Бариста

POV: Клэя - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - В крупные, удивленные салатовые зеницы пробирались янтарные частицы, окруженные золотыми блестками по краям, грациозно сверкая вокруг солнца, которое плавно опускалось до низу, заходя за линию горизонта и размывая небосклон горячей краской, словно по небу пролетал горящий пламенем феникс, кончиками крыльев касаясь пурпурных мехов, просвечивая светло лиловые нетронутые облака, наливая белизны в безжизненный небосклон, медленно покрывая его блеклыми, словно нарисованными акварелью звездами, расплывающися по небу червонными отрывками, отдаляясь все дальше, надевая позолоченный ободок на светлую голову, словно расправляя нетронутые пестрые крылья по округе, а в окружении метались нежные лепестки и черенки соцветий, которые превращались в непонятную массу, будто бы это была картина маслом, а на фоне стояло чужое тело, пытаясь дотянуться до сверкающих хлопьями снега цветов, это был главный объект на картине, написанной самим флоридцем, они мотались вокруг глаз и одурманивая теплыми ароматами, витаясь вокруг чуть загорелого флоридского тела, дымом покрывая освещенное помещение, пролезая от края до фойе, фонтаном ароматов разливаясь внутри, бушуя холодным вихрем по потолку и с разбега резко напрыгивая, так резко, что ты перестаешь ощущать блаженный запах, уже не реагируя на него и не понимая, что за аромат пролетел мимо носа. Время близилось к длительному вечеру, тлеющему под подавлением мрачных сумерок, как костер догорая на сухих ветках, распыхая при погружении солнца вниз, раскидывая огневые залпы от лесов до морей, разжигая рыжее пламя на небесах, алыми лужами пачкая небо теплыми тонами и яркими огнями, разливаясь молочными кружками по нему и переплетаясь с мутными созвездиями. - Спасибо за цветы, Джордж. Никогда не думал, что британцы такие милые люди, как ты.. а..эм.. кхм.. неважно, что я сейчас сказал. Чтож, хорошего вечера тебе, ми.. кхм, Джорджи.. - Со смущением мямлил блондин, прикрывая веснусчатый лик рукой из за легкого стыда и неловкости, но все же принимая мягкий, белоснежный букет в такой же бледной упаковке, на которой была повязана красная ленточка с надписью " Dream ", от чего парень приятно удивился, но не прекратил сводить очи со сверкающих от счастья очков британца, дабы вдоволь насмотреться на теплое и уже родное ему лицо, как считал флоридец, застывая на месте перед его силуэтом и рассматривая улыбчивое лицо, пока не прозвучал манящий к себе голос. - Что не так? - И тут же блондина как будто за локон дернули, пугая внезапными звуками из ниоткуда, как казалось Клэю, и парень мило, но с неловким выражением лица, легонько пожал ему руку, почти не касаясь горячих ладошек Дэвидсона, оставляя на столе плату за букет и уходя восвояси, прикрывая хрустальную, покрытую лозами дверцу, чуть придерживая ее, дабы на вид хлюпкое стекло не разбилось. Бариста долго шел по заросшей мягкой травой опушке, где виднелись раскиданные светлые лепестки сирени, которые пахли словно дорогаы парфюмерная вода, попутно размышляя о произошедшем между ними, ведь Джордж и вправду был мил и добр к нему, помог с выбором, и даже сделал пару открытых комплиментов к его внешности, замечая каждую деталь и бросаясь в нежные обьятия, а он не произвел никакого внимания, отрекаясь даже от простого комплимета в его сторону, хоть и знал, что мог сказать это ему в лицо, и в глубине души Клэю хотелось подбежать и взять его на руки, а после обнять его также, как британец обнимал его при встречи, прижимаясь ближе, чувствуя тепло и пульс чужого тела, этим доказывая свою любовь по отношению к старшему, а ведь младший замечал, с какой досадой и грустью он глядел на позолоченные кудри, иногда присматриваясь к светлой макушке, покрывая ее стойкими поцелуями, будто желая хоть раз коснуться его волос, перетаскивая каждую прядь через длинные пальцы, а после поглаживая их, рассматривая все ближе и ближе, словно они значили для него что то большее, чем просто чужие волосы, будто это были только выплавленные слитки чистейшего золота, стоившие огромного состояния, но было ясно и понятно - это они были бесценны. Медленно смеркалось и градиент переходил в более темный и мрачный, а уже более яркие светила появлялись на небе, освещая путь младым морякам, которые затерялись средь бесконечного пространства, как и Клэй, который не понимал, что ему сейчас сделать, а если просто забыть про это, как страшный сон, не вспоминая о том, что такие ситуации вообще приключаются с ним, и с кем либо другим, дабы не ставить никого в пример, хотя, идея очень плоха, ведь рано или поздно, он заденет этим и британца, а младший этого ой как не хотел. Звезды освещали безнадежный лик, изредкая сверкая в его зеленоватых зеницах, переходя к носу и к затмившей лицо маске, отражаясь перламутровым серебром на кончиках волос, но сразу же отрываясь от них, когда тот со вздохом опускает голову, чтобы ничего не помешала думу думать и приспускает бледно серую маску вниз, обнажая вторую половину лица, медленными шажками проходя про вытоптанной чужими ногами тропе, мешкаясь сквозь темных стволов сосен и их раскидистых по округе ветвей, на которых повисли застывшие капли, скатываясь ему в глаза, на что ог старался не задевать их своей головой, прогинаясь вниз, словно играя в самбо, ведь он был достаточно высокого роста, чтобы взять и зацепиться за еле видную при такой темноте ветвь. Чувства словно играли на однострунной гитаре, бегая по ней и раскачиваясь на одной лишь струне, издавая один и тот же звук, только в разных порядках, сначала одно, потом другое, и также они бушевали внутри Клэя, что долго не давало покоя, и что он словно стоит перед виселицей, будто это игра, не имеющая значения для окружающих, но имеющая значение для него и для Дэвидсона, еще как имеющая, это была грань.. предел всего, она стояла далеко за светлыми небесами, за которыми кроются пытки и долгие муки, скованные железными наручниками и намоченной горячими, кровавыми слезами тряпкой у рта, не дающая издать крик, а лишь заставляющая лечь и уснуть, но то, что нельзя снимать бинты с ранненых крыльев - никто не говорил, а значит есть выход, всегда есть, и ты просто так не сдашься, если, конечно, у тебя есть нужная мотивация перед носом. Лицо постепенно менялось от одной мысли о британце, а букет опускался вниз, почти валясь с оторванными соцветиями на грязной, пыльной дороге, о которой Клэй совсем забыл, и вспомнил его номер телефона, и словно освбодил себя от сталетних оков, выплевывая вкус железа изо рта и бинтуя застывшую, сухую кровь, раздирая свои раны и превращаясь в свободную, вольную птицу, которая медленно расплывается при ядреном свете луны, сливаясь с блестящим лучом и пропадая в синеве ночи, пролетая сквозь сероватые, покрытые червонной коркой облака и исчезая в небе, налитой темной мглой. Парень быстро добежал до дома родителей, врываясь на канун праздника и расшвыривая обувь по прихожей, небрежно вешая куртку на дубовую вешалку, щурясь от чересчур резких и нечетких тонов, что мигали каждую секунду, бегая по стенам и пачкая разноцветными пятнами помещение, от чего флоридцу стало более интересно, и он схватил букет крепче, приближаясь к входной двери, которая уже была открыта, и парень вошел внутрь, разглядывая кучу размытых силуэтов пред собой, и видимо, своих родителей, которые сидели в такой же кислотной одежде, махая ему рукой, а мать дергала его за щеку с легким кряхтением посмеиваясь и приглашая блондина к столу, на что все затихли, от чего было как минимум стыдно ощущать себя здесь. - Клэй, боже ты мой, какой ты взрослый и красивый.. небось уже забыл про нас, а? Наверняка девушка есть, верно, малыш мой? - Проговаривала очаровательная для своих лет рыжеватая девушка, трепя за покрытую красными оттенками щечку, кашляя в кулак с улыбкой. - Да нет, нету еще.. Мам, мне только 23 года, я еще не готов для такого, да и у меня вкус на другое. - Совсем тихо шептал флоридец, подсаживаясь ближе к родителям и придерживая букет чутка мокрой от напряжения ладошкой, сглатывая тяжелый ком и стараясь отвлекать внимание. - Да и ничего страшного, милый мой. Главное - что ты пришел, а я этому очень уж рада. - Сразу видно, женщина трепетно относилась к Клэю, с заботой, а сердце ее лелело при каждом только виде его на горизонте. - Чтож, хе - хе, я тоже очень рад тебя видеть, мам. Я купил тебе букет в цветочной лавке моего друга, он просто чудесен, эта красота поразит любого! - Восхищался младший, протягивая не такой уж и сильно потрепанный букет, улыбаясь во все зубы и мысленно наблюдая за происходящим. - Ты о цветах или о своем друге? Хе - хе.. - подметил отец, толкая сына в плечо и посмеиваясь, от чего он вогнал блондина в краску, да так, что он зарылся в простенькую зеленую толстовку. - Ну милый, да ты посмотри, как он засмущался. Влюбился человек, подумаешь. - от таких слов Клэй еще более раскраснелся, стуча зубами. - Мам! Мы просто друзья. Я пойду на кухне посижу, ладно? - Получив немой кивок, тот отправился на темную кухню, не включая света и присаживаясь на стул, открывая телефон и быстро набирая сообщение Джорджу.