Пение цикады

      Шторы они накануне задёрнуть забыли, и раскаленное тайское солнце шпарило в комнату уже в 7 утра. Тэхён поглядел на спящего Чонгука и ощутил нежность. Тот выглядел как большой ребёнок. Расслабленное лицо, чистая кожа, припухлые ото сна губы. Хотелось поцеловать их, но поцелуи с нечищенными зубами — это удел только киногероев.       Ага, вечером вы трахаетесь и, естественно, не идёте чистить зубы после бурного конца. Утром просыпаетесь, и вместо зубной щетки вам засовывают в рот язык. Да-да. Оставим фантазии для фильмов. В реальности утром вы хотите почистить зубы и в туалет. Потом романтика.       Тэхён тихонько вышел из бунгало и пошёл в свой номер, пересекая всю территорию огромного отеля. В семь утра уже вовсю бурлила жизнь. Тонкоголосые тайки приветствовали гостей тягучим «Саватди хааа». Многие туристы уже шли на пляж и на завтрак.       Тэхён тоже хотел есть, поэтому решил быстро привести себя в порядок и идти будить Чимина. «Нечего спать, — злорадно подумал он, — я сделаю из него раннюю райскую пташку».       Чонгук проснулся в пустой постели. Сердце тревожно заколотилось. Он с надеждой посмотрел в сторону ванной, но там было тихо. «Он просто взял и ушёл? А я даже не знаю, где его номер в этом огромном отеле».       Время восемь утра. Уснуть он больше все равно не может.       Чонгук быстро умылся и пошёл в ресторан на завтрак. Он был уверен, что найдёт там Джина и Юнги, которые всегда просыпались рано. Так и вышло. Их столик он нашёл по звуку голоса Джина, который что-то бурно рассказывал соседу.       — Чонгва, иди, хён накормит тебя! Ты поспал? Давай хён принесёт тебе завтрак, — не дожидаясь ответа, Джин сорвался с места, нажал руками на плечи Чонгука и усадил его за стол.       Младший постарался незаметно оглядеться, пытаясь найти глазами того, кто оставил его утром в пустой кровати. Вдруг сердце на пару секунд перестало стучать. К ресторану подходила небольшая компания: две миниатюрные кукольные девушки, по виду азиатки, над ними возвышался Чимин, и рядом шёл сногсшибательно красивый Тэхён.       Журналист экономических новостей шёл, словно по подиуму. Слегка небрежно, очень изящно, расслабленно улыбался. Чёрные локоны он легким жестом поправлял рукой с браслетами. Идущие навстречу туристы застыли и рассматривали его, не скрываясь. Тэхён производил эффект солнца. На него хотелось смотреть.       — Оппа, хочешь я принесу тебе кофе? — мелодичным голоском запела одна из девушек, поглаживающим движением касаясь руки черноволосого. Чонгук в эту секунду готов был растереть ее на месте, но не мог не отметить, что она удивительно хороша.       Тоненькая как стебелёк, с высокой грудью и ровными ногами, с кукольным личиком и большими глазами. В прошлой жизни Чонгук бы запал на такую.       — Нет, Тэхён ненавидит кофе, — ответил за друга Чимин. — Но я люблю! Пойдёмте, мои крошки, найдём нам столик.       Из-за колонны появился Джин с тарелкой в руках. Он увидел Чимина и компанию и, не стесняясь, завопил на весь ресторан.       — О, рыбаки! Идите к нам. Наш столик здесь! Приводите своих прекрасных фей в нашу компанию.       Юнги искоса рассматривал Чонгука, пока к их столику пробирались вновь прибывшие. Певец давно научился держать себя в руках, большая сцена тренирует самообладание и актерское мастерство. Чонгук спокойно приветствовал компанию, лишь слегка закусывая губу. Но Юнги чувствовал исходящую от Чонгука агрессию и пытался понять причину.       Тэхён выглядел взволнованным. На его руке крепко висела миниатюрная девушка, которая настойчиво требовала внимания и звала оппой. Пока рассаживались и представлялись, Тэхён взглянул на своего ночного партнера. Глаза того были внимательными и злыми. Журналист медленно сглотнул. Завтрак обещал быть весёлым.       Но пока все шло благополучно. Застольную беседу разбавлял шумный Джин, ему помогал весело настроенный Чимин. Девушки щебетали и делились планами. Блондин их во всем поддерживал.       — Давайте пойдём в бассейн! Там у моря есть один очень широкий, с прохладной водой, — девушка, которая была явно настроена на продолжение с Чимином, оглядела компанию, улыбаясь, — Юна очень хотела поплавать. Вы присоединитесь к нам?       Она обращалась к Чонгуку. Все давно узнали звезду экранов. Девушкам было приятно просто находиться рядом с ним, тем более, что в реальной жизни он оказался красивее и брутальнее.       Чонгук медленно кивнул. Он не хотел в бассейн. Он не хотел на пляж. Он хотел понять, что происходит между ним и Тэхёном. Но тут вспомнил их короткий ночной разговор.       «Это не отношения. Мы просто провели вместе время. Но я не думал, что это так быстро закончится».       — Да, давайте поплаваем, — произнёс он, нацепляя на лицо самую скромную из своих улыбок. Тэхён пригляделся к певцу. Сейчас тот выглядел, как стеснительный мальчишка. Ночью Чонгук был властным и развратным. В груди и ниже стал разгораться жар от воспоминаний. Но Чонгук вёл себя отстранённо, глядел на Тэхёна мельком и с раздражением.       «Чертов Чимин с его девчонками. Как мне отвязаться от них?» — они встретили этих куколок по дороге к ресторану. И разговорчивый Чимин, который приехал весело проводить время, мигом организовал две пары. ***       Юнги сидел на лежаке под широким зонтиком, и перед его взглядом разворачивался театр. Театр боевых действий. В бассейне плавали Чимин и девушки, Тэхён сидел на бортике, опустив ноги в воду и пил коктейль. Его тело было наполовину повернуто к бару.       Около стойки бара стоял мускулистый бог, тело которого было плотно обтянуто чёрной солнцезащитой. Чонгук имел тот тип сложения, который не мог оставить равнодушным никого. Идеальное тело с фигурой песочные часы поддерживалось в форме работой в тренажерном зале. У певца K-pop были широкие плечи, мускулистые бёдра и ровные ноги, но более всего поражала неестественно тонкая талия.       И сейчас к этой талии тянула руки блондинка, которая говорила, смешно картавя слова. Весь ее облик, задорная стрижка и слишком припухлая верхняя губа выдавали в ней француженку.       Чонгук приятно улыбался, возвышаясь над ней, позволяя девушке трогать пресс и громко восхищаться его телом. Они говорили на ломанном английском, который Чонгук учил уже много лет, но так до конца и не освоил. Это не мешало ему сейчас вовсю демонстративно соблазнять девушку.       — Какой напиток Вы желаете? Мохито? Я поддержу Вас. Два Мохито, пожалуйста! — обратился певец в сторону бара, — Какие у Вас планы на день?       Девушка восторженно зачирикала, что готова провести целый день с Чонгуки, если он не против. Купание в море? Попробовать Том-ям в ресторане тайской кухни? Покататься на лодочке? А может быть, Чонгук хочет показать ей его бунгало? Европейка не тянула время даром, раскованно предлагая варианты отдыха.       Тэхён сидел слишком недалеко от парочки, чтобы пропустить хоть слово. От последнего предложения девушки его уши вспыхнули от ярости. Он не осознавал сейчас, как поменялось его лицо. Ноздри раздулись, Тэхён вздернул подбородок и недовольно закатил глаза, стреляя взглядом в Чонгука. Он выглядел сейчас как самый красивый в мире злобный дьявол.       Юнги криво усмехнулся.       Тэхён резко оттолкнулся от бортика и поплыл в сторону Чимина и девчонок. Компания с визгом приняла его. Миниатюрная Юна обвилась руками вокруг тела Тэхёна, что-то жарко шепча ему в ухо. Журналист прикрыл глаза, деланно улыбаясь.       Рядом раздался шумный плюх, который окатил их брызгами. Девушки завизжали, а из воды вынырнул знаменитый певец. Вид у него был как в рекламе богатой жизни. Он оглаживал мокрые волосы назад, с лица стекала вода, чёрный костюм влажно сверкал, облепляя совершенное тело.       Тэхён закусил нижнюю губу. Фак. Этот парень.       Журналист отлепил от себя руки Юны и поплыл в сторону, делая вид, что решил размяться. Бассейн был огромным, и Тэхён уже прилично оторвался от компании. Он шумно дышал, его дико бесило всё, что происходило этим утром.       — Развлекаешься? — за спиной раздался тихий голос.       — Я смотрю, ты тоже не теряешь времени даром, — съязвил Тэхён, останавливаясь, но не поворачивая головы в сторону Чонгука.       — Желаю удачи! — злобно прошипел Чонгук и, не дожидаясь ответа, развернулся и резкими взмахами поплыл обратно.       Дальше было только хуже.       После бассейна все захотели кофе, и компания собралась идти в то милое кафе, где подавали все виды этого ароматного напитка. «Девушка» Тэхёна тоже хотела кофе, и он поплёлся вместе со всеми.       Чонгук с француженкой вели себя более чем раскованно. Кэти приехала отдыхать, и ее не волновало мнение общественности, особенно когда рядом с ней находился такой великолепный образчик мужской красоты. Чонгук позволял ей всё. Она гладила и восхищалась его прессом, сжимала бицепсы, складывала голову на крепкое плечо. Он лишь мило улыбался, поощряя ее.       Тэхён притянул к себе крохотную Юну и довольно громко спросил, наклоняясь к ее волосам.       — Где Вы хотите обедать, Юна-щи?       — Оппа, ты такой милый! Пойдёмте все в тот традиционный тайский ресторан? Я хочу их острого супа.       — Тэхёни не переносит острой пищи, — Чимин оторвался от своей девушки, чтобы продолжить разговор, — зато я обожаю! Идём есть том-ям! Я хочу сравнить чья кухня острее: корейская или тайская.       К обсуждению кухонь народов мира присоединились Хосок и Намджун. Компания стала шумной и огромной. Все говорили одновременно, слышался резкий смех Джина и громкий заливистый хохот Хосока. Только двое из этой весёлой компании были откровенно напряжены и сканировали действия друг друга.       — Чонгук, Вы хотите есть? Или, быть может, я угощу Вас чем-нибудь другим? — Кэти легко улыбалась в лицо певца. Склонилась ближе к его шее и краешком губ коснулась кожи. Лицо Чонгука напряглось, но он не отстранился.       Тэхён поднялся со своего места. Его улыбка была обворожительной.       — Я прошу меня извинить, — он поклонился в сторону Юны, — но я вспомнил, что через полчаса у меня срочный созвон с редакцией. — Я найду вас чуть позже.       Не дожидаясь ответа, Тэхён сорвался с места и быстрым шагом ушёл в направлении своего номера. Чонгук проследил за ним тревожными глазами. Он пытался придумать повод уйти, догнать Тэхена и объясниться с ним. Но его мозг будто наполнился ватой. Кроме того он понял, что не знает, где находится номер журналиста. Спрашивать у Чимина было бы странно.       Кэти обвила руками его талию, явно намекая на продолжение. Чонгук был раздражён, но умело не подавал виду.       Юнги развлекался. Юнги наблюдал. Но все же решил, что пришло время спасать младшего.       — Чонгук-а, я забыл тебе сказать, что мне прислали сценарий съёмок. Это срочно, и согласовать надо сегодня. Намджун-а, я займусь! — Юнги поймал удивленный взгляд главного менеджера. — Прошу нас извинить, дамы. Это не займёт много времени.       Юнги встал, увлекая за собой благодарного Чонгука.       — Чимин что-то говорил про тупиковую дорожку в самом конце отеля. Его номер последний, — тихо и с усмешкой проговорил продюсер, когда они уже достаточно отошли от компании и скрылись за поворотом. Чонгук смотрел с удивлением, осознавая, что Юнги всё знает.       Затем быстро зашагал в сторону, куда указывала рука Юнги.       — Зря я влез в это. Не пришлось бы потом разгребать отношения этих двоих. ***       — Открой мне, Тэхён-хён, я знаю, что ты здесь, придурок! — Чонгук колотил сильным кулаком, надеясь, что он не ошибся номером.       Дверь распахнулась, бледный журналист перегораживал вход. Он криво улыбался, глаза были холодные.       — Иди, Чонгуки, трахни ее хорошенько, она уже готова.       — Твоя девчонка тоже готова! Не ты ли пришёл с ней в обнимку в ресторан?       — Чимин приволок девушек!       — А ты был не против!       Чонгук толкнул Тэхёна в глубь номера и закрыл за ними дверь. Журналист стоял в напряженной враждебной позе.       — Что мы делаем, а? Почему мы провоцируем друг друга?       — Потому что мы не можем открыться перед ними. Мы не можем быть вместе, Чонгуки. У нас есть только ночи.       Чонгук пересёк комнату и рывком обнял Тэхёна. Тот чуть отстранился, затем кончиками пальцев поднял лицо певца. Огромными глазами вгляделся в его зрачки. Губы Чонгука приоткрылись.       Поцелуй был болезненным, они буквально кусали друг друга, стараясь излить всю свою взаимную ревность. Чонгук опустился к шее и присосался к коже на выступающей ключице Тэхёна.       — Я оставлю тебе метку, чтобы никто не посмел подойти к тебе. Тут ты будешь только моим.       Тэхён поддел ткань солнцезащитного костюма Чонгука и стянул с него верх.       — Ах, какая у Вас тонкая талия! — картавым голосом передразнил он тон француженки. Затем рывком спустил обтягивающие брюки, — эта талия и этот член — мои.       Он начал ласкать рукой налитый кровью орган. Чонгук с мычанием закрыл глаза.       — Пойдём в душ вместе. Мы пропитались запахом бассейна, — Тэхён начал быстро стягивать с себя одежду, а Чонгук с наслаждением впитывал образ его обнаженного тела.       Фигура черноволосого была тонкой, гибкой и мускулистой. Его юношеское тело было идеальным в глазах Чонгука.       В душе они долго целовались, стоя под струями воды. Их ревность смыло водой, осталась нежность и радость от обладания друг другом.       Поцелуи стали требовательнее. Руки гуляли по телам, изучая друг друга. Теперь они стояли, крепко прижавшись, чувствуя взаимное возбуждение.       — Я видел здесь на полочке кокосовое масло. У нас нет смазки, и, я так понимаю, что лучше масло, чем ничего. Давай попробуем, Тэхёни. Я начинаю сходить с ума от желания.       — У нас нет презервативов.       — Презервативы есть в каждом номере, глупый. Видишь ту колоду карт? Это просто обложка.       Чонгук вывел Тэхёна за руку из душа, захватив баночку с жидким маслом.       — Хочешь в меня? Сегодня ночью ты почти сделал это языком. Хочешь попробовать по-настоящему? — Чонгук вызывающе смотрел в глаза Тэхена. Но тот внезапно покачал головой.       — В этот раз мне самому любопытно узнать, как это, когда тебя трахают языком … и не только.       Чонгук опустился на колени, уложив перед собой тонкое идеальное тело партнера. Взял в рот крупный налитый кровью член и постарался пропустить его глубже, до самой глотки. Он воплощал сейчас свои эротические фантазии, доставляя наслаждение другому мужчине. К черту стеснение. Он сделает так, как всегда хотелось ему. Член Тэхёна ритмично выходил изо рта, а затем погружался все глубже и глубже. Слюна Чонгука стала вязкой. Тэхён стонал каждый раз, когда чувствовал, как головка упирается в стенку гортани.       Чонгук стал сосать яички, проводя пальцами по напряжённому анусу. Шире развёл бёдра партнера и легонько коснулся сжатого мышечного кольца мокрым языком.       — Готов? Я собираюсь сделать с тобой то, что ты сотворил со мной вчера, — Тэхён на это закрыл глаза ладонью и выгнул тело навстречу.       Язык Чонгука скользнул внутрь. Пошлость момента затмила всякую робость. Он хотел иметь Тэхёна всеми возможными способами. Напряг язык и стал буквально трахать его всё глубже и глубже. От возбуждения мышцы все больше расслаблялись, пропуская язык дальше. Чонгук увлажнил палец и просунул внутрь. Стал водить им вперёд и назад. Когда настало время второго пальца, Тэхён тихонько застонал.       — Тебе больно?       — Нет, ты коснулся какого-то места, и там было хорошо.       — Мы не будем спешить. Я хочу расслабить тебя посильнее. — Чонгук завёл третий палец и стал неподвижно ждать, пока привыкнут мышцы.       Он поднялся и потянулся губами к члену. Стал медленно и глубоко сосать его, одновременно водя пальцами внутри Тэхёна. Он явно случайно находил какие-то нужные точки, потому что тугое мышечное кольцо все больше расслаблялось, а Тэхён простонал.       — Давай. Только не торопись. Я хочу этого.       Красный туман окутал голову Чонгука. Он был на грани. Боялся, что ему хватит пары движений внутри Тэхёна и он кончит. Он быстро надел презерватив, обильно намазал член кокосовым маслом, в комнате запахло тропиками. И стал медленно вводить пульсирующую головку внутрь податливого тела. Замер от ощущения сильного сжатия.       — Подожди минуту. Надо привыкнуть. — Тэхён держал его на вытянутых руках. Не двигаясь внутри, Чонгук облизал свою руку и стал влажно водить ею по члену Тэхёна, чтобы сместить ощущения.       Когда возбуждение черноволосого почти достигло пика, Чонгук убрал руку с члена, приподнял его бёдра ладонями и сделал первые медленные движения.       — Ох, черт, так, продолжай. Ооо, я не знал, что будет такое ощущение! — Тэхён приподнял бёдра, в попытках снова поймать то резкое чувство сильной стимуляции точки удовольствия. — Обними и прижмись ко мне!       Чонгук расставил ладони, упираясь по сторонам от плеч Тэхёна. Тот прижался плотнее, зажимая между их телами напряжённый член. Чонгук протолкнулся глубже ещё раз, и ещё, проезжаясь внутри по простате. Тэхён замычал от подступающего острого чувства оргазма. Он стал двигаться в такт, подставляя бёдра под нужным углом.       Ощущения были на уровне обморока. Внутри себя он чувствовал твёрдый объемный член, который давил на центр удовольствия — простату. Снаружи его собственный член терся между двух тел, стимулируя дополнительный кайф. Он выгибался, кончая.       Чонгук почувствовал, как в момент подступающего оргазма плотно сжалось кольцо мышц внутри Тэхёна. Он больше не мог сдерживать себя. Черноволосый стонал и выгибался, принимая член всё глубже. Чонгук замычал, прижимаясь губами к острой ключице партнера и, больше не сдерживаясь, кончил через пару секунд.       Они лежали мокрые, опустошённые и расслабленные. Чонгук перевалился на кровать рядом с Тэхёном и тупо смотрел в потолок.       — Это было лучше, чем я мог представить. Как ты?       — Ты поймёшь сегодня вечером как я, — хитро улыбаясь, проговорил Тэхён. Он повернулся на бок, чтобы взять салфетки, — я не буду тебе рассказывать. Ты сам поймёшь, в чем кайф, когда тебя трахают.       — Я не хочу выходить из этого номера. Но нас будут искать.       — Нет уж, пойдём и разберёмся с этими девчонками. Я не хочу никого видеть рядом с тобой, Чонгуки. Никто не будет лапать и целовать тебя на моих глазах.       — А ты собственник.       Их возбуждение вернулось сразу после душа. Разрядки хватило минут на десять. Одевались они, стараясь не глядеть друг на друга, не касаться и не провоцировать.       Пока Чонгук надевал своё обтягивающее солнцезащитное белье, Тэхён смотрел на него, не мигая. Глаза его застыли, он рассматривал лицо певца.       — Теперь я смотрю на тебя, на твои губы и представляю свой член у тебя во рту. Ты сам мне сказал это вчера. Ты с ума сошёл такое говорить?! Я целый день об этом думаю. — Стоп! Реально стоп, Тэхён-щи! Я завожусь с полпинка. Нам надо выйти.       Они потратили ещё минут пять, чтобы успокоиться. Тэхён надел свободные брюки и длинную рубашку. Чонгук поспешил в своё бунгало, чтобы переодеться из облегающей солнцезащиты в одежду, которая скрывает выпирающие части тела. ***       — Друг мой, чего ты так долго?! Как все прошло? — Чимин приобнимал одну из новых знакомых. Все с любопытством смотрели на Тэхёна. Не дожидаясь ответа, Чимин скорчил грустную мордочку и трагическим голосом произнёс: — Тэхён-а, Суджа и Юна завтра рано утром улетают в Корею! Представляешь?!       Тэхён облегченно выдохнул. Ему не придется играть в шпиона весь оставшийся отдых.Осталось мягко скинуть девушку только на сегодня.       — К сожалению, я не смогу сегодня продолжить с вами вечер, через несколько часов я должен вновь вернуться в номер поработать. Срочное дело. — Тэхён поднял обе ладони в извинительном жесте. Юна была заметно разочарована. Её ухажер был сказочно красив, находиться рядом с ним было приятно.       — Так что там насчет тайского ресторана? — голос Тэхёна заметно повеселел, движения стали более расслаблены.       — Джин-хён просил не забыть о них. Сейчас я напишу ему, встретимся в ресторане. Они пошли поплавать. — Чимин быстро набирал номер и организовывал общий сбор.       В ресторане тайской кухни остро пахло перцем, лемонграссом и имбирем, который тут назывался галангалом. Компания, которая сложилась так быстро всего за пару дней, болтала в ожидании своего заказа.       — Я написал нашему маленькому Чонгуки, он ответил, что скоро будет. — Хосок обратился к Намджуну, который был обеспокоен долгим отсутствием подопечного. Затем грациозный хореограф резко развернулся на месте в сторону кухни и громким голосом закричал: — Мадам! Мадам! Я забыл сказать, что я не ем имбирь, мадам! Не кладите имбирь в мой суп!       Он сорвался с места, широко улыбаясь и размахивая руками, стал что-то объяснять официантке. Свое плохое знание английского они обоюдно компенсировали громкостью и улыбками.       Тэхён сидел вполоборота к двери. Он ждал. Внутри под ложечкой что-то тревожно и с наслаждением сжималось. Дверь распахнулась, и Тэхен встретился глазами с сияющими черными звездами. Глаза Чонгука светились, он шел к столику, глядя только на своего любовника. Откровенно говоря, они неслабо палились, и Тэхен это отмечал краешком сознания.       Пока шел к столику, Чонгук отсканировал местоположение Юны — отметил, что она далеко, а затем подвинул остальных, чтобы сесть рядом с Тэхёном. Журналист тревожно заёрзал. Это была чистой воды провокация. Прикасаться друг к другу сейчас, после того, что только что произошло? Возбуждение было словно прилив на море, оно держалось теперь постоянно. Певец как бы случайно уперся пальцами в колено Тэхёна, а убирая руку, повел ее вверх по бедру. Журналист смотрел в пространство стеклянными глазами. Чонгук налепил на лицо нежную улыбку.       Наблюдатель на другом конце стола тихонько вздохнул. «Эти двое» — идиоты. И только самый идиотский идиот не поймет, что между ними происходит что-то идиотское.       — Чонгуки! У тебя сегодня снова глазки оленёнка! Помните, каким он был вначале, когда только начинал? Огромные глаза Бемби. — Джин показывал на Чонгука. Все обернулись посмотреть на сияющее лицо звезды. — Наш малыш вырос.       — Мы тоже сильно выросли с тех пор. И многого добились. Ты стал самым известным шеф-поваром Кореи, Джин. А Хосока рвут на части все постановщики. Мы начинали в одно время, — пояснил Намджун в ответ на любопытные взгляды журналистов и девушек. — Как-то случайно сошлись в те годы, и так и остались вместе.       После выпивки серьезного Намджуна потянуло на лирический лад. Он хорошо говорил, и все прислушивались к его словам. В этой компании он был негласным лидером. Джин хоть и являлся самым старшим, вел себя скорее как избалованный веселый ребенок и отвечал за атмосферу.       Принесли еду, и беседа переключилась на обсуждение гастрономических вкусов. Чонгук взял палочки и неловким жестом разломил их. Одна из палочек отскочила в сторону и отлетела прямо в Тэхёна. Тот рассмеялся и примирительным жестом положил свою ладонь на колено Чонгука. Неосознанно повел выше, поглаживая внутреннюю сторону бедра. Короткие шорты Чонгука задрались, ладонь Тэхёна скользнула к паху, и тут он заметил выразительные взгляды компании. Выруливая из ситуации, Тэхён стал звонко хлопать ладонью по ноге соседа, затем отдернул руку.       Если бы глаза Юнги могли закатиться сильнее, они сделали бы полный оборот вокруг своей оси.       Но компания была уже навеселе, и на эпизоде никто особенно не зациклился. Правда, необъявленная пара стала вести себя несколько сдержаннее. Касания еще можно было скрыть, а вот со стояком выходить из-за стола было бы неудобно.       Дверь в очередной раз распахнулась и вошла симпатичная француженка, которая днем так жарко шептала Чонгуку в уши. Взгляд Тэхёна стал враждебным. Если бы глазами можно было резать, то из девушки можно было уже готовить мясо по-французски.       — Ах, месье! — обратилась блондинка к компании и с шармом, присущим своей нации, повела руками. — Вот вы где! Почему ты меня не нашел, милый?       Она встала за спиной Чонгука, положила маленькую ручку ему на плечо и начала поглаживать. Запах мяса по-французки буквально разлился в воздухе. Чонгук, смущенно улыбаясь, дернул плечом и освободился от легкого прикосновения девушки. И в ту же минуту тяжелая рука Тэхёна очень по-дружески, буквально по-братски, обвилась вокруг плеч младшего.       — Присаживайтесь, там есть свободное место! — Тэхён второй рукой указал на самый дальний край стола и нацепил одну из своих самых обворожительных улыбок. Девушка слегка скисла, но рядом оказался сногсшибательно красивый Джин, и она переключилась на него.       Разговор, как и алкоголь, потек еще веселее. Чонгук и Тэхён, не сговариваясь, пили мало. Не хотелось надраться и упасть носом в подушку. Обоих ждало продолжение, и оба это знали. На улице стремительно темнело, как это всегда бывает в тропиках.       — Как я и говорил, мне придётся уйти пораньше, редакции нужны дополнительные материалы, — Тэхён обвел взглядом компанию, поймал удивленный взгляд Чонгука, который не знал о легенде. — Я должен отправить тексты и подготовиться к интервью. Увидимся уже завтра. Чимин-а, я сам разбужу тебя завтра, часов в одиннадцать.       После ухода Тэхёна Чонгук заметно скис, а потом начал беспокойно ёрзать, пытаясь придумать повод уйти. Достойной отговорки не было, и это выводило его из себя. Веселье стало раздражающим. Он тихо сидел, наблюдая за остальными и не вовлекался в общую беседу. — Чонгва как всегда в своем мире, — заметил с улыбкой Хосок, глядя на младшего. — Этот ребенок всегда лучший в работе, сияет на сцене, но тихоня в обычной жизни. Ты снова засыпаешь, Чонгуки? Как ты это делаешь? Ты можешь спать в любом положении!       — Я бы пошел вздремнуть. Здесь очень хорошо спится. Пение цикад очень успокаивает, — Чонгук смущенно улыбался.       — Да-да! Под звук циркулярной пилы действительно спится как в колыбельке! — Юнги ехидно смотрел, как Чонгук выбирается из-за стола.       — Вы еще вернетесь, мон шери? — с надеждой спросила француженка, которая, впрочем, уже положила руку на предплечье Джина.       — Я думаю, нет. Хорошего вечера. Я, пожалуй, отосплюсь в своем бунгало.       Отойдя на полсотни шагов от ресторана, Чонгук быстрым шагом развернулся в ровно противоположное направление от своего бунгало. ***       — Ты так долго, — прошептал Тэхён ему прямо в губы. — Я уже и правда сел смотреть обзор новостей.       — Я не мог придумать повод уйти, — Чонгук вел пальцем по ключице, на которой сегодня днем оставил бордовый засос. — Я хочу пометить тебя всюду. Ты не сможешь ни перед кем раздеться.       Тэхён в очередной раз поразился той метаморфозе, которая произошла с Чонгуком. На людях скромный воспитанный мальчик, наедине тот становился похотливым самцом. Он переставал стесняться, пропадала всякая робость, Чонгук шёл как танк.       Младший прижимал любовника к стене, упираясь в его бедро крепко налитым членом. Лишние слова были не нужны.       — Притормози, пубертатный, — Тэхён улыбался в глаза возбужденному Чонгуку, положив ладонь на его лицо. — Мы с тобой даже ни разу толком не разговаривали. Мы только играем в гляделки или трахаемся.       — Я не хочу разговаривать, я хочу тебя, — у Чонгука уже отказали тормоза, и он начал требовательно целовать шею черноволосого, руки его забрались под футболку Тэхёна.       — Чонгуки, эй, правда, я реально ничего о тебе не знаю. Что ты любишь, а что ненавидишь, какие песни ты слушаешь, о чем ты грустишь? — Тэхён положил обе ладони на грудь певца и чуть отстранил его.       — Зачем нам это, Тэхён-щи? Зачем нам эти разговоры? Мы решили, что это только секс, никаких отношений. Как только мы начнём узнавать друг друга получше, это и будут отношения, — Чонгук резко затормозил, смотрел настороженно и слегка раздраженно.       Тэхён почти незаметно дернул подбородком. Фраза Чонгука звучала отрезвляюще. Тот четко расставлял границы.       — Да, я что-то … — неловко начал Тэхён, смущенно улыбаясь. Лишь отблески разочарования слегка светились в его глазах. — Тут слишком романтичная атмосфера, я скучал по тебе, пока ждал, и придумал лишнего.       Чонгук скрестил руки, обнимая себя. Теперь он смотрел на Тэхёна с непонятным волнением, ловя каждое слово. Только что дерзкие глаза стали тревожными.       — Я не хочу узнавать тебя получше. Я не хочу знать, какую музыку ты любишь. Я не хочу знать, о чем ты плачешь и какую еду ты ненавидишь, Тэхён-щи, — Чонгук словно заколачивал гвозди каждым словом. Лицо Тэхёна стало замкнутым и болезненным. — Я не хочу всё это знать, потому что тогда я привяжусь к тебе. Ты станешь мне дорог. Твоё тело идеально, оно создано для меня. У меня в жизни не было секса лучше.       Тэхён молчал. Чонгук смотрел на него темным угрюмым взглядом:       — Я не буду узнавать, какой ты. У нас нет будущего. Отношения двух парней в Корее? — он глухо засмеялся. — Одно фото, и твои коллеги порвут нас на клочки и втопчут в землю.       — Знаешь, если выйти из комнаты на террасу, то с той стороны есть маленький бассейн, — резко перевёл тему журналист. Он умел отлично владеть собой, а также понимал, что знаменитый певец был стопроцентно прав. Чонгук не пытался его обидеть, просто описывал реальность.       Младший уже пересёк комнату, вышел на террасу и оглядывал бассейн:       — Небольшой, но только наш. Умеешь прыгать бомбочкой?       Чонгук превратился в задорного мальчишку, который предвкушал баловство. Он торопливо стянул с себя всю одежду и с разгону влетел в воду. Волна брызг вышла из берегов.       — Давай! Иначе я сброшу тебя сам!       Тэхён решил не искушать судьбу, разделся догола и нырнул на середину бассейна. Чонгук поймал его, перехватив за живот.       — Аааа, я боюсь щекотки! Чонгука, пожалуйста, не надо! — они хохотали и кричали, забывая, что их могут услышать.       Тэхён вырвался из цепких лап и взобрался на бортик.       — Давай! Вылезай! Прыгнем вместе снова, и посмотрим, какой плюх мы сможем сделать! — Тэхён кричал задорно, стоя абсолютно голый.       Чонгук смотрел на его освещенное неяркими лампами тело, на зачесанные наверх мокрые волосы, на заразительную улыбку и счастливо улыбался. Так здорово было видеть Тэхёна таким беззаботным, хохочущим.       — Ты такой красивый, Тэхёни-хён, ты такой красивый, — пробормотал Чонгук.       Он легким движением вылез на бортик, схватил старшего за руку.       — Давай с разбегу! Когда летишь, надо подобрать ноги и сгруппироваться, тогда волна будет больше!       Плюх!       В воде Чонгук перехватил тонкое тело любовника, развернул к себе и сильно обнял, болезненно сжимая. Тэхён нашел губами родинку на шее младшего и поцеловал. Тот откинул голову, поощряя ласку. Дыханье мигом сбилось. Им не требовалось много времени, чтобы завести друг друга. Тэхён поднял голову и мягко прикоснулся губами к губам Чонгука, просто придавил их и не двигался секунд пять. Пульсация пошла по венам.       Когда Тэхён приоткрыл рот и медленно завел язык в рот любовника, тот уже был полностью готов. Поцелуй был требовательным, неаккуратным и глубоким. Чонгук перехватил партнера за ягодицы и приподнял его. Тэхён обнял сильного парня за плечи руками и обвил ногами за бедра. Он чувствовал чужое возбуждение под своими ягодицами и утыкался своим вставшим членом в его живот.       — Пойдем из воды, — взгляд Тэхёна был откровенным и пошлым. — Пойдем, нас ждет продолжение. Ты еще многого не знаешь. Я познакомлю тебя.       В комнате Тэхён подхватил флакон с кокосовым маслом, мягко толкнул Чонгука на кровать животом вниз, а сам сел сверху на его бедра и сильными движениями начал делать ему массаж. Он находил своими длинными пальцами каждую мышцу и продавливал ее. Пересел ниже, на ноги, и стал проминать ягодицы, раздвигая их. Чонгук замычал, уткнувшись лицом в кровать:       — Мне кажется, я уже готов на всё.       — Не торопись, малыш Чонгуки, мы не будем делать тебе больно. Твоя задница тебе еще пригодится. И мне тоже, — лукаво дополнил журналист, касаясь пальцами нежного места.       Он выдавил на кончики своих пальцев немного кокосового масла и начал мягко массировать лишь одну точку на крепком теле младшего. Один длинный палец скользнул внутрь. Из недр кровати послышалось сдавленное «Ах».       Палец легко проскальзывал вперед и назад, Тэхён не торопился. Он заводил глубже, чтобы растянуть, расслабить плотное кольцо мышц. Капнул еще масла и медленно ввел второй палец, немного подождал, чтобы тугое тело приняло его. Теперь он двигался вперед чуть глубже, чтобы нащупать ту точку внутри Чонгука, которая стала сюрпризом для него самого сегодня во время секса.       Он неторопливо проминал простату двумя пальцами, мягко надавливая на нее. Чонгук стонал и сжимал простыни, приподнимая ягодицы и ловя правильный угол. Тэхён перевернул его лицом к себе. Наклонился и взял в рот жесткий член. Вобрал его в себя, стал ласкать языком.        Он нежно растягивал, давил, разводил пальцами внутри горячего нутра, затем начал ритмично трахать рукой, одновременно глубоко проталкивая член во рту.       — Стой, стой, я сейчас кончу, и ты останешься без сладкого, — Чонгук заерзал, пытаясь выскользнуть из плена.       Тэхён и сам был уже на точке кипения. Он никогда не думал, что, лаская кого-то, можно ТАК завестись самому. Он десятки раз спал с девушками, он был опытным любовником и всегда старался доставить им наслаждение. Оральный секс был частью программы. Но это были отработанные движения, после которых он ждал ответных ласк.       Сейчас он ничего не ждал. Он просто наслаждался животным возбуждением Чонгука, наблюдал, как тот извивается под ним, как просит еще. Техён раскатал по своему члену презерватив, капнул масла и начал медленно вводить головку в растянутую дырочку. Когда член вошел наполовину, Тэхён замер. Мышцам надо дать привыкнуть, расслабиться, забыть о боли. Техён обхватил рукой член Чонгука и начал большим пальцем ласкать головку и водить по уретре. Он почувствовал, как кольцо мышц разошлось, и его член оказался в приятной плотности. Начал медленно двигаться, чуть пробиваясь вперед.       Чонгук изогнулся и подался бедрами вперед и вверх. Стал прерывисто дышать и ловить ритм и угол. Они не торопились, подстраивая их тела друг под друга.       Техён наклонился вперёд, почти лёг на Чонгука, прижав животом его член. Стал двигаться ритмичнее и глубже. Угол был найден, это было понятно по младшему. Тот закатил глаза и ушел в себя от наслаждения. Каждый раз, когда член Тэхёна проезжался по простате, Чонгук тянул к себе партнера, впиваясь пальцами в спину.       Оргазм подступал ярким пятном, горячей спиралью раскручиваясь в паху. Еще движение, еще и еще, и Чонгук несколько раз поднял бёдра выше, чтобы член внутри него проник глубже, надавил сильнее. Он стал кончать, изливаясь на живот.       От оргазма внутри Чонгука все плотно сжалось и пульсировало. Тэхён пробился внутрь еще несколько раз и стал обильно изливаться в презерватив внутри раскаленного тела.              — Как это возможно, чтобы было так круто? — они лежали, раскинувшись на кровати, отходя после секса. Чонгук вытирал себя и испачканного Тэхёна. — Это были какие-то другие ощущения, как будто озеро разлилось по телу.       Тэхён лишь обнял партнёра, уютно забрасывая на него руку и ногу, устраиваясь поудобнее. Через пару минут он уже спал.       Чонгук лежал на спине, глядя в потолок. Он слегка склонил голову к волосам Тэхёна, чтобы вдохнуть его запах.       «Я хочу знать, какую музыку ты любишь. Я хочу знать, что ты думаешь и о чем ты плачешь. Но я не буду спрашивать».