Шкатулка из льда и снега

По первому взгляду он похож на обычного человека. Да, такое лицо надолго запомнится, но разве мало на свете красивых мужчин? Этот — светлокожий, черноволосый, почти Белоснежка из сказки. Сидит — как на портрет позирует, и смотрится королём даже в простом красном свитере. Глаза у него зелёные, яркие, как молодая хвоя, — и такая же яркая, солнечная улыбка. Кот на его коленях явно доволен жизнью: растёкся и лапки свесил. Сонная мордочка, густая блестящая шерсть — чёрная, как беззвёздное небо… Чем дольше смотришь на эту идиллическую картину, тем больше заметно… несоответствий. У (не)человека нет возраста. Кажется, что он родился вчера. Кажется, что он видел бессчётное количество битв, и побеждал — без счёта. Не отвести взгляда: его улыбка сверкает сталью, и красный становится кровью — кровью матери, подарившей жизнь, кровью поверженного отца; густым, словно кровь, и кисловатым брусничным соком. То ли мечи звенят, то ли колокола… Кот, потревоженный, приподнимает голову и хищно облизывается. Миг, другой — и он заполняет собой всю комнату. В такого влезут и праздничный пир, — целая деревня! — и даже парочка нерадивых детей, если хозяйка не сможет правильно откупиться. Трещит полено в камине. Трещат под копытами Дикой охоты кости. Кот сонно жмурится, выгибает спину — и снова вмещается у хозяина на коленях. Бледные пальцы зарываются в чёрную шерсть; в воздухе пахнет хвоей и холодом. Солнце взойдёт, только пройдя через сердце тьмы — новое, зимнее солнце. Время праздновать — время вспоминать — время заглядывать в будущее… У Йоля нет возраста, но он держит время в ладонях — и отмеряет срок чужим обещаниям. Догорает день, догорает год. Крутится колесо. Следующий оборот, быть может, окажется чуть добрее.