Этого не может быть...

Врачи сразу же, не дожидавшись утра, позвонили отцу Гены. Он сначала вообще не понял, зачем ему звонит сын, если они итак договорились, что он прилетит сегодня. -Ало. Ген, ну что тебе ещё? Я же сказал, что впущу тебя. -Здравствуйте. Вам звонят из 1 городской больницы. Мы сейчас говорим с отцом Кривицкого Геннадия Ильича? - Врач старался говорить всё это спокойно и аккуратно подводить к основной теме звонка. -Ну я его отец. А что такое? -Дело в том, что ваш сын скончался, ДТП, мы ничего не смогли сделать. Приносим свои искренние соболезнования. -Чего? - Насколько сложными не были их отношения, он был его сыном и эта новость ошарашила. Ему стало не по себе, закололо в груди и он схватился за сердце. Эта новость принесла столько боли и переживаний. Его единственный сын и тот погиб, да ещё и в ДТП. Он понимал, что одному ему не справиться, поэтому пошёл к единственному человеку, который сейчас мог ему помочь - соседке, которая за ним присматривала. -Зинаида Ивановна! - Илья Яковлевич постучал ей в дверь. -Что случилось? - Она не ожидала, что он придёт к ней сам. -Сын умер. -Гена что ли? Как? Вы что? -Позвонили из больницы только что, сказали. -Ой, так на вас же лица нет, проходите ко мне. - Илья Яковлевич любезно согласился войти. -Хорошо, я зайду. Зинаида Ивановна сразу заметила, что с ним что-то не то. Да для неё самой было потресением, узнать о том, что погиб его сын. Если раньше она понимала, почему Илья Яковлевич не хочет общаться с сыном и была на его стороне, но потом увидела, что ему отец был совсем не безразличен. Она всегда присматривала за Ильёй Яковлевичем, следила, чтобы он принимал лекарства и выполнял рекомендации врачей и порой ей было не просто. Он устраивал разные фокусы, лишь бы не пить таблетки. -А что вы за сердце держитесь? Вам плохо? Может скорую? -Нормально. -Давайте я вам давление измерю хоть. - И она достала из дверцы шкафа танометр. Измерив давление, она поняла, что оно слишком высокое. - Я сейчас, подождите, я принесу вам нитроглицерин. Нитроглицерин не помог и давление не снижалось, а становилось хуже, нарастала одышка, поэтому Зинаида Ивановна решила вызвать скорую и не зря. Его забрали в больницу, чтобы снять приступ и понаблюдать хотя бы денёк. Она приняла решение, что должна ему помочь и решить вопрос с похоронами. На следующее утро она уже была у него в больнице. -Илья Яковлевич, здравствуйте. Ну как вы? Вам лучше? - Он слабо улыбнулся. -Нормально, спасибо тебе Зина. Чтобы я сейчас делал, если бы не ты. -Давайте я вам помогу, нужно же организовать похороны. -Спасибо. -Я разговаривала с врачём и он сказал, что вас выпишут уже сегодня после обеда, так что будьте готовы, завтра похороны. И я очень соболезную вам. Сразу же на следующий день Гену похоронили. На кладбище не было абсолютно никого, кроме отца, соседки и рабочих, которые помогали со всем процессом. Больше никто ничего не знал, да и не кому было об этом рассказать. Илья Яковлевич абсолютно не знал, с кем общался его сын и были ли у него какие-то здесь друзья в Москве. Он только вспомнил про женщину, которая когда-то приходила к нему и тоже интересовалась состоянием его здоровья. Какая у неё сейчас фамилия и как её зовут он не помнил, помнил только, что, когда его сын был ещё студентом, то фамилия у неё была Егорова. Но он посчитал, что искать её номер не будет и сообщать ей эту новость, наверняка ей это не интересно.