Хорошая девочка

Алфея и раньше казалась Валтору цирком для отпрысков богатеньких родителей, но как только он самолично попал туда, все его худшие опасения подтвердились. Во-первых, фей мало учили прикладному: в реальности не будет никаких идеальных условий в виде ровной лужайки, четких инструкций и нападению по команде; во-вторых, учили всему сразу и очень поверхностно (тот же Голден Атриум, где все базируется на магии Музыки, или же Малака, где обучают паладинов с углубленным изучением природной магии, были нацелены на определенные сегменты магии). По-хорошему, после Алфеи нужно идти в магистратуру на узкоспециальную направленность (стихийная магия, боевая магия, зельеварение, целительство и т.д.), потому что иначе феи выходили с общими знаниями, а Энчантикс и вовсе получали не все выпускницы школы, а только некоторые счастливицы, а это было равносильно практически полному отсутствии знаний. Ну и в-третьих, ученицы Алфеи не чета Валтору. Большинство недалекие, глупенькие девицы, отправленные родителями за получением диплома как факта наличия образования в элитном колледже, чтобы их впоследствии смогли взять на работу при дворе или на высокопоставленную должность. Другая часть, если менее глупа, то совершенно бездарна и не умеет ничего, кроме как тупо зубрить заклинания, а ведь магия — это про искусство. И в третью категорию попадали единицы студенток, которые были одарены магически и умственно. Валтор ценил осознанность и презирал слепое следование указаниям. Жизнь по течению в принципе не была ему по вкусу. К сожалению, среди студенток с данными качествами такие были лишь единицы. Например, принцесса Солярии. Когда фея Солнца и Луны предложила ему сделку, он не собирался соглашаться (с какой стати?), но упоминание Даркара и Блум в одном предложении заставили его передумать. Вероятно, если бы он когда-нибудь освободился, то решил бы заняться одним: возвращением своего величия и достоинства, а потом уже местью. В каком-то смысле предложенная сделка могла ему это гарантировать, ведь сила Феникса мощная и практически ни с чем не сравнимая. Только с Огнем Дракона. А тут еще и силы Солнечно-Лунной феи в подарок. Этим можно компенсировать все и сразу, а требования к нему не самые жесткие, даже смешные. Как ни крути, сделка выходила слишком для него выгодной, и отказываться было верхом глупости. Придумав не самый хитроумный, но действенный план, Валтор оказался в теле одного из линфейских студентов по обмену (свое же он оставил на сохранение в безопасном месте). Тот был довольно слаб магически и пассивен по своей природе, поэтому большую часть времени тело контролировал Валтор. Лишь ночами иногда пробивался настоящий Грайон, временно запертый в ловушке собственного сознания. План на самом деле был идеален, ведь никто не смог бы отследить его сущность, пока он находился в чужом теле, от которого так и разило магией Ветра, а по окончании сделки Валтор позаботится, чтобы юнец ничего не запомнил. Судя по длине его не слишком извилистой извилины, это не станет проблемой. Единственным минусом, кроме того что он не мог использовать свои силы на полную, был тот факт, что большую часть времени магу пришлось ошиваться с одногруппниками Грайона. Более изощренную пытку нужно было постараться придумать. Казалось, колледж Линфеи не последний в списке по статусу, однако Валтору было до смерти скучно среди линфейцев, с которыми у него не было ничего общего. Те только умели кичиться и отгораживаться от реальности и других студентов, не подпуская их к себе, держась особняком. Будучи слугами природы больше остальных, они были сами себе на уме. Да, некоторые обладали пытливым умом, но большинство были мягкотелы, от чего мага тоже воротило. Еще и эта Кристал, принцесса Линфеи, повадилась строить ему глазки, будто ему есть до нее дело. Кроме этого Валтор случайно оказался в тесном знакомстве с компанией Винкс, у которой во всей школе была неоднозначная репутация: кто-то считал их смелыми героинями и выдающимися ученицами, а кто-то видел в них лишь недалеких подхалимок и любительниц уклониться от занятий без вреда для себя. У Валтора было свое мнение насчет каждой из девушек. С принцессой Андроса и феями Музыки и Технологии он так и не попытал пока что удачи познакомиться, зато у него сложилось некоторое впечатление об остальных троих. Флора, как и другие уроженцы Линфеи, была откровенно скучна для Валтора, ему даже не нужно было говорить с ней, чтобы понять ее; Стелла, ее храброе безумство и колючий характер, что было чуждо обычным принцессам, импонировали; и только одна Блум вызвала в нем неподдельный интерес. Само собой, главной причиной был факт, что она, как и Валтор, обладала Огнем Дракона. За всю свою жизнь он был знаком всего с двумя хранительницами Огня Дракона, Блум стала третьей. И лишь она одна из них обладала Огнем Дракона. Неосознанно его влекло к ней, но если сам Валтор понимал природу этого влечения, связанного с их огненной сущностью, то вот Блум — нет. Впрочем, Валтору было только на руку поведение Блум, с которой он занимался два-три раза в неделю целительством и еще пересекался просто так, что постепенно становилось для него привычкой. Он находил в этом нечто забавное, ведь почти двадцать лет назад то же самое происходило между ним и Дафной. Оставалось вопросом, как далеко все зайдет в этот раз.

***

— Подъем, засоня! В Валтора полетела подушка, и он злобно рыкнул, магией отбрасывая вещь обратно. Сосед, в лицо которому с силой прилетела подушка, сначала плюхнулся в кресло, а потом чуть было не упал наземь вместе с ним. Он неуклюже принял устойчивое положение и сдул с лица почти белую прядь волос, обнимая подушку обеими руками. — Да что с тобой? Опять всю ночь свои книжки читал? — Фрейр потер лоб, косясь на ровную стопку книг у кровати, где верхняя была сдвинута под углом. — Странный ты какой-то стал… Раньше тебя и под стрелой арбалета не загонишь в библиотеку, а сейчас не оторвешь от пыльных фолиантов. Скажи мне честно, ты ударился во время тренировки? Или, может, влюбился? Я понять не могу… Валтор принял вертикальное положение, приглаживая взъерошенные темные волосы и слушая параллельно жужжание надоедливого соседа. — Если хочешь дожить до завтрака, советую замолчать. — Понял, — Фрейр положил подушку в кресло и ретировался в гостиную, чтобы не нервировать соседа еще больше. Несколько секунд приходя в себя, Валтор сидел на сбитой кровати, потом встал. К сожалению, времени принимать ванную не было, поэтому пришлось ограничиться стандартными водными процедурами. Вернувшись в комнату, Валтор принялся наводить порядок — он просто ненавидел бардак и грязь, а его сосед только и делал что генерировал мусор, стоило ему появиться на их общей территории (Валтор уже подумывал избавиться от него негуманным способом). Кровать застелилась самостоятельно, разбросанные вещи сложились по стопкам. Магией Валтор извлек из шкафа белую рубашку и коричневые брюки, с ее же помощью причесал волосы и убрал в низкий хвост — привычкам не изменишь даже в чужом теле — вот почему он очень скучал, так это по своему крепкому телу (ибо это было совершенно невыносливым и уставало уже через три лестничных пролета) и по шелковистым волосам. После он собрал необходимые учебники и тетради в сумку. Очень вскоре выяснилось, что у настоящего Грайона и то, и другое было в единственном экземпляре. Валтор вышел из комнаты примерно через полчаса. Фрейр тогда по второму кругу поливал от скуки цветы, которых до недавнего времени здесь не было. Вообще линфейцев заселили в новые блоки, чтобы не дай бог никто за стенами Алфеи не узнал, что у студенток в комнатах иногда сыпется штукатурка, продувают окна и нет мини-холодильника. В их 73 блоке жило пять человек, и именно Валтору повезло иметь соседа в лице Фрейра, в то время как Илан жил вообще один. Маг начинал жалеть, что не навел справки заранее, а набросился на первое доступное тело. Теперь это начинало выходить ему боком. — Долго ты, конечно, запрягаешь… — увидев смертоносный взгляд Валтора, Фрейр быстро опомнился. — Молчу! На завтрак они спускались вдвоем, ибо трое других уже ушли, не дожидаясь парочку. Вероятно, Фрейр и Грайон тесно общались, раз он не отстает от Валтора ни на шаг даже сейчас, когда он особенно отстранен и немногословен. Да, сразу видно, на каком умственном уровне развития находился настоящий Грайон, судя по его недалекому дружку. Однако Валтор надеялся, что в будущем эта связь ему поможет, иначе терпеть это не было никакого смысла. Совместные завтраки тоже раздражали Валтора — точнее, шум, который царил в столовой, — не говоря уже об отвратительной еде. Она была то пресной, то пересоленной, то абсолютно несъедобной. За такие деньги могли бы и получше что-то готовить и нанять нормальных поваров. Но голодные студентки, видимо, были не настолько привередливы. Менее мерзким маг находил тосты с джемом и цветочный чай. После заключения в Омеге ему страшно хотелось сладкого если не постоянно, то довольно часто, поэтому Фрейр часто заставал Валтора за лотком цветочного мороженого или прямо с банкой линфейского меда. Это казалось ему еще более странным, ведь Грайон особо никогда не любил сладкое… не читал книжек, не избежал женского общества и т.д. и далее по списку, который рос с каждым днем все больше. За завтраком все прошло вполне себе обычно: стол, за которым они сидели, жужжал не замолкая, а сам Валтор неосознанно искал глазами Блум в столовой. Среди множества лиц и голов он не видел нужных. Через несколько минут стало ясно, что она опаздывает, а подтвердилось это еще через пять, когда сонная и взъерошенная фея появилась на пороге столовой за десять минут до конца завтрака и начала лихорадочно накладывать в тарелку все, что еще не успели съесть: яблоко, круассан с ветчиной, стакан апельсинового сока. Неуклюже маневрируя между людьми, Блум уселась рядом с подругами и принялась торопливо завтракать и еще успевать вставлять какие-то слова в разговор, который она толком и не слышала. Интересно, если бы она росла при дворе, была бы она такой же? Валтор усмехнулся, вспоминая не менее непоседливую Дафну, и скрыл аристократическую улыбку за кружкой с чаем. — Чему улыбаешься, приятель? Фрейр хлопнул мага по плечу, и тот едва не подавился чаем, совсем не аристократически.

***

В перерыве, после занятия у Палладиума, хотелось на свежий воздух, настолько была душной атмосфера в кабинете. Валтор, незаметно отделившись от навязанной ему назойливой компании, ускользнул на задний двор, куда стекались студентки до, во время и после обеда в столовой. Здесь, в тени раскидистых деревьев, он планировал найти минут двадцать уединения с книжкой по ментальной магии до следующего занятия. Он хоть и был опытным магом, но проблема Блум для него была в новинку, да и сил сейчас у него было много меньше, чем когда-то, что ограничивало возможности. А проблему решать надо было. Иначе однажды он может проснуться с приставленным к горлу ножом из солярийской стали. Расположившись у основания дуба, Валтор вытянул скрещенные ноги во всю длину и открыл книгу в том месте, где он и остановился в прошлый раз. Закладкой ему служил розовато-оранжевый листик, который Блум случайно вложила в его тетрадь. «…Воздействие ментальной магии на магический источник (здесь и далее: МИ) магического существа (здесь и далее: МС) может нести и противоположный характер: в случае если заклинающий преследует цель очернить источник МС. Это длительный процесс зачастую с необратимым для МС эффектом, однако требуется длительное воздействие на МИ и стимуляции глубинной темноты души МС, чтобы прийти к необратимым последствиям. Чтобы нивелировать влияние темной ментальной магии, в каком-то смысле МС должно переродиться, самоотчиститься, чтобы избавиться от воздействия. Нередко необходимо вмешательство извне. Даже искры тьмы будет достаточно для того, чтобы случился рецидив и МИ снова очернился, возможно, с необратимыми для существа последствиями. Далее мы предоставляем возможные варианты исцеления МИ в зависимости от расовой принадлежности МС: 1. Пикси: очернить МИ пикси проще других МС. Именно поэтому нивелировать воздействие тоже относительно просто: в нужный момент пикси могут спасти волшебные узы. Если ранее пикси установила связь, то будет достаточно приведенного в конце главы заклинания, чтобы МИ восстановился и вернулся к прежнему состоянию. Другим способом является погружение в вегетативное состояние для укрепления связи с Древом жизни…» Валтор глазами просмотрел информацию про селок и эльфов, занимающую следующие двадцать пять страниц, и добрался наконец до интересующей его категории: «4. Люди: а) Феи: МИ фей является самым сложным для изучения и исцеления. Как и при повреждении, при воздействии темной ментальной магии последствия могут быть необратимыми (вплоть до полного лишения магии МС). Способами очищения могут стать усиленные волшебные узы с пикси или же «вытягивание» темной составляющей благодаря той же сущности, но с противоположным знаком. В контексте данного исследования принято считать, что тьма не может навредить тьме. Однако оба способа являются временными мерами, поскольку не искореняют тьму из МИ перманентно, а лишь дают отсрочку. В научном обществе самым эффективным способом избавления от тьмы на данный момент считается получение Энчантикса. Однако по-прежнему ведутся споры, является ли это достоверным методом, навсегда предотвращающим рецидивы. Фее с очерненным МИ категорически запрещается использовать темную магию, поскольку она лишь катализирует процесс распространения тьмы на МИ. б) Ведьмы: ошибочно полагать, что невозможно очернить МИ ведьм…» Валтора прервал знакомый звонкий голос, раздавшийся по другую сторону дерева. Закрыв книгу, он осторожно выглянул из-за ствола дуба, обнаружив на некогда пустой лавочке почти всю компанию Винкс: Флора, Стелла, Текна и сама Блум. Они явно что-то обсуждали, пока страсти не начали накаляться, так что негодование Блум дошло уже и до слуха Валтора: — Но почему? Это же самый легендарный день в году после Рождества! Вы даже ни разу не праздновали Хеллоуин… К тому же было бы неплохо приободрить Музу. Если не получится переубедить ее отца по поводу перевода, то это последний ее семестр в Алфее и с нами, соответственно. Такую возможность нельзя упускать. Пока Текна вполне аргументированно объясняла причины не отправляться в Гардинию (среди которых были высокий шанс встречи с Трикс, опасность разоблачения людьми, наличие занятий в этот день и сомнительное предсказание Джолли, которое не сулило ничего хорошего), Валтор успел встать, собраться и выйти из тени, чтобы побыстрее убраться. Не очень-то ему хотелось становиться свидетелем смехотворных разногласий феечек. С Блум он готов проводить столько времени, сколько потребуется и сколько захочет она сама, но остальные не входили ни в его сделку, ни уж тем более в его скромные планы. — Это всего лишь на несколько часиков, вечером, мы успеем вернуться до комендантского часа. Стелла, ну хоть ты! — взмолилась девушка, рассчитывая, что тяга Стеллы к вечеринкам сильнее любых, даже самых весомых аргументов. Но в этот раз Стелла почему-то противилась и упорствовала с несвойственным ей усердием. — А что я? Пусть… — внезапно она увидела позади Блум спину Валтора, и в ее глазах сверкнул дьявольский огонек. — Пусть Грайон нас рассудит! Он же такой одаренный! Феи синхронно повернулись в его сторону и сдавленно поприветствовали. Одна Блум широко улыбнулась ему. Пришлось Валтору отложить тактическое отступление и вежливо подойти к компании. — О чем речь, дамы? — Я позвала девочек на вечеринку в честь Хеллоуина (это такой праздник на Земле в честь усопших), чтобы отдохнуть и взбодриться, а они упираются без объективных на то причин. Рассуди. Валтор провел рукой по волосам и оглядел взглядом фей: на лице Стеллы было написано, что она придушит Валтора голыми руками за поворотом, если он не отговорит Блум от затеи; лицо Текны выражало абсолютный скепсис и недоверие; Флора же была встревожена и пыталась спрятаться за спины подруг, лишь бы не пересекаться взглядами с Валтором. Да, ничего удивительного. Одна Блум смотрела с жаждой любопытства и даже немного с мольбой занять ее сторону. Но не в этот раз. И в интересах Валтора, чтобы она оставалась в поле его зрения, а не шастала по немагическим частям Измерения. — За пределами Алфеи сейчас небезопасно, Блум. — Феи интенсивно закивали. — К тому же, насколько мне известно, праздники не обладают одноразовым свойством и повторяются из года в год, и вы сможете отпраздновать в следующем году, что бы это ни было. — Вот именно! — довольно поддакнула Стелла. Это был первый раз, когда она в самом деле была согласна с Валтором. — К тому же, с твоего позволения, я хотел пригласить тебя на прогулку. — Д!.. Секундочку, — Стелла прервалась на полуслове. Кажется, это не входило в ее планы. Маг тем временем продолжил: — Конечно, я не настаиваю, ты в праве сама решать, соглашаться или нет. — Именно завтра вечером? — Блум вопросительно выгнула бровь, не торопясь с выводами. Ясное же дело, что Валтор просто пытается переубедить ее. — Завтра будет полнолуние — в это время силы фей стихийной магии усиливаются, и будет проще выйти на контакт с природой. Тебе было бы очень полезно начать практиковаться в лесу. К сожалению, чуть меньше чем через месяц нашу группу по обмену отправляют на Дикие земли практически до конца семестра для подготовки к экзаменам, так что, боюсь, наши уроки придется если не закончить, то сильно уменьшить их количество, не говоря уже о том, что в следующее полнолуние меня уже может здесь не быть. Но решать, повторюсь, тебе. Отлично. Валтор загнал ее в угол, надавив на болевые точки. Если Блум откажет ему и в самом деле бросится на Землю, упуская такую ценную возможность, то он лишь убедится в том, что переоценил ее рациональное мышление и недооценил глупость юношеского максимализма. В каком-то смысле это был переломный момент, разочарует ли она его или нет. Конечно, он не перестанет с ней заниматься или помогать ей (такова часть его сделки), но в его глазах она вряд ли сможет реабилитироваться, в ближайшее время уж точно. Блум вздохнула — верный признак того, что она сдалась. Заправила пальчиками длинную челку за ухо, что вызвало у Валтора щекотливое чувство и воспоминания, как то же самое делала Марион, хотя была уже далеко не девочкой. И все-таки от генов никуда не убежишь, даже если не знаешь об их существовании, и чем больше Валтор узнавал Блум, тем больше сходства он видел между ею и ее родными, которых он некогда хорошо знал. — Наверное, ты прав. — Невозможно было не услышать, с каким облегчением выдохнули остальные Винкс. — К тому же, если ты и правда скоро возвращаешься на Линфею… Валтор заметил на лице феи заметную тоску. Почему-то это даже обрадовало его. Давненько никто не скучал по нему. — Мы все равно сможем поддерживать связь, — закончил он за Блум. «Ага, еще чего», — сказал надменный взгляд Стеллы, но сама она промолчала. — Было бы замечательно, — просияла фея. ㅤ