I will definitely help you.

вот уже наконец, дазай и достоевский пришли в номер. конечно, их путь был долгим, так как ближняя аптека была около 800 метров от гимназии. кто вообще так далеко размещает аптеки? в гимназии хоть и был какой-то доктор, но он постоянно отсутствовал. да и в основном приходил чтобы ставить прививки. директор вообще подумал, что вдруг там какой-нибудь первоклассник влетит в кого-нибудь, и не будет ничего, чем можно залечить? кстати, почти такая же история произошла с ними. к счастью, травм ни у кого не было (если только моральных). прямо у входа в гимназию на них налетела куча первоклассников, вперемешку с второклассниками и третьеклассниками. видимо, они спешили в кафе чтобы отметить выходные. обычно, это уже почти традиция у мелких классов. поэтому встретить их в кофейне на выходных, это обычное дело. среди 1, 2 и 3 классов все знакомы между собой и общаются. а их класс и параллельные классы сбили эту цепочку дружеских отношений. постоянно между ними была вражда, и каждый класс пытался показать себя в лучшем виде. это продолжалось до 8 класса. там уже парни поняли, что враждовать было довольно бессмысленно, поэтому собирались все вместе на вечеринки. а девушки же не собирались общаться с другими из параллельных классов. и на вечеринках иногда происходили ссоры между девушками, и были они в основном из-за того что кто-то у кого-то забирал парня. вообще, для достоевского с виду можно сказать что для него не существует такого понятия, как ревность. в части это так и есть, но когда гоголь постоянно был с другими девушками, то это чувство напоминало о себе. но достоевский делал вид, что ему плевать. да и появлялось оно не от того что он был с другими, а из-за того что когда он уходил, то достоевский оставался в одиночестве. по нему нельзя было сказать, что он социофоб.. или можно? в основном, в такие моменты он часто пил, чтобы хотя бы чем-то развеять скуку.

***

сидя в номере достоевского, оба начали делать уроки, заданные домой. или же пытаться. так как ни дазай, ни достоевский нихуя не понимали из того, что сейчас у них идёт. один сам по себе ничего не знает, другой же уже как две недели не являлся на уроках. вообще, дазай учится не прям ужасно, тянет на 3 и 4. по лёгким предметам, как физкультура, у него пролетало 5. также тот уделял большее внимание к обществознанию и биологии. по ним у него также были 5. он собирался их сдавать чтобы поступить на психолога. достоевский же, ещё не определился, кем же ему становиться. ему хотелось быть писателем. он задумывался над этим не раз, но как-то не стремился к этому. хотя, с его оценками было легко выбрать, куда поступить. одно он знал точно - на писателя нужно было сдавать литературу. а он как раз таки был ей увлечен, и в свободное время постоянно читал. он знал много произведений, кто их написал, и краткую биографию этого писателя. вобщем, с литературой проблем не было, так что впринципе, мечта писать была федору достижимая. но, у него небольшое желание пойти работать учителем. он по многим предметам хорош, поэтому мог стать учителем русского и литературы. чтож, вернёмся к домашнему. в этот раз оба попытались списать, и при этом ещё понять, что и о чём они вообще написали. в основном, для 11 класса им задают довольно мало на выходные. многие учителя молодые, поэтому понимают, как им тяжело. при этом, на уроках они совершенно не отстают ни от одной темы, и к концу года уже подходят к концу учебника, хотя кажется, что это миф. и ещё, к удивлению, они хорошо объясняют предмет, который ведут. это один из главных плюсов молодых учителей. далее, после сделанной домашней работы, оба решили пойти и поесть. время было "13:36". чашка кофе - довольно мало для 6 с чем-то часов. в гимназии был небольшой буфет, в который время от времени кто-то приходил, чтобы нормально поесть. так как в кофейне в основном прям хорошей еды не было. в основном кофе и чай, десерты ко всему этому, разные салаты и закуски. в буфете же продавали все, и по довольно низким ценам, которые то падали, то взлетали до небес. слава богу, сегодня были довольно низкие цены. брюнет взял себе макароны и чай. а дазай предпочёл взять только красный чай. достоевский уже приметил, что парень очень мало ел для здорового человека. его тело было очень исхудалым, и казалось, что он не ел сутками. а федор нормально питается, при этом держит форму. он заботится о своем здоровье, так как есть много шансов на хорошее будущее и успех. конечно, хорошо то что дазай заметил страдания федора. он мог довольно часто такое делать, и в какой-то момент начать от этого зависеть. с этим были бы проблемы. -осаму, ты будешь что-то ещё брать? -да не, на меня хватит чая. -ты серьезно? ты умереть от голода решил что-ли? - достоевский немного переживал за него, так как умереть от голода всё-таки было довольно мучительно. да и он этого не хотел. он не хотел, чтобы кто-то страдал и мучался от его невнимательности. но при этом не может заставлять, из-за уважения личных границ. -не волнуйся, не умру. - с улыбкой на лице ответил осаму. в детстве он хорошо питался, и всегда ему что-то покупали. после начала того переломного момента в 6-7 классе он начал считать, что не достоин еды, поэтому постоянно пытал себя голодом и покупал либо что-то попить, либо очень маленькую порцию еды, которую даже часто не доедал. в итоге, для него это вошло в привычку, и его наоборот начало тошнить от нормальной для человека порции еды. достоевский промолчал, и с то ли призрением, то ли с сочувствием глядел на осаму. ему было больно смотреть на то, как кто-то голодает. но он просто не мог ничего с этим поделать. они сели за один из столиков в зале. в нём было ещё где-то 10-15 человек. здесь постоянно кто-то есть, так как гимназия большая. да и в основном, это единственный источник питания для тех, кто тут учится в данной гимназии. за столом они сидели довольно тихо, иногда заводя о чем-нибудь краткий разговор. сам буфет был довольно красивым, и еда продавалась хорошая. не как в русских школьных столовках, в которых каша не отлипала от тарелки, если ее перевернуть. сама гимназия находилась в японии. федор приехал в нее из россии, так как здесь его отцу пришлось работать. впрочем, брюнет был не против переезду. в его школе был один друг, который дорожил достоевским, но он не сильно значил достоевскому. когда брюнет съел уже половину порции, он пододвинул тарелку с оставшимся содержимым к осаму. -поешь хоть немного. одно питье за 6 часов это слишком мало. тот поблагодарил достоевского, и посмотрел в тарелку. возможно столько он сможет пересилить, чтобы оставить достоевского в спокойствии. федор рассматривал людей, сидящих в столовой, замечая что у самого немного начинает подниматься температура. вроде он не был одет в слишком теплую одежду, да и батареи не сильно топили. возможно, простудился. вчера при походе в другой корпус здания, он решил не сильно одеться, и видимо, это только сейчас отразилось на его здоровье. федор ненавидел болеть. казалось, что человек без каких либо моральных детских травм, но один самый ужасный день был в его жизни, который оставил большой шрам на его жизни. и физический, и моральный а день был такой - обычный зимний день, достоевский в тот момент ещё учился в русской школе. его родители были постоянно заняты на работе, и его это довольно раздражало. с работы они приходили нервные, и постоянно были ссоры. у федора в те моменты был страх попасть под горячую руку. в тот день это и произошло. с самого начала дня все шло коту под хвост. был гололед, и федор постоянно падал, идя в школу. а школа же находилась конечно в жопе мира, до которой нужно было самостоятельно идти. автобусов не было, поэтому всегда федор ходил пешком. спросить о том, можно было ли его довезти на машине, он никогда не осмелился бы. у школы его как обычно встретил тот самый одноклассник, и уже заключил его в объятия. федор вроде и любил тактильность, но он не то, чтобы не умел ее проявлять, он не любил людей которые ему не нравились, и при этом её проявляли. стоило федору поддержать его один раз, то тот начал считать его лучшим другом. ну а брюнет был довольно доступным и непревеледвив, поэтому позволял ему все эти нежности. после школы, он шел в музыкальную школу. он учился играть на скрипке и пианино, и успехи были прекрасные . придя после второй школы, федор был в ужасном состоянии, а родители как обычно на нервах, ссорились между собой. у федора кружилась голова и темнело в глазах, при этом была повышенная температура. заметив просьбы федора о том, чтобы хотя бы дали какую-нибудь таблетку, отец его избил. ему запомнилась картина, где были его разгневанные родители в сопровождении размазанной крови федора на стенах, полу и руках. он возненавидел этот ужасный, 29 декабрьский день, и выпивал каждый раз в этот день. хоть это было, когда ему было 11 лет, выпивать он начал с 14. алкоголь для федора был тем же, что и для дазая самоповреждение. оно придавало удовольствие, удвольтворение и успокоение. как раз таки через два должен был быть этот день. сейчас ему уже 17, а в январе будет 18. можно сказать, это уже третий год подряд, как он "отмечает" этот день.

***

придя в номер, первым делом федор решил смерить температуру, вновь достав ту же аптечку и начав искать градусник. дазай про себя задался вопросом, зачем все это, и внимательно следил за действиями парня, будто выжидая что-то плохое. когда тот достал градусник, осаму стало всё ясно, и тот почему-то автоматически приложил свою руку к чужому лбу. тот сразу отдернулся, когда к горячему лбу прикоснулась ледянная рука. это было смешанное чувство, одновременно приятное, но одновременно словно прожигающее насквозь. брюнет с возмущением посмотрел на собеседника. - надо говорить, когда такое делаешь. - извини. просто вспомнил одну ситуацию с одним близким человеком. - усмехнулся дазай, смотря куда-то в сторону и выдавливая на лице улыбку. она выражала либо очередную попытку скрыть настоящие эмоции, либо вправду воспоминания были хорошими, что вызывали улыбку. это федор узнать не мог, потому что такую улыбку дазай носил постоянно, и в основном все эти улыбки были фальшивы настолько, что теперь и не отличить, где правда, где ложь. федор недолго непонимающе смотрел на осаму, и продолжил дальше мерить температуру. температура, как назло, была 39,6. и вправду заболел. самого федора в этом момент накрывали воспоминания о том самом ужасном дне. и вдруг, дазай обнял его со спины и опалил его шею теплым дыханием, аккуратно целуя и иногда покусывая кожу на плече федора. и опять же, он делает это неожиданно и без разрешения. но федор, видно, не против. дазай заметил цифры на градуснике, и уже все понял. -так, получается ты заболел? не волнуйся так сильно, у меня есть небольшой опыт в лечении. или же тебя что-то другое тревожит? если не сложно, расскажи пожалуйста. -нет, я просто не люблю болеть. - федор пытался придумать отмазку, так как больше не хотел нагружать человека своими проблемами. да и вообще не любил это дело. гоголь в нем видел человека без проблем, а тот в то время тщательно скрывал все проблемы от него. а дазай за километр может увидеть эти проблемы. он правда хочет ему помочь разобраться в себе и откинуть эти воспоминания. дазай почуял враньё, поэтому резко и сильно укусил плечо федора, что тот вздрогнул и чуть снова не издал неприличный стон. он сильно прикусил губу, и это подавило звук. дазай же отстранился, и как оказалось, он укусил того до крови. парень с улыбкой смотрел на своё творение, и аккуратно и нежно слизал кровь и наконец начал разговор. -а если честно? лжец ложь издалека видит. так что пожалуйста, будь добр, расскажи. я ведь только хочу помочь. федор просто закрыл градусник и положил его обратно в коробку с аптечкой. он молчал, и видимо, отвечать и не собирался. дазай не хотел сдаваться, но он настолько устал, что уже не было сил что-либо говорить и выпытывать из федора ответ. поэтому тот просто со спины утешительно заключил брюнета в долгие объятия. а тот в это время видимо искал какие-то таблетки. найдя нужное, он положил это на тумбочку, где рядом лежала другая пачка таблеток, которую как раз таки утром они купили с дазаем. осаму отстранился, а федор закрыл аптечку и вновь убрал её на своё законное место в шкафу. после этого он зашёл в ванную, которая, можно сказать, также входила в номер. вышел он из неё с стаканом воды в руке. вероятно, этим он собирался сейчас запить таблетку. это он и сделал. осаму хоть и пристально наблюдал за ним, но докапываться как-то не хотелось. поэтому тот решил немного подождать. может, успокоится и сам ему обо всём расскажет. правда, в это не верилось.

***

ночь, была совершенно бессонная и беспокойная, и очень чесались руки. чесались, чтобы прочесать их лезвием. и вот, федор стоял в ванной перед раковиной, смотря на себя с полным отвращением и презрением. почему-то от этого его сознание мутнело, а руки сами тянулись к лезвию. федор открыл шкафчик и достал оттуда знакомое лезвие, которое, как он думал, больше не возьмёт для такого дела. он решил не включать воду, потому что не хотел будить дазая, поэтому начал сначала легонько, но потом войдя во вкус, проводить лезвием по запястьям, оставляя после себя багровые полосы, к которым он уже так привык. пульсирующая боль отзывалась сладким забытием этих ужасных воспоминаний и утешением. мозг фокусировался на кровоточащем запястье и лезвии в руках. ещё парочка таких полос, и мысли начали приходить в норму. тогда только пришло и осознание того, что он только что сделал. руки вздрогнули, окровавленное лезвие упало на пол и доставило довольно громкие звуки. он не обещал, что больше такого не сделает. он всего лишь разрешил дазаю жить у него, но почему то такое чувство, что он подвёл его. достоевский испуганно смотрел на то, во что только что самостоятельно превратил свои руки и на то, как его собственная кровь предательски стекает в раковину. но при этом он чувствовал удвольтворение от этого. неужели, он всё-таки сошёл с ума? в страхе федор включил кран, чтобы смыть кровь с раковины и рук, но в итоге запачкал свою рубашку и начал стягивать её в попытках отстирать и не оставить на ней пятна. все что он делал было очень беспорядочно и шумно. удивляет то, что дазай ещё не проснулся. ну, это к лучшему. с уст федора шёпотом слетел мат, вызванный обстоятельствами, в которых он находился. услышать мат от такого человека было довольно поразительно. правда, положение было и вправду ужасным. -а вдруг дазай увидит.. - больше пугала не то чтобы реакция дазая, а то, что он мог сделать. вдруг он отведет его к психологу. это будет довольно неправильно. потому что с виду можно сказать, что федор человек у которого все в порядке, да и впринципе проблем нету. а тут это. если бы он увидел, то было бы понятно, что федора ожидает пиздец длинный разговор с дазаем. губы дрогнули и сжались в тонкую полоску. к счастью, этого не произошло. достоевский всё убрал и положил все на места, а лезвие кинул в урну, предварительно промыв его. чтобы казалось, что как раз таки он наоборот отказался от этой зависимости. тот спокойно вышел из ванной, открыл шкаф в котором лежала его и чужая куртка, и пошарившись в карманах своей куртки, он достал оттуда сигареты. из другого кармана он достал зажигалку. все также не включая свет, он немного открыл окно. этого было достаточно, чтобы за 10 минут комната пропиталась холодом. трубы и так не грели, но вообще, под одеялом можно было достаточно согреться. тот высунул голову в окно, чтобы его полностью обвил холодный зимний ветер. он поджег сигарету, и начал делать короткие тяги, которые с каждым разом становились чуть длиннее. он курил довольно слабые и дешёвые сигареты, потому что большее ему не позволяло здоровье. да и ему не нравится запах крепких сигарет. с алкоголем тоже самое. обычно он пьёт сначала что-то слабое и сладкое, к примеру, виски с колой. после небольшого опьянения, он переходит к вину, чего не сказать о дазае. помнится, он на одной из вечеринок брал у каждого их стопку, и по очереди из каждой делал глоток. вообще, на таких вечеринках без гоголя и дазая было бы скучновато. вообще, алкоголь и курение это одно из зависимостей федора. по всему телу уже чувствовался этот вкус сигарет, одновременно грубый и горький, но очень приятный и успокаивающий. он любил эту зависимость. ему нравилось этим делом забывать про свои проблемы под дымом табака. при всех этих обстоятельствах был риск ещё больше разболеться. так как на нём была всего лишь рубашка, которая была расстёгнута на несколько пуговиц, и немного оголяла плечи парня. так создавался вид на небольшие засосы, оставленные дазаем. а также старые зажившие шрамы которые в любой момент могли стать свежими на талии достоевского почувствовалось чьи-то руки, которые обвили её. и тут было понятно, что дазай проснулся. скорее всего от холода, который уже распространился по всей комнате. горячее дыхание на шее снова не оставило достоевского равнодушным. особенно, когда его тело сейчас чуть ли не покрыто мурашками от холода. рука осаму на мгновение оторвалась от талии, и потянулась к чужой руке, в которой находилась сигарета. и тут уже федору было понятно без слов, поэтому тот передал её осаму. тот также постепенно делал затяжки, и время от времени кашлял. для него курение было довольно непривычной затеей, но ему это нравилось. он также чувствовал удовольствие от этого. обычно, сигареты в руки ему попадали только если он с федором, либо же на тех самых вечеринках. поэтому он редко мог это почувствовать. передав сигарету обратно в руку достоевского, дазай своей рукой повернул чужой подбородок в свою сторону и на мгновение прильнул желанным губам, оставляя на них мокрый след. можно сказать, это была благодарность. и тот скрылся из виду, а федор все стоял, и уже одновременно путался в мыслях, одновременно ни о чем не думал. и нет, он не был озадачен тем, почему его поцеловали. это не первый поцелуй, да и даже далеко не второй. дазай сам же целовался с каждым третьим человеком в гимназии, начиная от седьмых классов. и федор не был исключением. правда, у них не было французского поцелуя. все эти выходки были в трезвом состоянии. возможно, это причина, почему его не было.