он был занят едой, Йерим снова рассказывала какие-то интересные факты и истории.       Не ребенок – энциклопедия. Особенно мифическо-мистическая, если можно так выразиться.       После обеда их ждала прогулка до ближайшей детской площадки. Бомгю привычно шуршал оберткой чупа-чупса, наблюдая за тем, как маленький чертенок секретничает с какой-то подружкой. Если малышка Йери – жутко умная и гиперактивная, то Суён – загадочный ребенок. До бедного парнишки, в оба наблюдавшего за ними, доносятся отголоски каких-то странных уличных легенд. Какие-то явно из шоу по телевизору, что-то они услышали черт знает от кого, а где-то безбожно фантазировали.       Подозрительный Нянь: 11:46       аложвотжоООтфоцтвц              Друг Хена: 11:46       ?????       Бомгггю??7???7              Напряженно глядя на поток сообщений, озадаченный Ёнджун уже собирался набрать номер парня, пока в новых сообщениях не появились огромные пачки фотографий. Размытые, четкие, снова размытые… Размытых было явно больше.       Судя по контексту, его Вишенка сбежала с телефоном Бомгю и снимала игру в салки. Кажется, это было незапланированно, потому что на заднем фоне бедный новоиспеченный нянь бегал за девочками, а после даже спотыкнулся о песочницу, видимо, ныряя туда с головой. Мама Пак Суён что-то кричала девочкам, а после засмеялась от души над парнем. Следом пошли милые и дурашливые селфи двух маленьких девочек где-то глубоко в тесном ярком домике на детской площадке.       Всё это выглядит настолько комично, что папаша невольно хмыкает, скрывает хихиканье за ладонью. Теперь Ёнджуну куда больше хочется домой, чем раньше.              Подозрительный Нянь: 11:50       СМАРИ СМАРРИИ       Подозрительный Нянь: 11:51       НЯНЯОППА ПЫТАЛСЯ НАС ДОГНАТЬ       СУЁН СКАЗЛА ЧТО ОН КЛАСНЫЙ И ОНА ХОЧЕТ ТАКОГО ЖЕ       А следом прилетела две смазанные фотографии из какой-то голубой узкой трубы, куда заглядывал слегка уставший Бомгю, а после заползающий внутрь. Девочки явно стали убегать от него, от того кадры стали еще более размытыми.       Друг Хена: 11:52       Бедный Бомгю, пожалейте его              Ответа он не получил, зато работа шла куда быстрее, не смотря на ее повышенный объем. Скоро конец года, а это значит, Ёнджуну придется ночевать за отчетами в душном большом офисе. Зато он будет не один. Субин, как верный спутник и заноза в заднице, будет честно страдать бок о бок с ним. По большей части из-за того, что работу в срок он никогда не заканчивал и вряд ли будет изменять своей привычке.

__________________________________

      – Не суетись, Бомгю же не убьет её! Тем более, им было пиздец как весело сегодня, сам же за обедом хвастался! – с широким зевком Субин убрал с лица темную надоедливую челку. В светлом чистом лифте снова витает напряжение. Ему уже кажется, что это становится частью самого дома (лучше не надо).       – С обеда он больше ничего не писал, – скулы Ёнджуна были напряжены, да и весь вид был серьезен и тверд, как каменная статуя в ближайшем музее. Ему нужно было как-то оправдать свое волнение.       – Ты слишком нагнетаешь. Я даже оскорблен таким низким мнением о моем младшем, –тяжелый вздох Субина далеко не снизил градус напряжения в лифте, как и его скептический взгляд из-под густых изогнутых бровей.       Стоило ключу повернуться в замке, как мужчине показалось, что в квартире слишком тихо. Он ожидал увидеть что угодно, но никак не это. Малышка лежала на диване и что-то усердно писала, она была настолько увлечена, что даже не заметила, как Ёнджун зашел в комнату. А тут из кухни вышел сам длинноволосый парнишка с двумя чашками чая в руках. Вежливо поклонившись, насколько мог, Бомгю поставил чашки на журнальный столик. Вот только в этот момент Йерим и заметила папу и дядю в дверях. Радостные вопли не заставили себя ждать.       – Папа! – запрыгнув к Ёнджуну на руки, девочка принялась активно пересказывать весь свой день, – мы с оппой сегодня! Играли в «поймай призрака»! Он был таким страшным духом! А еще мы…!       На общем фоне выделялся самодовольно ухмыляющийся Субин. Он так гордо посмотрел на младшего и подмигнул, показав большим пальцем вверх, что Гю невольно отвел неловкий взгляд. Как-то не привычно видеть гордого хена, но дико приятно. Он и забыл за эти полгода, какое это все-таки приятное чувство, но поторопился собраться. Все-таки, работу он закончил, пора бы и отчаливать на родную пристань (хотя это довольно странная метафора для квартиры старшего).       – Няня-оппа, ты придешь завтра? Придешь?       – Йери, все зависит от того, что скажет твой папа, – с хитрой ухмылкой Бомгю сбросил всю ответственность на Ёнджуна, чем слегка смутил его. Честно говоря, от части это месть за утреннюю взбучку.       – Я поговорю с папой, – серьезно кивнув, она протянула ладошку, – а теперь дай мой чокопай.       – Ишь какая хитрая, а ты решила примеры? Все шесть?       – Ну… Только четыре, – малышка стушевалась, сбегала за тетрадкой и показала результаты, – просто остальные я сейчас не успею… Давай переговоры!       – Тогда два сейчас и в следующий раз решишь еще, – пожав друг другу руки, Бомгю дал радостному ребенку два чокопая в розовой чуть надутой упаковке.       Честно говоря, наблюдающий за происходящим мужчина был дико удивлен, потому что его Вишенка совсем не любила математику и не хотела что-либо решать. Может сам Ёнджун плохой учитель? Но это было удивительно, это первый раз, когда Йерим сделала что-то не в своем детском характере.       Уже стоя на пороге, Бомгю помахал малышке на прощание, пообещал увидеться ещё разок позже, потому что сам не был уверен, какое же решение примет её папа. Каким бы не был результат, он сам не давал себе ложных надежд и не ждал, что ему хоть раз дадут шанс.              Друг Хена: 20:17       Завтра в 7:30. Не опаздывай