Между мечтой и реальностью

Опять минорные ноты, мы гордые идиоты

Я умираю как будто каждое утро

Эти мысли по кругу, как же мы друг без друга

Если ты правда сможешь, то и я тоже

Релакс Релакс Релакс, но это так сложно

Не думать о нас, похоже я безнадёжен

Ведь душу не излечить ни сном, ни травяным чаем

Почему ты молчишь, мне так тебя не хватает

Спустя какое-то время я оказалась на той самой лавочке, расположенной на набережной. К моему счастью, она была пуста. Хах! Ещё бы, кто бы оказался здесь поздней ночью? Видимо, только я настолько сумасшедшая. Присев, я подняла голову к небу. Маленькие жёлтые огоньки давали надежду на лучшее и украшали тихие волны в океане. Так тихо, так ярко и не так больно. На этот раз я была трезвой, даже не принимала, что весьма удивительна. Я позволила мыслям оглушить меня, но в этот раз они отступили. Эмоции – это моя слабость. Чем их больше, тем хуже мне становится. Проживая однообразную жизнь эмоции не чувствуешь. Существуешь. Делаешь на автомате, но только не позволяешь себе чувствовать. Чувствовать что-либо, начиная от боли заканчивая счастьем. Я уже не помню, когда в последний раз улыбалась или же открывалась кому-то. В моём мире всё довольно просто, однако это довольно сложно пояснить. Всё в моём мире неоднозначно и противоречиво, но для меня просто, поскольку я уже привыкшая к данному бытию, но другим это трудно объяснить. Так было всегда. Я продолжала сидеть на скамье поджимая под себя колени, это было местом моего утешения. Конечно, шум волн мог немного выбить из колеи кого-угодно, но не меня. Как человек в одинокой лодке, мне было хорошо. Я чувствовала себя в моменте. Мне не нужен был Роберт, я не переживала об отце. Я была тем, кем я являюсь. Мои эмоции рвались наружу, но я не могла играть. Не сейчас. Пойди я к Итану, он бы докучал расспросами и нравоучениями. На самом то деле, все только и делают, что докучают поучениями, но никому не интересно, что именно я чувствую. Все только и делают, что попрекают меня в моей грусти, моей болезни и моих страхах. Я так устала... - Я так устала.. – прошептала я звёздам, но не получила ответ. Звёзды не могли говорить, а я не в силах больше жить.. Ложась на скамью, я вздрогнула. На улице было прохладно и мне захотелось тепла. В самый нужный момент я оттолкнула от себя всех. Я знала, это правильно, а ещё правильно было бы наконец спасти себя. Пойти к мисс Энистон, пообщаться с ней, однако я этого не сделала. Я не делала ничего нужного. Звёзды в небе меркли, а на смену им пришёл рассвет, удивительное зрелище. Я тот тип людей, который живёт от заката до рассвета, потеряв все силы и надежду на лучшее, лишь звёзды её подпитывали. Ночь – была моим утешением, а утро – пробуждением боли. В дали слышались голоса людей. Сначала семья веселилась на берегу, потом два брата репетировали танец на песке, а после я увидела маленькую девочку, она стояла одна посреди набережной, смотрела в мои лиловые глаза, а я видела её точно такие же. Глаза мне достались от матери, она всегда твердила, что это моё достоинство, по словам папы. Мне вдруг померещилось, что та маленькая девочка на берегу, это я. Длинные тёмные волосы собраны в хвост, на ней было надето зелёное платьице в вышитый цветочек. «Какая красивая...» - первое, что пришло мне на ум. Девочка плакала, а её мама всё не приходило. Я рвалась встать и помочь, но мои ноги словно приросли к скамье. Руки онемели. Я не могла пошевелиться. Меня сковала отчаяние, а после я почувствовала укол в области сердца. Было больно осознавать, что я не могу ей помочь. Безысходность – худшее из ощущений. Вскоре девочку забрали, папа взял её на руки и понёс к машине, малышка улыбалась. Даже со своего места я видела её искреннюю улыбку, и глазки, наполненные верой и любовью. Оцепенение прошло, ничего из эмоций я не ощутила. Всё, что было – пустота. А то, что будет, теперь казалось немыслимым. Будет ли хоть что-то? Я подняла голову к небу. Светило солнце, совершенно не та погода для Лондона. Сама жизнь словно намекала мне, пора выбираться из скорлупы, а я нервно дышала и пропускала это, делала вид, что не вижу, не чувствую, не понимаю. Сначала нужно было убедить себя во всём этом и у меня получилось. Я поверила собственной лжи и со временем она уже не казалась настолько невыносимой. Как часто люди теряют веру? В детстве папа часто водил меня в церковь. Он заверял, что если я буду молиться, жизнь у нас сложиться хорошая, я справлюсь со всеми проблемами, жить вообще станет легче. До тринадцать лет я посещала священное место регулярно, а после увидела мальчика. Он болел, сердечная недостаточность, он тоже молился, и я, мы все. Вот только через неделю мальчик, Аллен, так его звали, умер и тогда смысл в вере был потерян. Люди не просто так перестают верить и надеяться. Просто порой, мы не можем справиться с тем грузом, который ужасно давит на плече, он будто бы вот-вот должен упасть. Самое обидное, его никто не видит, никто не может снять его и позволить дышать ровно. Он всё давит, давит и давит на грудь, никто не видит и не слышит. Не хочет, не может. Аллен верил до конца, а теперь его нет. Вера разочаровывает. Уже наступил день, а я по-прежнему не сдвинулась с места. Мне нужно было уйти, чувство того, что если останусь и тут окажется Роберт разбивало мне сердце, ведь по очевидным причинам, я не хотела, чтобы он оказался рядом, иначе не сдержусь, моё и без того разбитое сердце пошатнётся и вскоре оно поранит мою душу своими осколками. Поднявшись, я оглянулась по сторонам и увидела того, кого не хотела. Не стоило сюда приходить. - Лорэл, - услышала я отворачиваясь, - постой, Лорэл, – кричал он, в то время, как я убегала. От него. От жизни. От себя. «Беги» - слышала я в своей голове и сломя голову бежала, растворяясь в ветре.