Глубина

— Можно же… увеличить свою силу. Отодвинуть пределы возможностей. Неужели никогда не хотелось? Керн усмехнулся. — Эндрю, я, по вашей номенклатуре, маг вне категорий. Если у меня и есть пределы возможностей, мне их в ближайшее столетия достигнуть не светит. Я знаю, что выгляжу сумасшедшим искателем знаний и приключений… — Не выглядишь. Являешься. — …но именно силы я не ищу. Андрей грустно посмотрел на Керна. Долбанутое неземное создание, никогда не видевшее болезней, войны и смерти, а если и видевшее — то сквозь призму своего магического зрения, из-за которого ничего не страшно. «Если бы ты жил, как мы, ты бы думал иначе». Август уловил невысказанное. — Глянь на меня, как вы, Иные, умеете. Сквозь Сумрак, с Изнанки. Увидишь, кто я, и с чего я начинал. По вашим законам, всему есть свой срок и своё прощение. У меня такого права нет. Андрей поймал взглядом тень от ресниц. У Керна не было ауры. Он сам был аурой. В Сумраке он казался тенью, силуэтом из тьмы, в которой вспыхивали огни. — Ты человек вообще?! — воскликнул Андрей. — Человек, человек. Только… ну, не совсем стандартный. Смотри дальше. Я весь перед тобой. Я ничего не скрыл. *** Миг. Оглушительный выстрел сквозь звон в ушах, неумело поставленный блок. Лёгкий (?) удар в плечо, иррациональное отсутствие боли. Брошенное в ответ заклинание — из прошлой жизни, злое: прах и тьма. Чей-то крик. Откинутая тяжёлая крышка погреба. С трудом шевелящаяся в темноте белая фигурка. Простипростипрости Он защёлкивает наручники на белых окровавленных запястьях; нет, он не хочет знать, не хотел. Простипростипрости Он открывает дверцу машины; руку словно пронзает ледяной кинжал. Наконец. Странно, что до этого не… Небрежно лепит на плечо лечащее заклинание, боль успокаивается — на время. Несколько глубоких вдохов. Голова уже почти не кружится, он сможет вести. А даже если бы не смог - пришлось бы. Резко жмёт на газ, машина трогается с места, набирает скорость за считанные секунды. Тихий вопросительный ропот с заднего сиденья. — Потом объясню. Прости. Скоро всё будет хорошо. *** Андрей выныривает из чужого воспоминания. — Так вот как ты с ней познакомился… — На самом деле, раньше, но это сложно объяснить. Будешь смотреть дальше? Андрей боится не выйти из глубин чужой души, но тёмные огни тянут к себе, тянут, манят. Он отвечает: «Да», и снова ныряет в чужой мир, будто в воду. Открывает глаза и видит зелёное небо с белыми облаками. — Это мой дом, — говорит Керн.