Одна сигарета и множество проблем

Стол был уже накрыт и отведённые полчаса давно прошли, а Оскар все не появлялся. Забеспокоившись, Арно какое-то время поколебался, а потом всё же поднялся к нему в комнату. — Оскар? — Я стоял, — вскочил из-за письменного стола парень так, будто его уже подозревали чёрти в чём. — Но выйти из комнаты… не могу. Я того… Ну… Это. Короче. Виноват! — он выпалил это смущённо и скосил взгляд куда-то очень мимо мсье, пытаясь унять учащённое сердцебиение. — Не сомневаюсь, что стоял, — Арно не стал проходить дальше порога. — И рад, что признаёшь вину. Пойдём ужинать уже, горе ты мое луковое! А после будем разбираться с чем у тебя сложности. — Ужинать. Ага, иду. Послушался Оск моментально. Вернее, поспешил выскочить из-под взгляда мсье. Сейчас было неловко даже просто находиться рядом. Как оказалось, стыд юноша переносил гораздо хуже боли. Лучше ремень или даже розги, чем вот так — ладошкой нашлёпали и отправили в угол! Кошмар, чёртов кошмар. За столом Оск торопливо жевал и прятал взгляд в тарелку. «Нормально, нормально, всё блять просто охуенно нормально», — пытался успокоиться парень, но безуспешно. Он не был уверен, что теперь сможет говорить с директором и не краснеть. Сразу вспоминал проклятый угол. — Не торопись за едой, ешь спокойно, — Арно пододвинул ближе к Оскару его любимый мясной салат. — И насчёт грязных слов, Оскар… Видишь ли, все знают эти слова, каждый может их употребить — это проще простого. А вот не употреблять способен не всякий. Я больше не хочу их слышать от тебя. Ни при каких обстоятельствах. Ну вот. Вспышкой вернулось воспоминание о том, как он себя вёл, и Оск виновато потупился. — Я просто злился. Очень. — Понимаю. Злость естественна в этой ситуации. Весь вопрос в том, кто побеждает — ты её, или она тебя. Боюсь, сегодня она тебя сделала вчистую, — Арно мягко улыбнулся. Под таким углом ситуацию парень ещё не рассматривал. Соревноваться с собственной злостью? Интер-ресно. — В другой раз я ей не продую, — всё ещё несколько смущённо улыбнулся Оск, принимаясь за салат. — Вот и славно. Хладнокровие — необходимая черта при тушении пожаров. В этот вечер они долго занимались уроками и в итоге всё оказалось не так уж и страшно. Хотя поработать, конечно, теперь придётся, чтобы всё подтянуть. А вечером Арно, как обычно, зашёл пожелать Оскару спокойной ночи и с удивлением обнаружил, что вместо любимой «пожарной» книжки он читает трактат по истории. Надо же! — Спокойной ночи, Оскар. Добрых снов! — он приобнял мальчишку. А затем потушил свет и тихо прикрыл за собой дверь, прикидывая, какой разнос устроит завтра учителям в школе.

* * *

На следующий день Оскару пришлось отвечать на всех уроках. Только теперь подготовился он от и до. Накануне ему здорово помог мсье, не оставил и теперь. Дюваль смотрел с задней парты, а у Оскара включилось непривычное состояние спокойствия. Он знал о чём говорил, и говорил не для учительницы или класса, а для мсье. И это было круто. Честно заработанные высшие отметки взвили гордость до небес. Парень разве что нос не задирал, но смотрел победителем. А после школы пришлось идти в часть. Именно пришлось, поскольку Оск шёл не просто так, а признаваться в том, что запустил учёбу и временно не будет приходить на тренировки. Не хотелось ужасно. Эх, знал бы что так выйдет, раньше бы рассказал мсье о проблемах. Оказывается, вынужденная скрытность тоже давила немало, и теперь, когда можно было больше не врать и не избегать встреч с Дювалем, Оскару стало поразительно легко и спокойно на душе. Правда, о наказании он бы предпочёл навсегда забыть. В пожарной части парень отправился искать командира расчёта. И обнаружил его на полигоне, где мужчины тестировали… ту самую установку, которую привезли накануне! Да, торжество уже прошло, но полевые испытания даже интереснее. Оскар посмотрел-посмотрел… Вздохнул и подошёл к командиру. На всё про всё ему выделили час, а слишком уж задерживаться не дело. — Эй, Оскар! — высокий подтянутый мужчина средних лет обрадованно поднялся навстречу. — А мы тебя вчера ждали, чего ж не пришёл? Ответ возник в памяти слишком ярко, но кажется удалось не покраснеть. Всей правды Оск вывалить не мог, и ни за что бы не признался во вчерашнем инциденте никому на свете, но и врать не собирался тем более. — Учёбу запустил, — повинился парень. — Скоро контрольные, а у меня хвосты. Пришлось нагонять. Было и ещё кое-что. Говорить не хотелось. Очень. Выполнять сказанное — тем более. Но пришлось сделать над собой усилие: — Я какое-то время совсем не буду приходить. Вот, предупредить забежал. — Это ты зря-я, — мужчина покачал головой. — Учеба это, брат, первое дело. И внезапно хитро прищурился: — Что, мсье Дюваль сильно ругался? Он это дело жуть как не любит, когда с ученьем небрежничают. В итоге Оскар всё-таки поперхнулся воздухом. Потому что мсье как раз не ругался, а наоборот… сразу действовал. — Вот поэтому пока приходить и не получится, — вздохнул юноша. — До тех пор, пока учёбу не выправлю. Он так и сказал. — Ну что ж, ничего не попишешь раз так. Если поторопишься, на следующей неделе как раз к учениям успеешь, — командир потрепал парня по макушке. — Сегодня-то как, остаёшься или пойдёшь уже? — Пойду, — с сожалением покосился Оскар на установку. С другой стороны, за неделю новая техника вряд ли исчезнет. Ещё будет шанс сунуться с расспросами. — Лучше поскорее долги разгребу. А как отреагирует мсье, если подопечный не придёт заниматься, а останется в части — не хотелось даже представлять. — Ну, давай-давай! Будем ждать тогда. И мсье Дювалю привет передавай, скажи, славного он парнишку вырастил, — сказал пожарный и пожал Оскару руку со всей серьёзностью, как взрослому.