Верь мне. История забвения одной души.

Из моих лёгких вырывается не человеческий крик. Конечно, Сасори предупреждал, что вживление протеза, будет очень болезненным процессом, но что бы настолько! Чёрт, о Ками Сама, за что мне такое?! Теперь я понимаю, зачем Акатсуна усадил меня в это кресло и пристегнул руки наручниками к столу. Горло уже начинает саднить от постоянных криков, вся спина вспотела от напряжения, а тёмные прядки прилипли к вискам. Сасори же всё это время, сосредоточенно трудится над моими новыми руками. Он абсолютно спокоен и, по-моему, плевать он хотел на мои душераздирающие вопли. Наконец наставник складывает финальные печати, сейчас происходит самый ответственный момент, я должна собраться и пустить чакру в протез. Причём ток чакры должен быть медленным и аккуратным. В любой другой момент для меня это была бы простейшая задача, но не сейчас. Трудно сосредоточится, когда твои руки, кажется, опустили в ведро с кислотой, раскалённой кислотой и еще, причём в ней плавают пираньи с железными челюстями. Примерно, как-то так. Судорожно сжимаю зубы и сильно зажмуриваю глаза. Чакра. Вот она. Ну же, давай, теки в этот треклятый протез. Давай, давай. И. ВСЁ!!! Боль постепенно начинает отступать, а мы с Акатсуной лишь устало вздыхаем. Ещё бы, три часа кропотливой работы для него и три часа безумной боли для меня. Отстегнув мои запястья от наручников, учитель направляется в сторону кровати и устало падает на неё. Я же теперь с любопытством рассматриваю алмазную ладонь. Она совсем, как настоящая и такая красивая. Мои нервы постепенно успокаиваются, а тело полностью расслабляется, отдаваясь блаженству. Совсем не хочется куда-либо идти, но мне нужно поговорить с Тен-Тен. Узнать, как там, в деревне, как все остальные ребята… Хотя, будет не удивительно, если она даже не захочет со мной говорить, ведь я теперь предательница. Надеюсь, она меня поймёт. - Сасори, ты там живой? С кровати слышится негромкое мычание. Видеть наставника в таком виде непривычно, но это лишь доказывает, что он всё-таки тоже человек, а не робот, каким он порой хочет казаться. - Я хочу сходить к Тенни. Где она, в тюрьме? И можно ей принести немного еды и хоть какую-нибудь одежду? – Конечно мой особо подозрительный сенсей, так же раздел до нижнего белья новоявленных пленниц, якобы проверяя их. И если на Харуно мне было полностью плевать, то за Такахаши я переживала и хотела, хоть, как-то скрасить её пребывание здесь. - Просто в этих катакомбах жутко холодно, уж я-то знаю. - Одна сидит в той же камере, что и когда-то ты, а другая в соседней. Еду возьми на кухне, спросишь, там, что можно взять. - У кого спрошу? – А ведь, правда, у кого спрашивать? С трудом представляются все эти преступники в кухонных передниках, стоящими возле плиты. - Сама увидишь. А теперь иди уже, я хочу отдохнуть. Добиться чего-то большего мне так и не удалось. В последний раз, глянув на развалившегося, на кровати Акатсуну, направляюсь на поиски кухни и чего-то съестного, предварительно стащив из комнаты красноволосого небольшой плед и пару своих вещей. Выйдя в общий зал собраний, на своё счастье сталкиваюсь с напарником Итачи, Кисаме, который вполне доброжелательно указал мне дорогу на кухню. Осторожно заходя в небольшое помещение, удивлённо застываю на пороге, глядя на совершенно незнакомых мне девушек. Странно, ведь на собрании их точно не было. Кто это? Наёмные работницы? Всего девушек было трое, не считая совсем маленькой девочки лет четырёх. Все они выглядели достаточно молодо, самой старшей на вид максимум можно было дать лет 25. Первой меня заметила маленькая девчушка и, подёргав, мать за передник указала в мою сторону маленьким пальчиком. - Мам, а это кто? – Она обворожительно хлопала большими малиновыми глазками, теребя в руках тоненькую рыжую косичку. Тут же ко мне повернувшись, незнакомка мило улыбнулась. - О, это кажется, о тебе рассказывал Хидан, ты новый член организации. Меня зовут Хороми, я жена Хидана. – Мать малышки, тепло, улыбнувшись, подойдя ко мне, подала руку. И, как объясните мне, вот эта милая рыжеволосая девушка может быть женой этого любителя обматерить всех и вся? Как?! – А это наша дочь Дзёшико. – Теперь мне ослепительно улыбалась дочурка служителя Джашина. Только сейчас замечаю болтающийся на её шейке амулет с изображённым на нём вписанным в круг треугольником. Ясно, можно уже заранее сказать, кому будет веровать этот ребёнок и явно не Ками Саме. - А меня зовут Юки. – С такой же светлой улыбкой ко мне подскочила черноволосая девушка и крепко обняла. Её волосы опускались, чуть ли не до самого пола, а чёлка почти полностью скрывала два изумрудных глаза. – Я невеста Кисаме. - Ну, а меня зовут Нами. – Смущённо произнесла девушка с короткими красными волосами. Взглянув на неё, я слегка вздрогнула. Её глаза. Полностью и зрачки, и белки глаз были непроглядно чёрными, почти дьявольскими. Она чем-то отдалённо напоминала меня в родной деревне, тихая и явно смущающаяся. Она нервно теребила края фартука, почти не поднимая глаз от пола. – Я жена Какузу. - Я Хината. Хината Хьюго. – Немного растерянно оглядывая окружающих, пожимаю всем по очереди руки. Надо же, даже представить не могла, что у Акатсушников могут быть жёны. Они ведь кровожадные и жестокие преступники, какая к чёрту семья?! Хотя, что уж там, вон Хидан уже успел дочку заделать. Да, полный шок. Наконец придя в себя, приветливо улыбаюсь девушкам. Явно, самая младшая из всех, Юки бегала от шкафчика к шкафчику, доставая из всяких уголков разные сладости, не успела я и глазом моргнуть, как она уже тащит меня к накрытому столу. Особо не сопротивляясь, сажусь за большой стол, где дымятся ароматные кружки с горячим чаем. Осторожно касаюсь обжигающей жидкости новыми пальцами и понимаю, что совсем не чувствую боли. Ну, оно в принципе и не удивительно, алмаз всё-таки. - Ух, ты!!! – Над ухом у меня раздаётся восхищенный возглас брюнетки. – Какая прелесть. Какие красивые у тебя ручки. А можно потрогать? – В больших глазах видно нескрываемое любопытство и точно такой же исследовательский интерес, как у моего наставника. – С ума сойти! Это ведь Сасори-сан тебе сделал, ведь, правда? – Увидев мой утвердительный кивок, девушка дальше продолжила изучать мой протез. – Акатсуна-дано непревзойдённый мастер, я всегда им восхищалась. Да, моим марионеткам до его, как до самой Ками Самы пешком. - Ты шиноби? Кукловод? – Теперь уже я загораюсь любопытством, к этой вечно тараторящей девушке. Нет, мне определённо интересны все мои новые знакомые. Они такие добрые, так тепло отнеслись ко мне, считай совсем незнакомой девушке. Но всё же, мастерство марионеток, это теперь отдельная и особая для меня тема. - Ага. Мой клан владеет мастерством марионеток. Конечно, это далеко не те знание и умения, которыми обладает большинство кукловодов Суны, но тоже кое-что умеем. Ты ешь, ешь, не стесняйся, мы ведь теперь друзья, подруги. – Куноичи опять лучезарно улыбнулась. - Вы все шиноби? Как вы вообще здесь оказались? Я даже представить не могла, что у кого-то из Акацке есть семьи. – Взяв самое вкусное на вид данго я с аппетитом принялась за еду. - Ну, это странные истории. Поначалу мы все оказались здесь против своей воли. – Обхватив ладонями чашку с чаем Хороми немного грустно усмехнулась. – Мной, например, откупилась родная деревня от нападок Акацке. Всего нас было пять девушек, мы стали здешними узницами. Над нами на протяжении долгого время издевались, пытали, мучили… Моим личным палачом сразу стал Хидан. Я ненавидела его всем сердцем, молила о смерти… Не помню, что изменилось тогда, но постепенно мы стали замечать тягу друг к другу. Какая-то искра проскочила между нами и понеслось. А когда он узнал, что я беременная, так вообще полностью изменился. Наверное, это сложно представить, но он стал внимательным и заботливым по отношению ко мне. Из всех пленниц я единственная осталась в живых и даже ни о чём не жалею. Я счастлива. Первое время было немного скучно в штабе, мой муж постоянно пропадал на миссиях, но потом появились Нами и Юки, и жизнь здесь забила ключом. Ну, как-то так. - Теперь моя очередь. – Оживлённо подскакивая на месте, прощебетала Юки. – Я родом из Гетсугакуре, деревни скрытой за Луной. Хорошо владею водяными техниками и неплохо управляюсь с сенбонами. Я столкнулась с Кисаме на одной из своих миссий. Честно говоря, он с Учихой-саном разнесли наш отряд просто в пух и прах. Я тогда уже успела распрощаться с жизнью, но чем-то приглянулась Хошигаке и он, скрутив меня по рукам и ногам, притащил сюда в штаб. Где-то месяц я прожила в тюрьме, активно сопротивляясь и противясь всем ухаживаниям моего будущего жениха. Много я ему тогда нервов поистрепала, но мне это позволительно, всего ведь 17 лет было. Харизма и гормоны там. Ну, а дальше в случае, как и у Хороми, пробежала искра и я по уши влюбилась в своего синего принца на самехаде. – Звонко засмеявшись собственной шутке, брюнетка с громким визгом стала щекотать стоявшую рядом Дзёшико, заражая последнюю своим нескончаемым зарядом энергии и веселья. Все остальные лишь умилённо смотрели на эту забавную картину, даже я расплылась в счастливой улыбке. Юки такая весёлая и по характеру совсем ребёнка напоминает. - А ты Нами, как сюда попала? – Я с любопытством смотрю на черноглазую девушку щеки, которой уже сравнялись с цветом собственных волос. Да, она определённо напоминает раннюю меня. Ей бы побольше смелости, сразу жизнь легче станет. - Ну, я… Я из Такигакуре, деревни скрытой за водопадом, Какузу тоже оттуда родом. Владею водяными техниками, но по большей части я специализируюсь на шпионаже. Именно на своей миссии по слежке за Акацке я и попала в плен. Честно, говоря, я тогда получила сильную травму головы и почти ничего не помню. Когда я очнулась, уже жила в комнате Какузу, а он сказал, что я ещё и его жена. Как-то так. - То есть ты его не любишь? – Да уж, точно странная история, как и сама Нами. Интересно, почему у неё такие глаза? - Я…я люблю его… Просто… мы…мы… - Совсем засмущавшись девушка низко опустила голову, пытаясь скрыть покрасневшие щёки. - Да всё у них нормально. Нами даже сейчас беременна, уже на втором месяце. Скоро будут наследники. – Откуда-то с полу заявила вечно неунывающая брюнетка. Резво поднявшись и подхватив на руки рыжеволосую малышку, Юки схватила сразу два данго и усердно принялась их жевать, не забыв измазать сладким соусом и щёки дочурке Хидана. - Да, здорово тут у вас. Ой, я же совсем забыла. – Тут же подскакиваю, вспоминая истинную цель моего прибытия. Тен-Тен. – Извините, а не могли бы вы дать мне, что-нибудь съестного? В тюрьме заперта моя подруга и Сасори разрешил принести ей немного еды. Смотрю умаляющими глазками на новых знакомых, которые лишь пожав плечами, тут же согласились мне помочь. Юки, как маленький моторчик носилась по кухне размахивая руками и что-то крича про вчерашние онигири и позавчерашний удон. Так, что нагруженная едой и ранее взятой одеждой, я минут пять рассыпалась благодарностями перед улыбающимися девушками, пообещав, что буду обязательно заглядывать к ним по чаще, направилась в сторону подземелий, где в холоде и голоде томились наши пленницы. Теперь, когда я больше не была безруким инвалидом, жизнь стала определённо краше и я напевая известную только мне мелодию стала аккуратно спускаться по длинной крутой лестнице, падение с которой мне грозило в лучшем случае переломом шеи и всех моих конечностей, в худшем… Даже предполагать страшно. Чуть ли не бегом иду по тёмным холодным коридорам. Руки немного затекли, от всей той тяжести, что я тащила. Так, ещё пара камер. Три, две… Остановившись, глубоко вдохнув, зажмуриваю глаза. Выдох. Три шага вперёд и… Медленно поворачиваюсь лицом к своей бывшей темнице. На полу, на той же груде разного тряпья, спиной ко мне лежит девушка. Привычные гульки на голове растрепались, а на шее были отчётливо видны кровавые подтёки. Точно! Она ведь тогда в кафе сильно ударилась головой, её надо бы подлечить! Скорей сбрасываю на пол вещи и принесённую еду. Немного дрожавшими пальцами достаю небольшой ключик от камеры, который ранее дал мне Сасори. Не с первого раза попав в замочную скважину, стараюсь как можно тише открыть замок. Толкаю решётку, и она со всеми потрохами выдаёт меня. Лежавшая на полу куноичи резко вздрогнув, поворачивается ко мне, с жуткой гримасой боли она садится, поджимая под себя босые ноги. Глаза смотрят на меня одновременно с осуждением и страхом. Я вижу, как она дрожит. С того времени, как я здесь впервые побывала значительно похолодало. И у меня, и у Такахаши изо рта вырывались маленькие облачка пара. Как же здесь холодно, о чём только думал Акатсуна, оставив их здесь почти абсолютно голыми?! Вернувшись к оставленным вещам, осторожно заношу их в камеру. Взяв небольшой пледик, осторожно делаю пару шагов в сторону бывшей подруги. Она лишь внимательно следит за мной своими карими глазами, не произнося ни слова. - Я тут принесла тебе одежду и немного еды. Я ведь знаю, как тут холодно, сама в таком же положении побывала. – Виновато отвожу взгляд от таких дорогих мне глаз. Осторожно присаживаюсь перед ней на корточки, накидывая на худые плечи тоненькое одеяло. Такахаши всё, так же молчит, пристально разглядывая моё лицо. Набравшись больше смелости, смотрю на неё и к своему удивлению не вижу ни злости, ни отвращения. Лишь невероятную усталость и тоску. – Тенни, у тебя голова сильно травмирована, позволь посмотреть, я немного владею медицинскими техниками, можно? – Получив осторожный кивок в ответ, бережно поворачиваю её голову и с ужасом расширяю глаза, увидев глубокую рану, из которой до сих пор сочилась кровь. Мои кисти загораются неярким зеленоватым свечением. Смотрится это, честно говоря, потрясно. Мои бриллиантовые руки, как бы светятся, прям изнутри мягко переливаясь и блестя изумрудными искрами. Рана понемногу затягивается. Я лишь облегчённо вздыхаю, убирая руки от головы подруги. - Почему? – Этот тихий шёпот заставляет меня мелко вздрогнуть, а кожу покрыться противными мурашками. – Почему, Хината? - Я… Просто, так надо Тенни… Я всего лишь хочу быть свободной. - Неужели родная деревня и друзья не могут подарить тебе эту свободу? Не ври мне. Это ведь всё из-за него, из-за Наруто? – Моя подруга, как всегда до ужаса проницательна. Я не хотела ей говорить, что в Акацке вступила только ради мести, я не хотела, что бы она узнала меня такую… - Прости… Ты права. Но теперь-то ты должна понимать, как мне было бы невыносимо оставаться в деревне Тенни, понимаешь? – На глазах непроизвольно наворачиваются слёзы, а голос начинает дрожать от подступающей истерики. – Ведь в тот день я призналась ему, слышишь, сказала, что люблю, а он наплевал на это!!! – Мой голос становился всё громче, а слёзы льются уже не перестающим потоком. – Он целовался с этой дрянью ХАРУНО!!! Ты хоть понимаешь, что я чувствовала, увидев это??? Тенни, ты ведь должна понимать, должна!!! Звонкая пощёчина и резкая тишина. Я лишь удивлённо смотрю на Такахаши, прижимая ладонь к горящей щеке. Она ударила меня? - Я не узнаю тебя Хина, совсем. – Чувствую, на своей голове лёгкую ладошку, которая покровительственно гладит меня. Руки совсем ледяные. Покорно опускаю голову и вытираю краем кофты ещё не высохшие слёзы. - Спасибо, что не прогоняешь… - Мой голос тихий и немного хриплый. Руки сами тянуться к старой подруге зажимая её хрупкие плечики в стальные объятья. А она лишь, так же продолжает гладить меня по голове. – Я так боялась, что ты не захочешь даже говорить со мной. Я ведь понимаю, я теперь предательница. Просто это моя судьба, Тенни, я сама выбрала её. Хотя знаешь, в Акацке я попала случайно. Я наткнулась на них, когда бежала из деревни. У меня не было выбора, меня просто хотели убить. А тут мне в голову пришла эта с ума шедшая идея, вступить в Красную Луну. Но с другой стороны, это здорово. Я нашла себе нового наставника, он должен научить меня марионеточному искусству. Ты только глянь какие он мне шикарные протезы сделал. - Что? Протезы? – Резко отстранившись, куноичи шокировано смотрит на мои запястья. Осторожно коснувшись ладони, поднимает её, что бы получше разглядеть в тусклом освещении. – Что с тобой произошло, чёрт возьми?! Наконец на её лице проявляются хоть какие-то эмоции, я лишь улыбаюсь, глядя на встревоженную подругу. По телу разливается приятное тепло, от понимания, что она всё так же переживает за меня. - Да, это мой же наставник при первой встречи обрубил, когда они потащили меня в штаб. Это что-то вроде меры безопасности, а то вдруг я шпион Конохи. Без рук, то я абсолютно беззащитна. Даже тайдзюцу толком применить не смогу. – Подруга смотрит на меня, как на умалишённую видя лёгкую улыбку на губах при упоминании сенсея. - Кошмар. Как ты только здесь живёшь. А тогда в ресторане. Хина, ты сидела и целовалась с ним, как?! Как ты докатилась до такого? Ведь ты же не какая-нибудь подстилка, я ведь знаю, ты ни такая. - Я, увы, не могу ответить тебе на этот вопрос. Всё так странно и запутано. Я понимаю, вряд ли ты сейчас мне поверишь, но Сасори умеет быть смешным и весёлым, ласковым и нежным. Когда я с ним, я хоть на немного забываю о… о Наруто. – Произнести имя Узумаки мне удаётся с большим трудом. Голос немного дрогнул, но не более. – Нет, это не какие-нибудь там светлые чувства и тем более не любовь. Мы просто люди. Она мой учитель, а я его ученица. Ничего большего не дано. Вдруг, за спиной раздаётся презрительный смешок. Тело тут же каменеет, слыша такой знакомый, и одновременно ненавистный голос. - Ха, признайся хотя бы самой себе Хьюго, ты просто жалкая неудачница, которая таким мерзким способом цепляется за свою никчёмную жизнь. – Медленно поворачиваюсь и вижу презрительно смотрящую на меня девушку, стоявшую за решёткой противоположной камеры. Всё её тело было в мелких царапинах и ушибах. Особенно отчётливо были видны синяки на коленях. Под глазами залегли глубокие тени. А волосы неопрятными клочьями торчали в разные стороны. Создавалось впечатление, что её уже и без меня успели порядком этой ночью попытать. Однако даже сейчас она смотрела на меня почти свысока. Ровная спина, высоко поднятая голова, она совсем не выглядела сломленной. Она оставалась гордой, такой же, как и её наставница. – Что, Хинаточка, ко мне тут заглядывали твои дружки, мы очень даже мило поболтали, можешь спросить у Такахаши, это всё происходило на её глазах. Интересно, ты тут так же по кругу ходишь или тебя имеет, лишь один Акатсуна, а? А может… - Заткнись. Закрой свой рот, тварь! – Я старалась дышать, как можно глубже, дабы сдержать накрывающий на меня волнами гнев. Руки мелко дрожали, а кулаки, то сжимались, то разжимались. – Не смей говорить о том, о чём не знаешь. – Уверено делаю несколько шагов, выходя из камеры Тен-Тен и подходя к решётке соседней камеры, где находилась розоволосая. К своему разочарованию не вижу в её глазах ни капли страха. Что ж, это мы скоро исправим. – Тебе лучше сидеть и помалкивать. Не зли меня Харуно. Я и так елё сдерживаю себя, что бы не размазать тебя по стенке. - Дак, что же ты медлишь. Вперёд. Я вся в твоём распоряжении Хьюга. – Голос куноичи громко разносится по коридору, создавая слабое эхо. Подхожу вплотную к решётке, всматриваясь в такие ненавистные глаза, горящие изумрудным пламенем. Она меня презирает. Это видно сразу. - Нет. Не так просто. Прежде, чем ты умрёшь, ты будешь долго мучиться. Сасори сказал, что придумал нечто очень занятно относительно тебя. Но прежде ты поживёшь здесь. Так что располагайся по удобней. Ты тут надолго. Широко ухмыляюсь, грациозно потянувшись и с нескрываемым злорадством смотрю на мою будущую жертву. Наконец, в её глазах промелькнула тень беспокойства. Ещё бы, она не знает такую меня. Для неё я всегда была послушной смущающейся тихоней. А тут, стоит совершенно незнакомый ей человек. Вместо привычно скрывающей всё мешковатой одежды, короткие шортики и майка сеточка с глубоким декольте. На лице выражение явного превосходства, а в глазах немного сумасшествия, так свойственного всем кровожадным убийцам и маньякам. - Скажи, за что ты так меня ненавидишь? – Теперь голос Харуно стал тихим и удивительно мягким. Куда делась, та воинственно настроенная фурия? Где гнев и ненависть в глазах? Где?! - А ты не знаешь? – Как он только смеет спрашивать у меня это? – Ты забрала себе очень важного для меня человека. Это всего лишь месть. Мой голос холоден, а улыбка давно пропала. Сакура лишь недоумённо смотрит на меня, но вдруг на её лице мелькнула явная догадка. Глаза широко распахнулись, а губы удивлённо приоткрылись. - Это… Это всё из-за Наруто, да? Из-за него? – Её голос вновь взметнулся на две октавы выше обычного, а ладони крепко обхватили прутья заржавевшей решётки. – Хината… Ты что, любишь его? - Какая умная девочка, смотри, как ты быстро догадалась. Молодец. Вот тебе приз за сообразительность. – Поднимаю с пола чашку с онигири и бросаю ей одну штуку. Розоволосая же тут же неловко подхватывает, и настороженно поднеся к губам, надкусывает. Да, голод просто уничтожает ко всем чертям бдительность. По себе знаю. Так же поднимая с пола небольшую кастрюльку с удоном, отношу всю провизию застывшей где-то в углу своей камеры Тен-Тен. - Но я ведь не знала. – Из-за спины доносится тихий голос. Не знала, значит?! Вся деревня знала, а ты нет?! Медленными шагами опять выхожу из камеры Такахаши, закрывая её ключом. Пора уже уходить. Да и пусть Тенни спокойно поест и отдохнёт. Не смотря на Харуно, иду в сторону выхода. Сделав пару шагов чуть останавливаясь, всё же поворачиваясь в её сторону, тихо произношу. - Это не освобождает тебя от ответственности… - Но ты не понимаешь! На самом деле я люблю Саске, слышишь. Мне не нужен Наруто. Своим поступком я всего лишь хотела заставить Узумаки забыть о возвращении Саске в Коноху. Я хотела, как лучше. Сама того не понимая, резко метнувшись к камере Харуно, крепко хватаю её за волосы. При этом со всей силы приложив лицом об решетку, выдираю клок её розовой шевелюры. - Поверь. Сказав мне это, ты сама же подписала себе приговор. С отвращением смотрю на зажимающую разбитый нос девушку. Чуть подрагивающими пальцами достаю пачку сигарет и вытряхиваю, одно из лучших моих успокоительных. Щелчок зажигалкой, маленький огонёк и тоненькая струйка дыма. Глубокая затяжка. Хорошо. - Своим поступком, ты кардинально изменила мою судьбу. Теперь я изменю твою. Всё честно. Выдохнув небольшое облачко дыма, медленно поворачиваюсь к выходу. Теперь точно всё. Уже поднимаясь по лестнице из подземелья, понимаю, что так ничего и не узнала. Единственное, что радовала меня сейчас, это, то что, Тенни не отказалась от меня. Она не презирает или ненавидит. Это просто Тен-Тен, моя старая подруга детства. А Харуно. Меня поразили её слова. Неужели это, правда и она не любит Наруто-куна? И всё это был, лишь лживый спектакль? Ужасно. Оторвав взгляд от изучаемого свитка с техниками, перевожу его на зашедшую в комнату девушку. Хьюга выглядит задумчивой. Несмотря на меня, она приземляется на диван, устало откидываясь на его спинку. Глаза закрыты, между пухлых губ зажата тонкая дымящаяся сигарета, а руки сжаты в кулаки. Чуть внимательней присмотревшись, вижу клок розовых волос, торчащий между прозрачными пальчиками. Видимо поход в тюрьму не прошёл даром. - Сасори, у тебя есть, какая-нибудь почтовая птица, хочу отправить небольшой подарочек в Коноху. – Чуть приоткрыв левый глаз, моя ученица лениво смотрит на меня, поднимая повыше руку с отвоёванным трофеем. – Пусть в Конохе узнают, что всеми любимая ученица Пятой больше не вернётся в деревню. - Есть. Запечатай свой сувенир и для лучшего эффекта напиши ещё пару ласковых строк, что бы они точно поняли. – Достав из кармана маленький свиток, протягиваю брюнетке. Пара печатей и нас окутывает небольшое дымное облачко. Несколько секунд и оно растворяется, являя моему взору милую мордашку Хьюги. Бросив свиток куда-то на пол, она вновь поворачивается ко мне. На лице появляется хитрая улыбка. Не успев ещё толком ни чего сообразить, чувствую, как моя ученица ловко оседлав, толкает меня в грудь, заставляя полностью улечься. Сказать, что я был удивлён её поведению, значит не сказать ни чего. Только, что она была грустной и немного раздражённой, а сейчас сидела верхом на мне, соблазнительно стреляя глазками и мило покусывая губы. Однако я привыкший всегда сам управлять ситуацией, не прикладывая усилий, резко опрокидываю уже её на спину. Свиток с техниками давно забыт и небрежно брошен на пол, рядом с презентом для Конохи. Что ж милая, раз ты сама не против, не буду больше сдерживать себя. Тебе понравится. Припав губами к тонкой шейке, провожу дорожку поцелуев до ключиц. Руки блуждают по твоему телу, постепенно избавляя его от одежды. Ты тоже не остаёшься безучастной, так же стягивая с меня майку. Несильно сжав упругую грудь, впиваюсь страстным поцелуем в твои губы. Чувствую, как тоненькие пальчики обхватывают мои плечи, притягивая всё ближе. Снова касаюсь губами твоей шеи, оставляя там яркое красное пятнышко. Это, как будто моя метка, моё клеймо, что ты принадлежишь только мне. Моя Хината. С выступающих ключиц перехожу к большой соблазнительной груди. Едва касаясь её языком, слышу твой протяжный стон. Ммм, он словно музыка, для моих ушей. Продолжай. Лаская губами затвердевший сосок, рукой пробираюсь к твоему самому сокровенному месту. Медленно проникаю одним пальцем в горячее истекающее твоим соком лоно. Резко прогнувшись в спине, ты пошло стонешь, заставляя меня возбуждаться всё сильней. Не в силах больше сдерживать себя, стягиваю штаны вместе с нижним бельём. Ты обхватываешь мой торс своими стройными ножками, призывно двинув бёдрами навстречу. Из моего горла вырывается утробный рык, и я резко вхожу в твоё податливое тело. Честно говоря, я удивился, когда понял, что ты уже не девственница. Я думал, что стану твоим первым мужчиной. Кто только посмел лишить меня этого права? Резкие, быстрые толчки. Наши тела двигаются в унисон, всё ближе приближаясь к точке наивысшего наслаждения. Пара последних особо резких движений и меня просто накрывает невероятно мощный оргазм. Чувствую, как стенки твоего влагалища резко сокращаются, значит, ты тоже его испытала. Устало опускаюсь на твоё расслабленное тело, уткнувшись носом в шею. Ты тяжело дышишь, а сердце бешено стучит. Силой, заставив себя встать, поднимаю тебя на руки и несу к кровати. Осторожно опустив тебя на неё, ложусь рядом и притягиваю за талию к себе поближе. Идеально. - Ты смогла удивить меня. – Мой голос чуть хриплый тихо раздаётся в полутёмной комнате. - Чем именно? – Положив голову мне на грудь, моя ученица небрежно пальчиком выводила ведомые только ей узоры. - Ты не девственница. - Просто ты многого обо мне не знаешь. – А она права. Я так ни чего о ней за всё это время и не узнал. Имя и Клан. Всё. - Ты действительно хочешь знать мою историю? – Голос брюнетки чуть задумчивый. В этот момент она явно решала, стоит ли мне рассказывать тайны своего прошлого мне или нет. - Я хочу знать о тебе всё. Расскажи. - Хм, даже не знаю, с чего бы начать… - Глубоко вздохнув и покрепче прижавшись ко мне, девушка продолжила. – Это произошло на одной из моих миссий, четыре года назад. Мне было тринадцать…