Молчание с примесью безысходности

Антон начинает понимать, что что-то идет не так только тогда, когда на паре по литературе он начинает задыхаться. Он чувствует ком в горле на двадцатой минуте занятия, а через минуту прикрывает руками лицо, создавая что-то вроде вакуума, чтобы снова начать дышать. Он начинает дышать только через 5 минут и оглядывается на своих однокурсников, понимая, что его слабости никто не заметил и пытается взять себя в руки всю оставшуюся пару. После окончания пары Шастун остается последним, а позже улыбнувшись преподавателю литературы, спускается в подвал за верхней одеждой и с желанием побыстрее спрятаться от людей. В раздевалке он замечает Арсения и Оксану, которая является соседкой по парте Антона и которая постоянно сидит в телефоне на парах, так как и вовсе не заинтересована в получении образования. Но кто мы такие, чтобы ее осуждать, правильно? — Ты всю пару сидел с таким видом, будто произошла третья мировая война, а ты не успел купить хлеб по акции, — шутит Арсений, заметив растроенное и тревожное состояние Антона. — Недалеко стать дед инсайдом после такого, — смеется Оксана, — вот до чего доводят педагогические универы! Антон тихо усмехается и, заметив, как Оксана от них отвернулась, чтобы забрать свою куртку, Шастун спокойным голосом говорит Арсению, который все это время стоит рядом: — На литературе у меня случилась паническая атака, — тихо, вовсе еле слышно. Антону никто не отвечает. Оксана больше не смотрит, отвечая своей подруге в одной из социальных сетей, а Арсений просто смотрит странно со стороны, будто в принципе ничего и не произошло, будто это обычное явление, которое встречается у людей ежедневно и он искренне не понимает, почему Антон сказал ему это. Быстро одевшись, Арсений, даже не оборачиваясь на Антона и не прощаясь с ним, уходит, оставляя Оксану и Антона в раздевалке. У последнего чувства разочарования так и лезут в голову, но он оставляет попытки разобраться в себе на потом и пытается вести себя нормально, не показывая своего состояния Оксане, которая начала рассказывать о своем желании посетить каток на набережной, потому что там по вечерам очень красиво: загораются гирлянды и создается такая уютная атмосфера и невольно поднимается новогоднее настроение. Состояния Антона не замечает никто из его друзей и в общагу он возвращается в тревожном состоянии и пытается взять себя в руки, выпив успокоительное, которое он купил по дороге. Больше мысли не лезут в голову, он взял себя в руки и начинает медленно существовать и делать ежедневные вещи: медленно переодевается, ест черничный йогурт с хлопьями и начинает рисовать плакат по биологии, слушая легендарное «Кто убил марка?» оксимирона. Он ляжет спать в 9, но заснет только в 11 вечера, выпив перед этим снотворное, а завтра проснется на 20 минут раньше обычного, но все равно успеет на метро в 7 утра. Антон пришел в универ за 2 часа до нужной ему пары, поэтому он сидит в туалете, пытаясь дописать конспект по биологии и сделать задание по математике, которое он не понимает и все-таки пытается понять. Настроение невольно поднимается, когда приходит Оксана и они вместе в раздевалке начинают слушать на колонке всякие разные песни и танцуют, схватившись за руки. Позже Шастун уходит к физруку, чтобы сдать реферат и выдержав минут 20 в его компании и откровенные приставания с его стороны, он уходит в попытке не разрыдаться перед всеми, а позже идет вместе со всеми на литературу, но уже не ловит паническую атаку, но все же сидит с тревожными мыслями, не обращая внимания на взгляды Арсения. Пара проходит спокойно, если не учитывать крики преподавателя на Оксану, которая решила сделать плакат по биологии на паре. Преподавателем по литературе является женщина лет семидесяти пяти, с маленьким ростом, короткой прической и глубокими мыслями. Она постоянно давала какие-то советы на парах и рассказывала произведения настолько интересно, что и не хотелось спать. Но, к сожалению, никто не признавал ее интересным человеком, как Шастун, что его и огорчало в какой-то степени. Пара по биологии начался с контрольной работы по прошлой теме, которую, конечно же, Антон не учил, но, получив заслуженную четверку, до конца пары переписывал конспект, которую задали. У Оксаны настроения не было, да и выглядела она слишком заебанной, чтобы подождать Антона в раздевалке, поэтому она быстро ушла, а вот Арсений остался. — Почему ты на парах сидишь так, будто ты, как минимум, увидел летающего ежа? — серьезным видом спросил Попов, глядя на Антона. — Летающего ежа? Ты серьезно? Антон остановился где-то в пятнадцати метрах от универа, чему удивился Арсений, с которым тот разговаривал, и достав дрожащими руками сигарету из полупустой пачки, закурил, образуя белый дым. — Я думаю о войне, — медленно заговаривает Антон, — о том, что она — ускоренная, как в кинематографе, сгущенная в эстракт жизнь. Что в несчастьях, постигших мир, война, сама по себе, была ни при чем. Толчок, ускоривший неизбежное, больше ничего. — Арсений внимательно слушает Антона и наблюдает, как Антон вновь делает затяг. — Я думаю о банальности таких размышлений и одновременно чувствую, как тепло или свет, умиротворяющую ласку банальности. Я думаю об эпохе, разлагающейся у меня на глазах. О бесчеловечной мировой прелести и одушевленном мировом уродстве. О природе, — Шастун переключает свое внимание на Арсения, — о том, как описывают ее литературные классики. О всевозможных гадостях, которые люди делают друг другу. О жалости. — Антон замолчал и вновь посмотрел сигареты, который уже в течение двух минут догорит до тла. — Ты ведь знаешь, что я ненавижу сигаретный дым. Что с тобой происходит? — Если я скажу что-то, это станет новой причиной для шуток, верно? — усмехается Антон и кидает сигарету на землу, тут же придавливая ее ботинками. — Всех людей объединяет одно чувство: призрение к слабым. С каких это пор ты начал спрашивать меня о моем самочувствии? Арсений замолчал. — Я знаю, что ты ненавидишь сигаретный дым, ненавидишь, когда кто-то трогает тебя за волосы или лезет в твое личное пространство. Я знаю, что ты не любишь есть гречку и еще много мелочей, о которых ты говорил еще в начале года. Я запомнил все, что ты говорил, думал, что ты мне нравишься. — Антон бесшумно усмехается. — С каждым днем твой силуэт в моей голове растворялся и приходил настоящий Арсений. — Что ты подразумеваешь под настоящим Арсением? — с усмешкой спросил Попов. — Ты ненавидишь обниматься, но когда увидел меня в хуевом состоянии, ты позволил себя обнять. Ты ненавидишь, когда тебя трогают за волосы, но ничего не говорил, когда я постоянно игрался с ними. Ты одолжил мне свою черную водолазку, когда у меня начала идти кровь из руки. Начал идти снег. Студенты из здания университета стали выходить, смеясь над какой-то шуткой. Антон обратил на них свое внимание, на мгновенье позабыв об Арсении, который все еще стоит рядом, ожидая ответа свой вопрос. — Я думал, что я тебе нравлюсь, — сказал Антон, не отвлекаясь от наблюдения за студентами, — а потом просто забил. Ты писал мне, когда тебе плохо, а когда я поддерживал тебя, ты просто не слушал. Когда я писал тебе, ты игнорировал меня часами, пока я как пес ждал от тебя хоть какую-то точку и знаешь, я чуток заебался. — Антон вымученно улыбнулся. — Я не обязан отвечать тебе в ту же секунду, да и твоя влюбленность — это не моя проблема. Ты сам виноват в том, что влюбился в меня, — проговорил Арсений, не сводя глаз с Антона. — Я знаю. И я тебя не виню. Во мне гнили слова, которые я не успел сказать, а теперь мне намного легче. Если ты будешь винить себя, хотя это маловероятно, — посмеялся Антон, — то такой хуйни уже давно нет. Я не могу растрачивать свою любовь на тех, кто стоит ко мне спиной. — недолгое молчание, — Я думаю о жалости. О ребенке, просившем у рожденственского деда новые глаза для слепой сестры. О том, как умирал Гоголь: как его брили, стращали страшным судом, ставили пиявки, насильно сажали в ванну. Я вспоминаю старую колыбельную: «У кота воркота была мачеха лиха». Я опять возвращаюсь к мысли, что я человек, расположенный быть счастливым. Я хотел самой обыкновенной вещи — любви. И Антон ушел, оставив Арсения в своих мыслях и в каком-то непонятном недоумении. Антон ушел, но оставил в душе Арсения отпечаток, который застрянет в его мыслях довольно долгое время, что он больше не подойдет к Антону в универе. Антон начал дышать спокойно и больше не искал помощи в других людях. Однажды, через время, Оксана, заметив, что Антон и Арсений вовсе прекратили как-то контактировать, спросила, почему они не общаются, на что Антон ответил с необычайным спокойствием: «Я устал говорить человеку, насколько он мне дорог, поэтому молча встал и ушел».