Когда есть не только ты

- Давай поговорим, когда будем наедине. Сейчас нам нужно ехать.

- Стой, можешь ответить хотя бы на один вопрос? Кто мы друг другу?

- Я не знаю.

      Би растерялась. Она недавно смогла признать свои чувства, начала стараться что-то проявлять. Думать о том, кто они есть и кем они могут быть она даже не пыталась. В бою и в миссии – она командир. Видит все наперед, обучает и советует. А в личной жизни она была готова сдаться и следовать воле судьбы или воли человека, на кого она смотрит как на некое Божество. Би отвела взгляд и села в машину. Дорога обратно казалась долгой, из-за витающего напряжения и неприсущей молчаливости Эйвы. По приезду Би даже не успела заметить, когда и куда она ушла, пока сама помогла приезжим монахиням.       Сестра Ясмин встретила Биатрис. Она пригласила ее на закрытое собрание. Среди знакомых лиц она увидела Эйву, которая втиснулась между Отцом Винсентом и Матерью Суперион. Биатрис передали распечатанные страницы, где было написано несколько строчек на латинском. Она начала переводить вслух. - Не увидит света тот, кто запятнал свою честь и веру. Неизлечимо всё, кроме израненной души, которая вместо света, видит лишь движущиеся тени. Судим за жизнь будет каждый, кто назовет себя истинным воителем. Он объединит все ярким свечением круга.

- Спасибо, Биатрис, - продолжила Камила, - Джиллиан расшифровала записи Рейи, которые указывали на некие места силы. Но их знаем не только мы, но и те люди, кто были на складе и поезде. Данную запись я нашла в их данных. Думаю, это некая загадка, которая позволит нам понять, где именно необходимо разместить Слезы Бога.

- В тех записях были какие-то разгадки или подсказки? В расшифровке Джиллиан координаты?

- Да, координаты, но они слишком обширные. Тут есть подсказка к трем местам. Излечение – Церковь Лас-Лахас; чистота – Золотой Храм; духи – Гора Хуашань. Также стоит вопрос около слова «круг» и вновь по-латински «Судим будет каждый».

- Можешь соотнести координаты, чтобы мы понимали, в какой области хотя бы искать место.

- У нас уже используются Колумбия, Индия и Китай. Остается Италия, что-то ближе к острову Капри и Англия.

      Все принялись разгадывать загадку. Активнее всего была вовлечена Биатрис. Ей удалось найти соотношения во фразах и словах. Запятнал свою честь и веру – антипод чистоте. Неизлечимо – излечение. Движущиеся тени схожи с духами. Оставалось найти известный круг и понять последнюю часть. К общению присоединилась Эйва. - Стоунхендж. Идеальное место, куда мы можем установить Ковчег. Это его усилит. А еще это как раз в Англии.       Эйва была явно горда собой. Биатрис взглянула на нее с воодушевлением, но не поймала обратного контакта от нее. Ясмин предположила, что последнее слово может быть связано со справедливостью. Осталось понять, что есть на острове Капри, что относится к этому. Камила начала, а Биатрис после развила ее мысль.

- Я знаю только Церковь Сан-Констанцо, но она не имеет прямой связи со справедливостью.

- Митра.

- Причем здесь головной убор, Би?

- Бог Митра, он отвечал за справедливость. До строительства Церкви Сан-Констанцо римляне возвели там Храм Митры.       Места были определены, оставалось лишь разместить на них Слезы Бога и создать связь между ними и Ковчегом. Перевозить его договорились в последнюю очередь. Понимая то, что и другие знают о трех местах из пяти, Орден будет обязан охранять их до того, как все не будет завершено. Мать Суперион отправилась на собрание глав ячеек, чтобы распределить, кто где будет находиться.       Когда все стали расходиться, Биатрис пошла в сторону Эйвы. Та, глянув на нее украдкой, вышла быстрее других через дверь. Большую часть дня она всячески избегала Биатрис, не сказав ей и слова. Напряжение росло, от чего у Би начинали сдавать нервы и сгущаться цвета. Казалось, что ее новое восприятие мира также зависит от ее эмоций.       На улице были слышны звуки боя. Приехавшие монахини устроили себе тренировку. По взгляду Би было видно, что она с удовольствием кого-нибудь убьет, но за неимением лучшего, она решила присоединиться к ним, вызвавшись в спарринг с первой попавшейся девушкой. Она побеждала одну за другой. Ее стиль боя стал меняться, стал еще менее предсказуемый, но более агрессивный. Это даже подметили Камила и Ясмин, проходящие рядом. После увиденного, они обе отправились к Эйве, которая пряталась по другую сторону здания. Они дали понять, что ей явно надо поговорить с Биатрис, пока она не покалечила половину Ордена. Та послушно отправилась к месту тренировок. Понаблюдав несколько боев, вызвалась сама. - Может выберешь противника равного по силам?       Би была одновременно и рада, и рассержена видеть ее здесь. Она ухмыльнулась, понимая, что невозможно удивить человека, который сам тебя обучал. Они начали бой на палках. Поначалу никто особо яростно не нападал. Бой был больше похож на отработку ударов. Пока Эйва, воспользовавшись нимбом, не переместилась сквозь Би, слегка задев палкой ее спину. Биатрис оживилась. Она начала просчитывать передвижения Эйвы, даже с учетом ее старых и новых способностей. В бою появилось больше агрессии и движения. Они моментами кидали друг друга, ударяли, но не сильно. Было видно, что Биатрис боится задеть ее, хотя и понимает, что в их случае только Эйва можешь быстро излечиться.       Когда Би надавила на Эйву, та померцала, дав инерции повалить Биатрис на пол. Появившись вновь, она приставила палку к ее лицу. Но Биатрис потянула за нее к себе, тем самым слегка повалив ее над собой. У обеих случился флешбэк недавнего утра. Но Биатрис быстро откинула Эйву ногой, уронив на спину. Их бой закончила Мать Суперион, строго сказав им разойтись.

- Эйва!

      Крикнула Биатрис быстро уходящей Монахине-войну. Она последовала за ней. Эйва пыталась скрыться, то проходя через стены, то путая ее посторонними звуками. Наконец Би догнала ее и, схватив за плечо, развернула ее к себе лицом.

- Нам нужно поговорить.

- Не думаю.       Эйва уже собралась идти, но Биатрис продолжила говорить ей в спину.

- Не будь эгоисткой, Эйва.

      Эти слова только заставили слегка ускорить шаг. Эйва максимально закрылась в себе, но последующие слова заставили ее остановиться, с каждым предложением поворачиваясь в сторону Биатрис, а после и делая к ней шаги.

- Я не такая как ты. Во мне нет свободы, какой-то открытости. Я не могу кричать на весь мир о чувствах либо демонстрировать их полноценно. Я никогда не жила чувствами, меня всю жизнь тренировали правилами и ограничениями. Каждый раз напоминая, какая я неправильная, и сколько мне нужно трудиться, чтобы стать кем-то. А тут появилась ты. Человек, вызвавший первую искреннюю за долгое время улыбку. Та, что заставила усомниться в своей неправильности. Та, за кого я отдам свою жизнь. Мне сложно, Эйва. Я не знаю кому и во что верить. Я монашка, хоть и лично отвергнувшая данные обеты, надеясь, что этого достаточно. И когда ты открыла мне новое, когда я наконец признала чувства к тебе, мне пришлось тебя отпустить. Я не знала, что будет дальше, и уж точно не думала, что моя попытка стать свободной и понять себя закончится чертовым экспериментом, и я вновь стану какой-то не такой, напичканной неизвестным элементом, действие которого затуманивает мне порой рассудок. И ты спрашиваешь у меня, кто мы друг другу?

      Эйва увидела, что глаза Биатрис начинают наливаться слезами. Ей стало больно от того, что ее упрямство и ревность довели до такого. Она порой забывает, какой была жизнь Би до их встречи. Ее рассказы о прошлом не ложатся на тот образ, который она видела в ней изначально, и видит до сих пор. - Прости меня, Би.       Эйва обняла Биатрис, которую немного трясло. Постепенно ее дыхание восстановилось, слезы отошли. Но она все также крепко прижимала Эйву к себе, что порой мешало ей дышать в полную силу. - Я виновата, поэтому и бежала от тебя. Не хотела признаться даже себе, что ревную, что сама до конца не понимаю, что происходит между нами. Я привыкла к тому, что у тебя есть ответы на все вопросы. И взвалила этот груз на тебя. Я больше не буду давить или спешить. Пусть все идет так, как должно. Я люблю тебя, Би.

- И я тебя люблю, Эйва.

***

      Мать Суперион распределила ячейки. Большинство из них отправилось собирать вещи и улетать в заданные координаты. Им было велено обосноваться там, чтобы иметь возможность наблюдать и защищать святые места. Установить и зарядить Слезы Бога могла только Эйва. Когда большая часть Ордена разъехалась, команда Эйвы осталась ждать Лилит, которая в очередной раз пыталась найти свою мать. Камеры уловили странное движение по периметру. С разных сторон здания возникло четыре демона, таких же, как были в поезде.       Монахини во главе с Матерью Суперион вступили в бой. Позже к ним присоединились и Эйва с Биатрис, услышавшие крики и выстрелы. Дивиньевые пули не работали, удавалось только отражать удары, нежели наносить какой-то вред им. Камила убежала за пулями, которые они взяли на складе с Лилит. Они были такие же, какой подстрелила Лилит Биатрис. Только с их помощью бой стал на равных.       Биатрис вновь намекнула Эйве, показывая пальцем на себя. Та, держа Би за руку, создала точечный импульс, растворивший одного демона. Еще двоих смогли одолеть пули. Оставшийся направился в сторону комнаты, где хранились Слезы Бога. Эйва, слегка подзарядившись от Би, побежала за ним, но путь ей отрезало возникшее из ниоткуда свечение. Оттуда вышло двое мужчин. Один из них покосился на Биатрис, которая узнала в нем Фуэна. Он пригрозил Эйве пистолетом, полным дивиньевыми пулями. Биатрис рванула к ней, встав спереди.

- Давно не виделись, убийца.

      Второй мужчина улыбнулся. Он оголил руки до локтя, показав всем светящиеся круги, будто бы проходящие у него под кожей. Он ударил одной рукой о землю, откинув всех ближайших людей в сторону. Эйва хотела ринуться в атаку, но Биатрис ее остановила. Нужно было понять, что будет происходить дальше.       Неизвестный мужчина огляделся. Он призвал еще парочку демонов, а сам направился в сторону Слез Бога. Би, воспользовавшись моментом, выбила из рук Фуэна пистолет. За пару приемов она уложила его, допинав, чтобы он наверняка подольше был без сознания. Эйва побежала за мужчиной, в то время как сестры продолжили биться с демонами.       Он прошел сквозь стену, наблюдая за тем, как начал гореть демон, коснувшийся ящика.

- Рейя все такая же.

- Кто ты и зачем ты тут?       Эйва прошла вслед за ним, удивившись упоминанию Рейи, она достала меч и приготовилась к бою.

- Я подобен Адриилу, только сильнее и намного хуже. И уж точно ненавижу любых ослепленных последователей веры, особенно в Рейю.

- Очередной пророк с манией величия.       Эйва напала на него. Она увидела, что он голыми руками спокойно отражает ее атаки. Откинув ее, он появился близко, подняв ее за шею.

- Я могу сжать руку, и твоя хлипкая жизнь оборвется. И никакой нимб не вернет тебя с того света.

- Ошибаешься.       Эйва завела руку назад, вынув нимб. Она ударила им по рукам мужчины, ненадолго отключив их свечение. То и дело пользуясь нимбом, она ослабляла его, нанося уже более заметные раны мечом. На помощь подоспела Биатрис. Скользнув к ней, она дала Эйве возможность подзарядиться, одновременно ударив мужчину и мечом, и энергетической волной. Удивленный и растерянный, от испарился. Все оставшиеся демоны последовали за ним.

- Ты в порядке?

- Да.       Выйдя из здания к сестрам, их ждал сюрприз. Фуэна никто не забрал, что давало возможность допросить его. Большинство сестер пошли залечивать свои раны. Мать Суперион и Камила побежала предупредить остальных о том, какая опасность их может ожидать. Они осознали, что в этой войне им понадобится еще один козырь – оружие, способное убивать таких демонов.       Фуэна закрыли, оставив под наблюдением. От удара Биатрис нужно было время, чтобы прийти в себя. В это время Камила пыталась найти информацию о том, где они хранят своё оружие. Лилит помогала ей, стараясь проверить каждую зацепку. Она с интересом выслушала историю о том, что произошло. Она пыталась вспомнить, упоминал ли что-то об этом Адриил, но связи никакой не было. Но было странно, что он не знал, что на земле мог быть еще один сбежавший ангел.       Наконец Фуэн пришел в себя. Допрашивать его отправилась сама Мать Суперион, взяв с собой Эйву. К ним в компанию напросилась и Биатрис. Как бы ему не угрожали, не пытались причинить боль, он молчал. Спустя время он выдал только одно, что начнет говорить, если с ним наедине останется только Биатрис. Эйва не хотела оставлять ее, но Мать Суперион вывела ее насильно. - Я внимательно слушаю.

- Ты же почувствовала родство с ним? И, думаю, явно удивилась тому, что наши стражи не особо хотели причинять тебе боль.

- Кто он?

- Ангел, его зовут Пура. Он давно ждал, когда человечеству понадобится его помощь. И теперь вы с ним можете всех спасти. Неужели ты не хочешь начать убивать во благо?

- Ангел, опять?! Этим ты меня не удивишь. Никакого родства у меня с ним нет, лишь презрение. И если ты хочешь, чтобы убийством во благо не стало твое – говори!