Истории глаз

Моё поведение можно назвать детским вполне заслуженно, ведь я боюсь темноты и монстров, которые могут скрываться в этой темноте. Довольно глупо, если учитывать, что я в какой-то мере порождение тьмы. Самым моим главными «врагом» можно считать небольшую кровать на железных ножках, под которую никогда не проникал свет за счёт её расположения. Мысленно я понимал, что там никого нет, но всё же старался держаться от неё подальше. Это был мой обычный наблюдательский вечер. Человек перекладывает с места на место документы, в попытке найти нужный ему листок, но безуспешно. — Чёрт вас всех дери, — бормочет он и устремляется к полкам шкафа, где тоже что-то лежало. На его слова я усмехаюсь и прохожусь взглядом по комнате. — Вот! — вдруг восклицает человек и победно поднимает найденное, бумажка быстро оказывается на копировании. Уже через пару минут с конечным «Дзыньк» она отправляется кому-то на электронную почту через компьютер. Потянувшись, человек выходит из кабинета, а я следую за ним, пытаясь успеть, пока он не закроет дверь, ведь проходить сквозь стены у меня получается плохо. Осознав, куда именно идёт моя цель наблюдения, я останавливаюсь. Ванна закрывается с тихим щелчком с той стороны. Я стою на месте ещё недолго, вслушиваясь в журчание воды, а потом начинаю ежедневный обход своих владений (точнее, владения не мои, но кого это волнует в нашем обществе?). Кухня приветствует меня капающим краном и тихим рычанием холодильника в углу. Я не задерживаюсь здесь долго, двигаясь по квартире дальше. Следующая комната — гостиная. Она совсем молчит, ни один её предмет не издаёт звуков. Кабинет я решаю пропустить, ведь я только оттуда, да и дверь закрыта. Стоя в проёме спальни, я невольно напрягаюсь. Взгляд приковывается к злосчастной кровати, которая даже с верхним освещением отказывалась показывать, что находится под ней. «Подкроватных монстров не существует. Как минимум, не в этом мире» — я стараюсь успокоить себя. Мысленно решившись раз и навсегда доказать себе, что эта кровать абсолютно безвредна, я усаживаюсь на её край и свешиваю ноги. По моему желанию, матрас прогибается подо мной, и я судорожно выдыхаю (мне вообще нужно дышать?), схватившись руками за изножье. Ничего не происходит. Я расплываюсь в улыбке от сознания глупости собственного страха. Сажусь поудобнее, и пружины издают негромкий скрип. По полу тянет леденящим кожу холодом. Я удивляюсь, неужто от испуга я так изменил своё строение, что стал чувствовать температуру! Осознал, что что-то не так я только тогда, когда чьи-то когти дотронулись до моей ноги. Рука плотнее обхватывает мою лодыжку. Я замираю, уставившись в стену. Что-то со скрежетом ползёт из-под кровати. Оно показывается лишь на часть, поворачивает голову. Пустые глазницы глядят на меня. — Не тот, — булькает это, будто тонет. Оно отпускает меня и лезет обратно. За этим остаётся мокрый след. Едва ли я могу заставить себя пошевелиться. Ещё страшнее становится тогда, когда человек заходит в комнату. Он садится на кровать, свесив ноги.