Недолюбленные

- Лиам, ты издеваешься надо мной? Я бегаю за братом по всему дому уже около пятнадцати минут, но никак не могу отнять у него свою пачку документов, которую он тайком спёр из моей открытой сумки. Если быть честной, то на мгновение я представила, что он утопит всё это в унитазе, и я даже ему спасибо скажу. Но если посмотреть с другой стороны, то я мечтала уехать в другой город, начать хорошую, новую жизнь с незабываемыми приключениями и отличным университетом, куда поступила сама того не ожидая. Я не могу забросить все свои труды. Лиам настолько ловкий, что у меня мало шансов его поймать, где бы мы не оказались. Конечно, он же занимается футболом с пяти лет. - Ты никуда не уедешь из дома, я всё сказал, - кричит он своим ломающимся голосом в ответ. Этот маленький хулиган пролазит под столом, пока я пытаюсь ухватить его за руку, но не выходит. Хоть ему и тринадцать, но он очень быстр, а из-за моих вредных привычек я как-то бегать и не стремлюсь. Дыхание уже не то, что раньше. Вообще, Лиам, когда вырастет, будет собирать сердечки своих подруг, потому что черты лица ему достались самые приятные. В меру вздёрнутый нос, широкая улыбка и прямые зубы, чего я лишена с рождения, из-за этого нося какое-то время брекеты в детстве. Так же у него густые, длинные волосы, которые он закрепляет резинкой на затылке в виде маленького хвостика. - Так, дорогой, перестань баловаться и верни своей сестре все документы. Мы уже опаздываем. Мама наконец входит в кухню, чтобы поторопить нас и заодно ловко поймать Лиама, который не ожидал такой подставы. Конечно, я тоже не хочу уезжать от своей семьи, но разве возможно по-другому, разве я могу добиться чего-то в нашем городишке? Родители никогда не оставят меня здесь по собственной воле, они всегда хотели для меня всего самого лучшего. Мама смотрит на нас своими ярко-голубыми глазами с тёмными крапинками и опускает брови вниз, расстраиваясь. Она как всегда, даже в самом унылом состоянии выглядит красиво. Естественный макияж, чтобы округлые щёки выделялись румянцем, а на ресницах, смотрящих вниз, небольшой слой туши. Волосы по привычному заплетены в косу, недостающую даже до лопаток, но с вплетёнными ленточками, которые я когда-то ей дарила. Мама невысокого роста, что даже я, со своими метр шестьдесят выше её на сантиметров десять. Но при всём этом мама великолепна и даже в мешковатой одежде для беременных, выглядит на все сто. - Мама, тогда Ася уедет и я останусь один. Брат несколько минут ещё смотрит на документы в своих руках, а потом медленно передаёт их мне. А я тянусь к его телу и прижимаюсь к этому сокровищу довольно сильно. Мы, ни то, чтобы с ним ладили всё это время хорошо, он много вредничает и сдаёт меня маме, когда я поздно возвращаюсь домой, но при этом я люблю его больше жизни. Я с самого его рождения не оставляла брата одного, брала на различные мероприятия и даже все мои друзья были не прочь компании Лиама на прогулках. А сейчас всё это подходит к концу, все гулянки, дискотеки, походы с друзьями в новые клубы и наши тайны, а то и всё моё детство остаётся в этом городке, который я буду вспоминать с самими светлыми мыслями. Я знаю, как сильно буду скучать и как сильно буду плакать, когда меня оставят в комнате в общежитии, но всё же, это должно было когда-то случиться. Жаль, что время не остановить. - Вообще-то, ты останешься с самыми крутыми родителями в мире, - я целую в макушку брата и улыбаюсь маме, которая поглаживает свой округлившийся животик. - Тем более у нас с тобой скоро будет сестрёнка и я возлагаю на тебя ответственность за то, чтобы ты всех тут защищал, - Лиам прислоняет руку к виску, будто слушает настоящий приказ командира, а мы с мамой переглядываемся и тихо смеёмся над такой картиной. - Видишь, Лиам, мне уже не доверяют охрану дома, - в кухне появляется папа, который уже, скорее всего, закончил помещать мои вещи в багажник машины и пришёл поторопить нас, раз у мамы не вышло. Папа проводит рукой по своим чуть седеющим волосам и прислоняется к столешнице. Обожаю его манеру одеваться, куда бы он ни шёл, как на показ. Современные прямые брюки тёмно-синего цвета, а в них заправлена белая рубашка, чуть обтягивающая его худое тело. Рост у папы почти под два метра, поэтому ему всегда приходится приклонять голову в проёмах двери, но это не мешает ему наклоняться каждый раз, когда он нас обнимает. Глаза у него светло-карие, как и у Лиама, а над верхней губой красуется небольшая родинка, которая передалась ему от дедушки. - Это потому что ты много спишь, - мама поворачивается к отцу, тыкая в него указательным пальцем. - Ничего я не сплю много, - он пытается придумать хоть какое-то оправдание, но, видимо, в голову ничего не приходит и мама его опережает. - А кто тогда проспал весь выпускной своей дочери? О, я это прекрасно помню. Вручение аттестата, а после слова родителей, хоть и папу пришлось будить аж вчетвером, но на это все гости лишь посмеялись, а мне и стыдно то не было. - Вот смотри, Ася, уедешь, твоя мать мне все мозги выклюет, - папа со смехом уходит с кухни, а мы следуем сзади, чтобы уже наконец добраться до машины. Мне даже их споров будет не хватать. Пусть они почти всё время пропадали на работе, намереваясь подарить нам с братом жизнь, о которой мы мечтали, я всё равно помню как многое они смогли мне дать за это время. Мама отлично справлялась с ролью медсестры в платной клинике, а папа недавно стал генеральным директором фирмы по выпуску деталей для машин. Но точно могу сказать, что работа для них всегда на втором месте, а семья возглавляет рейтинг. Клирфилд город в Айове штат Нью-Йорк, моё родное место, где я жила с самого раннего детства. Сначала в западной части, потом перебралась в южную, где намного спокойнее и лучше. Знаете, это место самое уютное, даже не сравнится с тем, что я видела за границей, где много достопримечательностей и красивых многоэтажных домов. Пусть и Клирфилд насчитывает на данный момент не больше четырёхсот человек, этого было достаточно для счастья и прекрасного детства. Осматриваю последний раз свой дом, как будто больше никогда сюда не вернусь, и сажусь в машину, рядом со своим братом, который тут же прижимается ко мне. Слёзы мигом застывают в глазах при каждом его прикосновении и слове, но я стараюсь отвлечься. Смотрю на знакомые улицы, по которым движется машина и стараюсь углубиться в воспоминания. Вот здесь, где почти разрушен бар, мы в последний раз прощались с друзьями, которые разъехались ещё вчера и мы не спали всю ночь, чтобы как можно больше провести времени друг с другом. Выпили все свои запасы, которые прятали под кроватями, рассказали абсолютно все секреты и проблемы, которые нас тревожили и проводили друг друга до дома. Я спала всего-то два часа, но не жалею ни о чём, потому что такую компанию я навряд ли где-то ещё найду. Чуть подальше я замечаю дом Харрисона Олдриджа, одного парня из нашей четвёрки, и хочется плакать ещё сильнее, ведь там стоит огромная газель, а его родители грузят вещи в коробках. Он был последним ребёнком в семье и его родные решили поехать вслед за ним, чуть ли не на другой конец света. Я помню как много раз ночевала в этом доме, как мы даже пытались строить отношения с этим парнем в четырнадцать лет, но не вышло ничего. Теперь у него есть замечательная девушка, а я осталась с ним в дружеских отношениях, ведь так правильнее. Помню, как он учил меня целоваться и как относится к парням. Так хочется вернуться хотя бы в один наш совместный вечер. На светофоре мы стоим не больше минуты, пока я начинаю крутить браслет, который мне подарили, но этого времени хватило, чтобы я вспомнила ещё и о Мэддисон Дуглас, которая как никто другой меня знает. Она была мне как сестра, постоянно рядом в любой ситуации и сбегала из дома по несколько раз в месяц. Как-то раз моя мама даже хотела забрать Мэдди к себе, но её правильные родители в тот же день изменили своё отношение к дочери и принялись воспитывать более мягко. Но главное, что Мэддисон та самая девушка, которая научила меня любить себя. В пятом классе один придурок назвал меня толстой коровой, потому что я воровала из столовой булочки с вишнёвой начинкой и с того всё началось. Комплексы, которые впрочем-то и не были ничем обоснованы, слёзы и ненависть к собственному отражению в зеркале. Вспомнилось даже как я закрывала все зеркала в своей комнате и пряталась от камер телефона. Ненавидела даже свои карие глаза, которые казались слишком тёмными, а у остальных они прекрасны. Волосы, которые доставали почти до бёдер, я отрезала и до сегодняшнего дня ходила со средней длиной. Но Мэдди спасла меня из ямы, смогла доказать мне, что каждый человек прекрасен, показала мне мир с другой стороны и даже в таком раннем возрасте она понимала намного больше, чем я. Вот и сейчас мне не хватало её мудрых слов и фраз о том, что париться не стоит. Пусть она всё сказала мне ещё позавчера, но сейчас я так хотела всё снова услышать, чтобы перестать чувствовать боль внутри. Папа, спустя какое-то время, сворачивает на заправку, чтобы заправиться и купить нам хот-доги с корейской морковкой и большой порцией соуса. Всё как я люблю, и как любит Филипп Льюис. Четвёртый человек из нашей банды. С ним я познакомилась всего-то пять лет назад и общалась, вроде, не так близко, не знала его глобальные проблемы, не звонила в три часа ночи в слезах, но точно знала, что он поможет мне всегда. Будь я неправа или против меня восстал бы весь мир. Это именно тот человек, который поможет спрятать труп, если я вдруг кого-то убью из-за своего вспыльчивого характера. Мы познакомились именно на заправке, когда я пролила на него кофе, а он переживал не за своё здоровье, а за дорогую одежду и телефон, который вывалился у него из рук. Когда я его увидела, то выстроила в голове не очень хорошее мнение, но узнав его получше, даже извинялась за свои неправильные мысли. Он живёт в трёхэтажном доме и в нашей школе был одним из тех богатеньких мальчиков, но это никак не помешало ему дружить с нами. Он именно тот человек, который нарушает правила и живёт в своё удовольствие. Этому он научил и меня. Похрен на общественное мнение, похрен на правила и одобрение, главное делать то, что хочешь именно ты. Ему всегда хотелось запомнить моменты, которые он создавал для нас и которые дарили ему мы. В общем, даже когда мы выехали за город, то меня не отпускала тоска. Хотелось в один момент повернуть стрелки назад и ещё немного побыть ребёнком, хотелось снова окунуться в то беззаботное время, когда совсем не нужно было думать о будущем. Родители готовы решить все твои проблемы и не надо брать на себя какую-то ответственность за свою жизнь. Но в этот день всё поменялось. Я еду в университет своей мечты, к поступлению в который готовилась чуть ли не с начальной школы. Меня всегда влекло это здание и я точно знала, что буду там учиться, приложив все свои усилия. Всю дорогу машину заполняет плавная музыка, а наши разговоры всё реже проявляются. Лиам уснул, мама и папа как-то не собирались мне давать указания и читать нотации, потому что доверие в нашей семье это самое важное. Я же не могла отделаться от мысли, что останусь одна и с этих пор мне придётся решать всё самой, что вот она взрослая жизнь, о которой мечтают миллионы подростков. Я прекрасно запомнила момент, когда мы подъехали к общежитию и стали выходить из машины. Осмотрев здание я не сильно удивлялась его красоте, ведь уже сто раз видела его на фотографиях сайта. Да, ухожено, красиво, современно и светло, но не то. Внутри откуда-то возникает тревожность, когда мы двигаемся внутрь и получаем ключ от комнаты. 502. Из плюсов только то, что я живу в просторной комнате и вовсе с одной соседкой, когда остальные ютятся по трое, а то и четверо. А минусы, это пятый этаж и без лифта, быть в общежитии до полуночи и ещё общий душ. Спасибо, конечно, но лучше я буду дожидаться ключа от закрытых кабинок, даже если это будет долго. - Красиво даже, - говорит папа, когда мы всей семьёй оказываемся в моей новой комнате и ставим коробки на пол. Вещей было не так уж и много, но это я ещё свои книги не привезла, потому что решила проверить обстановку и не прогадала. Шкаф был только для вещей и тумба рядом с кроватью совсем маленькая. Придётся потратить заработанные за лето деньги и обзавестись стеллажом. Но комната удивила, это правда. Всего две кровати, стоящие рядом с окнами, которые выходили на небольшой двор со стороны общаги, стоящие почти напротив друг друга. Как я поняла, моя была дальняя, ведь на ней не были раскиданы вещи и на тумбе не валялись банки от энергетиков. Хотелось, конечно, чтобы моя соседка оказалась адекватной, потому что тишину я люблю как ничто другое, но выбирать тут не дают. Надеюсь на свою удачу. Компьютерный стол был тоже завален какими-то бумагами и тетрадками, но при этом мне нравилось его расположение, в самом дальнем углу комнаты. Он не мешал ни мне, ни моей соседке, видимо. Но вот если такой беспорядок продолжится, то тогда мы правда навряд ли с ней подружимся. Слева от двери красовался небольшой кухонный столик, допотопный холодильник с одной дверцей, а стулья проверены временем и не удивлюсь, что ещё и пол будет скрипеть. Но, мне не привыкать. Моё детство прошло в ещё более ужасном месте, когда не знаешь с какой стороны на тебя нападёт таракан или выбежит мышь. - Да, ещё разрисуешь свои стены и будет шикарно. Я уже узнала, что на стенах рисовать разрешается, - мама садится на мою кровать, на которой пока был только матрас и я осматриваю голые стены над своей кроватью. Уже есть идеи какие нарисовать рисунки и какие фразы написать, ведь смотреть на это убожество было невозможно. Ещё и голубой цвет, который я просто терпеть не могу. - И можешь ещё приклеить мою фотку, чтобы не забыть меня, - говорит тихим голосом Лиам, который всё это время стоял у порога, будто боясь сделать шаг в незнакомом месте. - Я тебя итак не забуду, ты чего это?! - я тяну его к себе и прохожусь рукой по его голове, взъерошивая примятые ото сна волосы. Я почти полчаса хожу за руку с братом, чтобы он перестал грустить, а время уже неожиданно подходит к прощанию. Так не хотелось этого, ведь момент прощания всегда самый трогательный и нервный, перекатывающий всю грусть по телу и впиваясь в каждый уголок. - Только не плачь тут, пожалуйста, - папа первый обнимает меня, а я киваю, но ничего ему не обещаю, потому что по-другому просто не смогу. Мне нужно будет долго привыкать к этому месту и одной это сделать куда труднее, чем в какой-нибудь компании. - И звони нам как только будет свободное время, - мама вытирает свои слёзы, потому что не хочет, чтобы я ещё сильнее расстраивалась, видя её состояние, но я по-прежнему молчу и слушаю всё, что они мне говорят. Больше всего мне хотелось остаться дома, чтобы увидеть рождение своей сестрёнки, которая должна появиться на свет уже в сентябре, но, к сожалению, это невозможно. - Приезжай к нам быстрее, - последний меня обнимает Лиам. Единственный из нас, кто не сдерживал свои эмоции ни на минуту. Давал волю слезам и долгим объятиям. Я не могу смотреть на эту картину, поэтому выдыхаю довольно тяжело и чувствую, как слёзы потихоньку начинают бежать по щекам. Прощание было долгим, охриненно грустным и приносило не мало печали, но мы справились с этим. Это же не конец и каждый это понимал. На машине до дома можно добраться всего-то за пять часов и всё. Если будет свободное время, если я не устроюсь тут же на работу, и если найду того, кто меня повезёт. Но я верю в свои силы. Я уже точно знаю, что в середине октября, а именно на папино день рождения, я буду дома. Осталось потерпеть всего полтора месяца и всё. Вытрав все свои слёзы и посмотрев ещё раз на поворот, за которым скрылась машина родителей, я ухожу к себе в комнату. Нужно разложить вещи, успеть подготовиться к завтрашнему дню и познакомиться с соседкой, с которой проживу ближайшие четыре года, если она, конечно, тоже на первом курсе. Надеюсь, что это так, потому что так нам будет проще общаться. А если мы ещё и на одном факультете, то мне даже поговорить с ней будет о чём. * * * * * Время близится к одиннадцати вечера и я уже расправила свою постель, собираясь спать. Отложила электронную книгу и сил не осталось даже на то, что бы посидеть в телефоне. Я за сегодняшний день даже не присела ни разу и не перекусила, хотя и нечем было, а магазин я и не знаю где. Мамина закрома оставлю на чёрный день. Всё время ушло на то, чтобы привести свою комнату в порядок, может она и не была слишком ужасной, я хотела воссоздать свой уют и здесь. Зато теперь мои вещи покоились на напольной вешалке, которая стоит около изголовья кровати, а в шкаф сложила лишь тёплые и пока ненужные остатки вещей. Тумбу занимают тетради и, подаренный братом светильник, грея своим светом наше семейное фото. Осталось лишь доукрасить стену, на которой за сегодня я успела нарисовать лишь два небольших глаза с макияжем как у Ру из сериала «Эйфория». Именно любимая песня меня на это вдохновила. Но то, что я до сих пор не видела свою соседку, меня немного тревожило, без этого я не могла сомкнуть глаз. Нужно бы и дверь закрыть на всякий случай, но не спать же девушке в коридоре. Поэтому минут тридцать я перекатывалась с одного бока на другой, пока дверь не открылась, пропуская свет из коридора. Вошла высокая девушка в разукрашенных кроссовках и таких же белых штанах, которые она, видимо, разрисовала сама. Неплохо получилось, кстати. Ещё эти колечки в каштановых волосах просто не могли не привлечь внимание. Я думала, что такие красивые девушки не занимаются учёбой и что университет не для них, но она тому опровержение. В носовой перегородке у неё покоится прокол и небольшое колечко, прямо как у меня во рту. Может, всё-таки мы сумеем подружиться. Выглядит она, конечно, не очень улыбчивой, но нельзя ведь судить книгу по обложке. - Привет, я Ася, твоя новая соседка, - девушка останавливается около своей кровати и скрещивает руки на груди, скользя взглядом по моему телу. Она явно не хотела идти на дружеский контакт, но я пыталась не терять улыбки и смотрела так же неотрывно как и она. - Очередная соседка, - сверкнув своими зелёные глазами поправляет меня брюнетка и принимается за свой хлам, который был на её половине. Я хмурю густые брови и пытаюсь не сильно зацикливаться на её поведении, ведь не сразу же нам становиться друзьями. Да и вообще, может она тоже обо мне плохо подумала, как и я о неё? Сама же сказала, что соседок было много, значит думает, что я не задержусь тут надолго, но ей стоит привыкать. - И сразу говорю, что моя половина, это моя половина. Не садись на мою кровать, не трогай мой шкаф и тем более не смей подходить ещё и ко мне, - закончив со своими делами, девушка тычет в меня уголком тетради, которую только что подняла с пола, а я просто не могу понять в чём её проблема. Если она ненавидела всех бывших соседок, то причём здесь я вообще?! - Хорошо, как и ты ко мне, - не понимаю почему я ответила ей тем же недовольством, но её первая реакция меня просто раздражала. Значит удача у меня никакая и с соседкой мне придётся помучиться. Она хмыкает как-то неестественно, но при этом больше ничего мне не говорит и валится на кровать, закрывая уши наушниками, где красуется светящаяся гравировка с именем. Не знаю, это её имя или нет, но звучало оно как-то странно, ведь такого я ещё не встречала. Рина. Скорее всего, сокращение. * * * * * В университете нет определённой формы, что позволяет каждому студенту самовыражаться по своему. Я же предпочитаю что-то более свободное, например, оверсайз. Но и от обтягивающих вещей мне тоже трудно отказаться, ведь не зря же природа наградила меня плоским животом. А сегодня я хотела выглядеть как можно незаметнее, чтобы если что-то пойдёт не так, потом меня никто не вспомнил. Поэтому я проглаживаю утюгом тёмно-синие джинсы, серую рубашку с небольшой надписью на боку, которая была заметна лишь тогда, когда хорошо присмотришься. А на ногах неброские кеды, которые мама просила меня никуда не надевать, ведь им почти уже четыре года. Вот только они хорошие и даже не расклеились, так нет смысла покупать новые. Вроде одеваться было не долго, но я целый час пыталась собраться с силами перед зеркалом. Странное чувство тревожности, но я так и знала, что оно будет присутствовать и пропадёт лишь тогда, когда я вернусь назад. А лучше, когда позвоню родителям и расскажу им последние новости, например, что познакомилась с соседкой, которая, кстати, до сих пор находилась в постели. Она мне, хоть и не сильно понравилась, но я старалась как можно тише себя вести, чтобы не нарушить её сон. Всё же, Рина тоже ночью не шумела, хотя я видела, что она заснула ближе к утру. В общем, надо бы уже выходить, иначе опоздаю к назначенному времени. Автобус голубого цвета подходит к остановке и я заползаю внутрь, сразу ныряю в большое скопление людей. Ну, конечно, почти девять утра, чего ещё можно было ожидать? Встав у большого окна, я прислонилась к нему и с каждым метром мне всё сильнее хотелось повернуть назад. Перед глазами проносились кирпичные здания, элитные высотки, красиво оформленные парки и пару достопримечательностей, которые я видела на картинках в интернете. Меня никогда не привлекали галереи, музеи или что-то подобное, поэтому большее внимание я обращала лишь на чистое от облаков небо и парящих туда сюда людей, будто их время вот-вот закончится и они канут в бездну. И вот... Момент, когда я стою перед огромным зданием, осматривая каждую деталь. Просто не верю, что я могу быть этого достойна. Висит флаг страны и знамя округа, которое завоевали спортсмены. Конечно, я прочитала его биографию и всё такое, будто готовилась к урокам. И я обману саму себя, если скажу, что оно почти ничем не отличается от моей школы, потому что это задние не большое, а просто огромное, с высокими окнами и лавочками по всему периметру. Просто вдумайтесь, кампус Cornell Universety имеет около двухсот шестидесяти корпусов, а ещё собственный ботанический сад и находится университет на Восточном Холме небольшого, тихого города Итака. Это же в голове даже представить трудно, тем более окрестности, которые открываются с холмов просто потрясающие. Озеро под названием Кэйюге выглядит как мечта, которая вот вот сбудется, если только искупаться в кристально чистой воде. Даже в такой холодный день лучи солнца гармонично плещутся на поверхности воды и зовут за собой. Не будь озеро так далеко от главного здания, я бы точно вошла в воду, но пока довольствовалась лишь видом. А ещё, боже, не знаю как остальные, но я заметила насколько много тут живых деревьев. Просто куда не глянь, везде посажены небольшие кустарники и разных видов деревья, что помогли создать чистейший воздух на территории, который хочется вдыхать и вдыхать, раз за разом. По-настоящему университет выглядит как великолепная картинка, но я двигаюсь по его периметру, где уже находились сотни таких же студентов как я. - Ваше имя? Меня встречает охранник на входе, и я смотрю на всех людей, которые проходят внутрь. Оказывается, у всех есть какие-то персональные пропуска, а я тут первый день и даже не знаю, что сказать этому мужчине в строгом костюме. Его взгляд меня немного нервирует и хочется ответить какую-то глупость, но он меня опережает. Насколько я помню, тут вообще никому не доверяют и очень серьёзно относятся к безопасности, поэтому то я и не знала с чего начать своё объяснение. - Очередная новенькая? - он слегка улыбнулся, а я застенчиво кивнула, переминаясь с ноги на ногу. Мне нужно было прийти сюда ещё раньше, а я даже не подумала об этом, ведь о такой мелочи никто и не упоминал. - Да, мне ещё ничего не выдали, - объясняю я и смотрю как он отходит от прохода, пропуская меня внутрь. Мужчина досконально обследовал мои вещи, заглядывая во все карманы рюкзака, но, ничего там не обнаружив, слегка улыбнулся, указывая мне рукой на коридор. Что ж, осталось только найти своего куратора и группу, тогда уже станет полегче. Но вот только заметить табличку или хоть какой-то знак о факультете биологии, не удавалось вообще. Не думала, что и с этим могут возникнуть проблемы, да и людей здесь настолько много, что протолкнуться было тяжеловато. - Если у тебя нет пропуска, значит ты последняя с биологического факультета. Ася Эспер? - окликает меня какая-то девушка и я тут же поворачиваюсь на звук. Передо мной стоит невысокая блондинка с короткими волосами и довольно яркими серыми глазами. Она вызывала у меня симпатию, хоть и не соответствовала моим стандартам. Типа я не заметила на её руках и вообще теле ни единого украшения, которые всегда привлекают моё внимание. А ещё блондинка выглядела как пятнадцатилетка, которая пытается замазать свои недостатки всеми видами косметики. Но я всегда считала это немного глупым, хоть и сама какое-то время ненавидела свои прыщи и наношу иногда тоналку, только в меньшем количестве. Всё равно придерживаюсь мнения, что каждый наш недостаток и шрамик, это наша особенность, ни у кого ничего нет похожего и идентичного, поэтому не стоит это прятать от мира. Её слишком короткая юбка была явно не из гардероба, который можно было надеть в университет, а накинутая сверху кофта и вовсе не придавала уверенности, что низ вообще присутствовал. Ладно, мне же с ней не детей крестить, значит нужно немного расслабиться. Я кивнула в ответ на её вопрос, и она продолжила. - Меня зовут Полли, и сегодня я немного введу тебя в курс дела. Снова кивнув, потому что слов не нашлось, ведь я постоянно отвлекалась на внутренние красоты здания, поправляю рюкзак на плечах. Полли выплёвывает жвачку в урну, и мы тут же оказываемся в компании ещё десяти, а то и пятнадцати человек, которые ждали Полли совсем неподалёку. Студенты выглядели как первоклашки, которых родители впервые оставили одних и они просто ждали каких-либо указаний, изрядно переговариваясь между собой. Ещё не знаю, как выгляжу я, но очень хотелось верить в то, что моя уверенность меня не подводила, даже если чувство тревоги меня не покидало. - Это твой ключ и пропуск, - Полли подаёт мне вещи в руки, двигаясь в сторону бежевых шкафчиков с персональными номерками. Они выглядели как новые и точно так же, как в школе, но это и радовало, ведь привыкать нужно будет не долго. Экскурсия оказалась слишком скудной и Полли явно не совсем понимала о чём нам нужно рассказать и что показывать, поэтому всё же придётся изучать всё заново и лучше одной, но хоть пар сегодня не было, а это значит, что времени нам выделили предостаточно. Вообще, люди здесь казались немного странными. В том плане, что они настолько тут хорошо ориентируются, хотя пришли вместе со мной и это немного раздражало, потому что я очень путалась даже в указателях. А когда Полли и вовсе встала посреди коридора и начала говорить типа: «там столовка, там бассейн, там спортзал, там раздевалка, там расписание пар и всякие объявления, которые никто не читает. Там туалет», то я вообще чуть с ума не сошла. Лишь пробежалась глазами по местам, на которые она указывала и вздыхала от раздражения. Пусть и девушка не вызвала у меня симпатии, не могу сказать, что и сильно бесила. Она разговорчивая, отвечала на все заданные вопросы и даже просила теперь называть себя нашей подругой. Странно, конечно, но всё же. Может она и вправду общительная и мне в первый день повезёт обзавестись друзьями. Это было бы замечательно. - Если что-то ещё хотите посмотреть, то это без меня, - заканчивает блондинка. Наша компания останавливается на том же месте, с которого мы начали, только уже более расслабленные и весёлые. Раз закончилось знакомство с университетом, значит можно расходиться по домам. У меня не было в планах оставаться на торжественную часть и слушать напутственные слова на этот год. Сегодня с меня хватит социализации. Хотелось бы уединиться. Но у входа послышалась небольшая ругань, которая привлекла наше внимание. Парень в затемнённых очках ходит даже в помещении, хоть и ему трудно было даже со своей кепкой распрощаться, но тогда от него не отстала бы седая старушка, отвечающая за предоставление карт-ключей. Не знаю почему, но он казался мне странным в такой чёрной одежде и слишком каменным выражением лица. Может просто грустит по дому или слишком рано встал, как и все мы впрочем-то? Хотелось узнать что с ним такое, но подойти не решалась, да и он как-то быстро растворился в толпе. - А кто это был? В тёмных очках и совсем чёрной одежде? Тебе он странным не показался? - я поворачиваюсь на свою новую знакомую, а она будто знает о ком я говорю и даже не ищет этого парня в толпе. Может, все просто привыкли. - Лучше не нужно говорить о нём, правда, - девушка тянет меня к остальным моим новым одногруппникам и уже через пару минут я запоминаю пару новых имён. Я, конечно, не думала, что всё будет настолько просто, но, по крайней мере, мне от этого лучше и будет точно проще, чем я думала. Главное, оставаться собой, ведь меня хорошо принимают пока что. * * * * * Я осматриваюсь по сторонам, запоминаю расположение кабинетов, чтобы быстрее ориентировать в помещении, некоторые двери видела в онлайн-туре по универу ещё летом. Но ясно, что в живую всё выглядит намного лучше и вызывает немного смешанные чувства. Интересно, мои друзья тоже сейчас этим занимаются? Смогли уже найти себе знакомых, как я? Очень было бы хорошо, будь они рядом. Ещё один коридор на четвёртом этаже, где большую часть мой факультет будет заниматься, весь украшен зелёным цветом. Начиная с краски на стенах, заканчивая растениями в горшках, только не было цветов, обычная зелень. Ни то, что у нас дома была целая оранжерея. Я заглядываю в первый попавшийся кабинет, а точнее просовываю голову в немного приоткрытую дверь с номером «410», и понимаю, что она не пуста. Тот самый парень, что привлёк моё внимание у выхода, сейчас сидел за одной из парт и аккуратно, даже довольно медленно, укладывал на столе ровные дорожки из... это наркотики? Прямо в университете и никого не боясь он принимал наркоту в одной из аудиторий, пока я внимательно за ним наблюдала. Могла заснять на камеру и отправить анонимный донос директору, но почему-то застыла и не могла ни уйти, ни взгляд отвести. - Тебе тоже сделать или что?- его голос был грубым, эхом отзываясь от стен пустого помещения, а я как-то машинально дёргаюсь, немного испугавшись. Он даже не посмотрел в мою сторону за это время, но всё равно заметил моё присутствие. Это удивило, конечно, но из своего убежища я не вышла. Полли сказала о нём не узнавать, но почему мне так он интересен? Обычный наркоман, каких тысячи. - А если бы директор увидел? - я говорила тихо, но он всё равно меня услышал и лишь хмыкнул, нагибаясь над партой, закрывая сначала одну ноздрю, вздыхая белую пыль, а потом повторил и ещё раз. В лице он не поменялся и я будто поморщилась за него, ведь нос явно неприятно обжигало. - Он уже купил сегодня пакетик, зачем ему ещё меня преследовать? - как будто это обычное дело, сообщает мне парень, поднимая свой рюкзак с пола и встаёт на ноги. Почему-то мне стало не по себе, когда он стал двигаться в мою сторону. Может, не ко мне, а на выход, но всё же. - Я так понял, ты не из этого города и ты на первом курсе? - спрашивает он, когда я немного отхожу от двери и пропускаю его в коридор. Может эти фразы написаны у меня на лбу или откуда он сразу узнал эту информацию? - Тогда хочу сразу тебе сказать, что бы плохого не говорили о Джастине, то есть обо мне, не верь никому, потому что реальность ещё более ужасна, - парень подмигивает мне правым глазом, где я замечаю шрам вдоль брови и века, который был в виде линии. Будто провели чем-то острым, но не хотели лишать зрения, лишь скользнули немного. Эта отличительная черта почему-то слишком врезалась мне в память, а парень уже скрывается в пустом коридоре достаточно быстро, пока я хмурю брови и трясу головой. Какой же странный, и репутация, видимо, у него тоже не очень-то хорошая. Но по его виду так и не скажешь. Пусть кепка и чёрные очки почти скрывают его лицо, улыбка была милой и я думаю, мы могли бы с ним подружиться. Я люблю новые знакомства, так что почему бы и нет?! Да и я никогда не слушаю то, что говорят о людях грёбанные сплетники. Тупо узнавать о человеке по слухам. Первое впечатление о Полли тоже было не очень, но она, вроде, не такая уж и плохая. У парня явно есть стиль в одежде. Его широкие чёрный джинсы с высокой посадкой гармонировали с белой футболкой, заправленной под пояс, а на шее две цепочки. Одна толстая и, видимо, золотая. А вторая серая и с черепом какого-то животного. Хотелось рассмотреть его лицо подольше, но кроме пухлых губ и больших глаз я ничего не успела заметить. Не сказала бы, что он в моём вкусе, но внешность цепляла. Я снова осматриваю коридор и понимаю, что мне ещё много всего нужно посмотреть, поэтому собираюсь с мыслями и двигаюсь дальше. Все аудитории были друг на друга слишком похожи, что их отличие было лишь в номерках на дверях. Всё те же парты, доски, окна и, конечно, предчувствие пустоты и духоты в каждом помещении. Учёба никогда не приносила мне удовольствия и я всегда считала, что оценки это не самое важное в нашей жизни, но всё же это было нужно людям зачем-то. В общем, нужно получить образование и попытаться не потерять себя на новом месте, вот моя цель на ближайшие четыре года. Если я вообще выживу в этих стенах... * * * * * В комнате оказывается пусто, когда я возвращаюсь с университета и тут же заваливаюсь на кровать. Вроде и прошло всё не так ужасно, как я могла себе представлять, но не видеть знакомых лиц и ходить по незнакомым этажам, оказалось выматывающим делом. Теперь нужно заново привыкать к преподавателям и думать у кого как списать, кого можно подкупить, а на какие пары и вообще можно не ходить, но на это уйдёт не меньше полугода. И почему я поступила на очное обучение, теперь от этого как-то не очень радостно. Ещё и учёба почти каждый день с восьми утра, это точно для того, чтобы сойти с ума и ещё больше скучать по старым местам. Дверь в комнату вдруг открывается и входит коренастый парень с двумя пакетами в руках и ещё с небольшой папкой подмышкой. На переносице у него покоятся стильные очки, а в правом ухе аж четыре серёжки. Впервые его вижу, но даже менять своего положения на кровати не хочется. Особенно, когда я замечаю за его спиной свою соседку, вовсе отвожу взгляд и снова смотрю в потолок. Теперь мне не будет спокойствия и здесь, если сюда будут захаживать ещё и незнакомые люди. Надеюсь, что они ничем не будут заниматься на этих кроватях. - О, ты не говорила, что тебе опять кого-то подселили, - говорит парень, выполняя указы Рины, где поставить пакеты, а где разложить свою одежду. Они сейчас начнут меня обсуждать, будто меня здесь нет? - Эллиот, будто ты не знаешь, что будет. Через две недели и эта сбежит, - говорит Рина и вовсе не шёпотом, а чтобы я точно могла услышать её слова. Я закатываю глаза и поднимаюсь на ноги, выкидывая свой портфель под кровать. Как же меня раздражает такое к себе отношение. - Смотри, чтобы ты сама отсюда не сбежала,- отзываюсь я, поправляя рубашку, которая немного скаталась. Эллиот заметно улыбается, обращая на меня своё внимание, а соседка прыскает от смеха, будто мои слова прозвучали как самая смешная шутка в её жизни, но я серьёзно. Если вдруг она начнёт делать всё, чтобы выставить меня отсюда, то я в долгу не останусь. - Ты кого запугать пытаешься? - Никого. Я просто буду отстаивать своё место. Нравится тебе это или нет, я не буду молчать в ответ. Эллиот осмотрел меня с ног до головы, будто оценивал, а потом его улыбка поползла вверх. Он почему-то смеялся над этой ситуацией и, возможно, надо мной, но было как-то всё равно. - Так её, дорогая. Я тоже считаю, что Рина офигевшая сучка, - говорит парень, щёлкая пальцами в мою сторону. Я не ожидала такой реакции от её друга, поэтому вопросительно посмотрела за спину девушки, но Эллиот сказал свои слова всерьёз и, видимо, не собирался брать их назад. Рина же, просто показала ему средний палец, на котором находилось массивное кольцо, но мне ничего отвечать не стала, будто ей стало скучно. Не думаю, что она и впрямь отстанет от меня, но и я хоть не буду теперь мечтать о спокойном соседстве.