bound to you

В понедельник для Чимина начинается очередная неделя однообразной работы. Большую часть дня он проводит под натиском детей, которые просят у него раскраски и танцы. Хотя Чимин любит каждого из своих учеников и испытывает чувство удовлетворения, наблюдая за их развитием, они также изматывают его. И хотя каждый день он чувствует себя уставшим, когда возвращается домой, есть что-то такое, что помогает ему справиться с этим. Каждое утро, прежде чем отправиться на работу, Юнги готовит ему завтрак и собирает обед. Когда он возвращается вечером, альфа уже готовит ужин. Это смутно напоминает Чимину его мать-бету, которая всегда готовила для него. В течение недели они постепенно начинают привыкать к совместной жизни. Однако в пятницу утром Чимин получает сообщение от правительства. Он съедает миску оставшегося со вчерашнего вечера говяжьего супа вместе с чашкой риса, прежде чем отправиться в детский сад. /Пак Чимин-ним, вы должны явиться в офис местного округа, чтобы оформить необходимые документы для вашего недавно заявленного альфы./ Чимин стонет, показывая Юнги сообщение на Kakao, и резко закатывает глаза. — У меня в удостоверении личности даже не указан мой статус, оно такое старое, — говорит Юнги, делая глоток подогретого супа. — Ого, — удивляется Чимин, — так ты не успел зарегистрироваться? — старший отрывисто кивает. К тому же, им придётся уточнить место жительства Юнги в правительстве. Однако Чимин быстро прокручивает страницу дальше. — Посмотри на их часы работы. У правительства, как и следовало ожидать, не слишком свободный график работы. С понедельника по пятницу с десяти утра до трёх часов дня или в субботу с десяти утра до часа дня. — Суббота будет самой загруженной, — говорит Юнги, изучая график работы. — У тебя есть перерыв на неделе, когда ты мог бы пойти со мной? — Я спрошу своего начальника сегодня на работе. У нас всего неделя, чтобы разобраться с этим. Начальница Чимина, бета-женщина в возрасте около сорока лет, которую нельзя назвать тираном, хмуро смотрит на молодого омегу. — Сейчас уже слишком поздно искать замену воспитателю, и ты должен быть всегда наготове, даже когда дети на уроке музыки или физкультуры, на случай, если кто-то из них будет вести себя неадекватно. Знаешь, отчасти поэтому так трудно нанимать омег, у вас всех так много дополнительных потребностей. И без того нелегко составить расписание по вашим течкам, — начинает руководитель, а Чимин вздыхает, приготовившись к нотациям. Чимин отправляет Юнги быстрое сообщение в Kakaotalk из кабинки туалета — единственного места, где ему разрешено держать телефон на виду. /Приготовься быть в районном офисе завтра в 10 утра./ /Я без проблем просыпаюсь в раннее время по выходным, в отличие от некоторых омег, которых я знаю./ — Юнги быстро пишет ответ. Чимин почти видит его ухмылку через экран. /Будь вежлив с Тэхёном!/ — отвечает омега и, засунув телефон обратно в карман, отправляется на занятия. На следующее утро двое отправляются в районный офис чуть позже девяти тридцати утра. Когда они приходят, там уже столько людей, что Чимин волнуется, успеют ли они пройти до закрытия офиса в начале дня. Как только офис открывается, разумеется, всего один сотрудник занимается оформлением документов на регистрацию альф. Как только он оказывается у терминала, Чимин берёт номерок, и у него замирает сердце, когда он видит, что его номер двадцать семь. — Мы должны успеть сделать это сегодня, — безнадежно напоминает себе Чимин. Они усаживаются на металлическую скамью, Чимин обеспокоенно барабанит пальцами по боковой поверхности бедра. Когда он смотрит на Юнги, тот кажется чем-то отвлечённым. — В чём дело? — спрашивает омега, ища хоть что-то, что могло бы снять его напряжение. Юнги сужает глаза и молча встает, а Чимин быстро вскакивает и следует за своим альфой. Их место тут же занимает другой человек, ожидающий своей очереди. — Намджун-а? — произносит Юнги, когда они направляются в угол зала ожидания к паре. Альфа, который кажется смутно знакомым Чимину по альфа-комплексу, приветствует Юнги широкой улыбкой с ямочками. — Хён! Ух ты, не могу поверить, что ты здесь. Каковы были шансы встретиться тут? — Да, это безумие, — спокойно отвечает Юнги, излучая непринужденность, которую Чимин ещё не видел. — Вы двое тоже здесь для регистрации? — спрашивает Намджун, указывая на Юнги и Чимина. — Да, — отвечает Юнги. — Это мой омега, Чимин, — младший пытается сдержать сердцебиение от того, как Юнги называет его «своим омегой». — Приятно познакомиться, — вежливо проговаривает Намджун. — Это мой омега, Сокджин. Чимин кланяется им обоим, и Сокджин быстро отвечает взаимностью. — Так вы, должно быть, тоже живете где-то здесь? — спрашивает Юнги. — Мы в Хапчжоне. — Мы живем в Синчоне, так как он ближе к университету Сокджина. Он докторант. В голове у Чимина загорается лампочка, и он вспоминает, что Хосок говорил несколько недель назад. — Подожди, ты студент? — Сокджин вежливо кивает. — Тэхён, мой сосед, тоже пытается претендовать на альфу, но Хосок сказал ему, что заявление скорее всего не примут, потому что он учится в магистратуре. — Правда? — спрашивает Намджун. — На кого он пытается претендовать? — На Чонгука, — с гордостью говорит Юнги. — Это здорово! Надеюсь, мы снова сможем быть вместе. Сокджин, однако, выглядит потерянным в раздумьях. — Что касается меня, то я должен был сказать правительству, что моя семья обеспечивает меня. Они спрашивали о доходах моих родителей и прочее. Хосок хорошо разбирается в таких вещах. Но, если твоему другу нужен совет, думаю, я смогу ему помочь. Намджун поворачивается к своему омеге, широко раскрыв глаза и умоляя. — Хён, Чонгук был нашим другом в учреждении. Я рассказывал тебе о том, какое дерьмо там творится. Если ты поможешь ему, это будет спасением его жизни. Чимин и Юнги затаили дыхание, когда старший омега достал свой телефон и открыл Kakaotalk. — Можешь дать мне ID Тэхёна? Пока обе пары ждут своей очереди, они ведут светскую беседу о том, как оба альфы приспособились к жизни за пределами учреждения. Похоже, что альфы устроились вполне комфортно, а Намджун подумывает о том, чтобы устроиться на работу библиотекарем или журналистом. В итоге звучит номер Сокджина и Намджуна, двадцать один, их вызывают к столу, где работник начинает оформлять документы. — Ненавижу, что они обращаются с нами как с животными, — бормочет себе под нос Чимин, наблюдая за тем, как Сокджин достаёт около пяти тысяч документов. — По крайней мере, они не чипируют альф, — ровным тоном говорит Юнги, вызывая небольшой смешок у омеги. — Не подавай им никаких идей. После примерно десятиминутного оформления Сокджин и Намджун заканчивают свои дела и машут паре, когда начинают уходить. — Поскольку мы довольно близки, давайте как-нибудь в выходные встретимся в кафе и пообедаем. Приведи и своего друга-омегу, — предлагает Сокджин. — Мы вам сообщим! — говорит Чимин, и пара выходит из правительственного офиса. Юнги и Чимин снова ждут в одиночестве, и минуты тянутся, пока они наблюдают за тем, как медленно растут цифры. Немного позже одиннадцати тридцати утра, почти через два часа после прибытия, наконец-то называют их номер. Чимин просто благодарен за то, что им удалось попасть на приём сегодня, даже не желая представлять себе другой вариант. Они занимают места перед сотрудником, просовывая свои документы через небольшое отверстие в нижней части стекла. — Пак Чимин-ним, — говорит служащий, — можете ли вы подтвердить дату рождения, адрес и номер телефона, который зарегистрирован в правительстве? Чимин делает это, и сотрудник кивает в знак подтверждения. — Пожалуйста, подтвердите также имя, дату рождения и номер телефона вашего альфы, — Чимин хмурится и поворачивается к Юнги, чтобы собрать необходимую информацию. Почему же он сам не спросил Юнги? — Если вы подтверждаете, что предоставленная информация является максимально точной, пожалуйста, распишитесь на электронном блокноте для подписи, — Чимин быстро пишет что-то, смутно похожее на его имя. — Мин Юнги успешно зарегистрирован на ваш идентификационный номер. Они выходят из правительственного офиса с бумагой, в которой говорится, что Юнги сможет забрать своё новое удостоверение личности примерно через десять рабочих дней. Чимин просто благодарен, что Юнги разрешили забрать его самому, и ему не потребуется какое-то сопровождение. — Ну, — говорит Чимин, когда они выходят из правительственного офиса и ждут лифта, — теперь, когда всё готово, что мы должны делать сегодня? Юнги пожимает плечами. — Мы должны сделать что-нибудь весёлое, чтобы отпраздновать твоё раннее пробуждение сегодня. — Я не обещаю, что завтра проснусь рано, — предупреждает Чимин, размышляя о том, чем они могут заняться сегодня. — Не хочешь отправиться в Ёыйдо и посмотреть, что осталось от цветения вишни? — Было бы здорово, — с улыбкой говорит Юнги. Они добираются до острова на метро и легко находят пешеходную дорожку за пределами станции. Хотя на деревьях ещё много цветущей вишни, кажется, что популярность немного спала. — Цветение вишни достигло своего пика в прошлые выходные, — сообщает Чимин, когда они выходят на дорожку, усыпанную розовыми лепестками, — но сегодня они всё ещё красивы. — Не такие красивые, как ты, — быстро отвечает Юнги. Чимину требуется секунда, чтобы осмыслить это высказывание, после чего он поворачивается и видит Юнги с забавной ухмылкой. — Ты такой дрянной! — Чимин смеётся, толкая Юнги в плечо. Прогулка по усыпанной лепестками дорожке сродни волшебству. С каждым лёгким ветерком, дующим с реки Хан, на них обрушивается каскад розовых цветов. Проходит совсем немного времени, и Чимин смотрит на Юнги и подавляет хихиканье. — Что? — спрашивает альфа. Чимин останавливает Юнги, а затем протягивает руку вверх и достаёт лепесток, который торчит между локонами Юнги. Когда он наконец выпускает лепесток из кончиков пальцев, то тяжело сглатывает от того, как близко находятся их лица. — Пойдём, — мягко говорит Юнги, беря маленькую ладошку омеги в свою и увлекая его за собой по тропинке. — Пойдём дальше. Они осторожно идут рука об руку, и Чимин чувствует, что теперь, когда он держит старшего за руку, то прекрасно осознает каждый свой шаг. Рука у Юнги большая, ладони всё ещё шершавые и мозолистые от силовых тренировок, которые альфа выполнял каждый день. Продолжая идти, они любуются красотой лепестков, различными табличками, которые располагаются вдоль дорожки, где деревья посвящены различным знаменитостям. — Я проголодался, — говорит Чимин, когда они доходят до конца тропинки. — Может, возьмем кимбап и съедим его в речном парке? — Пикник звучит неплохо, — произносит Юнги, когда над ними проносится лёгкий ветерок. Ещё не слишком жарко, но небо чистое и голубое. — Кажется, я вижу 7-Еleven. Когда они заходят в 7-Еleven, то обнаруживают, что большая часть ассортимента уже закончилась. Остался только жареный рис с ветчиной и тунец с майонезом. — Я возьму тунец с майонезом, — говорит Юнги, пока Чимин выбирает жареный рис. — Кошки всегда предпочитают тунец, — с улыбкой проговаривает младший. Юнги закатывает глаза, а Чимин смеётся. Они берут две бутылки чая со льдом и возвращаются в речной парк. Ещё достаточно рано, поэтому много свободных мест, где можно посидеть, хотя у них нет одеяла. Вместо этого они садятся на скамейку и вместе едят свой кимбап. — Что за работа, на которую ты хочешь устроиться? — спрашивает Чимин, откусывая кусочек кимбапа с жаренным рисом и ветчиной, водоросли хрустят и остаются солёными на языке. — Я изучал музыкальное продюсирование в университете, — сообщает Юнги, — прежде чем попасть в учреждение. — Вау! Это действительно круто! — удивляется Чимин. — Ты хочешь вернуться в университет, чтобы получить степень? — Юнги смотрит на реку, глаза сузились в ярком свете солнца. — Тебе не нужно спрашивать разрешения, я разрешаю тебе делать всё, что ты хочешь. — Учёная степень — это в основном просто формальность, — говорит Юнги после долгой минуты, — я имею в виду, что ты получаешь больше денег, если у тебя есть учёная степень, но это не обязательное условие для работы продюсером. И, если я действительно хочу получить степень, я всегда могу пойти на вечерние курсы. — Так что тебе нужно сделать, чтобы найти работу? — спрашивает Чимин. — У меня есть несколько сэмплов, — объясняет Юнги, — но я всегда могу сделать ещё. Просто нужно разослать их во все музыкальные компании Сеула, — то, как альфа говорит об этом, звучит просто, но Чимин знает, что здесь должен быть какой-то подвох. Юнги просто не хочет, чтобы он волновался. — Что ж, — говорит Чимин, стараясь излучать уверенность и поддержку, — что бы ты ни решил делать, я верю в тебя и поддерживаю. Ты замечательный! Когда Юнги смотрит на него, то выглядит так, будто сдерживает слёзы. — Это значит для меня больше, чем ты можешь себе представить.