Крылья, слабое место Чуи.

Прошло почти полгода с того момента, как Чуя перепутал сообщения, и Осаму рассказал ему о своих чувствах или попытался это сделать. Они только пару месяцев назад полностью отошли от того инцидента, и сейчас каждый из них делал вид, что не помнит ни о чём таком. Мори был рад улучшениям в отношениях двойного чёрного, ведь ему уже полгода не звонили подчиненные в панике, что двойной черный подрался посреди поля боя, спрашивая руководство о том, что делать остальной мафии в подобной ситуации. В один из дней Осаму сидел в их общем с Чуей кабинете и писал ненавистные для него отчёты, как в комнату вошёл рыжик весь красный и от чего то до безумия смущенный. Он явно намеревался что-то сказать, и от этого ему было явно очень, очень стыдно. — Что с тобой, Чуя? — Дазай оторвался от бумаг и посмотрел на Чую, ожидая объяснений, от чего он в таком состоянии. — Пообещай, что если выполнишь мою просьбу, то вместе с ней и все мои предписания, и не будешь смеяться и издеваться, — сказал Чуя, пытаясь оттянуть момент, когда ему надо будет сказать саму просьбу. — Хорошо, обещаю, — у Осаму был принцип всегда выполнять обещания, но чтобы быть уверенным в его исполнении, он их никогда не давал, но сейчас Дазаю было до ужаса интересно то, чего так сильно смущается его напарник. — Мне надо, чтобы ты провёл со мной течку, но обещай, что будешь предохраняться, не оставишь на мне своей метки и не завяжешь в узел, — на одном дыхании выпалил Накахара, покраснев настолько, что его щеки стали одного тона с волосами.