Потерянные во тьме

Исилиэль подпрыгнула вверх, мощно оттолкнувшись от земли и перелетев через лошадь Элронда. Заучено махнув наотмашь мечом, она сделала подсечку следующему коню. Животное обиженно заржало, кубарем завалившись вперед через мощную шею и устроив настоящую давку в последующих рядах. Эльфы не успевали уводить лошадей в стороны от упавшего соратника, налетая на них и образовывая кашу из рук, ног и копыт. Раздался жалобный звук сжавшегося металла и голова эльфа, застрявшего под своим конем, чавкающе размазалась по обратной стороне шлема. Темная парирующе отскочила в сторону, попутно доставая из голенища кинжал. Град стрел со спины полетел вперед, подкашивая и добивая эльфов. Тело действовало само, давно зазубрив жестокие приемы боя. Здесь не было жалости и сочувствия, лишь хладнокровность и реакция. Элронд, погрязший в схватке с Адаром, интересовал ее меньше всего. Он ее точно узнал, но не имело значения отдал бы он команду — за лязгом брони и мечей его бы эльфы все равно не услышали. Уйдя от удара острой пики, принцесса все же обернулась. Лишь на мгновение. И тут же пересеклась с Элрондом взором. Испугав лошадь, Адар чуть было не скинул его позорно на землю, но эльф успел спрыгнуть и сгруппироваться, с сожалением и опаской посмотрев на Исилиэль. Она печально поджала губы, а затем, краем уха услышав свист стрелы, ушла в бок, обернувшись. Волосы желтым веером взлетели в воздух, описав полукруг, и наконечник древка едва не состриг одну из прядей, вовремя ушедшей с его траектории. Прищурив взгляд, Исилиэль нашла четырех лучников, оставшихся на пригорке, которые смело выпускали стрелы, безошибочно попадая лишь в орков. Свистнув Базуру, оказавшемуся рядом настолько вовремя, будто он читал ее мысли, она взглядом указала на эльфов вдалеке. Орк прищурил и так узкие глаза, но проследив в нужном направлении, коротко рыкнул, тут же кинувшись вперед. Исилиэль оставалось лишь подстроиться под ритм союзника и не попасть под его острую секиру. Базур раскидывал эльфов в стороны, — лезвие боевого топора иногда с лязгом прочно заседало в нагрудной броне противников, и орку приходилось упираться тканевым сапогом в хрипящее тело, чтобы лихо откинуть его в сторону на несколько футов. Некоторые из упавших остроухих светлых пытались напасть со спины, но тут же падали обратно, пораженные в незащищенные лица точной рукой темной. Потекли долгие минуты, в течение которых пара усиленно работала запястьями и плечами, коленями и стопами, уверенно пробираясь к лучникам, которые уже заметили движение в их сторону. Один из них попятился. Исилиэль мрачно улыбнулась, не скрываясь. — Ndengina! — раздался чей-то окрик справа, но темная тут же прервала его, наотмашь швырнув кинжал. Лезвие жалобно свистнуло в воздухе, обиженное на предательство владелицы, и хлюпающе потонуло в глазнице кричащего. В голове принцессы промелькнула мысль о том, насколько жаль ей утерянной навсегда стали, но важнее было лишить жизни того, кто мог привлечь к ним большее внимание. Базур взревел, раненный в плечо, и оступился, заслонив морду секирой. Исилиэль зашипела и, оббежав орка, вгрызлась в последние ряды сотни Элронда. Ускользая от эльфов и игнорируя мажущие возле нее удары, она вырвалась на пустое пространство и застыла лишь на мгновение. Эльфийские лучники дрогнули, поняв, что темная, измазанная кровью их собратьев, достигла своей цели. И допустили ошибку: кинулись ей навстречу, меняя дальнобойное оружие на мечи. Четверо остроухих одновременно нанесли удары, но Исилиэль отступила на шаг назад. Танцующе обогнув одного из них, она выкинула лезвие меча ребром в бок и разрезала обратную сторону шеи другому. Парировав предплечьем в кожаной броне размах кулака третьего эльфа, девушка с силой лягнула его в грудь, заставив потерять равновесие и рухнуть на землю. Четвертый накинулся сзади, металлическим запястьем обхватив глотку, вжимая в золотую броню и перекрывая доступ к воздуху, тем самым лишив возможности защищаться. Темная захрипела, заметив, как первый направился к ней, прокручивая меч в руке, и зажмурилась, подавшись сильно назад. Эльф от неожиданности ослабил хватку, покорно позволив принцессе налечь на него плечами. Доля секунды — Исилиэль вскинула обе ноги по очереди, целясь в приближающегося воина. Мысок первой стопы выбил меч, а вторая одарила остроухого в подбородок. Светлый охнул. Извернувшись, темная позволила лезвию просвистеть вертушкой между ее лицом и лицом эльфа, пытавшегося ее задушить. Кончик меча и верного друга беззвучно просек борозду по подбородку, рассекая мясо и связки мышц. Кровь бодро захлестала по шее и нагрудной броне, окрашивая золотой в бордовый. Хмыкнув, Исилиэль резво обернулась на оставшихся двух лучников, но тут зазвучал рог, выбивший ее из равновесия. Меч застыл в воздухе, а глаза темной изумленно выпучились. Как давно она его не слышала. Грозный, но мелодичный. Раньше он внушал страх одним звучанием, когда после него под знаменами Баллора появлялся Иваран с темными. Он следовал за горном Моргота и был тише, однако боялись его едва ли не больше самого айнур. Дернув головой на зов, Исилиэль будто на мгновение потеряла интерес к лучникам. Взор моментально наткнулся на черную кляксу, застывшую вдалеке на высушенной и пожухлой осенней траве. Морохир, облаченный в черную кожаную броню с тремя металлическими полосами на груди, подпоясанный красным поясом, трепетавшим на ветру, выглядел мрачно и воинственно. Глядя исключительно на Элронда, прервавшего схватку с Адаром, он вскинул подбородок, молча вытащив меч. Кончик лезвия хрустяще уткнулся в землю. — Я дам вам лишь один шанс убраться сейчас, — его голос беспрепятственно разлетелся над замершим сражением и Исилиэль почувствовала гордость, обжегшую изнутри. Может ее близнец и плохой Владыка, но воин он суровый и бесстрашный. И поэтому опасный. Темная пробежалась взглядом по фигурам, с мрачным удовольствием подметив испуг на их лицах и то, как эльфы косо поглядывают на Элронда, ожидая его решения. Темных было больше даже без учета орков. Если он не отступит, остроухих размажут по земле, смешают с гниющей листвой. — Откуда я могу знать, что стоит нам развернуться, вы не кинетесь в погоню, словно хищники? — отозвался Элронд, отойдя от Адара, молчаливо наблюдавшего за разговором. — Ниоткуда, — пожал плечами Морохир, обеими руками уперевшись в рукоять меча и лениво отведя взгляд в сторону. — Могу дать тебе лишь слово: если эльфы сейчас уберутся, то мы вас не тронем. Таково желание моего Властелина. Эльфы словно встрепенулись, услышав последние слова Владыки Баллора и на их лицах проскользнула отчаянная решимость. Сама их сущность не позволит, чтобы Темный Властелин, второй своего имени, обрел силу и власть над ними. Отступят — значит покорятся его воле. Исилиэль видела это в их глазах. И Элронд, обернувшись на свое поредевшее войско, лишь крепче сжал меч. Напряжение, до этого растекшееся над воинами, будто густой мед, резко затвердело, достигнув своего пика. Пришло безмолвное осознание, что бойни не избежать. Морохир, услышав тонким слухом, как лязгнули наручи на оружии противника, дернул головой в сторону эльфа и зло прищурился: — Как будет угодно… Mabay bat ob armauk. Станет на одного меньше. Что-то обожгло щеку и Исилиэль, увлекшаяся разговором брата и знакомого, охнула, вовремя отодвинувшись на шаг назад: один из лучников черканул ее по щеке, воспользовавшись заминкой. Еще немного и она могла бы лишиться лица. Зло рыкнув, не хуже Базура, темная кинулась на двух эльфов возле нее, давно бросивших луки за спиной. Звонко зазвенела сталь. Остроухие светлые сцепились с орками и темными, вгрызаясь во врага с единственной целью — не выжить, а отстоять свою честь. Доказать, что Саурону будет не так легко овладеть Средиземьем. Меч пробил кожаный стык грудной и спинной брони одного из лучников, и Исилиэль атаковала второго. Повалив его на землю, сбив с ног, принцесса направила меч ему в лицо, но в последний момент наручи легли поверх лезвия, зажав его с двух сторон с немыслимой силой, не давая клинку сдвинуться с места. Сжав зубы и ощерившись, темная надавила всем телом, коленями крепче сжимая тело под собой. Скрежет резанул по ушам, но принцесса и не поморщилась, чувствуя, как туманится разум от запаха крови. Пульсировала единственная мысль — убить. И тут чье-то тело налетело сбоку, сбив Исилиэль с эльфа, и она кубарем полетела с ней по траве. Меч вылетел из руки, когда на пальцы больно всем весом упала чужая броня. — Очнись! — рявкнули в лицо, когда мир перестал кружиться и она обнаружила себя придавленной разъяренным Элрондом. — Балрога мне… Остаток фразы заглушил пронзительный визг раненного орка, подкошенного эльфийским лезвием. Темная фыркнула и сдула прядь волос, упавшую на лицо. — Какого Моргота вас так мало? — огрызнулась она в ответ, дернув руками и освобождая их из хватки эльфа. Элронд покачнулся, слезая с принцессы, и она быстро села, нервно и неприязненно дернув плечами. Мужчина провел наручем по волосам, а затем, ругнувшись под нос, резко стянул их, скинув на землю. — Гиль-Галад не поверил мне! — рявкнул он, потеряв самообладание, и Исилиэль удивленно моргнула, впервые увидев, как эльф выходит из себя. Славившиеся выдержкой и хладнокровием, принцесса и подумать не могла, что что-то способно выбить эльфов из колеи. — Не поверил? — Не поверил, что Саурон вернулся… Как я долгое время не верил Галадриэль, также и он лишь снисходительно улыбнулся на мои слова, — с печальным смешком он изнурительно покачал головой. — Дал две сотни на то, чтобы разгромить вас и орков, пока не успели встать на ноги. Сам дурак… Я не знал что делать и решил уже идти до конца. А майар прикрылся вами и даже не дал мне шанса… — Отступите, — перебила его темная, вскакивая на ноги и разминая шею. — Дождитесь Нуменора. Объединившись с ними, сможете нанести удар по Саурону, но что-то мне подсказывает, что есть шанс решить вопрос бескровно… Элронд, также встав с земли, непонимающе изогнул бровь и Исилиэль поспешила объяснить, тревожно оглядываясь по сторонам, чтобы не получить меч в спину: — Советник моего отца сказал, что многие не поддерживают Морохира. А Адар склоняется к тому, что правление Саурона нанесет лишь вред его детям… Я могу попробовать найти нам союзников. — Эльфы, нуменорцы, темные и орки, — хотя какая-то ваша часть, — шанс на победу видится мне все ярче, — задумчиво хмыкнул эльф, глядя на землю под ногами. Вокруг царила битва насмерть. Орки вгрызались в глотки светлым, потроша их изнутри мечами. Народ Гиль-Галада элегантно и гордо, даже в бою не теряя статности, плясал между врагами, нанося смертельные удары, окропляя землю черной кровью детей Адара. Темная прикрыла на секунду глаза. А затем взмахнула по косой мечом. И не прогадала. Элронд на предчувствии выставил лезвие, чуть изогнутое в середине, предотвращая удар. Темные глаза чуть округлились. — Сражайся. А потом командуй отход, — уверенно кивнула принцесса, надеясь на то, что эльф ей довериться. И от души пнула его в колено ногой. Элронд с коротким охом осел, тут же перегруппировавшись, и отскочил в сторону, резанув мечом воздух. Исилиэль уже оказалась за его спиной. Кончик клинка легко, почти невесомо, черканул его по шее, а затем последовал удар в спину, и эльф растекся внизу, прижатый ступней темной. — Сдавайся, — громко бросила она, и звон ближайших мечей стих. Эльфы напряженно оборачивались, готовые защищать своего командира до последнего, но Элронд послушно разжал ладонь, выпустив оружие из руки. Опираясь грудью, он вскинул конечности вверх, показывая, что признает поражение. — Ваша взяла. Исилиэль косым взором заметила, как воины Гиль-Галада негодующе выбросили мечи, сжав ладони в кулаки, но молча и бесспорно, подчиняясь приказу Элронда. Тот медленно встал с земли и, качнув головой, отдал безмолвный приказ отступить. Золотая броня заскользила меж темных и орков, черными пятнами беспрекословно пропускавших мимо себя эльфов. Принцесса Баллора, тяжело дыша, убрала меч в ножны и обернулась в поисках Адара и Морохира, но наткнулась лишь на удаляющиеся спины обоих. Тревожное чувство кольнуло грудь.

***

Она выдохнула, зайдя в шатер Владыки Баллора, и устало отстегнула ремень с ножнами: денек тот еще. Отбросив его в сторону изголовья кровати, охнув, повалилась на жесткие шкуры, прикрыв глаза. Адара и Морохира она не видела. Видимо, те ушли к Саурону докладывать, что эльфы успешно отброшены и им понадобится время на восстановление. Теперь, когда сражение было уже не за горами, Исилиэль понимала, что Владыкам надо будет срочно продумать план действий. Четкий, слаженный, — такой, чтобы одного решительного удара хватило на победу со стороны майар. За мыслями она, кажется, задремала, потеряв счет времени, но грубый, холодный голос над головой резко выдернул ее из покоя тьмы: — Вставай. Исилиэль распахнула глаза, чувствуя, как испуганно колотится сердце, и привстала на локте, пытаясь проморгаться. — Морохир? — Я сказал: вставай… Брат-близнец хмуро сжал челюсти, отчего по скулам пробежали желваки, а затем, не выдержав нерасторопности сестры, он наклонился. Бледная рука с тонкими аристократичными пальцами впилась ей в волосы, одним круговым движением запястья намотав пряди на кулак. Из глаз брызнули слезы. Исилиэль взвыла от неожиданности и острой боли в макушке, пытаясь вслепую схватить брата за запястья. Не мелочась, Морохир резко подтянул ее вверх, едва позволяя касаться коленями шкур на кровати. — Ты безнадежно тупа, сестра, — прошипел он, сближая их лица и глядя в испуганно распахнутые глаза, — если думаешь, что вокруг все слепые. Лоб обожгло пламенем, захватив и его болью. Взвыв, темная наконец вцепилась в его запястья, подтягивась весом тела. Коротко рыкнув, не в силах ударить брата в ответ, потому что просто боялась, что эльфийско-темная гордость, — ее волосы, — просто оторвется, оставшись намотанной на кулак брата, она обессиленно сверкнула глазами: — О чем ты говоришь? — Я покрываю тебя перед Сауроном! Выгораживаю, чтобы твоя голова не слетела с плеч! А ты продолжаешь у всех на виду строить козни с проклятым остроухим! Принцесса сбледнула на лицо, чем вызвала победную, злорадную усмешку Владыки Баллора. Кончики ушей неприятно онемели. Морохир спустил презрительный взгляд ей на губы, а затем, подзакатив глаза, недовольно отшвырнул сестру обратно на кровать. Темная с силой приложилась затылком о стену, однако и не дала себе шанса на скуление и разлеживание. Вскочив на ноги, она отступила к изголовью кровати, пытаясь краем глаза понять, где лежат ножны. Близнец сделал круг вокруг себя, а затем разъяренно подлетел, тыча пальцем ей в лицо: — Все проблемы от тебя! Почему ты такая упертая?! Темные выбрались из Баллора — плохо; заручились могущественной поддержкой — плохо; обрели дом — плохо; отстаиваем свои права — плохо… Но вспомни, как ты сама об этом мечтала! Ты хотела на поверхность, к солнцу, жить как все в Средиземье! — Здесь нет солнца, здесь лишь смерть, Морохир, — хрипло, все еще чувствуя металлический обруч боли, пульсирующий на голове, проговорила темная. Ее нога незаметно шарила по полу в поисках меча, но не находила, отчего Исилиэль все сильнее чувствовала безнадегу, съедающую изнутри. — Оркам необходима защита от солнца, — со смешком отстранился от нее брат, а затем, смерив взглядом, делано спокойно скрестил руки на груди: — Хорошо, давай уйдем. Скроемся. — Исилиэль изумленно изогнула бровь, уже не в силах сдерживать потрясение, и Морохир дернул верхней губой. — Оставим орков и Саурона разбираться самим с эльфами, нуменорцами и прочим! Сами будем жить спокойно, — уверен, через пару лет нас перестанут искать. — Где ты, там не может быть мира, — прошипела темная и, плюнув на меч, сделала шаг к брату, хищно обойдя его полукругом. — Ты везде сеешь смерть: Белерианд, Баллор, Мордор… Ты кровожадный и бездушный воин, который знает лишь как убивать! Ты — моя половина, которую я ненавижу и всем сердцем хотела бы, что бы ты исчез!.. Глухой удар, прилетевший с мужского кулака по скуле, заставил Исилиэль смолкнуть и покачнуться, держась за щеку. Повисла тяжелая пауза. Глаза Морохира в полутьме шатра зло светились зеленым. Кулак так и остался сжатым, хотя Владыка и опустил его вдоль тела. Темная медленно повернула к нему лицо. — Не забывай, с кем ты разговариваешь, сестра. Если не в состоянии следить за своим грязным ртом, я научу… Рот медленно наполнялся кровью и Исилиэль со смешком провела языком по зубам, пересчитав их, а затем сплюнула сгусток прямо под ноги, качнув головой. — Спасибо, что каждый раз напоминаешь. Я знаю с кем говорю… — Морохир взглянул исподлобья неожиданно похотливо, словно вся эта затея лишь возбуждала его, хотя ноздри тонкого носа опасно трепетали. Принцесса распрямилась и обвиняющее повела бровью: — С отцеубийцей. Владыка Баллора рыкнул, взяв сестру за предплечье. Дернув ту на себя, он впился грязным, болезненным поцелуем ей в губы. Сминая, подчиняя и кусая до крови. Язык вторгся в ее рот, грубо заткнув, а чужие пальцы обхватили волосы, больно натянув, заставив закинуть голову назад. Исилиэль замычала, тут же лягнув брата в пах и с силой сомкнув челюсти. Застонав, Морохир отступил, держась одной рукой за лицо, скрывая губы. — Сука, — прорычал он, отведя ладонь и взглянув на испачканную кровью ладонь. Ей бы очень хотелось, чтобы в этот момент зашел Ардрил или Адар, или хоть сам Саурон, только бы помог вразумить обезумевшего Владыку Баллора. Темные и светлые выносливее и сильнее других рас, но эльфийка никогда не сможет физически одолеть эльфа-мужчину. Как и у Исилиэль не было шансов против Морохира… Все произошло в одно мгновение: легким, но мощным движением тела и руки близнец вжал принцессу в опорный столб, отчего шатер заходил ходуном. Обиженно захлопали тяжелые занавеси полога. Заломив ей конечности за спину пальцами одной руки, второй пытался стянуть кожаные штаны, сидевшие в облипку. Исилиэль взвыла, чувствуя, как от осознания, что собрался сделать брат, в глотке запершило от тошноты. — Не смей! — завизжала она, надеясь, что хоть кто-то услышит. Раздался негромкий треск лопающейся кожи на штанах и те наконец поддались. Молчаливо и зло глядя на нее, Морохир резко развернул ее, скручивая и заставляя наклониться, не обращая внимания на слезы, покатившиеся из глаз сестры. Она было хотела его лягнуть, не в силах извернуться, но сапог брата грубо пнул ее под колени, заставляя рухнуть на землю. Лицо уткнулось в пол и Исилиэль оказалась полностью обездвижена, с откляченным задом, хотя и продолжала бессильно дергаться. За спиной раздался шорох одежды. На спину налегла тяжелая грудь Морохира и горячий, ядовитый шепот коснулся ее затылка: — Я заставлю меня уважать… Головка члена Владыки Баллора тупо ткнулась в губы темной, а затем резко прошила сухое лоно насквозь. Исилиэль взвыла, рванувшись вперед, но рука брата, сильнее надавив на сомкнутые на спине запястья, пригвоздила ее к земле. Тупые толчки сменили темп с быстрого на более медленный, тягучий, как будто брат пытался доставить ей удовольствие. Совсем как тогда в пустой тьме Баллора… Свободная от хватки ладонь Морохира легла на ее бедро, увеличивая размах. Мерзкие хлопки кожи о кожу эхом разлетались по шатру. Все тело превратилось в единый комок боли и принцесса прикрыла глаза, прикусив губу. Все силы уходили на то, чтобы сдерживать болезненные крики — не доставит она ему такого удовольствия. Стон наслаждения сорвался с губ Владыки, когда он погрузился на полную длину. Исилиэль сжала челюсти и, почувствовав, как пальцы на ее запястьях чуть расслабились, резво подалась назад. Затылок впечатался в подбородок брата и тот, охнув, опрокинулся назад, от неожиданности отпустив сестру. Темная, с трудом перебирая ногами, скользящими по земле, поднялась и в ярости обернулась, попутно позорно натянув штаны. Безошибочно взором она нашла кинжал, рукоятью торчавший из сапога брата, но не успела сделать и шагу, как полог палатки распахнулся и внутрь зашел Адар. Глядя в землю, он расслабленно поправлял металлический наруч на поврежденной руке, а когда поднял взгляд, замер. Исилиэль взглянула на него, рефлекторно оттирая полоску крови из уголка губы. Морохир, так и валяясь на земле со стянутыми штанами, обернулся на пришедшего. Владыке-Отцу хватило мгновения, чтобы оценить ситуацию. Темная испуганно сглотнула. А затем урук легким движением руки достал кинжал из поясных ножен рядом с мечом и двинулся к Владыке Баллора. Искаженное шрамами лицо дрогнуло в презрении и злости, но Исилиэль выскочила перед ним, ладонью уперевшись в черный железный нагрудник урука. — Не тронь его, — противореча сама себе, прошептала она. Ярость на брата сменилась страхом за судьбу Адара. — Не хочу, чтобы меня считали братоубийцей. — И не будут, — не глядя на нее, протянул Адар, нахмурив брови. — Ведь это сделаю я. — Нет! — рявкнула принцесса, сильнее надавив на нагрудник. Владыка-Отец медленно поднял взор от натягивавшего штаны темного на Исилиэль, и в глазах мелькнуло что-то сильно похожее на сожаление. Девушка, продолжая быть единственной стеной, отгораживающей шатер от кровопролития, быстро облизала губы и проговорила более мягко: — Темные не встанут за мной, если Морохир умрет вот так… Пожалуйста… — Так вот как ты с ним разговариваешь? — ехидно раздался голос сзади, и темная повернулась полубоком, мрачно скрещивая взоры с братом. — Что, урук уже нашел проход к тебе под юбку? Отец был бы очень разочарован, если бы узнал, что ты даешь хоть и павшему, но эльфу! Она не успела открыть и рта, как Адар задвинул ее за спину, отгородив широким разворотом плеч. — Скажи это еще раз, — склонив голову вбок, как хищник перед прыжком, попросил он, нервно поигрывая кинжалом в руке. — Не лезь не в свое дело, урук! Выплюнул едко, словно вляпался в дерьмо под ногами. И Исилиэль покачала головой, не понимая, что происходит с братом. Ситуация накалялась. Мужчины не сводили твердых, решительных взглядов друг с друга, а рука Владыки Баллора легла на меч. — Адар, хватит! — схватила его за живую руку Исилиэль, оттягивая назад, но проще было сдвинуть с места морийские врата. Мужчина лишь покачнулся, проигнорировав фразу темной. — Это и мое дело, ведь ты подрываешь наши армии с корня! — сухо парировал Владыка-Отец, сделав шаг вперед. Морохир вынул клинок, также делая ответный шаг. — Исилиэль — принцесса, и ты не имеешь права… — Она моя! — взревел темный, перебив, и Исилиэль, выйдя из-за спины урука, протянула: — Никогда не была и не буду. Неожиданно раздался громкий смех и последующие аплодисменты, сбившие троицу с толку. Темные и урук недоуменно обернулись. Саурон, хлопая в ладони, насмешливо рассматривал собравшихся, продолжая смеяться. Адар дрогнул и подался назад, утягивая за собой Исилиэль, продолжавшую сжимать его руку. В попытке огородить от майар. Защитить, что бы тому не пришло в голову. — Моргот мне свидетель, пятнадцать веков ожидания стоили того, чтобы наблюдать за этим представлением! — отсмеявшись, протянул Саурон, скрестив руки на груди. — Никогда бы не подумал, что увижу, как брат-извращенец и урук сражаются за темную. Он иронично посмотрел лишь на Исилиэль, а затем повел рукой в воздухе: — Так что, вы собираетесь убить друг друга? Или все же очнемся и вспомним, что находимся на пороге войны?.. — Да, Владыка, — выдавила темная, чуть склонив голову, и тот тут же встрепенулся, протараторив: — Хорошо, что именно ты подала голос. Орки рассказали, что ты убила не одного эльфа, сражаясь за них, — Саурон осмотрелся вокруг, пропустив многозначительный взгляд Морохира, брошенный на сестру, которая его, впрочем, проигнорировала. — Ты делаешь шаги к исправлению, поэтому надеюсь на твою покладистость. Цепи более не нужны… — Благодарю. — Но! — он вскинул вверх указательный палец, засмотревшись на огонь, пляшущий в масляной лампе на стойке возле кровати Морохира. — Также жду других доказательств того, что ты на нашей стороне… Я посылал за этим и твоего брата, и Владыку-Отца, но те, видимо, теряют голову, находясь рядом с тобой. Хорошо, что я этим не страдаю, — правда?.. Поэтому задаю вопрос напрямую. Майар взглянул на нее подчиняюще-твердо и Исилиэль заметила, как под его глазами пролегли тени. В шатре стало неуютно и холодно, а дыхание сперло, будто выкачали весь воздух. — Через сколько прибудут нуменорские войска? Темная тревожно надавила языком на обратную сторону нижних зубов, попытавшись взбодрить уставший разум. Нуменорцам, которые уже прибыли в Нуменор и выплыли обратно, по ее скромным подсчетам, оставалось чуть меньше двух недель. В это время Элронд, если не решится уйти обратно в Линдон за подкреплением, будет в Эрегионе совершенно беззащитен. Если Саурон узнает, что до прибытия войск Нуменора так много времени, он не станет ждать — сразу атакует Твердыню Эльфов. Отряда Элронда и стражи Келебримбора не хватит, чтобы дать отпор. Но если она откажется сейчас говорить, то Саурон вновь посадит ее на цепь, как бродячую собаку, и Моргот знает, что с ней сделает разъяренный Морохир. Думай, Исилиэль, думай!.. Ладонь Адара извернулась, и он на мгновение крепко сжал ее пальцы, пытаясь привести в чувства. — Неделя, — выпалила она, глядя на переплетенные руки с Адаром и тяжело сглотнув. — Нуменор прибудет через неделю. — Замечательно! — хохотнул Саурон и развел руками, укоризненно переведя взгляд с Владыки-Отца на Морохира. — Это было так сложно? Морохир дернул головой, со звоном убрав меч, и хрипло спросил: — Что будем делать с эльфами? — Кажется, самое время наведаться в гости к нашему другу, — кивок на темную. — К Келебримбору. Исилиэль ругнулась про себя и прикрыла на мгновение глаза, а затем все же выдавила из себя, жалобно улыбнувшись: — Можно мне покинуть собрание? Кажется, у меня немного кружится голова. Саурон коротко кивнул, проводив девушку задумчивым взором. Темная как ошпаренная вылетела из шатра. Загнанно посмотрев по сторонам, она обхватила себя за плечи и спешным шагом кинулась к лесу. Оставив позади лысые стволы, она вскоре приблизилась к той поляне, где общалась с Ардрилом. Тело ныло и болело, а низ лица, кажется, начинал опухать от удара Морохира. Перемнувшись с ноги на ногу, пытаясь заглушить саднящее чувство в промежности, она со стоном помассировала лоб. — Пламя… — прошипела она, чувствуя, как все рушится. Как ей предупредить Келебримбора и Элронда? Лагерь покинуть ей теперь точно не дадут… — Исилиэль? Она резко обернулась и вздрогнула, почти уткнувшись носом в нагрудник бесшумно подошедшего Адара. Подняв лицо, темная встретилась со светлыми, печальными глазами, не зная, что говорить ему после всего случившегося. Видимо он тоже, потому лишь протянул наруч, коснувшись опухшей скулы с формирующимся синяком. Холод железа приятно остудил горящую кожу и принцесса прикрыла глаза, позволив себе на секунду примкнуть к руке урука. Исилиэль слышала его тяжелое дыхание, чувствовала невыплеснутую злость… А в следующий момент ее губ осторожно и нежно коснулись чужие, заставив удивленно распахнуть веки…

***

Келебримбор едва слышно прикрыл дверь в кузню, как вор крадясь в сторону заготовок. Вор в собственном доме. В голове помутнело уже давно, с самой встречи с Халбрандом, но Владыка Эрегиона списывал это все на усталость и ношу, ответственность за всех собратьев, которые могут просто раствориться, оставшись пеплом на памяти лишь пары поколений людей. — Трех недостаточно… Трех недостаточно… Трех не… Его склизкий шепот, так не соответствовавший вечно гордому и собранному облику Владыки, разлетался по темной, мрачной кузне, не освещенной масляными лампами. Шаркающие шаги стали быстрее и Келебримбор приблизился к стеллажу. Пару раз тревожно оглянулся на закрытую дверь входа. — Я знаю… Знаю… Знаю… Он вновь приковал свое внимание к заготовкам и осторожно нагнулся, доставая запрятанную шкатулку. Никто бы не стал тут искать готовые артефакты. Никто о них вообще ничего не знал. Он распахнул крышку и рассмотрел на двух ярусах кольца. Они ласково поблескивали даже во тьме. Владыка протянул руку и улыбнулся им, словно малому дитя, чувствуя, как пальцы будто окунаются в теплую воду. Шестнадцать. Именно столько колец лежало на бархатной красной подушке. После того, как два кольца, — Нарья и Вилья, — были отосланы в Линдон Гиль-Галаду, а третье, с белым мерцающим камнем, отдано по праву Галадриэль, Келебримбор перестал спать. Его мучали кровавые видения и преследовал шепот некоего Аннатара, называвшего себя во снах Владыки Эрегиона Дарителем и посланником Валар. Образ Халбранда холодно и пугающе мерещился ему в тенях Ост-ин-Эдиля. Словно обезумевший, он втайне ото всех ковал ночами, беспрестанно шепча себе под нос. — Три мало… Нужно больше. Девятнадцать — хорошее число. Я знаю, знаю… Нужно еще шестнадцать. Небольшое число, но достаточное, чтобы вскоре погрузить Средиземье в хаос…